АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯРОСЛАВСКОЙ ОБЛАСТИ

150999, г. Ярославль, пр. Ленина, 28     http://yaroslavl.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А82-10905/2019

г. Ярославль

23 декабря 2019 года

Резолютивная часть решения оглашена 03.12.2019.

Арбитражный суд Ярославской области в составе судьи Кашириной Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО2

к  ФИО3, ФИО4, ФИО5

о взыскании 2 531 003 руб. в солидарном порядке

при участии:

от истца – ФИО6, представитель по доверенности от 18.02.2019

от ответчика 1 – ФИО3, паспорт, ФИО7, ордер от 08.08.2019 № 21, удостоверение адвоката

от ответчиков 2, 3 - не явились 

 

установил:

ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском к ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о взыскании солидарно 2 531 003 руб. в возмещение убытков.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования.

Ответчик 1 – ФИО3 исковые требования не признал.

Ответчик 2 – ФИО4 в судебное заседание не явился, отношения к иску не выразил, о времени и месте рассмотрения спора извещен надлежащим образом.

Ответчик 3 – ФИО5 в судебное заседание не явился, отношения к иску не выразил. Определение суда, направленное по месту жительства ответчика, возвращено органом связи неврученным за истечением срока хранения.

В соответствии со ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено без участия ответчиков 2 и 3.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей истца и ответчика 1, суд установил следующее.

ООО «НПФ Квантум» было зарегистрировано в качестве юридического лица межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №7 по Ярославской области 01.06.2011.

Согласно сведениям из регистрационного дела участниками ООО «НПФ Квантум» при создании являлись ФИО2 (50% доли в уставном капитале общества) и ФИО3 (50% доли в уставном капитале общества).

09.12.2016 ФИО2, руководствуясь пунктом 8 Устава общества, статьей 26 Федерального закона РФ № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью», подал заявление о выходе из состава участников общества и выплате ему действительной стоимости доли. Соответствующие изменения были внесены в сведения о юридическом лице, единственным участником общества со 100% долей в уставном капитале становится ФИО3

Письмом от 03.03.2017 общество предложило истцу забрать стоимость доли продукцией.

15.03.2017 ФИО2 направил ответчику письмо, в котором настоял на выплате действительной стоимости доли в денежной форме. Заявление получено обществом 16.03.2017.

Поскольку действительная стоимость доли обществом не была выплачена, ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском о взыскании действительной стоимости доли. Решением Арбитражного суда Ярославской области от 18.11.2017, вступившим в законную силу 09.02.2018, с ООО «НПФ Квантум» в пользу ФИО2 взыскано 2 495 500 руб. действительной стоимости доли. Решение суда до настоящего времени не исполнено.

Впоследствии 23.06.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись об участнике общества ФИО5 с размером доли 100% уставного капитала общества.

Решением единственного участника общества от 27.06.2017 ФИО5 освободил ФИО3 от занимаемой должности директора ООО «НПФ Квантум» и назначил ФИО5 директором общества. Соответствующая запись внесена в ЕГРЮЛ.

15.11.2017 в ЕГРЮЛ были внесены изменения, согласно которым единственным участником общества и единоличным исполнительным органом общества стал ФИО4.

06.03.2018 по результатам проверки МРИ ФНС №7 по Ярославской области в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице ООО «НПФ Квантум» в части юридического адреса.

28.03.2018 Заволжским РОСП г. Ярославля было возбуждено исполнительное производство №7402/18/76002-ИП.

17.09.2018 регистрирующим органом принято решение №6670 о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

10.01.2019 ООО «НПФ Квантум» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Решение суда о выплате ФИО2 действительной стоимости доли осталось неисполненным.

Истец полагает, что у общества имелась возможность выплатить ФИО2 денежные средства, так как по состоянию за 05.12.2016 на счете общества, открытом в ПАО Промсвязьбанк, имелись денежные средства в размере 1 221 369 руб., что подтверждается выпиской со счета. Впоследствии, 16.12.2018 ФИО3 были выплачены дивиденды в размере 300 000 руб. Истец считает, что предложение ФИО3 выплатить ФИО2 действительную стоимость доли товаром носило формальный характер, поскольку ФИО3 был не согласен с размером доли, а продукция не могла быть реализована физическим лицом, у ФИО2 отсутствовала возможность хранить продукцию.

