АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-20103/2020

г. Краснодар

15 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 мая 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Прокофьевой Т.В., судей Герасименко А.Н., Гиданкиной А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Субботиной А.А., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «НАТЭК-Нефтехиммаш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 10.02.2022), от заинтересованных лиц – Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Ставропольскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 29.08.2022), Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Краснодарскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 07.12.2021), ФИО4 (доверенность от 07.12.2021), ФИО5 (доверенность от 02.05.2023), от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Краснодарскому краю – ФИО3 (доверенность от 02.05.2023), ФИО4 (доверенность от 02.05.2023), ФИО5 (доверенность от 02.05.2023), рассмотрев кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Краснодарскому краю на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.11.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 по делу № А63-20103/2020, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «НАТЭК-Нефтехиммаш» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Краснодарскому краю (далее – инспекция № 17), Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Ставропольскому краю (далее – инспекция № 9) о признании недействительным решения инспекции № 17 от 17.08.2020 № 09-1-33/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

Решением суда от 28.06.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 20.09.2021, требования общества удовлетворены, признано незаконным решение инспекции № 17 от 17.08.2020 № 09-1-33/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, как несоответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации (далее – НК РФ). 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21.12.2021 решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

При новом рассмотрении дела решением суда от 23.11.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 01.02.2023, требования общества удовлетворены, признано незаконным решение инспекции № 17 от 17.08.2020 № 09-1-33/2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, как несоответствующее НК РФ.

Судебные акты мотивированы тем, что оспариваемое решение не соответствует налоговому законодательству и нарушает права и законные интересы общества. 

В кассационной жалобе инспекция № 17 просит отменить решение суда от 23.11.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 01.02.2023, дело направить на новое рассмотрение. Податель жалобы считает, что судами вопреки указаниям кассационной инстанции при отмене судебных актов не дана оценка всем установленным во время проверки обстоятельствам, свидетельствующим лишь о документальном переводе сотрудников группы компаний в штат спорных контрагентов. Директор общества ФИО6 совмещал работу в ООО «МашСервис» в должности заместителя директора по производству, то есть фактически осуществлял руководство производственными работами, а также осуществлял руководство, как сотрудниками общества, так и сотрудниками ООО «МашСервис». Согласно представленному обществом отчёту по страховым взносам за I полугодие 2022 года все свидетели, допрошенные в ходе судебного заседания 20.06.2022, на дату проведения допроса являлись сотрудниками общества и заинтересованными лицами. Свидетельские показания ФИО7, ФИО8 и ФИО9, изложенные в актах опроса от 23.11.2018, не являются единственным доказательством, а использованы в совокупности с другими доказательствами, исследованными в ходе налоговой проверки. Судами оставлен без внимания довод налогового органа об отсутствии у спорных контрагентов основных средств, оборудования, инструментов, материально-производственных запасов, необходимых для оказания услуг, выполнения работ. Все договоры, заключенные обществом со спорными контрагентами, имеют условия о предоставлении обществом на безвозмездной основе территории, оборудованных рабочих мест, основных средств, инструментов, материалов для выполнения спорными контрагентами работ, услуг, однако не оформлялись первичные документы на передачу имущества, оборудования, инструментов, товарно-материальных ценностей на давальческой основе, что противоречит нормам гражданского законодательства Российской Федерации и свидетельствует о том, что общество со спорными контрагентами является единым коллективом. Судами не дана оценка выявленным в ходе выездной проверки общества элементам схемы «дробления бизнеса» и наличию взаимозависимости, не оценен довод о влиянии общества и его аффилированных лиц на руководителей спорных контрагентов. Кроме того, не получили оценку и доводы о достаточности денежных средств у общества для погашения задолженности по договорам со спорными контрагентами в проверяемые периоды. 

4 мая 2023 года от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Краснодарскому краю (далее – инспекция № 21) поступило заявление о замене инспекции № 17 (процессуальном правопреемстве) в связи с её реорганизацией (путём присоединения к Инспекции ФНС России по городу-курорту Геленджику и переименования с 24.04.2023 в инспекцию № 21).

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 57, пунктами 2 и 5 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая возможность правопреемства на любой стадии арбитражного процесса, а также принимая во внимание документальное подтверждение заявленного ходатайства, судебная коллегия полагает возможным произвести процессуальную замену инспекции № 17 на инспекцию № 21.

