СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                          Дело №А45-23369/2011

Резолютивная часть постановления объявлена 04 февраля 2019 г.

В полном объеме постановление изготовлено 19 февраля 2019 г.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Назарова А.В., 

судей: Кудряшевой Е.В., 

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания до перерыва с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Кузьминой В.А., после перерыва секретарем судебного заседания ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» ФИО3 (№ 07АП-695/2013(26)), ФИО4 (№ 07АП-695/2013(27)), закрытого акционерного общества «СМВБ» (630099, 

<

...>, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) (№ 07АП-695/2013(28)), ФИО5 (№ 07АП-695/2013(29)) на определение от 25.09.2018 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Лихачев М.В.), в редакции определений об исправлении опечатки от 26.09.2018, 15.10.2018 (в редакции определения от 01.11.2018), от 17.12.2018 по делу № А45-23369/2011 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» (630099, город Новосибирск, Вокзальная магистраль, дом 16, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по заявлению кредиторов – общества с ограниченной ответственностью «КонсультантПлюс в Новосибирске» (630099, Новосибирская область, ул. Депутатская, д. 46, этаж 12, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (преобразовано из закрытого акционерного общества «КонсультантПлюс в Новосибирске» (630099, 

<

...>, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «СЗЛК» (199034, 

<

...>, литер А, помещение 23Н, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), индивидуального предпринимателя ФИО6 (Новосибирская области, город Новосибирск, ИНН 

<

***> ОГРНИП 309547506300046), закрытого акционерного общества «СМВБ» о привлечении контролирующих лиц: ФИО4, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

с участием в обособленном споре третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: арбитражного управляющего ФИО9, арбитражного управляющего ФИО10, арбитражного управляющего ФИО11, арбитражного управляющего ФИО3, 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» ФИО3: ФИО12 по доверенности от 28.12.2018, паспорт,

от ФИО17 Н.В.: ФИО13 по доверенности от 13.03.2018, паспорт, ФИО14 по доверенности от 13.03.2018, паспорт, 

от ЗАО «СМВБ»: ФИО15 по доверенности от 25.12.2018, паспорт (до перерыва); ФИО16 по доверенности от 24.12.2018, паспорт (до перерыва),

от ФИО5: ФИО5, паспорт,

от ФИО6: ФИО6, паспорт,

от ООО «СЗЛК»: ФИО6 по доверенности от 06.12.2018, паспорт, 

от Казачка А.А. – ФИО8, лично, паспорт,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» (далее – ООО «ИнтерСтройИнвест», должник) в арбитражный суд Новосибирской области поступили заявления кредиторов о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, а именно:

05.12.2013 – заявление закрытого акционерного общества «КонсультантПлюс в Новосибирске» (далее – ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске) (прекратило деятельность 15.09.2014 путем реорганизации в форме преобразования в общество с ограниченной ответственностью «КонсультантПлюс в Новосибирске» (630099, Новосибирская область, улица Депутатская, дом 46, этаж 12, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и взыскания с него в конкурсную массу 336 919 382 рублей 82 копеек (т. 1 л.д. 4-6);

20.12.2013 – заявление общества с ограниченной ответственностью «СЗЛК» (далее – ООО «СЗЛК» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17 Н.В. и взыскания с него в пользу должника 336 919 382 рублей 82 копеек (т. 2 л.д.3-5);

11.08.2014 – заявление индивидуального предпринимателя ФИО6 (далее – ИП ФИО6) о привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности и взыскания с него в конкурсную массу 266 208 098 рублей 63 копеек (т. 3 л.д. 4-6);

06.09.2017 - заявление ИП ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и взыскания с него солидарно с ФИО4 314 657 532 рубля 28копеек (т. 3 л.д. 125-126); 

19.12.2017 и 17.01.2018 – заявление закрытого акционерного общества «СМВБ» (далее – ЗАО «СМВБ») о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 и взыскания с него в конкурсную массу 314 657 532 рублей 28 копеек (т. 7 л.д. 78-79, т. 8 л.д. 1-5);

17.01.2018 – заявление ЗАО «СМВБ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и взыскании с него 314 657 532 рублей 28 копеек (т. 7 л.д. 101-107);

28.04.2018 – заявление ИП ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 (т. 11 л.д. 40-44). 

Определением суда от 25.09.2018 (в редакции определений об исправлении опечатки от 26.09.2018 и 15.10.2018 (в редакции определения от 01.11.2018) приняты отказы и прекращено производство в части привлечения к субсидиарной ответственности:

- по заявлению кредитора ИП ФИО6 – в отношении ФИО8 и ФИО7;

- по заявлению ЗАО СМВБ – в отношении ФИО7

Заявления конкурсных кредиторов ООО «СЗЛК», ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске» и ИП ФИО6 удовлетворены, ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ИнтерСтройИнвест» и с него в конкурсную массу взыскано 55 625 798,29 рублей; в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 по заявлению кредитора ЗАО «СМВБ» отказано.

Конкурсный управляющий ООО «ИнтерСтройИнвест» ФИО3 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда от 25.09.2018, в котором просил его отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований (т. 13 л.д. 114-119).

В обоснование к отмене судебного акта указано, что к заявлениям ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске», ООО «СЗЛК», ИП ФИО6, поданным до 01.07.2017, о привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности не подлежали применению правила Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ в части материальных норм права. 

В рамках настоящего обособленного спора на заявителей возлагается обязанность доказывания того, что конкретными действиями (бездействием) инкриминируемыми ответчикам должник был доведен до финансовой неплатежеспособности, а именно состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. При недоказанности хотя бы одного обстоятельства (условия ответственности) требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворению не подлежит. 

Материалами дела не подтверждается, что уменьшение стоимости или размера имущества должника происходило без встречного эквивалентного предоставления и (или) увеличения размера имущественного требования к должнику, а равно наступления иных неблагоприятных последствий, причинами чего стали именно совершенные ответчиками действия (сделки) с участием должника. 

Кроме того, ни ФИО4, ни ФИО7 не подпадают под определение контролирующих должника лиц, данного законодателем в статье 2 Закона о банкротстве. Доля каждого не превышала 50 %, в связи с чем, по отдельности указанные лица не могли координировать, контролировать и направлять деятельность должника. 

Само по себе совершение ответчиками сделок не может свидетельствовать о наличии причинно-следственной связи между ними и наступившими для должника последствиями, поскольку факт заключения ответчиками сделок и совершения действий исключительно с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, заявителями не доказан. 

Необходимо учитывать, что ФИО17 предоставил должнику в виде займов более 152 млн рублей, а получил обратно 7,2 млн рублей. Истинной причиной утраты должником имущества являлся не вывод активов, а неспособность должника исполнять обязательства по возврату банковских займов, задолженность перед которыми была погашена поручителем – ЗАО «СМВБ». 

При этом, невозможность исполнения должником обязательств в период с 2008 по 2010 годы была обусловлена в больше мере предпринимательским риском, связанным с недостаточным уровнем  выручки от реализации готовой продукции, уменьшение спроса на продукцию и финансового кризиса 2008-2009 г.г.

Суд первой инстанции пришел к неверному выводу о пропуске срока исковой давности по заявлениям о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности.

ФИО4 19.09.2018 обратился в суд с апелляционной жалобой на определение суда от 25.09.2018, в котором просил его изменить и отказать в привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (т. 13 л.д. 123-135, 136-167).