Недобросовестность действий ФИО3 истец видит также в том, что 24.08.2016 было создано ООО «ПК Квантум», единственным участником и директором которого являлась супруга ФИО3 – ФИО8 Бывшие контрагенты ООО «НПФ Квантум» стали клиентами вновь созданного юридического лица.

Кроме того, в то время, как в Арбитражном суде Ярославской области шло судебное разбирательство о взыскании с общества в пользу ФИО2 действительной стоимости доли, ФИО9 продал долю в уставном капитале общества ФИО5 по номинальной стоимости, не претендуя на получение действительной доли, так как, по мнению истца, в это время на рынке успешно действовало иное юридическое лицо – ООО «ПК Квантум», а основные активы общества были выведены ФИО3 Согласно акту инвентаризации от 22.07.2016 на складе общества имелось товарно-материальных ценностей на сумму более 3 миллионов рублей, выручка от реализации готовой продукции  по счету общества не проходила. Наличие товарно-материальных ценностей подтверждается также оборотно-сальдовой ведомостью по счету №41 за период с 01.07.2016 по 23.08.2016. По мнению истца, из остатков материалов можно было изготовить светильники на сумму около 10 миллионов рублей. У общества также имелось оборудование, судьба которого неизвестна.

Истец указывает, что ни при ФИО5, ни при ФИО4 общество реальной хозяйственной деятельности не вело, что и повлекло за собой принудительное исключение общества из ЕГРЮЛ. При этом, ни ФИО5, ни ФИО4 не предприняли мер по подаче заявления о признании общества несостоятельным (банкротом).

Таким образом, истец полагает, что перечисленные обстоятельства являются достаточным основанием для привлечения бывших учредителей и руководителей ООО «НПФ Квантум» ФИО3, ФИО5 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Исковые требования основаны на положениях Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст.ст.53, 53.1, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик 1 – ФИО3, возражая против исковых требований, указывает, что на момент подачи заявления о выходе из состава участников общества ФИО2 занимал должность финансового директора общества и осуществлял финансовую деятельность компании, организацию и ведение бухгалтерского и налогового учета. Общество, действуя добросовестно, предлагало ФИО2 забрать действительную стоимость доли продукцией, на что ФИО2 ответил отказом. 25.04.2017 общество выплатило ФИО2 часть стоимости в размере 1 000 руб., 18.05.2017 – 4 000 руб. Общество от исполнения своих обязательств не уклонялось, пыталось найти пути решения вопроса о выплате действительной стоимости доли, что подтверждается последующими письмами общества в адрес ФИО2 от 04.05.2017 и 17.05.2017.

Согласно нотариально удостоверенному договору купли-продажи от 16.06.2017 ФИО3 продал ФИО5 долю в уставном капитале общества в размере 100%. Вся документация была передана надлежащим образом. На момент продажи доли ФИО3 решения суда о взыскании в пользу ФИО2 действительной стоимости доли еще не было. 27.06.2017 ФИО3 был освобожден от должности директора ООО «НПФ Квантум».

По мнению ответчика 1, исковые требования не подлежат удовлетворению, так как недобросовестность в его действиях отсутствует, а закон, на основании которого истец предъявляет свои требования, а именно: п.3.1 ст.3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», вступил в силу после выхода ФИО3 из общества, поэтому данная норма на ФИО3 не распространяется.