В отзыве на кассационную жалобу общество считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными и просит кассационную жалобу оставить без удовлетворения.

В судебном заседании представители инспекции № 21 поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе. 

Представитель общества возражал против удовлетворения жалобы, ссылался на соответствие сделанных судами выводов закону и имеющимся в деле доказательствам.

Представитель инспекции № 9 поддержал доводы кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, отзыва, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению. 

Как видно из материалов дела и установлено судами, на основании решения                  от 22.12.2017 № 16 инспекция № 17 провела выездную налоговую проверку общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов с 01.01.2014 по 31.12.2016, по результатам которой составила акт от 11.02.2019 № 09-1-32/2, в котором предложила начислить обществу          23 070 018 рублей налога на прибыль организации и 5 047 621 рубль 21 копейку пеней. 

Общество реализовало своё право, предоставленное пунктом 6 статьи 100 НК РФ, и направило инспекции № 17 возражение по акту выездной налоговой проверки.

В соответствии с решением от 30.05.2019 № 09-1-33/ДР-5 проведены дополнительные мероприятия налогового контроля с которыми заявитель ознакомлен.

По итогам рассмотрения материалов проверки, представленных письменных возражений, дополнительных мероприятий налогового контроля инспекция № 17 составила дополнения к акту проверки от 19.07.2019 № 1, от 04.10.2019 № 2, от 25.02.2020 № 3 и вынесла решение от 17.08.2020 № 09-1-33/2 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому обществу начислены 9 759 517 рублей налога на прибыль организации, 2 976 521 рубль пеней, 2 915 085 рублей штрафа. Основанием для начисления обществу налога на прибыль в указанной сумме послужил довод инспекции № 17 о необоснованном включении обществом в 2014 – 2016 годах затрат по договорам на выполнение работ и оказание услуг, заключенных обществом с ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис».

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю от 27.11.2020 № 24-12-1279 апелляционная жалоба общества оставлена без удовлетворения, а решение инспекции № 17 от 17.08.2020 № 09-1-33/2 – без изменения. 

Не согласившись с решением инспекции № 17, общество обратилось в суд с заявлением.

Судебные инстанции, удовлетворяя заявленные требования общества, руководствовались положениями статей 54.1, 247, 252, 270 НК РФ, Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте», постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Судами установлено, что основанием для доначисления налога на прибыль организаций послужил вывод инспекции № 17 о необоснованном включении обществом в 2014 – 2016 годах затрат по договорам на выполнение работ и оказание услуг с ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис».

В проверяемом периоде общество и ООО «Предприятие № 1» заключили договоры на выполнение услуг производственного характера от 27.06.2013 № 5.034.13 и от 01.03.2016 № 5.007.16. С ООО «МашСервис» заключены договоры от 20.01.2015               № 5.001.15 на выполнение работ по ремонту и обслуживанию оборудования, от 20.01.2015 № 5.002.15 об оказании услуг по уборке производственных и офисных помещений (ежедневная уборка), от 20.01.2015 № 5.003.15 на оказание услуг по бухгалтерскому обслуживанию и ведению кадрового учета, от 01.03.2016 № 5.008.16 на выполнение работ производственного характера, от 01.03.2016 № 5.009.16 на выполнение работ по ремонту и обслуживанию оборудования, от 01.03.2016 № 5.010.16 об оказании услуг (ежедневная уборка). 

По мнению инспекции№ 17, в результате умышленных действий, выразившихся в создании подконтрольных организаций с целью манипулирования специальными налоговыми режимами, обществом необоснованно заявлены за проверяемый период расходы на общую сумму 115 350 089 рублей, в том числе по сделкам: 

– с ООО «Предприятие № 1» в 2014 году – 8 749 844 рубля, в 2015 году –                    30 081 200 рублей, в 2016 году – 42 310 800 рублей, 

– с ООО «МашСервис» в 2015 году – 4 564 645 рублей, в 2016 году – 29 643 600 рублей.

ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис», применявшие специальный налоговый режим в виде упрощенной системы налогообложения, по мнению инспекции № 17, умышленно созданы и использованы обществом для увеличения затрат и получения необоснованной налоговой выгоды по налогу на прибыль организаций.

Из совокупности установленных в ходе проверки обстоятельств инспекция № 17 пришла к выводу о фиктивности совершенных операций, создании видимости хозяйственных сделок и формальном документообороте с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного завышения расходов, уменьшающих доход от реализации, в условиях отсутствия у указанных организаций собственного имущества, основных средств, инвентаря, инструментов, необходимых для выполнения работ, отсутствия самостоятельности у контрагентов ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис», их подконтрольности обществу, отсутствия деловой цели в виде получения прибыли.

Согласно решению инспекции № 17 спорные контрагенты не имели других источников доходов, кроме поступлений денежных средств от общества, расходы ими оплачивались только после получения денежных средств от общества. Однако, общество, имея на расчетных счетах денежные средства в проверяемом периоде, достаточные для осуществления платежей за выполненные указанными организациями работы и оказанные услуги, не выполняло договорных обязательств по оплате, а увеличивало кредиторскую задолженность перед ними.

При новом рассмотрении суды, выполняя указания кассационной инстанции, установили, что реальное количество работников общества в период создания ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис», заключения и исполнения договоров с ними не сократилось, а, наоборот, увеличилось (на 17 человек в 2016 году по сравнению с 2015 годом) и подтверждается представленными обществом документами (при этом средняя численность работников общества являлась значительной: в 2015 году – 56 человек, в 2016 году – 73 человека). 

61 сотрудник (55 % от общего количества лиц, получивших доход в ООО «Предприятие № 1» в 2013 году), в 2013 году получил доход не в обществе, а в иной организации – ООО «Нефтехимкомплект». 

Надлежащие доказательства того, что ООО «Нефтехимкомплект» являлось взаимозависимой или аффилированной организацией по отношению к обществу и ООО «Предприятие № 1» не приведены. 

В оспариваемом решении инспекция № 17 ссылалась на список из 23 человек, уволенных в ЗАО ПМП «НАТЭК» и принятых на работу в ООО «Предприятие № 1», и сделала вывод о формальном переходе работников из одной организации в группе компаний в другую – подконтрольную обществу, однако не привела достаточных доказательств, свидетельствующих о какой-либо форме подконтрольности обществу                                  ЗАО ПМП «НАТЭК» либо согласованности действий.

Выполняя указания кассационной инстанции, судами установлено, что с 2013 года по настоящее время учредителями ООО «Нефтехимкомплект» являлись ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, а руководителями – ФИО14, ФИО10 В обществе учредителем с 2005 года по настоящее время является ФИО15, руководителем по 2015 год – ФИО15, с 2015 года – ФИО6 В ООО «Предприятие № 1» учредителями являлись ФИО16 и ФИО17

По составу учредителей и руководителей взаимозависимость (аффилированность) между ООО «Нефтехимкомплект» и обществом отсутствует. Отсутствуют доказательства, подтверждающие, что у ООО «Нефтехимкомплект» с обществом, ООО «Предприятие № 1» или с ФИО15 имелись какие-либо согласованные действия, направленные на формальный перевод сотрудников из ООО «Нефтехимкомплект» в ООО «Предприятие № 1» с целью увеличения заявителем расходной части налоговой базы по налогу на прибыль организаций на сумму затрат по сделкам с ООО «Предприятие № 1». Какая-либо форма подконтрольности ООО «Нефтехимкомплект» обществу, ФИО15 или ООО «Предприятие № 1» также не доказана. 

Представленные инспекцией № 17 в подтверждение существования группы компаний «НАТЭК», в которой все входящие в состав организации являются взаимозависимыми и подконтрольными головному предприятию ЗАО НПО «НАТЭК-Нефтехиммаш», распечатки с сайта признаны судами ненадлежащим доказательством ввиду пороков их закрепления и происхождения. Кроме этого, не раскрыт источник получения рекламного буклета, на который ссылалась инспекция № 17, что в свою очередь не позволило судам при новом рассмотрении учесть его в качестве допустимого и достоверного доказательства. Не представлены мотивированные и аргументированные доводы о том, каким образом, представленный рекламный букет подтверждал позицию о наличии взаимосвязанной группы компаний и участия в ней общества. В частности, в рекламном буклете отсутствует какая-либо информация об обществе и его непосредственном участии в деятельности группы компаний. Использование терминологии группа компаний в ряде случаев представляет собой маркетинговый ход для увеличения числа клиентов и закрепления своих позиций на определенном рынке.

