АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-10197/2022

06 июня 2023 года

г. Курск

 

Резолютивная часть решения объявлена 30 мая 2023 года.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Кочетовой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Интеллект»

к обществу с ограниченной ответственностью «Трансмаркет»

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, «TAXXON» в размере 50 000 руб.,

при участии представителей:

от истца:  не явился, извещен надлежащим образом;

от ответчика: не явился, извещен надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Интеллект» обратилось в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Трансмаркет» о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, «TAXXON» в размере 50 000 руб.

Определением суда от 23.11.2022 исковое заявление было принято к производству по правилам главы 29 АПК РФ.

Определением от 27.01.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением суда от 04.04.2023  дело назначено к судебному разбирательству.

В обоснование исковых требований истец ссылался на нарушение ответчиком исключительных прав на товарный знак, принадлежащих ООО «Интеллект» как правообладателю. Представитель истца в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку спорный товар приобретался у TAB tovarna akumulatorskih batarij d.d и Общество не знало о принадлежности исключительных прав ООО «Интеллект». Кроме того, ответчик ссылался на то, что товар прошел таможенную проверку и нарушений законодательства выявлено не было. Также ответчик ходатайствовал о снижении размера компенсации на основании ст. 333 ГК РФ. Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд, с учетом ст.ст. 123, 156, 170 АПК РФ, рассмотрел дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о дате и времени судебного заседания надлежащим образом.

 

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Интеллект» является правообладателем исключительных прав на товарный знак «TAXXON», зарегистрированный Федеральной службой по интеллектуальной собственности 12.05.2012 под № 461525, дата подачи заявки 20.07.2010, номер заявки № 2010723517.

Правовая охрана представлена в отношении товаров класса МКТУ 35, 37, в том числе 09 – аккумуляторы электрические, аккумуляторы электрические для транспортных средств, ацидометры для аккумуляторных батарей, батареи для систем зажигания, корпуса аккумуляторов электрических, пластины аккумуляторные, устройства зарядные для электрических аккумуляторов.

Как следует из искового заявления ООО «Интеллект» стало известно, что ООО «Трансмаркет» ввезло без разрешения правообладателя аккумуляторные батареи, маркированные товарным знаком «TAXXON», в подтверждение чего в материалы дела были представлены таможенные декларации.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, в адрес ответчика была направлена претензия, в которой истец требовал изъять из оборота и уничтожить контрафактную продукцию, выплатить в 3-х дневный срок компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 48 938, 40 руб.

Поскольку указанная претензия была оставлена без ответа и исполнения, ООО «Интеллект» обратилось в Арбитражный суд Курской области с настоящим исковым заявлением.

 

Оценив представленные документальные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. 

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. 

Как следует из положений пункта 2 статьи 1229 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (кроме исключительного права на фирменное наименование) может принадлежать одному лицу или нескольким лицам совместно. 

Материалами дела подтверждается, что общество с ограниченной ответственностью «Интеллект» является правообладателем исключительных прав на товарный знак «TAXXON», зарегистрированный Федеральной службой по интеллектуальной собственности 12.05.2012 под № 461525, дата подачи заявки 20.07.2010, номер заявки № 2010723517.

Правовая охрана предоставлена в отношении товаров класса МКТУ 35, 37, в том числе 09 – аккумуляторы электрические, аккумуляторы электрические для транспортных средств, ацидометры для аккумуляторных батарей, батареи для систем зажигания, корпуса аккумуляторов электрических, пластины аккумуляторные, устройства зарядные для электрических аккумуляторов.

Следовательно, обращение истца в арбитражный суд за защитой нарушенного права путем взыскания компенсации правомерно.

В силу статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

Частью 1 статьи 1477 ГК РФ предусмотрено, что товарным знаком является обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. 

В соответствии с частью 2 статьи 1477 ГК РФ правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг. 

Как следует из частей 1, 2 статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании. 

Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

В соответствии с частью 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. 

В силу части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Как разъяснено в пункте 156 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

Ввоз товаров на территорию Российской Федерации является элементом введения товара в гражданский оборот на территории Российской Федерации и представляет собой самостоятельное нарушение прав владельца товарного знака (пункт 15 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122).

Согласно пункту 3 части 1 статьи 4 Таможенного кодекса Таможенного союза (действующего на момент возникновения спорных отношений) под ввозом товаров на таможенную территорию таможенного союза понимается совершение действий, связанных с пересечением таможенной границы, в результате которых товары прибыли на таможенную территорию таможенного союза любым способом, включая пересылку в международных почтовых отправлениях, использование трубопроводного транспорта и линий электропередачи, до их выпуска таможенными органами. При этом процесс перемещения товаров предполагает осуществление любых действий по ввозу и вывозу товаров, направленных на реализацию данного процесса, от начала перемещения и до его завершения.