В обоснование к отмене судебного акта ФИО4 указывает, что не является контролирующим должника лицом, поскольку не имел права давать обязательные для исполнения указания, не мог совершать сделки от имени должника, не распоряжался более чем половиной долей уставного капитала. 

В рассматриваемом деле признаки неплатежеспособности возникли с 01.10.2004, должник был признан банкротом 07.03.2012, в связи с чем, применительно к оценке действий контролирующих должника лиц подлежат применению материальные нормы, предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона №73-ФЗ.  

Заявления конкурсных кредиторов о привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности, основанные на материальных нормах, содержащихся в пунктах 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, не основаны на нормах закона и не подлежат удовлетворению. 

Обращая с заявлениями о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности, заявители обязаны были доказать совокупность следующих обстоятельств: наличие статуса контролирующего лица; наличие у контролирующего лица права давать обязательные для юридического лица указания, либо возможности иным образом определять его действия; совершение этим лицом действий (бездействия), свидетельствующих об использовании принадлежащего ему права давать обязательные для юридического лица указания и (или) своих возможностей иным образом определять его действия; причинно-следственную связь между использованием контролирующим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и действиями самого юридического лица, повлекшим его несостоятельность; факт недостаточности имущества общества для расчетов с кредиторами. 

Вместе с тем, доказательства, подтверждающие наличие совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания, заявителями не представлены. 

Доводы о несоответствии условий договоров займа рыночным условиям, являются несостоятельными, учитывая, что условиями договоров не предусматривались комиссии и иные платежи, кроме процентной ставки, которая варьировалась от 12 до 15 % годовых. Также, отсутствовала ежемесячная обязанность по уплате процентов и основного долга. 

Сделки по продаже объектов недвижимости не были для должника убыточными, напротив должник извлек прибыль. 

ЗАО «СМВБ» также обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 25.09.2018 в части привлечения ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности отменить, отказав в привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (т. 13 л.д. 176-178, 181-185).

Апеллянт указывает, что судом неправомерно отказано в привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности за пропуском срока исковой давности. Данный срок должен исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы. Реализация имущества должника закончилась 01.08.2016, именно с этого срока необходимо исчислять срок исковой давности, который кредиторами не был пропущен. Отказывая в привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции не дал оценку доводам заявителей о наличии оснований для привлечения контролирующего лица к ответственности по обязательствам должника, в частности заявление ЗАО «СМВБ» по существу рассмотрено не было. Кроме того, если суд посчитал обоснованным привлечение ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности, то и ФИО8 подлежал привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку он принимал участие в спорных сделках. 

При рассмотрении заявления кредитора ФИО6 об отказе от требований к ФИО8, судом первой инстанции не выяснялась позиция иных лиц, участвующих в обособленном споре.

ФИО5 в поданной апелляционной жалобе на определение суда от 25.09.2018 о привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности, с учетом уточнения, просит судебный акт изменить в части определения размера по сумме долга кредиторов ООО «СЗЛК» (2 502 626,55 рублей + 8 816 373,47 рублей), ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске» (85 929,41 рублей), ИП ФИО6 (44 730 580,52 рублей + 371 780 рублей), а всего 56 507 289,95 рублей, определив размере ответственности ФИО17 Н.В. по сумме долга кредиторов ООО «СЗЛК» (2 502 626,55 рублей + 8 816 373,47 рублей), ЗАО «Консультант плюс» (реорганизовано в форме преобразования в ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске») (85 929,41 рублей), ИП ФИО6 (44 730 580,52 рублей + 371 780 рублей), ФИО5 (3 136 276,11 рублей) и ФИО18 (6 272 552,23 рублей), а всего 65 916 118,29 рублей (т. 14 л.д. 5-6).

По мнению апеллянта, судом при вынесении судебного акта не учтены требования ФИО5 в размере 3 136 276,11 рублей и ФИО18 в размере 6 272 552,23 рублей. 

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) лица, участвующие в обособленном споре представили отзывы на апелляционные жалобы.

Так, кредитор ИП ФИО6 в отзыве считает обоснованным привлечение ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности (т. 14 л.д. 21-41).

Учитывая, что часть заявлений о привлечении контролирующих должника лиц были поданы после 01.07.2017, суд первой инстанции правомерно руководствовался при их рассмотрении нормами 61.11 Закона о банкротстве и разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

Ссылка на пункт 23 Постановления №53 была вызвана необходимостью оценки критериев «вреда», причиненного кредиторам, о котором речь идет не только в статье 61.11 Закона о банкротстве, но и в статье 10 Закона. 

Судом первой инстанции верно установлено, что ФИО4 являлся участником должника и имел возможность определять действия должника. Из схемы структуры группы предприятий отчетливо видно, что вся группа, занятая разработкой карьера, находилась под общим корпоративным контролем, конечными бенефициарами являлись ФИО4 и ФИО7 

Ведущая роль ФИО17 обусловлена тем, что он лично и через подконтрольные лица (ЗАО «СМВБ», ЗАО «ВесТа», ЗАО «Энкер», ЗАО «Аркада-Текнолоджиз») осуществлял инвестирование проекта на протяжении 2007-2010 годов и определял основные условия предоставления должнику заемных средств, а также регулировал поступающие денежные потоки. За период с 01.08.2007 по 01.08.2011 от ФИО17 Н.В. и подконтрольных ему структур  ООО «ИнтерСтройИнвест» предоставлены займы на 184,2 млн рублей. При этом, из анализа финансового состояния должника следует, что на финансовое состояние ООО «ИнтерСтройИнвест» негативно влияло не только отсутствие собственных средств, но и условия, на которых предоставлялись заемные денежные средства. При этом, вместо инвестирования, ФИО17 использовал механизм займов, в том числе для последующего вывода активов. 

06.11.2018 в суд апелляционной инстанции поступил отзыв ООО «СЗЛК», в котором кредитор просит отказать в удовлетворении апелляционных жалобу, указанных лиц (т. 14 л.д. 46-53).

Наличие причинно-следственной связи между предоставленными ФИО4 замами и наступившим банкротством должника, подтверждается тем, что в результате сформировавшейся перед ФИО17 и аффилированными с ним лицами задолженности, должником по указанию ФИО17 Н.В. были совершены сделки по выводу активов в пользу ФИО17 Н.В. 

Так, последствием заключенных договоров займов явилось: обращение взыскание на заложенное имуществом, в ущерб остальным кредиторам должника; отчуждение доли в уставном капитале ООО «Инвестгрупп»; отчуждение 4 объектов недвижимости по договору от 27.08.2010; неудовлетворительные финансовые показатели.

В письменных пояснениях конкурсный управляющий ФИО3 указал, что ФИО4 не подпадает под определение контролирующего должника лицо; анализ представленных в материалы дела доказательств не подтверждает наличие подчиненности либо иных элементов корпоративного контроля со стороны ФИО17 деятельности ООО «ИнтерСтройИнвест»; квалификация судом предоставленных ФИО17 займов как корпоративных, является ошибочной; совершение сделок с имуществом должника, не означает, что они совершались исключительно с целью причинения вреда кредиторам; судом не дана оценка финансовому анализу должник (т. 14 л.д. 69-76, 120-127).

