АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-28748/2020

г. Краснодар

19 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Андреевой Е.В. и Сороколетовой Н.А., в отсутствие в судебном заседании конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Ренталь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1, публичного акционерного общество «Банк "ФК Открытие "» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО2, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Ренталь» ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 16.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по делу № А53-28748/2020, установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ООО «Ренталь» (далее – должник) конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительными заключенных должником и  ОАО КБ «Петрокоммерц» (правопреемник ПАО «Банк "ФК Открытие"», далее – банк) договора об ипотеке от 27.07.2012 № МБ/61/КД-23/З-01 и договора поручительства от 27.07.2012 № МБ/61/Кд-23/П-02 и применении последствий недействительности сделок.

Определением от 16.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 07.02.2023, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить судебные акты, ссылаясь на наличие оснований для признания сделок недействительными, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ), и отсутствие оснований для применения исковой давности. 

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением от 17.09.2020 принято заявление о признании должника банкротом; решением от 26.11.2021 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – предприниматель) и банк заключили кредитный договор от 27.07.2012 № МБ/61/КД-23, согласно которому банк предоставил предпринимателю 18 млн рублей на срок до 27.07.2022.

В обеспечение исполнения обязательств предпринимателя по кредитному договору должник (поручитель) и банк заключили договор поручительства от 27.07.2012 № МБ/61/КД-23/П02 и договор об ипотеке от 27.07.2012 № МБ/61/КД-23/З-01, предметом которого являются: проходная площадью 83,4 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:148, земельный участок площадью 2 591 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:48; расположенные по  адресу: 

<

...>; здание технического контроля площадью 2 839,4 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:170; земельный участок площадью 11 800 кв. м, кадастровый номер 61:55:0021509:64, расположенные по адресу: 

<

...>. Стоимость предмета залога определена в сумме 18 211 750 рублей. Договор об ипотеке зарегистрирован 09.08.2012.

Управляющий обратился с заявлением о признании недействительными договора поручительства и договора об ипотеке, ссылаясь на то, что при совершении сделок нарушены положения ГК РФ и Закона № 14-ФЗ, на момент подписания договоров предприниматель являлся единоличным исполнительным органом должника, сделки являются мнимыми, прикрывают вывод активов должника через предпринимателя, который за счет должника получил денежные средства; являются экономически нецелесообразными для должника; заключены без получения одобрения на совершение крупной сделки; в результате совершения сделок ипотекой обременено имущество, являющееся вкладом в уставный капитал должника без принятия решения об уменьшении уставного капитала или его расформировании; согласованная сторонами залоговая стоимость существенно ниже рыночной стоимости имущества; сделки совершена на кабальных условиях для должника в отсутствие встречного предоставления.

В порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах) (пункт 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)»).

Как установили суды, по данным ЕГРЮЛ доля в уставном капитале должника в размере 99,98% принадлежит ФИО4, предпринимателю с 13.07.2011 принадлежит доля в уставном капитале должника в размере 0,02%. В материалы дела представлен протокол внеочередного общего собрания участников должника от 27.07.2012, из которого следует, что участники должника ФИО4 и предприниматель в порядке, предусмотренном статьями 45, 46 Закона № 14-ФЗ для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, единогласно одобрили заключение с банком договора об ипотеке и договора поручительства в обеспечение исполнения обязательств предпринимателя по кредитному договору. Доказательства, свидетельствующие о том, что участники должника дали согласие на заключение договора поручительства и договора об ипотеке под влиянием существенного заблуждения, обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств в материалы дела не представлены. Кроме того, ФИО4 также 27.07.2012 заключила с банком договор поручительства в обеспечение исполнения обязательств предпринимателя по кредитному договору.

В соответствии с условиями кредитного договора от 27.07.2012 целью получения предпринимателем заемных средств являлось приобретение основных средств, переоборудование недвижимости; такое же условие содержится в договоре об ипотеке и договоре поручительства. Как установили суды, полученные по кредитному договору денежные средства израсходованы предпринимателем на закупку дополнительного оборудования, ремонта и переоборудования помещений по адресу: 

<

...> (предмет залога), что подтверждается договором от 31.07.2012 поставки оборудования, ремонта, переоборудования помещений и монтажа оборудования, заключенным предпринимателем и ООО «КомплектТехторг»; договором  поставки оборудования от 27.08.2012, заключенным предпринимателем и ООО «Вертекс»; договорами подряда от 10.08.2012 и 20.08.2012, заключенным предпринимателем и индивидуальным предпринимателем ФИО5, в соответствии с которыми выполнены работы по монтажу и установке оборудования в помещении, асфальтированию территории по адресу: 

<

...>.

Управляющий не опроверг факт расходования кредитных средств на ремонт и переоборудование помещения, принадлежащего должнику, соответствующие доказательства не представил.

С учетом изложенного основания для вывода о мнимости либо притворности оспариваемых сделок у судов отсутствовали.

Как разъяснено в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018), согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства (залога) от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает. В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота. Применение упомянутого подхода для разрешения подобного рода споров зависит от статуса кредитора по отношению к заемщику и поручителю. В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт.

Доказательства заинтересованности банка, должника и предпринимателя в материалы дела не представлены. В материалах дела также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о направленности воли участников оспариваемых сделок на причинение вреда должнику, значительном отклонении поведения банка, предпринимателя и должника от сложившейся практики кредитования, а также подтверждающие, что при заключении договоров кредита, залога и поручительства не преследовалась цель привлечения независимого кредитного финансирования, а заемщику и лицам, выдавшим обеспечение, было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены. Как установлено в решении Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону от 15.09.2020, предприниматель перестал исполнять обязательства по кредитному договору с сентября 2019 года, сумма основного долга составила 7 836 846 рублей.

Довод о том, что согласованная сторонами залоговая стоимость существенно ниже рыночной стоимости имущества, отклоняется, поскольку оценочная стоимость заложенного имущества по своей сути носит учетный характер, окончательная стоимость заложенного имущества для целей проведения расчетов формируется в момент его реализации (пункт 2 Обзора судебной практики по спорам об установлении требований залогодержателей при банкротстве залогодателей, утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.12.2022).

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, принимая во внимание, что заключение должником договоров поручительства и залога в обеспечение исполнения обязательств предпринимателя по кредитному договору являлось оправданным и экономически обоснованным с учетом расходования кредитных средств на ремонт и оборудование помещений должника; поручительство и залог от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота является стандартной практикой и само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении сторон сделки; доказательства, свидетельствующие о том, что в действиях должника, предпринимателя и банка имелись признаки злоупотребления правом либо умысел на причинение вреда имущественным правам должника, отсутствуют. С учетом изложенного довод управляющего об отсутствии оснований для применения исковой давности не является основанием для отмены судебных актов.

Основания для отмены судебных актов по доводам, изложенным в кассационной жалобе, не установлены. 

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 16.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по  делу                               № А53-28748/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Ренталь» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

М.Г. Калашникова

Судьи

Е.В.  Андреева

Н.А. Сороколетова