СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4689/2019(8,9)-АК

Дело № А60-62556/2018

13 апреля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  13 апреля 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей    Темерешевой С.В., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при отсутствии лиц, участвующих в деле, 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы арбитражного управляющего ФИО2, третьего лица Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих»

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 09 февраля 2023 года, 

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании с ФИО2 в пользу должника убытков в размере 251 360,73 руб.,

вынесенное в рамках дела № А60-62556/2018 

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Исеть-коннектор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третьи лица: Союз «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих», Управление федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Свердловской области, ООО «Страховая компания «Арсеналъ»,

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.06.2019 ООО «Исеть-коннектор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

Определением от 10.11.2021 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Исеть-коннектор»  по собственному заявлению.

Определением от 13.04.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих». 

Срок процедуры конкурсного производства судом неоднократно продлевался. 

Определением от 05.09.2022 путем использованием автоматизированной информационной системы распределения дел произведена замена судьи Водолазской С.Н. на судью Дёмину А.С. 

05.09.2022 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу должника убытков в размере 251 360,73 руб.

Определением от 29.09.2022 заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Союз «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих», Управление федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Свердловской области, ООО «Страховая компания «Арсеналъ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.02.2023 (резолютивная часть от 02.02.2023) заявление конкурсного управляющего удовлетворено. С ФИО2 в пользу ООО «Исеть-коннектор» взысканы убытки в размере 251 360,73 руб.

Не согласившись частично с вынесенным определением, арбитражный управляющий ФИО2, третье лицо Союз «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» обжаловали его в апелляционном порядке.

ФИО2 в своей жалобе просит определение отменить частично в размере 238 848,50 руб., в части взыскания убытков в размере 12 512,23 руб., ввиду признания им неправомерности выплаты заработной платы ненадлежаще привлеченному специалисту, оставить без изменения. 

Обращает внимание на неоднократное указание на то, что часть спорного имущества (поименованное в таблице на стр. 5,6 оспариваемого определения за исключением позиций «Корпус для СНЦ23о27» и «Розетка СНЦ144-22/1ЗР011-AWK) являлось неотделимым улучшением проданного недвижимого имущества должника и находится по месту нахождения проданного имущества; по правилам ведения бухгалтерского учета оно выведено в отдельные строки баланса. Считает, что ошибочность его действий заключается лишь в том, что оно не было включено в договор купли-продажи недвижимого имущества. С позиции апеллянта, конкурсный управляющий ФИО3 при обращении с рассматриваемым заявлением должен был установить наличие или отсутствие спорного имущества по месту нахождения должника. Отмечает не совершение ФИО3 действий, направленных на поиск и истребование имущества из чужого незаконного владения, не доказанность им противоправности поведения причинителя ущерба и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом. Факт физического отсутствия спорного имущества никем не установлен, имущество, поименованное на стр. 5,6 определения, физически существует. Полагает недоказанным размер убытков, поскольку стоимость имущества взята из оценочного отчета бывшего конкурсного управляющего ФИО2, сделанного в июле 2020 г., срок действия которого составляет 6 месяцев и истек в начале 2021 г.; до установления размера убытков необходимо было провести оценку рыночной стоимости имущества, с учетом его ликвидности и состояния. Указывает, что им случайно и ошибочно было оценено и включено в конкурсную массу отсутствующее при проведении инвентаризации имущество – ТМЦ (Корпус для СНЦ 23 диаметром 27), что подтверждается сличительной ведомостью № 10 от 26.07.2019, подписанной бывшим директором должника ФИО4 и главным бухгалтером ФИО5 (оригинал ведомости находится у ФИО3). Также полагает, что период оказания услуг привлеченного специалиста ФИО6, указанный апелляционным судом в постановлении от 24.11.2020, на которое суд сослался как на  преюдициальный судебный акт, не соответствует периоду времени, указанному в заявлении управляющего. На стр. 10 постановления признано неправомерным привлечение ФИО6 с 01.10.2019, не с 24.06.2019, как посчитал суд первой инстанции, следовательно, выплаты ФИО6 в период с 24.06.2019 по 01.10.2019 произведены, по мнению апелляционного суда, правомерно. Апеллянт не оспаривает признание неправомерным привлечение ФИО6, при этом считает, что ФИО6 в период с августа по октябрь 2019 г. осуществлял свои должностные обязанности на законных основаниях; конкурсный управляющий, будучи руководителем ликвидируемой организации, обязан не менее чем за два месяца уведомить работника о предстоящем увольнении. Кроме того отмечает, что судом не изучено наличие задолженности по заработной плате перед работником ФИО6 в период процедуры наблюдения, подтверждающейся системой бухгалтерского учета 1С, которая является текущим платежом второй очереди и подлежала погашению по мере пополнения конкурсной массы. Конкурсный управляющий ФИО3 в заявлении о взыскании убытков за выплату заработной платы ФИО6 по трудовому договору не принял во внимание имеющуюся задолженность по зарплате, компенсации за неиспользованный отпуск и пособие при увольнении перед ФИО6 за предыдущий период, при этом данные о задолженности были переданы конкурсному управляющему. Полагает, что выплаты денежных средств ФИО6 следует считать  погашением задолженности по заработной плате, а также компенсации при увольнении работника в связи с ликвидацией организации и компенсации за неиспользованный отпуск, возникшие до заключения трудового договора между конкурсным управляющим ФИО2 и ФИО6, в качестве текущих платежей второй очереди. Разницу между надлежаще начисленными выплатами заработной платы, выходных пособий и компенсации за неиспользованный отпуск и фактически выплаченными в соответствии с нормами трудового законодательства и Закона о банкротстве в размере 12 512,23 руб. не оспаривает, признает, что в указанном размере заработная плата им выплачена ненадлежаще привлеченному специалисту.