В письменных пояснениях представитель ФИО17 Н.В. поддержал доводы апелляционной жалобы, указав, что Анохин не отвечает статусу контролирующего должника лица; кредиторами не доказано, что банкротство предприятия вызвано действиями (бездействием) ФИО17, в том силе при совершении сделок, якобы с участием ФИО17 Н.В.; банкротство должника произошло не без вины руководителя должника Козачка, который не информировал ФИО17 о фактическом положении дел и о своей обязанности подать заявление о признании предприятия банкротом, так за период с 2009 по 2010 год должник только нарастил кредиторскую до 69 млн рублей; ФИО4 не совершал никаких действий, которые бы находились в прямой причинно-следственной связи с банкротством должника, ООО «ИнтерСтройИнвес» имел признаки банкротства с 2008 года, а с 2009 перестал удовлетворять требования кредиторов и стал несостоятельным (банкротом), что подтверждено определением суда от 25.12.2014 (т. 14 л.д. 77-85). 

25.12.2018 кредитор ФИО18 представил отзыв, в котором указал на то, что поддерживает доводы апелляционной жалобы ФИО5, просил изменить определение суда о привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (т. 14 л.д. 96-98, 111-113).

28.12.2018 ФИО4 представил отзыв на апелляционную жалобу ФИО5, в котором указал на несостоятельность его доводов (т. 14 л.д. 100-105).

Так, ФИО4 отметил, что согласно финансовому анализу должника, проведенному конкурсным управляющим ФИО9 25.01.2013 и ФИО3 в 2015 году и 27.12.2018: 

предоставление ФИО17 должнику денежных займов в 2007-2008 годах, изменений их условий на основании дополнительных соглашений, а также их погашение, не оказали негативного влияния на финансово- экономические показатели и хозяйственную деятельность предприятия, поскольку все основные финансовые показатели ООО «ИнтерСтройИнвест» имели критическое и отрицательное значение как до сделки, так и после;

обращение взыскания на заложенное имущество путем его оставления ЗАО «СМВБ» за собой в июле-августе 2011 года не оказало негативного влияния на финансово-экономические показатели должника;

заключение и исполнение со стороны ООО «Гларус» в пользу ООО «ИнтерСтройИнвест» договоров купли-продажи от 27.10.2010 4-х объектов недвижимости не оказали негативного влияния на финансово-экономические показатели должника, поскольку они и так имели критическое значение;

отчуждение 99 % доли в ООО «Инвестгрупп» также не оказало негативного влияния. 

Причинами убыточности деятельности должника явилось: мировой кризис и посткризисное восстановление экономики;  неоправданные транспортные расходы; сокращение объемов строительства и ремонта автомобильных дорог по Новосибирской области; влияние внешних, независящих от должника, факторов. 

Кредиторы ФИО5 и ФИО18 своим правом на обращение с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности не воспользовались, в связи с чем, их требования правомерно не учтены судом первой инстанции.

29.12.2018 ЗАО «СМВБ» представило уточнение по своей апелляционной жалобе, в котором просило определение суда в части удовлетворении заявления конкурсного кредитора ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17 Н.В. и взыскания с него в пользу должника 56 507 289,95 рублей отменить, обставить заявление без рассмотрения полностью; в части удовлетворения заявления кредитора ООО «СЗЛК» и ИП ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17 Н.В. и взыскании с него 56 507 289,95 рублей отменить, отказать в удовлетворении заявления в полном объеме; в части привлечения к субсидиарной ответственности Казачка А.А. по заявлению кредитора ЗАО «СМВБ» принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объеме; в остальной обжалуемой части определение суда оставить без изменения (т. 14 л.д.115-116).

09.01.2019 ФИО19 представила отзыв, в котором поддержала апелляционную жалобу ФИО5 

28.01.2019, 29.01.2019, 30.01.2019 и 31.01.2019 в арбитражный апелляционный суд поступили письменные пояснения ЗАО «СМВБ», ФИО17 Н.В., конкурсного управляющего ФИО3, ФИО5 

В судебном заседании 30.01.2019 представители апеллянтов поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Представитель ООО «СЗЛК» поддержал доводы апелляционной жалобы ФИО20 

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, явку своих представителей не обеспечили. 

В судебном заседании 30.01.2019 на стадии реплик в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 04.02.2019.

После перерыва заседание продолжено, представители сторон выступили с репликами. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов, письменных пояснений, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «ИнтерСтройИнвест»  было создано 23.06.2005 в результате преобразования из ЗАО «ИнтерСтройИнвест» в ООО. 

Участниками должника стали ФИО4 и ФИО7, каждый по 50 % доли в уставном капитале, которые разработали бизнес-проект «Разработка Коенского карьера».

Реализация проекта предполагалась следующим образом: 

- добыча камня – ООО «Инвестгрупп-Искитим», которое имело лицензию (т. 3 л.д. 20) на разработку Верх-Коенского месторождения строительного камня, расположенного в с. Лекарственное Тогучинского района Новосибирской области, сроком действия до 31.12.2030; 

- переработка камня – ООО «Инвестгрупп-Тогучин»; 

- продажа продукции – ООО Торговый Дом «Коенский щебень». 

Организации взаимосвязанные, поскольку единственным участником ООО «…Искитим» и ООО «…Тогучин» было ООО «Инвестгрупп», 99 % доли в уставном капитале которого принадлежали должнику; Торговый Дом также был в собственности должника. 

Финансирование деятельности ООО «ИнтерСтройИнвест» до 01.05.2008 осуществлялось исключительно путем предоставления займов: 

- от 29.08.2007 – ЗАО «АРКА Технолоджиз» (т. 5 л.д. 8-10) на сумму 56,5 млн. руб. и с уплатой 12 % годовых, с октября 2008 года – 15 %. При этом, ФИО4 с 01.09.2004 был финансовым директором займодавца, что подтверждается справкой (т. 4 л.д. 109); 

- от 21.11.2007 – ФИО4 (т. 5 л.д. 1-4) на сумму 93,4 млн. руб. на срок до 01.04.2008 и далее до 31.12.2008 (в редакции дополнительного соглашения) и с уплатой 15 % годовых; 

- от 16.01.2008 – ФИО4 (т. 5 л.д. 5-7) на сумму 58,6 млн. руб. на срок до 01.07.2008 и далее до 31.12.2008 (в редакции дополнительного соглашения) и с уплатой 15 % годовых и далее 17,25 %; 

- от 18.02.2008 – ЗАО «Энкер» (т. 4 л.д. 152) на сумму 4,6 млн. руб. на срок до 31.12.2008 и далее до 31.12.2009 (в редакции дополнительных соглашений) и с уплатой 12 % годовых и далее 15 %. 

Учредители ФИО21 и ФИО22 лица с ФИО4 взаимозависимые через ООО «Кверти» (т. 4 л.д. 102), участником которого является ЗАО «СМВБ», единоличным исполнительным органом которого с 29.10.1992 по 15.05.2012 был ФИО4 (т. 4 л.д. 110). 

Возврат заемных средств ЗАО «Энкер» произведен 13.09.2010 путем заключения соглашения об отступном (т. 5 л.д. 137) и передачей должником векселя ЗАО «Гларус» на сумму 4,6 млн. руб. 

- от 18.02.2008 – ЗАО «ВесТа» (т. 4 л.д. 148) на сумму 3,4 млн. руб. на срок до 31.12.2008 и далее до 31.12.2009 (в редакции дополнительных соглашений) и с уплатой 12 % годовых и далее 15 %. 

Учредители ФИО21 и ЗАО «Форум-Н» с ФИО4 зависимые лица через ЗАО «Энкер». 

Возврат займа ЗАО «ВесТа» произведен 13 и 24 сентября 2010 года путем заключения соглашений об отступном (т. 5 л.д. 140-141) и передачей должником двух векселей ЗАО «Гларус» на общую сумму 3 613 023 руб. 