Действия по ввозу товаров считаются оконченными с момента перемещения товаров через таможенную границу Российской Федерации и подачи таможенному органу таможенной декларации и (или) документов, необходимых для помещения этих товаров под таможенную процедуру, условия которой предполагают возможность введения этих товаров на территории Российской Федерации в гражданский оборот.

Из пояснений истца следует, что ООО «Трансмаркет» ввезло без разрешения правообладателя аккумуляторные батареи, маркированные товарным знаком «TAXXON», в подтверждение чего в материалы дела были представлены таможенные декларации.

Согласно таможенным декларациям №10108072/051216/0000980 от 05.12.2016, № 10108072/020517/0000305 от 02.05.2017, № 10108072/290518/0000363 от 29.05.2018, № 10108072/200319/0000227 от 20.03.2019 к таможенному декларированию были заявлены аккумуляторные батареи электрические, свинцовые, (стартерные) (используемые для запуска порш. двигателей внутреннего сгорания автомобильной техники), работающие с жидким электролитом (кислотные), изготовителем была заявлена компания: «TAB D.D».

В соответствии с дополнением к ДТ, товары были маркированы следующим образом: «TAXXON 657912 225АН+L, тов. знак TAXXON», «TAXXON 112144 44АН+L, тов. знак TAXXON».

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. 

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. 

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. 

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. 

В пункте 7.1.2.2. Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденных Приказом Роспатента от 24.07.2018 №128, указано, что при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении.

Таким образом, специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. 

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

Изучив материалы дела, суд считает, что словесное обозначение «TAXXON», которым маркированы аккумуляторные батареи, указанные в декларациях на товары № 10108072/051216/0000980 от 05.12.2016, № 10108072/020517/0000305 от 02.05.2017, № 10108072/290518/0000363 от 29.05.2018, № 10108072/200319/0000227 от 20.03.2019, является сходным до степени смешения с товарным знаком, права на которые принадлежат истцу. Кроме того, спорные предметы (аккумуляторные батареи) аналогичны перечню товаров и услуг, входящих в класс МКТУ 09, в отношении которых предоставлена правовая охрана.

Поскольку сходство товарных знаков истца и знаков, изображенных на ввозимом товаре, не вызывает сомнения, оснований для назначения судебной экспертизы судом не установлено, ходатайств о назначении судебной экспертизы от сторон также не поступало.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о доказанности истцом факта реализации ответчиком спорного товара. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ссылался на то, что по факту проверки ввозимых товаров таможенным органом не было выявлено нарушений, что свидетельствует о правомерности его ввоза со стороны ООО «Трансмаркет».

Оценивая вышеуказанный довод ответчика, арбитражный суд отмечает следующее.

Полномочиями по проверке наличия или отсутствия разрешения правообладателя  исключительных прав на использование результата интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, составляющих самостоятельный объект гражданского права, вышеуказанные органы не наделены.

В силу пункта 5 статьи 384 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза таможенные органы государства-члена принимают меры по защите прав на объекты интеллектуальной собственности, включенные в единый таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности государств-членов и (или) национальный таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности, который ведется таможенными органами такого государства-члена.

Согласно части 1 статьи 328 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон о таможенном регулировании) правообладатель, имеющий достаточные основания полагать, что может иметь место нарушение его прав на объекты интеллектуальной собственности в связи с ввозом товаров в Российскую Федерацию или вывозом товаров из Российской Федерации либо при совершении иных действий с товарами, находящимися под таможенным контролем, вправе подать в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в области таможенного дела, заявление о включении соответствующего объекта интеллектуальной собственности в таможенный реестр.

Закон о таможенном регулировании устанавливает для правообладателей заявительный характер процедуры, урегулированной в законодательстве в целях оперативного пресечения фактов вывоза с территории Российской Федерации и ввоза на таможенную территорию Российской Федерации товаров, нарушающих права интеллектуальной собственности.

Материалами дела подтверждается, что истец обратился в Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности (далее – ТРОИС) с заявлением о включении спорного товарного знака в реестр лишь в 2021 году, после выявления случаев нарушения интеллектуальных прав.

Таким образом, до момента обращения ООО «Интеллект» в ТРОИС с соответствующим заявлением таможенный орган не был уполномочен принимать меры контроля над выявлением фактов ввоза товара, обладающего признаками контрафактности. 

Исходя из вышеуказанного, с учетом того, что принятие таможенным органом деклараций свидетельствует лишь о том, что данные сведения являются достаточными для таможенного оформления и идентификации товара, довод ООО «Трансмаркет» о подтвержденности правомерности ввоза спорного товара судом отклоняется как неосновательный. 