Таким образом, суды пришли к верному выводу об отсутствии доказательств существования группы компаний «НАТЭК» как единой и аффилированной структуры совокупности юридических лиц, взаимосвязанных между собой и одновременно подчиненных какому-то головному предприятию, координирующему деятельность остальных.

Руководитель и учредитель ООО «Предприятие № 1» ФИО18 в проверяемые периоды являлся работником ЗАО НПО «НАТЭК-Нефтехиммаш» (головное предприятие), по мнению инспекции № 17, координирующим производственные процессы и финансовые потоки в группе компаний «НАТЭК», в том числе и в обществе.

При этом инспекцией № 17 не установлено, какую конкретно должность занимал ФИО18 в ЗАО НПО «НАТЭК-Нефтехиммаш» и какие конкретно трудовые обязанности он исполнял. В связи с чем выводы инспекции о том, что руководитель и учредитель ЗАО НПО «НАТЭК-Нефтехиммаш» – ФИО15 в силу своего должностного положения влиял на деятельность ООО «Предприятие № 1» через ФИО18, который, будучи работником ЗАО НПО «НАТЭК-Нефтехиммаш» ему подчинялся, не нашел своего подтверждения.

С 01.05.2016 учредителем ООО «Предприятие № 1» стал ФИО17

Инспекция № 17 ссылалась на тот факт, что ФИО17 одновременно являлся работником общества, следовательно, его директор ФИО6 мог оказать влияние на деятельность ООО «Предприятие № 1» через ФИО17 Анализ свидетельских показаний ФИО6 и ФИО17, полученных в судебном заседании, и представленные заявителем документы показали, что, во-первых, инспекция № 17 ошибочно указала, что ФИО6 занимал должность заместителя директора по производству, его должность определена как заместитель директора. При этом свидетели подтвердили, что официальное трудоустройство ФИО6 в ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис» на 0,25 ставки представляло собой не более, чем формальность, так как основная цель заключалась в привлечении новых клиентов за счет деловой репутации и контактов ФИО6

Должностная инструкция ФИО17 как главного инженера общества свидетельствует, что функции главного инженера носят преимущественно технический характер, никаких управленческих решений он не принимал, договоры не подписывал и интересы общества в отношениях с другими контрагентами не представлял. 

В материалах выездной налоговой проверки отсутствуют доказательства, бесспорно и достоверно подтверждающие какое-либо фактическое влияние на                    ООО «Предприятие № 1» со стороны общества либо иной организации, а выводы инспекции № 17 в этой части основаны исключительно на предположениях и сомнениях. 

Руководителем и учредителем ООО «МашСервис» в период с 03.12.2014 по 04.05.2016 являлся ФИО19 Инспекция № 17 в решении указала, что в 2014 году на ФИО19 поданы справки 2-НДФЛ от СХП «Красноармейский» и ООО «Нефтехимкомплект», в 2015 году – от ЗАО «ПМП-Нефтехиммаш» и ООО «МашСервис», в 2016 году – от ЗАО «ПМПНефтехиммаш», ООО «Ростмет» и ООО «МашСервис».

Инспекция № 17 не оспаривала, что ФИО19 в ноябре 2013 года принят на работу в ООО «Нефтехимкомплект» в отдел материально-технического снабжения на должность менеджера, а в сентябре 2014 года уволен по собственной инициативе, однако полагала, что ФИО15, будучи учредителем и руководителем ЗАО НПО «НАТЭК-Нефтехиммаш», мог оказать влияние на ФИО19, который до сентября 2014 года был работником ООО «Нефтехимкомплект». Но при этом инспекция № 17 не учла тот факт, что ФИО19 стал руководителем и учредителем ООО «МашСервис» в декабре 2014 года, т.е. после увольнения из ООО «Нефтехимкомплект». 