ЗАО «Гларус» (учредители ФИО23 и ФИО24) является также аффилированным с ФИО4 лицом через ЗАО «Мега-Н», ООО «Мега-Н», ООО «Веста» и ФИО21 (т. 4 л.д. 87-102). 

Далее должник взял кредит 19.05.2008 у ОАО «Банк УралСиб» в размере 150 млн. руб. 

Таким образом, значительная сумма финансирования была произведена ФИО4 или зависимыми с ним лицами, которые в итоге получили заемные средства назад денежными средствами либо имуществом.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве ООО «ИнтерСтройИнвест» возбуждено определением суда от 10.01.2012 по заявлению должника. 

Решением суда от 13.03.2012 (резолютивная часть объявлена 07.03.2012) ООО «ИнтерСтройИнвест» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО5, член некоммерческого партнерства «Сибирская Межрегиональная Саморегулируемая Организация Арбитражных Управляющих».

Определением суда от 29.12.2012 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ИнтерСтройИнвест», конкурсным управляющим утвержден ФИО9, член некоммерческого партнерства «Национальная гильдия арбитражных управляющих». 

Основанием для отстранения конкурсного управляющего послужило: не проведение собраний кредиторов в период с 13.03.2012 по 19.10.2012; не представления кредиторам отчета о своей деятельности и информации о финансовом состоянии должника; отказ в допуске представителя кредитора для участия в собрании кредиторов; несвоевременное уведомление ФНС России о проведении собрания кредиторов.

Определением суда от 20.03.2014 ФИО9 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ИнтерСтройИнвест».

Основанием для отстранения конкурсного управляющего послужило:  непринятие мер по взысканию с ФИО4 неосновательного обогащения в размере 70 200 000 рублей; непринятие мер по оспариванию действий ЗАО «СМВБ» по оставлению имущества залогодержателем за собой.

Определением суда от 24.04.2014 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО10, член некоммерческого партнерства «Национальная гильдия арбитражных управляющих».

Определением от 25.12.2014, оставленным без изменения постановлением от 25.03.2015 арбитражного апелляционного суда и постановлением от 15.06.2015 арбитражного кассационного суда, признаны недействительными:

- сделки ЗАО «СМВБ» по обращению взыскания на предмет залога путем оставления за собой имущества должника, произведенную на основании уведомлений от 27.07.2011 № 182/1-182/12 и актов от 09.08.2011;

- дополнительных соглашений от 29.04.2011 к договорам залога от 19.05.2008 № 3200-021/00115/0301, № 3200-021/00115/0302, № 3200-021/00115/0310, № 3200-021/00115/0311, №3200-021/00115/0312, № 3200-021/00115/0313, № 3200-021/00115/0315;

- дополнительных соглашений от 22.07.2011 к договорам залога от 21.01.2010 № 1 и от 23.04.2010, от 25.07.2011 к договорам залога от 19.02.2010 N 2 и от 24.03.2010 № 3;

- договора залога от 25.07.2011 № 4, указав имущество, подлежащее возврату в конкурсную массу - всего 82 позиции.

Указанные сделки признаны ничтожными в силу статей 10, 168 ГК РФ.

Оценивая поведение сторон по заключению и исполнению оспариваемых сделок, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств в совокупности, судами трех инстанций сделан вывод, что совершение сделок было направлено исключительно на причинение вреда должнику и его кредиторам. Злоупотребление правом имело место со стороны ЗАО «СМВБ», которое действуя в преддверии банкротства должника и зная о наличии признаков неплатежеспособности, предприняло действия по выводу активов должника по заниженной стоимости, что привело к причинению вреда имущественным интересам должника и его кредиторов.

Определением суда от 12.01.2015 удовлетворено заявление ФИО17 Н.В. об исключении его требования в размере 70 200 000 рублей из реестра требований кредиторов.

Определением суда от 12.05.2015 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, конкурсным управляющим утвержден ФИО11, член некоммерческого партнерства «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Определением суда от 03.08.2015 ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член некоммерческого партнерства «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Определением суда от 07.09.2015 из реестра требований кредиторов исключено требование ФИО17 Н.В. в размере 70 200 000 рублей.

Определением суда от 24.02.2016 в реестре требований кредиторов произведена замена кредитора ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске» на ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске».

05.12.2013 ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске» (правопреемник ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске») обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17 Н.В. и взыскания с него в конкурсную массу 336 919 382 рублей 82 копеек (т. 1 л.д. 4-6).

В обоснование заявления указано, что в декабре 2010 г. ФИО4, владеющим 50 % доли уставного капитала ООО «ИнтерСтройИнвест» одобрена сделка по отчуждению должником принадлежащей доли в 99 % участия в уставном капитале ООО «Инвестгрупп», а именно: 

ФИО4 – 75,975 % уставного капитала, номинальной стоимостью 7 597,9 рублей; цена сделки 30 390 000 рублей;

ЗАО «АРКА Технолоджи» - 7,74 % уставного капитала, номинальной стоимостью 774 рублей; цена сделки 3 096 000 рублей;

ЗАО «СМВБ» - 15,285 % уставного капитала, номинальной стоимостью 1 528,5 рублей; цена сделки 6 112 000 рублей.

Общая цена сделок 40 млн рублей.

09.12.2010 был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Инвестгрупп» заключен между должником, в лице директора ФИО8, ФИО4, ЗАО «СМВБ», в лице президента ФИО17 Н.В., ЗАО «АРКА Технолоджи», в лице директора ФИО25 (т. 1 л.д. 78-81). 

При этом, на момент совершения сделки должник обладал 99 % участия в уставном капитале ООО «Инвестгрупп», которое в свою очередь обладало лицензией на добычу щебня и являлось единственным участником ООО «Инвестгрупп-Искитим» и ООО «Инвестгрупп-Тогучин». 

Согласно отчета ООО «Оценка и Право Финансовые консультации», утвержденного 31.01.2011, рыночная стоимость 100 % доли ООО «Инвестгрупп» составляет 228 319 000 рублей (т. 1 л.д. 14-72). 

Учитывая, что 99 % доли были отчуждены по заниженной в 5,65 раза цене, сделка совершена в целях причинения имущественного вреда кредиторам ООО «ИнтерСтройИнвест», при этом другие стороны сделки знали об указанной цели в момент совершения сделки. 

Так, на момент совершения сделки ФИО4 являлся единоличным исполнительным органом ЗАО «СМВБ», а также акционером и финансовым директором ЗАО «АРКА Технолоджи».

Кроме того, сделка совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку на протяжении 6 месяцев ООО «ИнтерСтройИнвест» не производило уплату обязательных платежей и санкций, что было вызвано недостаточностью денежных средств. 

Вменяемая ФИО4 сделка совершена 09.12.2010.

20.12.2013 ООО «СЗЛК» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО17 Н.В. и взыскания с него в пользу должника 336 919 382 рублей 82 копеек (т. 2 л.д. 3-5).

В обоснование заявления кредитор также ссылается на вывод из общества 99 % доли в уставном капитале ООО «Инвестгрупп» по заниженной цене. 

Факт неплатежеспособности должника в спорный период подтверждается, в том числе:

решением от 18.05.2011 Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу №А56-48243/2010, которым с ООО «ИнтерСтройИнвест» в пользу ООО «СЗЛК» взыскано 8 650 384,40 рублей долга и 65 989,07 рублей расходов по уплате госпошлины, а также солидарно с ООО «Юникс» 100 000 рублей долга и процентов и 762,85 рублей расходов по госпошлине;

отчетом №2378 от 19.06.2013 независимого оценщика «ИнвестОценкаАдит».

