Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А50-10718/2022

29 сентября 2022 года

город Пермь

 

Резолютивная часть решения объявлена 22 сентября 2022 года.          

Решение в полном объеме изготовлено 29 сентября 2022 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Коневой О.Ф., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Соловьевой К.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ПермьБизнесКонсалтинг» (614015, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Дортехсервис» (614068, 

<

...>; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>)

о признании недействительной третейской оговорки (третейского соглашения),

при участии:

от истца: ФИО1 по  доверенности 07.04.2022 № 1,  паспорт, диплом, свидетельство о заключении брака;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 15.06.2022, паспорт, диплом,

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «ПермьБизнесКонсалтинг» (далее – истец, ООО «ПермьБизнесКонсалтинг») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Дортехсервис» (далее – ответчик, ООО «Дортехсервис») о признании недействительным условия раздела 7 (третейскую оговорку) договора № 0006 возмездного оказания консалтинговых услуг от 30.11.2020. 

Ответчик исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление (вх. от 22.06.2022), дополнениях к отзыву (вх. от 26.08.2022, от 19.09.2022).

Истцом дополнительно позиция по иску изложена в дополнительных пояснениях (вх. от 19.09.2022).

В судебном заседании арбитражного суда первой инстанции представитель истца на исковых требованиях настаивал.

Представитель ответчика с иском не согласился.

Исследовав материалы дела в соответствии со ст. ст. 65, 71, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), заслушав пояснения сторон, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 30.11.2020 между ООО «ПермьБизнесКонсалтинг» в лице генерального директора ФИО3 (исполнитель) и ООО «Дортехсервис» (заказчик) заключен договор № 0006 возмездного оказания консалтинговых услуг.

В соответствии с разделом 1 договора исполнитель обязуется по поручению заказчика оказать ему информационно-консалтинговые услуги по привлечению кредитных средств в пользу заказчика, а заказчик обязуется оплатить эти услуги в сроки и порядке, предусмотренные договором.

В разделе 7 Договора предусмотрено, что все споры, разногласия и требования, которые возникли или могут возникнуть между сторонами в связи с настоящим договором (в том числе, направленные на исполнение, изменение или расторжение настоящего договора) подлежат рассмотрению третейским судьей для разрешения данного спора ФИО4 (ad hoc) в соответствии с Правилами арбитража, размещенными по адресу https://arbitrl59.ru/pravila.pdf, являющимися неотъемлемым приложением к настоящему арбитражному соглашению; место арбитража, порядок взаимодействия со сторонами и порядок уплаты арбитражного сбора определяет третейский судья. Стороны также договорились, что рассмотрение споров будет происходить только на основе письменных материалов, предоставленных сторонами, без проведения устных слушаний и вызова сторон. Место рассмотрения спора: 

<

...> Место выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение арбитражного решения определяется местом арбитража.

Как указывает истец, данная третейская оговорка недействительна по следующим основаниям.

Так, в разделе 7 договора отсутствуют такие элементы юридического состава действительности сделки как соответствие волеизъявления совершающего сделку лица его действительной воле и соответствие волеизъявления предусмотренной законом форме.

Истец предполагал, что условие раздела 7 является альтернативным, предполагая передачу спора на разрешение указанного в нем третейского судьи как элемент варианта выбора поведения стороны, инициирующей судебный порядок разрешения спора. Сторона истца ни в коем случае не полагала, что третейский судья ad hoc будет единственным вариантом разрешения какого-либо спора по договору, так как в единстве с условием п. 8.3 Договора, полагала, что в соответствии с законодательством действует порядок разрешения споров в государственной судебной системе как основной.

Сторона истца предполагала при заключении договора, что отсутствие указания на то, что решение третейского судьи является окончательным, также свидетельствует об альтернативности выбора суда инициирующей спор стороной. Таким образом, как утверждает истец, воля ООО «ПермьБизнесКонсалтинг» не была направлена на придание третейскому судье единоличных полномочий по разрешению каких-либо споров между сторонами, предполагая лишь возможный консультативный характер его правового заключения. Условие раздела 7 также нарушает право истца на судебную защиту в системе государственных арбитражных судов, гарантированное ст. 46 Конституции РФ.

Истец также ссылается, что когда спор в соответствии с третейской оговоркой передается в третейский суд, специально образованный для его разрешения - ad hoc, третейский суд для рассмотрения конкретного спора может быть образован сторонами только при наличии между ними спора, возникшего из конкретного правоотношения. Это должно быть отражено в третейском соглашении.