Кроме того, инспекцией не приведено ни одного мотивированного довода и доказательства о том, как ФИО15, не являясь ни руководителем, ни учредителем ООО «Нефтехимкомплект», мог оказать влияние на ФИО19 – бывшего работника ООО «Нефтехимкомплект». 

С 05.05.2016 директором и учредителем ООО «МашСервис» стал ФИО20 В оспариваемом решении указано, что ФИО20 в 2014 и 2015 годах получал доход согласно справкам 2-НДФЛ от ЗАО ПМП «НАТЭК», общества, в 2016 году – от ЗАО ПМП «НАТЭК», общества и ООО «МашСервис». На основании данных фактов инспекция № 17 также пришла к выводу о том, что ФИО6, как руководитель общества, мог оказать влияние на ФИО20, который являлся одновременно и сотрудником общества, и руководителем ООО «МашСервис». Однако, как и в случае с ООО «Предприятие № 1», доказательства того, что фактически какое-либо влияние на ООО «МашСервис» оказано со стороны других организаций, в том числе и общества, инспекция № 17 не представила.

Кроме того, допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО16 и ФИО19 подтвердили, что решение о создании своих организаций                           (ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис») ими приняты самостоятельно, равно как и руководство финансово-хозяйственной деятельностью. Обратный факт не доказан.

Материалами дела подтверждается и в жалобе не оспаривается, что каждая из «спорных» организаций самостоятельно сдавала отчеты по своим работникам, самостоятельно уплатила зарплатные налоги, самостоятельно вела кадровый учет, каждая из организаций самостоятельно несла расходы за себя. 

В ходе выездной налоговой проверки инспекцией № 17 не установлена формальность увольнения работников путем перевода к другому работодателю. Ссылка на идентичность трудовых обязанностей сотрудников, уволенных в порядке перевода в                                  ООО «Предприятие № 1», основана на анализе должностных инструкций общества 2006 года, в то время как период перевода работников пришелся на конец 2015 года – начало 2016 года, т. е. спустя почти 10 лет. Истребование в ходе выездной налоговой проверки актуальных на проверяемый период должностных инструкций общества документально не подтверждено.

Не опровергнуто и то, что переход работников из ООО «Нефтехимкомплект» в ООО «Предприятие № 1» в 2013 году представлял собой реализацию физическими лицами права на выбор работодателя, условий труда, т. е. не выходил за рамки обычных трудовых правоотношений. Факт перехода сотрудников из общества в ООО «Предприятие № 1» не установлен, а установлен факт совмещения работы 9 сотрудниками из 110 человек за 2013 – 2016 годы.

При новом рассмотрении судом первой инстанции допрошены свидетели, совмещавшие работу в обществе и ООО «Предприятие № 1». Свидетели ФИО17, ФИО6, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, подтвердили самостоятельное принятие решений о смене работодателя или совместительстве. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО6 некоторые работники общества на условиях совместительства работали не только в ООО «Предприятие № 1»,                     ООО «МашСервис», но и на других предприятиях города, а он как руководитель этому не препятствовал.

Свидетельскими показаниями и материалами дела подтверждается, что наличие у общества и ООО «Предприятие № 1» общих работников это свидетельство законной и обоснованной реализации ими прав на распоряжение своими способностями к труду в условиях совместительства.

Показания ФИО22 и ФИО23 признаны судами свидетельствующими о том, что они перешли работать в ООО «МашСервис» по причине более высокой заработной платы, функционал при этом не поменялся, что обусловлено спецификой профессии и рода деятельности, а ФИО23 отметил в ходе допроса, что фрезерные, токарные станки на всех предприятиях, по сути, одинаковые. Рабочее место в обществе ограничивалось только территорией завода, а в ООО «МашСервис» давали задания и для работы на других предприятиях. Специфика работы слесарей заключалась в том, что они всегда привязаны только к станку, а не к офису. Каждый работодатель выдавал работникам свои зарплатные карты и спецодежду.

Инспекцией № 17 не учтено и не исследовано должным образом, что допрошенные ими свидетели – технические специалисты (слесари, токари и другие), работая на других заводах города Таганрога, выполняли бы аналогичные трудовые функции.