11.08.2014 ИП ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности и взыскания с него в конкурсную массу 266 208 098 рублей 63 копеек (т. 3 л.д. 4-6).

В обоснование заявления кредитор указывает на совершение ФИО4 сделок, направленных на отчуждение имущества должника в пользу аффилированных и подконтрольных лиц, а именно: 

1) отчуждение объектов недвижимости, расположенных в с. Лекарственное Тогучинского района Новосибирской области: спальный корпус, столовая, контора, гараж легковых машин, используемые в проекте разработки Коёнского месторождения строительного камня; 

2) отчуждение 99 % доли в уставном капитале ООО «Инвестгрупп»;

3) обращение взыскания на залоговое имущество должника от имени ЗАО «СМВБ», которое передано по актам от 09.08.2011 (т. 3л.д. 57-67).

Общая сумма сделок составила 107 463 179 рублей.

В результате вывода имущества и обращения на него взыскания, должник прекратил исполнять обязательства перед кредиторами. 

При этом, в настоящее время ФИО4 самостоятельно, а также через аффилированных лиц (ЗАО «Триэн», ЗАО «Арка-Текнолоджиз», ЗАО «СМВБ», ЗАО «Гларус», ФИО26) является лицом, контролирующим весь имущественный комплекс по добыче строительного камня на Верх-Коенском месторождении, его переработки и реализации. 

Так, структура группы по разработке каменного карьера выглядела следующим образом:

ФИО7 и ФИО4 владели по 50 % доли (каждый) в ООО «ИнтерСтройИнвест», которое в свою очередь являлось:

100 % участником ООО «Сибирская Лаборатория» и ООО ТД «Коенский щебень»;

99 % участником ООО «Инвестгрупп» (1 % доли принадлежал ЗАО «Арка Текнолоджиз».

В свою очередь, ООО «Инвестгрупп» является 100 % участником:

ООО «Инвестгрупп-Искитим», обладающее лицензией по добыче камня;

ООО «Инвестгрупп-Тогучин», занимающееся переработкой камня. 

После отчуждения 99 % доли в ООО «Инвестгрупп», структура группы по разработке каменного карьера выглядела следующим образом:

ООО «Инвестгрупп» является 100 % участником:

ООО «Инвестгрупп-Искитим», обладающее лицензией по добыче камня;

ООО «Инвестгрупп-Тогучин», занимающееся переработкой камня.

При этом, участниками ООО «Инвестгрупп» являются: ЗАО «СМВБ» - 15,29 %, ФИО4 – 75,97 %, ЗАО «Арка Текнолоджиз» - 7,74 % (т. 6 л.д. 92-94).

Вменяемые ФИО4 сделки совершены 27.08.2010, 09.12.2010 и 09.08.2011.

06.09.2017 ИП ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и взыскания с него солидарно с ФИО4 314 657 532 рубля 28копеек (т. 3 л.д. 125-126).

Однако впоследствии ИП ФИО27 отказался от требований к ФИО8, производство по заявлению в отношении ФИО8 судом прекращено. 

06.09.2017 ИП ФИО6 уточнил требования к ФИО4, указав на совершение контролирующим должника лицом сделок по предоставлению займов на нерыночных условиях, а именно:

1) действия ФИО17 Н.В. направленного на принятие должником излишних обязательств, что привело к неплатежеспособности должника, в частности заключение договоров займа, а именно: 

договор займа от 21.11.2007 на сумму 93 400 000 рублей;

договор займа от 16.01.2008 на сумму 58 600 000 рублей;

договор займа от 01.04.2008 на сумму 152 717 086 рублей;

договор займа от 18.02.2008 с ЗАО «Энкер»; 

договор займа от 18.02.2008 с ЗАО «ВесТа»;

договор займа от 29.08.2007 с ЗАО «Арка-Текнолоджиз»;

2) действия ФИО17, связанные с заключение неблагоприятных для должника сделок, а именно:

договора о залоге оборудования от 19.02.2010 №2, от 24.03.2010 №3, от 23.04.2010;

договор купли-продажи от 15.01.2010;

договор о приобретении высоковольтной линии от 01.07.2010;

договор купли-продажи от 27.08.2010;

договор купли-продажи от 09.12.2010;

обращение  взыскания на заложенное имущество. 

Общая сумма сделок составила 107 463 179 рублей, при этом стоимость имущественного комплекса составляла 1 016 221 000 рублей (т. 3 л.д. 136-137).

19.12.2017 и 17.01.2018 в арбитражный суд поступили заявления ЗАО «СМВБ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 и взыскания с него в конкурсную массу 314 657 532 рублей 28 копеек (т. 7 л.д. 78-79, т. 8 л.д. 1-5).

Однако впоследствии ЗАО «СМВБ» отказалось от требований к ФИО7, производство по заявлению в отношении ФИО7 судом прекращено. 

17.01.2018 в арбитражный суд поступило заявление ЗАО «СМВБ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и взыскании с него 314 657 532 рублей 28 копеек (т. 7 л.д. 101-107).

В обоснование заявления указано, что в период с 2007 по 03.11.2011 ФИО8 являлся директором должника.

При этом, ФИО8, как руководителем должника не исполнена обязанность, установленная статьей 9 Закона о банкротстве, по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Так, обязательства перед кредиторами не исполнялись должником с 2009 года. 

Кроме того, ФИО8 последующему руководителю не была передана в полном объеме бухгалтерская и иная документация предприятия.

Также, в период исполнения обязанностей директора, Козачком заключались сделки, которыми причинен имущественный вред предприятию, в частности:

01.06.2008 заключен договор поставки строительного камня с ООО «Инвестгрупп-Искитим», по которому должник приобрел камень на сумму 72 739 920,13 рублей, а произвел расчет только на сумму 28 009 339,61 рублей, в результате образовалась задолженность в размере 44 7300 580,52 рублей, которая включена в реестр требований кредиторов определением суда от 10.07.2013;

04.12.2007 и 07.02.2008 заключены договоры займа с ФИО28 и ФИО29, по условиям которых, должник предоставил займы на 4 712 184,30 рублей на 84 месяца под 10 % годовых и 500 000 рублей на 4 месяца под 10 % годовых. При этом, предоставление займов в условиях неплатежеспособности не было обусловлено какими-либо интересами должника. суммы займов не были возвращены должнику, в счет оплаты предоставлен вексель номинальной стоимостью 8 927 009,49 рублей, выданный 10.05.2011 ООО «ИнтерСтройИнвест» в пользу ЗАО «Форум-Н», с совершенным на нем индоссаментом в пользу ФИО28;

В период с 01.01.2010 по 06.02.2011 ФИО8 от имени должника осуществлял расходование денежных средств, удовлетворяя тем самым требования одних кредиторов, в ущерб интересов других кредиторов. Так, в период с 2009 по 2011 производились оплаты по договору поставки от 02.06.2008 в пользу ООО «Инвестгрупп-Искитим»; расчеты с ООО «ТД «Коенский Щебень», ООО «Сибирская лаборатория дорожного и строительного контроля», ООО «Инвестргрупп-Тогучин» и др. При этом, оставлись неисполненные обязательства перед ООО «СЗЛК», ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске». 

19.03.2018 ЗАО «СМВБ» уточнило основания привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности, указав дополнительно следующие сделки: 

договор от 04.05.2010 об оказании информационных услуг с ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске»;

договор от 21.12.2007 поставки дробильно-сортировочного комплекса с ООО «СЗЛК» (т. 9 л.д. 129-130).