Таки образом, третейская оговорка, предусматривающая создание специального третейского суда, но не конкретизирующая, для разрешения какого спора он создается, является недействительной.

Формулировка раздела 7 договора «все неурегулированные сторонами путем переговоров споры, разногласия или требования, возникающие из договоров или в связи с ними», является недействительной в силу ст. 168 ГК РФ как противоречащая ст. 7 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации».

Считая условия раздела 7 (третейскую оговорку) договора № 0006 возмездного оказания консалтинговых услуг от 30.11.2020 недействительными, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В дополнительных пояснениях (вх. от 19.09.2022) истец указал на следующие обстоятельства. 

Протоколом № 1 ООО «ПермьБизнесКонсалтинг» от 16.09.2020 для руководства текущей деятельностью и исполнения функций единоличного исполнительного органа назначены два генеральных директора: ФИО5 и ФИО3 с одинаковым сроком полномочий – 5 лет.

Приказами № 01 и № 02 от 24.09.2020 оба генеральных директора вступили в должность и с ними были заключены трудовые договоры № 01 и № 02 соответственно.

В рамках деятельности истца была утверждена типовая форма договора возмездного оказания консалтинговых услуг. В данной типовой форме п. 7.3 раздела 7 «Порядок разрешения споров» сформулирован следующим образом: «В случае неурегулирования возникших разногласий путем предъявления претензии, спор может быть разрешен в судебном порядке».

С этого момента в дальнейшем все заключаемые истцом договоры содержали именно такую формулировку (копии договоров № 001, № 003, № 004, № 005).

Исключение составил лишь договор с ответчиком (от 30.11.2020), включающий принципиально иной вариант разрешения спора – оспариваемую третейскую оговорку.

Данный договор заключен именно ФИО3, о чем свидетельствует электронная цифровая подпись в нем. 

Период работы ФИО3 составил всего три месяца – с 14.01.2021 она взяла отпуск без содержания. 23.04.2021 ФИО3 направила заявление участника общества с ограниченной ответственностью о выходе из общества. 24.05.2021 трудовой договор с ФИО3 был расторгнут.

На основании решения № 2 единственного участника истца – ФИО5 она становится единственным участником общества и его генеральным директором.

ФИО3 представила истцу заявление о заключенных сделках, в котором отсутствует договор с ответчиком. ФИО3, таким образом, заключила договор с ответчиком с нарушением типовой формы договора без согласования с ФИО5 и скрыла это обстоятельство от ФИО5, не указав этот договор в своем заявлении о заключенных сделках.

По мнению истца, в оспариваемой третейской оговорке отсутствуют такие элементы юридического состава действительности сделки как соответствие волеизъявления совершающего сделку лица его действительной воле и соответствие волеизъявления предусмотренной законом форме.

При этом, как указывает истец, добросовестность ФИО5 подтверждает ее процессуальное поведение - самостоятельное обращение в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением о взыскании денежных средств с ответчика в связи с нарушением им указанного договора в части неоплаты оказанных истцом услуг – именно в процессе судебного разбирательства ФИО5 узнала об исключительной подсудности третейской оговорки. В пояснениях суду по данному гражданскому делу представитель ответчика указала, что «на самом деле были споры между истцом и ответчиком, чтобы эту оговорку изначально исключить» (аудиозапись судебного заседания по гражданскому делу № А50-31442/2021 от 04.04.2021, расшифровка аудиозаписи судебного заседания по гражданскому делу № А50-31442/2021 от 04.04.2021 - хронометраж с 02 мин. 18 сек. до 06 мин. 00 сек.).

Ответчик по исковым требованиям возражал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление (вх. от 22.06.2022), дополнениях к отзыву (вх. от 26.08.2022, от 19.09.2022), представил в материалы дела ответ третейского суда, подтверждающий исполнимость третейского соглашения.

В силу ч. 3 ст. 1 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

В соответствии с положениями ст. 7 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» арбитражное соглашение является соглашением сторон о передаче в арбитраж всех или определенных споров, которые возникли или могут возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным правоотношением, независимо от того, носило такое правоотношение договорный характер или нет.

Арбитражное соглашение может быть заключено в виде арбитражной оговорки в договоре или в виде отдельного соглашения. Арбитражное соглашение заключается в письменной форме.

Основным требованием, предъявляемым к третейскому соглашению, является наличие явно выраженной воли сторон, направленной на изъятие спора из компетенции государственных судов и его передачу на разрешение в определенный третейский суд. Заключение третейского соглашения свидетельствует о том, что стороны фактически распорядились своими процессуальными правами и обязанностями.