Суды критически оценили объяснения ФИО7, ФИО8, ФИО9 от 23.11.2018, которые пояснили, что они работали в обществе в 2014 – 2016 годах, в то время согласно приобщенным в материалы дела приказам о приеме и увольнении они трудоустроены в период с середины 2013 года до середины 2014 года.

При таких обстоятельствах суды при новом рассмотрении пришли к выводу непредставлении достаточной, достоверной и допустимой доказательственной базы, с очевидностью свидетельствующей о подконтрольности организаций друг другу или какому-то одному бенефициару, о согласованности их действий, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды, о формальном переводе сотрудников и формальном совмещении трудовых обязанностей у разных работодателей. Доказательства принудительного перевода (увольнения, приема) сотрудников также в материалах рассматриваемого дела отсутствуют, а утверждение налогового органа о существовании группы компаний «НАТЭК», внутри которой, по мнению заинтересованного лица, происходили формальные кадровые перемещения не нашло документального и аргументированного обоснования.

Согласно оспариваемому решению «спорные» контрагенты не имели других источников доходов, кроме поступлений денежных средств от общества, расходы ими оплачивались только после получения денежных средств от общества и касались только содержания персонала (заработная плата, медицинские осмотры, закупка спецодежды и т. д.).

Относительно довода инспекции о том, что общество имело достаточно денежных средств для погашения задолженности по договорам со спорными контрагентами в проверяемые периоды, однако, оплаты производило только в объемах, достаточных для содержания работников спорных контрагентов, выплату заработной платы, оплаты периодических медицинских осмотров, налогов и взносов, как если бы спорные контрагенты являлись не отдельными юридическими лицами, а частью единого коллектива, а также об искусственном наращивании кредиторской задолженности общества перед спорными подрядчиками, судами при новом рассмотрении установлено следующее.

При новом рассмотрении обществом в материалы дела представлена оборотно-сальдовая ведомость по счету 51 (расчетный счет) и реестр платежных документов, из анализа которых видно, как общество исполнило свои договорные финансовые обязательства и перед другими контрагентами, большая часть денежных средств из всех контрагентов перечислена ООО «МашСервис» и ООО «Предприятие № 1». 

Анализ финансового положения общества на основании представленной им бухгалтерской отчетности показал, что в пассиве бухгалтерского баланса наблюдался прирост по строке кредиторская задолженность – 494 101 тыс. рублей (т. е. 71,7 %), а дебиторская задолженность увеличилась на 197 816 тыс. рублей, что составило 28,7 %.

Анализ кредиторской задолженности за 2014 – 2016 годы показал, что в целом за три года по всем поставщикам и подрядчикам она увеличилась с 103 млн рублей до 297 млн рублей, т. е. практически в 3 раза (71%). При этом совокупная доля кредиторской задолженности перед ООО «Предприятия №1» и ООО «МашСервис» составила в среднем менее 7 %. 

Инспекция № 17 не исследовала причину увеличения кредиторской задолженности общества и, как следствие, не запрашивала соответствующие пояснения. 

Кредиторская задолженность превысила дебиторскую задолженность практически в 2,5 раза. И эта тенденция сформировалась за весь период деятельности заявителя. Соответственно, все доводы о том, что общество намеренно не платило только ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис» не соответствует действительности.

Анализ судами при новом рассмотрении финансовых показателей сделок общества с ООО «МашСервис» и ООО «Предприятие № 1» на основе представленных актов сверок и платежных документов в динамике опроверг довод инспекции № 17 о систематическом и целенаправленном искусственном наращивании кредиторской задолженности. Кредиторская задолженность перед указанными контрагентами у заявителя сложилась только в 2016 году перед ООО «МашСервис» и только по одному из семи договоров, при этом по остальным договорам обязательства были либо полностью исполнены, либо оставалась дебиторская задолженность в пользу общества, и в 2015 году сформировалась кредиторская задолженность перед ООО «Предприятие № 1» по одному договору, при том, что в 2014 году ситуация была обратной – общество переплатило указанному подрядчику. 

Указанная кредиторская задолженность возникла в результате того, что общество в 2015 – 2016 годах заключило и исполнило крупные сделки по приобретению необходимых для производственной деятельности мощностей. В частности, в 2015 году приобретена передвижная автоматическая установка модель РТ 360-12 для термообработки, машина для вырезки отверстий в трубах НК-600 D, мультипликатор механический SV-11-NS-2000, сварочный центр WC0505, станок в базовом полуавтоматическом варианте и т. д. на сумму более 23 млн рублей.