Вменяемые ФИО8 нарушения, действия (бездействие) совершены с 2008 по 2011 г.г. 

28.04.2018 в арбитражный суд поступило заявление ИП ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 (т. 11 л.д. 40-44). 

Однако впоследствии кредитор отказался от требований к ФИО7, производство по заявлению в отношении ФИО7 судом прекращено. 

Определением суда от 25.09.2018 (в редакции определений об исправлении опечатки от 26.09.2018, 15.10.2018 (в редакции определения от 01.11.2018), от 17.12.2018) приняты отказы и прекращено производство в части привлечения к субсидиарной ответственности:

- по заявлению кредитора ИП ФИО6 – в отношении ФИО8 и ФИО7;

- по заявлению ЗАО СМВБ – в отношении ФИО7

Заявления конкурсных кредиторов ООО «СЗЛК», ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске» и ИП ФИО6 удовлетворены, ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ИнтерСтройИнвест» и с него в конкурсную массу взыскано 55 625 798,29 рублей; в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 по заявлению кредитора ЗАО «СМВБ» отказано.

Определением суда от 26.09.2018 исправлена опечатка в определении суда от 25.09.2018 и резолютивной части от 06.09.2018, указано, что ЗАО «СМВБ» отказано в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8

Определением суда от 15.10.2018 исправлена опечатка, допущенная в определении суда от 25.09.2018, в части указания дат обращения кредиторов с заявлениями о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и отказано в уменьшении размера ответственности на 371 780 рублей.

Определением суда от 01.11.2018 исправлены описки, допущенные в определении суда от 15.10.2018.

Определением суда от 02.11.2018 конкурсному управляющему отказано в разъяснении определения суда от 25.09.2018.

Определением суда от 17.12.2018 исправлена опечатка в части неверно указания в определении суда от 25.09.2018 кредитора, вместо ЗАО «КонсультантПлюс», следует читать ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске». 

Определением суда от 17.12.2018 урегулированы разногласия и указано, что определение от 25.09.2018 по делу №А45-23369/2011 о привлечении к субсидиарной ответственности подлежит применению в редакции главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Определением суда от 15.01.2019 отказано в исправлении опечатки в определении суда от 25.09.2018.

Привлекая ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд определил размер ответственности по сумме трех кредиторов (заявителей): ООО «СЗЛК», ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске» и ИП ФИО6 

Принимая отказы кредиторов от требований к ФИО8 и ФИО7, а также отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ФИО8, суд первой инстанции исходил из того, что отказы от заявленных требований не нарушают права и законные интересы конкурсных кредиторов, учитывая, что заявления поданы по истечении срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиками. 

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

В рассматриваемом случае, кредиторы обрались с заявлениями о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в следующие даты:

05.12.2013 – ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске» о привлечении ФИО17 Н.В.;

20.12.2013 – ООО «СЗЛК» о привлечении ФИО17 Н.В.;

11.08.2014 – ИП ФИО6 о привлечении ФИО17 Н.В.;

06.09.2017 – ИП ФИО6 о привлечении ФИО8; 

19.12.2017 и 17.01.2018 – ЗАО «СМВБ» о привлечении ФИО7;

17.01.2018 – ЗАО «СМВБ» о привлечении ФИО8;

28.04.2018 – ИП ФИО6 о привлечении ФИО7 

Как указывалось ранее, заявления кредиторов, поданных с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве, в редакции Закона №266-ФЗ.

ФИО8 и ФИО7 заявлено о пропуске срока исковой давности. 

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В силу пункта 59 Постановления №53 предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по общему правилу исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Закон о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, действовавшей на момент рассматриваемых правоотношений, не содержал положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, т.е. к спору в данной части судом первой инстанции правомерно применен общий срок исковой давности, установленный статьей 196 ГК РФ - 3 года.

ЗАО «СМВБ» в качестве основания для привлечения ФИО8 указывало, что в период с 2007 по ноябрь 2011 ФИО8: 

- неисполнения обязанность, установленная статьей 9 Закона о банкротстве;

- не исполнена в полно объеме передача бухгалтерской и иной документации;

- заключались сделки, которыми причинен имущественный вред предприятию, в частности: 01.06.2008 заключен договор поставки строительного камня с ООО «Инвестгрупп-Искитим»; 04.12.2007 и 07.02.2008 заключены договоры займа с ФИО28 и ФИО29; 19.03.2018 заключен договор с ЗАО «КонсультантПлюс в Новосибирске»; 21.12.2007 договор поставки с ООО «СЗЛК»;  

- в период с 01.01.2010 по 06.02.2011 осуществлялось преимущественное удовлетворении требований одних кредиторов, перед другими.

Конкурсное производство в отношении должника открыто 07.03.2012, заявления о привлечении Козачка и Лубенца о привлечении к субсидиарной ответственности поданы кредиторами с 06.09.2017 по 28.04.2018, т.е. за пределами срока исковой давности.

При этом, ФИО4 как участник должника и руководитель ЗАО «СМВБ» не мог не знать о состоянии дел в ООО «ИнтерСтройИнвест», о заключаемых ФИО8 договорах и  погашении требований кредиторов, а также о не исполнении обязательств перед кредиторами с 2009 года, о наличии оснований для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании предприятия банкротом.

Принимая отказы ИП ФИО30 в отношении ФИО8 и ФИО7 и ЗАО «СМВБ» в отношении ФИО7, суд первой инстанции исходил из того, что данные отказы, ввиду пропуска срока исковой давности, не противоречат закону и не нарушают права иных кредиторов должника. 

На дату признания должника банкротом, статья 10 Закона о банкротстве действовала в редакции Закона №73-ФЗ.

Размер ответственности, в силу абзаца 2 пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве, применительно к случаям, предусмотренным пунктами 4 и 5 настоящей статьи, устанавливался  исходя из разницы между определяемым на момент закрытия реестра размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и размером удовлетворенных требований кредиторов на момент приостановления расчетов с кредиторами или исполнения текущих обязательств должника в связи с недостаточностью имущества должника, составляющего конкурсную массу. 

Федеральным законом №134-ФЗ от 28.06.2013 в статью 10 Закона о банкротстве внесены изменения, в частности пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве дополнен следующими положениями:

заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

05.12.2013, 20.12.2013 и 11.08.2014, т.е. в установленный законом срок, конкурсные кредиторы ООО «КонсультантПлюс в Новосибирске», ООО «СЗЛК» и ИП ФИО6 обратились в арбитражный суд с заявлениями о привлечении ФИО17 Н.В. к субсидиарной ответственности.

В обоснование заявлений указано, что 

1) в декабре 2010 г. ФИО4, владеющим 50 % доли уставного капитала ООО «ИнтерСтройИнвест» одобрена сделка по отчуждению должником принадлежащей доли в 99 % участия в уставном капитале ООО «Инвестгрупп», а именно: 

ФИО4 – 75,975 % уставного капитала, номинальной стоимостью 7 597,9 рублей; цена сделки 30 390 000 рублей;

ЗАО «АРКА Технолоджи» - 7,74 % уставного капитала, номинальной стоимостью 774 рублей; цена сделки 3 096 000 рублей;

ЗАО «СМВБ» - 15,285 % уставного капитала, номинальной стоимостью 1 528,5 рублей; цена сделки 6 112 000 рублей.