Ответчик 1 также обращает внимание суда на то, что согласно представленной ИФНС бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «НПФ Квантум» за 2015, 2016, 2017 годы усматривается, что на конец 2015 года баланс составлял 8564 тыс. рублей, на конец 2016 года – 4839 тыс. рублей (из них – 1 172 584 руб. – безнадежный долг ООО «Экономстрой», поскольку оно исключено из ЕГРЮЛ). В период пребывания ФИО2 в должности финансового директора общества активы общества уменьшились в 2 раза. В течение 2016 года обществом были выплачены дивиденды (в том числе, ФИО2) более чем на 2 миллиона рублей. В четвертом квартале 2016 года обществом были выплачены дивиденды на сумму 580 000 руб., что существенно снизило размер активов.

Ответчик 1 указывает на недобросовестные действия самого ФИО2, который при выходе из общества забрал доступ к сайту общества и корпоративные электронные адреса, на которые должны были приходить запросы на продукцию, чем затруднил работу общества, поскольку общество вело оптовую торговлю, в основном, посредством Интернета.

Более подробно правовая позиция ответчика 1 изложена в письменном отзыве на иск от 16.07.2019, возражениях от 21.10.2019 и 28.11.2019, приобщенных к материалам дела.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав правовые позиции истца и ответчика 1, суд исходит из следующего.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков отнесено к способам защиты гражданских прав.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право на возмещение убытков возникает у кредитора как из нарушения договорного обязательства (статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и из деликтного обязательства (статья 1064 Кодекса).

Абзацем 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества регулируются Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО, Закон N 14-ФЗ).

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об ООО предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно части 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

Как следует из материалов, ООО «НПФ Квантум» исключено из государственного реестра как недействующее юридическое лицо.

Абзацем 2 пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены условия возложения субсидиарной ответственности на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от его имени, такая ответственность возникает, в случае если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При этом необходимо учитывать разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которым привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ) (пункт 1 Постановления N 53).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя юридического лица возлагается на лицо, требующее привлечения указанного лица к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, в силу чего возложение на лицо, которое в силу закона уполномочено выступать от имени общества, обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по общим правилам, установленным статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения ответчиков, возникновение негативных последствий на стороне истца в виде нарушения его прав, причинно - следственная связь между действиями ответчиков и нарушением прав истца.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", разъяснил, что в силу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Обосновывая свои исковые требования, истец исходил из того, что ответчики не предприняли меры, направленные на исполнение  решения суда о выплате истцу действительной стоимости доли. Несмотря на длительное неисполнение решения Арбитражного суда Ярославской области от 18.11.2017 по делу №А82-5418/2017, ответчики не обратились с заявлением о признании общества банкротом.  Недобросовестные и неразумные действия ответчиков лишили истца возможности получить присужденные судом денежные средства.

Вместе с тем суд не может согласиться с доводами истца в силу следующего.

Указанный выше пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО введен Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ. Начало действия редакции - 30.07.2017 (за исключением отдельных положений).

Учитывая, что для начала действия изменений в статью 3 Закона N 14-ФЗ, в части ее дополнения пунктом 3.1, статьей 4 Федерального закона от 28.12.2016 N 488-ФЗ иной срок не установлен, пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ вступил в законную силу с 30.07.2017.

В силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В Федеральном законе N 488-ФЗ от 28.12.2012 отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Закон N 14-ФЗ, распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Из материалов дела усматривается, что ФИО3 утратил статус участника общества 23.06.2017, а статус единоличного исполнительного органа – 27.06.2017.

Таким образом, вменяемые ответчику ФИО3 недобросовестные или неразумные действия (бездействие), указываемые истцом в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность по обязательствам исключенного общества, имели место до 30.07.2017, то есть до вступления в законную силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ.

Учитывая изложенное, положения пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, к спорным правоотношениям в отношении ФИО3 применению не подлежат.