В 2016 году продолжалось строительство административного блока, а также осуществлялось строительство здания склада металла, приобретен комплект системы координатно-измерительной и передвижная автоматическая установка модель РТ 90-6, модернизирована система видеонаблюдения, приобретены сварочный трактор А2S, станок вертикальный консольно-фрезерный, печи ПВП и т. д. на сумму более 30 млн рублей.

Указанные расходы проверены и подтверждены инспекцией № 17 в ходе выездной налоговой проверки.

Судами проверен доводов инспекции № 17 о том, что из договоров, спецификаций, актов с ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис» невозможно определить, какую конкретно работу выполнили исполнители, стоимость каждого вида работы, из чего невозможно сделать однозначный вывод о результатах работ, принятых обществом, о том, какие действия совершили спорные контрагенты в интересах общества и во исполнение заключенных с ним договоров.

Из показаний директора общества ФИО6, допрошенного в судебном заседании, следует, что в ходе выездной налоговой проверки обществом представлена вся необходимая техническая документация, позволяющая определить вид оказанных услуг, выполненных работ и их объем. 

Таким образом, общество по требованию инспекции № 17 представило все необходимые документы для проверки видов и объемов выполненных работ (оказанных услуг). Не представлены доказательства того, что заявитель отказался или уклонялся от представления каких-либо документов, определяющих виды, наименование работ (услуг), выполненных ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис». Если специфика выполненных работ (оказанных услуг) являлась сложной для понимания сотрудникам инспекции, они не воспользовались правом на привлечение специалиста или назначение экспертизы. 

Проверив доводы инспекции № 17 о том, что все договоры, заключенные со спорными контрагентами, имели условия о предоставлении обществом на безвозмездной основе территории, оборудованных рабочих мест, основных средств, инвентаря, материалов, но при этом не оформлялись первичные документы на передачу имущества (оборудования, инвентаря и т.д.), суды установили: требование общества к поставщику услуг об использовании материалов заказчика обосновано тем, что работы выполнялись по значимым заказам, и общество не могло допустить приобретение исполнителем услуг некачественных товарно-материальных ценностей, что в дальнейшем отрицательно сказалось бы на деловой репутации заявителя и породило бы претензии со стороны заказчиков. При этом в кассационной жалобе не оспорен установленный судами на основании показаний свидетеля ФИО21, допрошенной в судебном заседании, порядок выдачи материалов, инструментов, инвентаря и т. д. сотрудникам ООО «МашСервис» и ООО «Предприятие № 1» только по заявкам, при этом ответственные лица на складе расписывались в получении и возврате инструментов; в обществе приход и списание отражались в складском учете. Все платежи либо взаимозачеты в адрес ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис» подтверждены и инспекцией № 17 не оспорены, равно, как и не поставлены под сомнение результаты выполненных указанными организациями работ.

При таких обстоятельствах суды сделали основанный на совокупной оценке доказательств вывод о том, что материалами дела не доказана подконтрольность ООО «Предприятие № 1» и ООО «МашСервис» обществу, равно, как и не доказана согласованность их действий, направленных на получение обществом необоснованной налоговой выгоды по налогу на прибыль в виде завышения обществом расходной части. 

Заявитель, указывая в кассационной жалобе на незаконность судебных актов, фактически выражает свое несогласие с оценкой судами первой и апелляционной инстанции имеющихся в деле доказательств. Однако переоценка доказательств недопустима при производстве по делу в арбитражном суде кассационной инстанции.

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения дела, а также доводы, изложенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судебных инстанций, им дана правильная правовая оценка, поэтому основания для отмены или изменения судебных актов отсутствуют.

Нормы материального права применены судами правильно. Нарушения норм процессуального права, влекущие отмену (изменение) обжалуемых судебных актов в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

заменить Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 17 по Краснодарскому краю на ее правопреемника – Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 21 по Краснодарскому краю.

Решение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.11.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 по делу № А6320103/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения. 

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий         Т.В. Прокофьева

Судьи    А.Н. Герасименко

    А.В. Гиданкина