Общая цена сделок 40 млн рублей.

На основании полученного одобрения, 09.12.2010 между должником, в лице директора ФИО8, ФИО4, ЗАО «СМВБ», в лице президента ФИО17 Н.В., ЗАО «АРКА Технолоджи», в лице директора ФИО25 заключен договор купли-продажи доли. 

При этом, на момент совершения сделки должник обладал 99 % участия в уставном капитале ООО «Инвестгрупп», которое в свою очередь обладало лицензией на добычу щебня и являлось единственным участником ООО «Инвестгрупп-Искитим» и ООО «Инвестгрупп-Тогучин». 

Расчеты по договору с ФИО4 были произведены зачетом встречных однородных требований на основании соглашения от 31.12.2010 (т.5 л.д. 143), в результате чего погашены обязательства: 

- ФИО17 Н.В. в размере 30 390 000 руб. за долю; 

- должника на эту сумму по объединенным займам от 21.11.2007 на 93,4 млн. рублей и от 16.01.2008 на 58,6 млн. рублей.

ООО «ИнтерСтройИнвест» в результате продажи своей доли утратило возможность управлять реализацией проекта по разработке карьера, в том числе и получения каких-либо доходов от производственной деятельности.

Согласно отчета ООО «Оценка и Право Финансовые консультации», утвержденного 31.01.2011, рыночная стоимость 100 % доли ООО «Инвестгрупп» составляет 228 319 000 рублей. 

Учитывая, что 99 % доли были отчуждены по заниженной в 5,65 раза цене, сделка совершена в целях причинения имущественного вреда кредиторам ООО «ИнтерСтройИнвест», при этом другие стороны сделки знали об указанной цели в момент совершения сделки. 

На момент совершения сделки ФИО4 являлся единоличным исполнительным органом ЗАО «СМВБ», а также акционером и финансовым директором ЗАО «АРКА Технолоджи».

Кроме того, сделка совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности. 

Так, как указывает сам ФИО31 в апелляционной жалобе и письменных пояснениях, признаки неплатежеспособности у предприятия были с 2007 года.

Вменяемая ФИО4 сделка совершена 09.12.2010.

2) отчуждение по договору купли-продажи от 27.08.2010 объектов недвижимости, расположенных в с. Лекарственное Тогучинского района Новосибирской области: спальный корпус, столовая, контора, гараж легковых машин, используемые в проекте разработки Коёнского месторождения строительного камня.

Сумма сделки составила 8 213 023 руб. 02 коп.; расчеты произведены 10.09.2010 путем передачи трех векселей по соглашению об отступном (т. 5 л.д. 132) – далее векселя переданы должником ЗАО «Энкер» и ЗАО «ВесТа» в счет оплаты по договорам займов; Недвижимость должник сдавал в аренду ООО «Инвестгрупп-Искитим» и ООО «Инвестгрупп-Тогучин» по договорам (т. 5 л.д. 73-84), ежемесячная плата составляла 127 321 руб. 12 коп. или 1 527 853 руб. 44 коп. в год.

На дату совершения указанных сделок, действовала статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №73-ФЗ от 28.04.2009.

3) должник по договору от 19.05.2008 взял у ОАО «УралСиб» кредит на сумму 150 млн. рублей и в обеспечение кредитных обязательств заключил с банком договоры залога, передав автомобили и горнодобывающую технику, общей стоимостью 133 500 300 рублей 85 копеек. 

Поручители погасили долг по кредиту, ЗАО СМВБ приобрело у ФИО7 его право требования к должнику и стало на место банка по кредитному договору. 

25.07.2011 между должником и ЗАО СМВБ дополнительно во исполнение кредитного договора от 19.05.2008 был заключен еще договор залога, предметом которого стали вагончики, эстакада и оборудование – всего 39 позиций. 

ООО «ИнтерСтройИнвест» в период с января по апрель 2010 года в обеспечение исполнения обязательств ООО ТД «Коенский щебень» перед ЗАО СМВБ по договорам займа заключило четыре договора залога: 

- №1 от 21.01.2010 в редакции ДС от 22.07.2011 – высоковольтная линия (приобретена должником у ООО ТД «Коенский щебень») стоимостью 8 838 151 рублей;

 - №2 от 19.02.2010 – оборудование (7 позиций) общей стоимостью 2 224 306 рублей; 

- №3 от 24.03.2010 – бункер на ДСФ стоимостью 1 374 940 руб.; 

- б/н от 23.04.2010 – автобус, грохот, конвейер, установка и станция связи общей стоимостью 3 000 000 рублей. 

В апреле и июле 2011 года ЗАО СМВБ и должник подписали дополнительные соглашения к договорам залога, заменив в них ОАО «Банк УралСиб» на себя, и включив условия об обращении взыскания на предмет залога без решения суда. 

ЗАО СМВБ направило должнику 28.07.2011 уведомления о начале обращения взыскания на предмет залога и 09.08.2011 на основании актов получило все имущество.

Определением суда от 25.12.2014 сделка по обращению взыскания на залоговое имущество ООО «ИнтерСтройИнвест» признана недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ.

Как указывалось ранее, судами было установлено, что совершение сделок было направлено исключительно на причинение вреда должнику и его кредиторам. 

На дату совершения указанной сделки, также действовала статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №73-ФЗ от 28.04.2009.

4) действия ФИО17 Н.В. направленные на принятие должником излишних обязательств, что привело к неплатежеспособности должника, в частности заключение договоров займа, а именно: 

договор займа от 21.11.2007 на сумму 93 400 000 рублей;

договор займа от 16.01.2008 на сумму 58 600 000 рублей;

договор займа от 01.04.2008 на сумму 152 717 086 рублей;

договор займа от 18.02.2008 с ЗАО «Энкер»; 

договор займа от 18.02.2008 с ЗАО «ВесТа»;

договор займа от 29.08.2007 с ЗАО «Арка-Текнолоджиз».

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию.

Данная ответственность обусловлена обеспечением надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей в целях всестороннего раскрытия информации для кредиторов должника, касающейся хозяйственной деятельности должника, и направлена на защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности получения исчерпывающей информации о финансовом (имущественном) положении юридического лица и формирования конкурсной массы должника (в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника), а также оценки действий руководителя должника в отношении контрагентов последнего на предмет разумности и добросовестности, установления наличия (либо отсутствия) вины руководителя должника в возникшей финансовой неплатежеспособности.

Субсидиарная ответственность руководителя по долгам возглавляемой им организации возникает вследствие причинения вреда кредиторам.

В пункте 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

При обращении в суд с соответствующим требованием заявитель должен доказать, что своими действиями контролирующее лицо довело должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности, до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В результате вывода имущества, должник утратил возможность управлять реализацией проекта по разработке карьера, в том числе и получения каких-либо доходов от производственной деятельности, а также прекратил исполнять обязательства перед кредиторами.

Судом установлено, что в настоящее время ФИО4 самостоятельно, а также через аффилированных лиц (ЗАО «Триэн», ЗАО «Арка-Текнолоджиз», ЗАО «СМВБ», ЗАО «Гларус», ФИО26) является лицом, контролирующим весь имущественный комплекс по добыче строительного камня на Верх-Коенском месторождении, его переработки и реализации. 

Совершение должником сделок по отчуждению имущества (объекты недвижимости, доля в уставном капитале и обращение взыскания на всю технику и оборудование) с участием ФИО17 Н.В. привело к банкротству ООО «ИнтерСтройИнвест». ФИО4 после указанных сделок оформил выход из состава участников должника. 