Довод ответчика о том, что он не знал о контрафактном характере спорного товара, приобрел его у третьего лица (TAB tovarna akumulatorskih batarij d.d) судом отклоняется, поскольку в соответствии с положениями статьи 1484 ГК РФ введение товара в гражданский оборот, является самостоятельным способом использования товарного знака.

Арбитражный суд отмечает, что приобретение ответчиком товара у третьего лица с целью продажи, само по себе, не свидетельствует о том, что спорный товар был введен в гражданский оборот с согласия правообладателя.

Доказательством введения в гражданский оборот спорного товара может служить представление письменных документов, свидетельствующих о приобретении товара (накладные, чеки) у правообладателя (лицензиатов), либо уполномоченных ими лиц.

При этом, в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие факт приобретения ответчиком товара у правообладателя или с его согласия.

Кроме того, ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог, и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного размещения на ней результатов интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Между тем, доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарные знаки, ответчиком в материалы дела не представлено.

В силу части 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Из материалов дела усматривается, что истец определил размер компенсации в размере 50 000 руб., то есть, рассчитав на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Суд считает указанное определение стоимости компенсации соответствующим нормативному регулированию.

В ходе рассмотрения дела ответчиком было заявлено ходатайство о снижении размера взыскиваемой компенсации на основании статьи 333 ГК РФ до 10 000 руб.

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Таким образом, неустойка - это мера гражданско-правовой ответственности должника перед кредитором за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства. 

Между тем, компенсация - это санкция за бездоговорное гражданское правонарушение при нарушении исключительного права правообладателя (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из вышеуказанного, арбитражный суд приходит к выводу о том, что положения статьи 333 ГК РФ в рассматриваемом случае не могут быть применимы, доводы ответчика основаны на неправильном понимании норм материального права и подлежат отклонению.

Следует отметить, что в случае взыскания компенсации, существует специальный институт снижения размера заявленной к взысканию компенсации, предоставляющий суду право определять при оценке соразмерности совершенного нарушения и ответственности за него конкретную сумму компенсации в пределах, установленных законом.

Оценив ходатайство ООО «Трансмаркет», арбитражный суд приходит к выводу, что ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации до 10 000 руб.

Истец возражал против удовлетворения данного ходатайства, поскольку материалы настоящего дела содержат доказательства нарушения исключительных прав истца более 20 раз, в связи с чем, компенсация в размере 50 000 руб. за 4 декларации, по мнению истца, является разумной и справедливой.

Оценив доводы сторон, арбитражный суд приходит к следующим выводам.  

Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума № 10 рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). 

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом (в данном случае - третьим лицом) требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). 

Как указано в пункте 62 постановлении Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 10), в случае если истцом определен общий требуемый размер компенсации без разделения по количеству нарушений, суд исходит из того, что в заявленном размере компенсации учтены суммы компенсации за каждое нарушение в равных долях.

В рассматриваемом случае ООО «Интеллект» не конкретизировало размер компенсации применительно к каждому факту нарушения исключительных прав, в связи с чем, арбитражный суд считает, что сумма компенсации по каждой таможенной декларации является равной и составляет 12 500 руб. (50 000 руб./4=12 500 руб.).

Таким образом, размер компенсации за одну таможенную декларацию определен истцом в пределах нижней границы минимального размера компенсации, предусмотренной подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК.

Более того, арбитражный суд учитывает, что по ходатайству истца из Федеральной таможенной службы Российской Федерации были затребованы сведения обо всех случаях ввоза ответчиком на таможенную территорию РФ товаров, маркированных спорным товарным знаком, с указанием стоимости ввезенного товара.

Согласно представленным сведениям общество с ограниченной ответственностью «Трансмаркет» 23 раза ввозило на территорию Российской Федерации товары, маркированные товарным знаком «TAXXON», что подтверждается имеющимися в материалах дела таможенными декларациями. Таможенная стоимость ввезенных аккумуляторов составила 41 052 070,99 руб.

Вместе с тем, несмотря на указанные обстоятельства, ООО «Интеллект» как правообладатель исключительных прав не увеличило размер компенсации, не изменило способ ее расчета, а поддержало первоначально заявленные исковые требования о взыскании компенсации только за 4 таможенные декларации, что является правом истца.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд полагает компенсацию в размере 50 000 руб. разумной и обоснованной, а ходатайство ответчика не подлежащим удовлетворению.

В соответствии со ст. 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины, с учетом результата рассмотрения дела, подлежат отнесению на ответчика.

На основании статей 1477, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст. ст. 16, 17, 27, 28, 102, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Интеллект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Трансмаркет» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> ) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Интеллект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак, «TAXXON» в размере 50 000 руб. 00 коп., а также расходы по оплате госпошлины в размере 2 000 руб. 00 коп.

Данное решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже.

 

            Судья                                                                                                           И.В. Кочетова