Следовательно, для признания действительности третейского соглашения необходимо наличие волеизъявления конкретной стороны на передачу имеющегося либо потенциального спора в определенный ею третейский суд.

В соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации                      (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, подписав договор № 0006 возмездного оказания консалтинговых услуг от 30.11.2020, стороны в разделе 7 договора согласовали порядок разрешения споров между сторонами.

В частности, стороны определили, что все споры, разногласия и требования, которые возникли или могут возникнуть между сторонами в связи с настоящим договором (в том числе, направленные на исполнение, изменение или расторжение настоящего договора) подлежат рассмотрению третейским судьей для разрешения данного спора ФИО4 (ad hoc) в соответствии с Правилами арбитража, размещенными по адресу https://arbitrl59.ru/pravila.pdf. Также стороны предусмотрели, что рассмотрение споров будет происходить только на основе письменных материалов, предоставленных сторонами, без проведения устных слушаний и вызова сторон. Место рассмотрения спора: 

<

...>.

Из обстоятельств дела усматривается, что договор подписан сторонами без разногласий, стороны приступили к его исполнению.

Доказательств нарушения принципа свободы договора при его заключении истцом не представлено.

Материалами дела подтверждается, что договор № 0006 от 30.11.2020 (с третейской оговоркой в разделе 7) составлен стороной истца и направлен на подписание ответчику в электронном виде (договор составлен на фирменном бланке ООО «ПермьБизнесКонсалтинг», направлен на подпись ответчику истцом, о чем свидетельствует подпись отправителя). 

Доказательств, свидетельствующих о том, что спорное условие (раздел 7) каким-либо образом было навязано стороной ответчика, материалы дела не содержат (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Доводы истца об отсутствии соответствия волеизъявления совершающего сделку лица его действительной воле со ссылкой на заключение договора директором общества ФИО3, без согласования с директором ФИО5 судом не принимаются в силу следующего.

Так, истцом не оспариваются полномочия директора общества ФИО3

Согласно п. 3 ст. 65.3 ГК РФ в корпорации образуется единоличный исполнительный орган (директор, генеральный директор, председатель и т.п.). Уставом корпорации может быть предусмотрено предоставление полномочий единоличного исполнительного органа нескольким лицам, действующим совместно, или образование нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга (абзац третий пункта 1 статьи 53).

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (п. 1 ст. 53 ГК РФ).

При этом несогласованность действий генеральных директоров общества, как и иная субъективная оценка условий заключенных договоров одним из них, не должны негативно сказываться на контрагентах общества, полагающихся на достоверность представленных документов и наличие полномочий у лиц, их подписавших.

С учетом изложенного арбитражный суд приходит к выводу, что оснований полагать, что у стороны истца отсутствовало волеизъявление на согласование условия о передаче возможного потенциального спора в определенный в договоре третейский суд, не имеется.

Довод истца о том, что третейская оговорка не конкретизирует для разрешения какого именно спора создается третейский суд, несостоятелен.

Разделом 7 договора прямо предусмотрено, что все споры, разногласия и требования, которые возникли или могут возникнуть между сторонами в связи с настоящим договором (а именно № 0006 от 30.11.2020) (в том числе, направленные на исполнение, изменение или расторжение настоящего договора) подлежат рассмотрению третейским судьей для разрешения данного спора ФИО4 (ad hoc).

Что касается довода истца об альтернативности условия раздела 7 договора, то он не может быть признан обоснованным, поскольку из буквального толкования (ст. 431 ГК РФ) раздела 7 договора данного вывода не следует; право выбора данный раздел договора не предоставляет. Положения п. 8.3 договора (о том, что во всем остальном, что не предусмотрено настоящим договором, стороны руководствуются действующим законодательством) на иное толкование раздела 7 договора не указывают.

В материалы дела также представлен ответ третейского суда, подтверждающий исполнимость третейского соглашения (л.д. 23-32) (п. 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда от 09.07.2013 № 158).

Оценив условия третейской оговорки, закрепленной в разделе 7 договора, суд первой инстанции не усматривает его ничтожности; недействительности указанного условия договора по мотивам, приведенным истцом, судом не установлено (ст. 168 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах, учитывая, что оспариваемое третейское соглашение заключено в письменной форме и содержится в договоре, подписанном истцом без возражений, что соответствует требованиям ст. 7 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации», оснований для признания третейской оговорки недействительной у суда не имеется.

На основании изложенного исковые требования удовлетворению не подлежат.

Судебные расходы относятся на истца согласно ст. 110 АПК РФ. 

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья                                                         О.Ф. Конева