Заявление (т. 4 л.д. 7) датировано 01.04.2011, однако изменения в ЕГРЮЛ внесены в сентябре 2011 года. 

При этом, ФИО4 продолжал оставаться участником, что подтверждается протоколом собрания от 17.06.2011 о продлении полномочий директора должника (т. 4 л.д. 6), а также контролировал через ЗАО СМВБ деятельность общества – оплата за ООО «ИнтерСтройИнвест» и передача должником своей документации ЗАО «СМВБ» (т. 4 л.д. 9 и 60-61).

Судом также установлено, и материалами дела подтверждается, что ведущая роль ФИО17 обусловлена тем, что он лично и через подконтрольные лица (ЗАО «СМВБ», ЗАО «ВесТа», ЗАО «Энкер», ЗАО «Аркада-Текнолоджиз») осуществлял инвестирование проекта на протяжении 2007-2010 годов и определял основные условия предоставления должнику заемных средств. За период с 01.08.2007 по 01.08.2011 от ФИО17 Н.В. и подконтрольных ему структур должнику  предоставлены займы на 184,2 млн рублей. 

При этом, вместо инвестирования, ФИО17 использовал механизм займов, в том числе для последующего вывода активов. 

Часть денежных средств, предоставленных в виде займов, была направлена на погашение задолженности по обязательным платежам, в целях прекращения производства по делу о банкротстве, инициированного ФНС России.

Так, определением от 15.07.2011 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-2297/2011 уполномоченному органу отказано во введении наблюдения в отношении ООО «ИнтерСтройИнвест», производство по делу прекращено. 

При этом, в рамках дела №А45-2297/2011 никто из кредиторов не вступал в дело о банкротстве и не заявлял требований к должнику.

Впоследствии, 30.11.2011 должник инициировал процедуру ликвидации предприятия, и 05.12.2011 ликвидатор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ИнтерСтройИнвест» банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, возбуждено производство по делу №А45-23369/2011.

В пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, Закон о банкротстве (абзац восьмой статьи 2) не относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота.

Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 ГК РФ).

Заем может использоваться контролирующим лицом вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

В пункте 18 Обзора судебной практики № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, разъяснено, что в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено законодательством о юридических лицах (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

Суд первой инстанции верно констатировал, что сделки по передаче должнику заемных средств ФИО4 следует расценивать как корпоративные займы, учитывая, что финансирование деятельности ООО «ИнтерСтройИнвест» осуществлялось исключительно путем предоставления займов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу положений статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражным судом первой инстанции верно установлено наличие оснований для привлечения ФИО31 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Однако, при расчете размера ответственности не учтены требования кредиторов ФИО5 в размере 3 136 276,11 рублей и ФИО18 в размере 6 272 552,23 рублей.

С учетом указанных требований размер субсидиарной ответственности составляет 65 034 626 рублей 63 копеек (11 319 000,02 + 85 929,41 + 43 849 088,86 + 371 780 + 3 136 276,11 + 6 272 552,23). 

Правомерность нахождения в реестре требований кредиторов требования ИП ФИО6 в размере 43 849 088,86 рублей подтверждается:

- определением суда от 10.07.2013, в редакции определения об исправлении опечатки от 23.11.2015, о включении в реестр требований кредиторов требования ООО «Инвестгрупп-Искитим» в размере 43 849 088,86 рублей;

- определением от 17.06.2014 о процессуальном правопреемстве, которым произведена замена кредитора ООО «Инвестгрупп-Искитим» на ИП ФИО6;

- определением от 13.01.2016, оставленным без изменения постановлением от 22.03.2016 арбитражного апелляционного суда, постановлением от 04.07.2016 арбитражного кассационного суда, об отказе в исключении требования ИП ФИО6 в размере 44 730 580,52 рублей из реестра требований кредиторов;

- определением от 27.04.2016, оставленным без изменения постановлением от 20.06.2016 арбитражного апелляционного суда и постановлением от 26.08.2016 Арбитражного суда западно-Сибирского округа, об отказе в пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения суда от 10.07.2013 о включении требования ООО «Инвестгрупп-Искитим» в реестр требований кредиторов. При этом, судами отражено, что привлечение ФИО5 к уголовной ответственности не относится к предмету настоящего обособленного спора, участвующие в деле лица не доказали его привлечение к уголовной ответственности за деяния, связанные с рассматриваемым делом.

Доводы конкурсного управляющего, ФИО17 Н.В., ЗАО «СМВБ» о том, что Анохин не является контролирующим должника лицом, отклоняются судом апелляционной инстанции за необоснованностью.

Как указано в пункте 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим. 

Контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Кроме того, предполагается, что: 

- контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки;

- является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Положения пункта 3 статьи 56 ГК РФ и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривали несение ответственности контролирующими лицами в случае, если банкротство должника возникло по их вине.

В частности, это может означать, что субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

В рассматриваемой ситуации ФИО31 вменялись действия по инициированию вывода активов должника и наращиванию кредиторской задолженности в условиях неисполнения обязательств на значительную сумму перед кредиторами, что в итоге привело к банкротству.

Материалами дела подтверждается, что ФИО31 владел 50 % доли уставного капитала должника и в результате совершенных в отношении должника сделок по выводу имущества, в настоящее время ФИО31 самостоятельно, а также через аффилированных лиц (ЗАО «Триэн», ЗАО «Арка-Текнолоджиз», ЗАО «СМВБ», ЗАО «Гларус», ФИО23) является лицом, контролирующим весь имущественный комплекс по добыче строительного камня на Верх-Коенском месторождении, его переработки и реализации. 

Совершение сделок по отчуждению имущества (объекты недвижимости, доля в уставном капитале и обращение взыскания на всю технику и оборудование) с участием ФИО17 Н.В., а также прекращение финансирования предприятия, привело к банкротству ООО «ИнтерСтройИнвест».

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов.

В данном случае, ФИО31 самостоятельно и через аффилированных лиц действовал в ущерб интересам как самого должника, так и его кредиторов, чем довел ООО «ИнтерСтройИнвест» до банкротства.

Арбитражный апелляционный суд полагает, что доводы апелляционных жалоб конкурсного управляющего ФИО3, ФИО17 Н.В., ЗАО «СМВБ» не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

На основании вышеизложенного, по результатам рассмотрения апелляционных жалоб установлено, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку.

Как указывалось ранее, судебный акт подлежит изменению только в части размера субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 25.09.2018 (резолютивная часть объявлена 06.09.2018) Арбитражного суда Новосибирской области, в редакции определений об исправлении опечатки от 26.09.2018, от 15.10.2018 (в редакции определения от 01.11.2018), от 17.12.2018 по делу №А45-23369/2011 изменить в части указания суммы, взысканной в порядке субсидиарной ответственности, изложив 4 абзац резолютивной части определения от 25.09.2018 Арбитражного суда Новосибирской области следующим образом:

Удовлетворить заявления конкурсных кредиторов общества с ограниченной ответственностью «СЗЛК», общества с ограниченной ответственностью «КонсультантПлюс в Новосибирске», индивидуального предпринимателя ФИО6 и привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» ФИО4 и взыскать с него в конкурсную массу 65 034 626 рублей 63 копеек.

В остальной части определением суда от 25.09.2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ИнтерСтройИнвест» ФИО3, ФИО4, закрытого акционерного общества «СМВБ» - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

ПредседательствующийА.В. Назаров 

Судьи Е.В. Кудряшева 

ФИО1