Судом также принимается во внимание, что на момент продажи ФИО3 доли в уставном капитале ООО «НПФ Квантум» решение о взыскании с общества с пользу ФИО2 не было вынесено. Продажа доли в уставном капитале общества противоправным действием не является, равно как и продажа доли по номинальной стоимости. Приобретающий долю в обществе ФИО5 был извещен ФИО3 о наличии спора о выплате действительной стоимости доли ФИО2, находящегося на рассмотрения в Арбитражном суде Ярославской области, что подтверждается распиской ФИО5 (т.2, л.д.71). Действия ФИО3 по разрешению ситуации с выплатой ФИО2 действительной стоимости доли свидетельствуют как раз о его добросовестности: он предлагал ФИО2 ввиду недостаточности денежных средств забрать продукцию (письма от 03.03.2017, 27.03.2017), просил предоставить рассрочку по выплате доли либо  забрать часть стоимости продукцией (письмо от 27.03.2017). Судом также учитывается, что до момента подачи ФИО2 заявления о выходе из состава участников общество активно распределяло дивиденды (решения общих собраний от 10.03.2016, 02.06.2016, 05.07.2016, 09.08.2019, 06.09.2016, 30.11.2016). ФИО2 выплачены дивиденды в сумме 1 362 264 руб.

Таким образом, у суда отсутствуют основания полагать, что действия ФИО3 были недобросовестными либо неразумными.

Указание истца на регистрацию супругой ответчика 1 (ФИО3) иного юридического лица со схожим наименованием и аналогичным видом деятельности не свидетельствует о недобросовестности ответчика и не может служить основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Довод истца о наличии у общества на момент отчуждения доли ФИО3 какого-либо оборудования документально не подтвержден. Копия акта инвентаризации от 22.07.2016 не может быть принята судом в качестве допустимого доказательства, с учетом того, что в нем имеются рукописные данные, цены отсутствуют, а в самом акте имеется запрет на исправления. Оборотно-сальдовая ведомость никем не подписана, в отрыве от иной бухгалтерской документации доводов истца не подтверждает.

Предъявляя требования к последующим директорам общества – ФИО5 и ФИО4, истец не указывает, в чем конкретно состояла их недобросовестность и разумность. Представитель истца в судебном заседании пояснил, что данные лица являлись директорами формально, никакую деятельность не осуществляли.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств того, что общество располагало необходимыми денежными средствами для исполнения решения суда по делу №А82-5418/2017 и не сделало этого по каким-то причинам. Исполнительное производство по делу велось, с общества в пользу ФИО2 были взысканы денежные средства в размере 5 000 руб. Согласно ответу на запрос ИФНС по Заволжскому району г. Ярославля от 28.10.2019 общество предоставляло налоговую отчетность за 3, 6, 9, 12 месяцев 2018 года.

Бездействие ФИО5 и ФИО4,  выразившееся в неосуществлении мероприятий по инициированию в отношении общества процедуры банкротства, по мнению суда, также не является основаниями для привлечения ответчиков к ответственности.

Само по себе наличие задолженности не может являться безусловным основанием для вывода о возникновении обязанности контролирующих лиц по подаче заявления о банкротстве. Доказательства того, что общество отвечало признакам банкротства, отсутствуют в материалах дела. Кроме того, согласно абзацу 4 пункта 8 статьи 23 Закона N 14-ФЗ общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, если в результате этих выплаты или выдачи имущества в натуре у общества появятся признаки несостоятельности.

Материалы дела не содержат оснований для вывода о том, что именно принятие ответчиками мер к ликвидации общества через процедуру банкротства после принятого по делу №А82-5418/2017 решения могло привести к погашению задолженности.

Также в материалы дела не представлено доказательств того, что у общества имелись активы, которыми ответчики 2 и 3 распорядились в ущерб интересам истца.

Таким образом, истцом не представлено доказательств того, что действия ответчиков ФИО5 и ФИО4 обусловили неисполнение обязательств общества перед истцом.

Кроме того, из материалов дела не следует, что истец предпринял какие-либо действия по подаче заявления в связи с предстоящим исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ (п. п. 3, 4 статьи 21.1. Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"). Вместе с тем, данная информация является общедоступной, соответствующая запись о предстоящем исключении недействующего юридического лица в ЕГРЮЛ внесена 17.09.2018.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

В силу ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на уплату государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ярославской области, в том числе посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет»,  через систему «Мой арбитр» (http://my.arbitr.ru).

 

Судья

Каширина Н.В.