В качества доказательств приведенных доводов ФИО2 к жалобе приложены копии: инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей № 1 от 08.08.2019; отчета о оценке рыночной стоимости имущества должника от 06.07.2020; сличительной ведомости результатов инвентаризации ТМЦ № 1 от 08.08.2016; расчетных листков по выплате заработной платы и выходных пособий ФИО6; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2020 по делу № А60-62556/2018.

Третье лицо в своей жалобе просит отменить определение, полагая отсутствующим причинение убытков кредиторам. Отмечает, что между арбитражным управляющим ФИО2 и конкурсным управляющим ФИО3 25.03.2022 был подписан акт приема-передачи имущества (ТМЦ), принадлежащего ООО «Исеть-Коннектор», общей стоимостью 100 221,71 руб., оценка имущества проводилась самим ФИО2 Арбитражный управляющий ФИО2 неоднократно (в ответе на претензию, письменных пояснения и отзывах) указывал местонахождение данного имущества (на объекте недвижимого имущества, принадлежавшего должнику и реализованного ООО «Проф-Метад» по договору купли-продажи от 06.03.2020). Иные доводы жалобы аналогичны доводам жалобы ФИО2

До начала судебного разбирательства от уполномоченного органа и конкурсного управляющего ФИО3 поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы, считают обжалуемое определение законным и обоснованным, жалобы – не подлежащими удовлетворению. Уполномоченным органом в подтверждение возражений представлен отчет конкурсного управляющего ФИО2 от 28.10.2020.

От конкурсного управляющего ФИО3 поступили дополнения к отзыву, в которых приведены возражения относительно приобщения дополнительных документов, приложенных ФИО2 к апелляционной жалобе. Также заявлено о рассмотрении апелляционных жалоб в свое отсутствие.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Рассмотрев вопрос о приобщении дополнительных документов, приложенных ФИО2 к апелляционной жалобе и уполномоченным органом к отзыву, апелляционный суд полагает возможным представленные документы приобщить к материалам дела (ч. 2 ст. 268 АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Исследовав доводы апелляционной жалобы в совокупности с имеющимися в деле доказательствами, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) определения ввиду следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п.1 ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 2 ст. 99 и п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве установлено, что внешний управляющий и конкурсный управляющий обязаны принять в управление имущество должника и провести его инвентаризацию; в течение трех рабочих дней с даты окончания инвентаризации имущества должника включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах такой инвентаризации.

Согласно п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, по обеспечению сохранности имущества должника, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности сделок, заключенных или исполненных должником, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами, направленными на возврат имущества должника. Иными словами, он обязан принимать меры к сохранности имущества.

В силу п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ, с учетом специальных норм Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к спорам, рассматриваемым в рамках дела о банкротстве, под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.

Исходя из разъяснений, приведенных в абз. 3 п. 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности истцом совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): наличие и размер понесенных убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями (бездействием) и возникновением убытков.

Частью 1 ст. 65 АПК РФ установлена обязанность сторон доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований о взыскания с арбитражного управляющего ФИО2 убытков в размере 100 221,71 руб. конкурсный управляющий ФИО3 ссылался на следующие обстоятельства.

Решением суда от 24.06.2019 ООО «Исеть-коннектор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

Определением от 10.11.2021 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Исеть-коннектор»  по собственному заявлению.

Определением от 13.04.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

25.03.2022 между арбитражным управляющим ФИО2 и конкурсным управляющим должника ФИО3 подписан акт приема-передачи имущества, согласно которому ФИО2 передал, а ФИО3 принял товарно-материальные ценности, принадлежащие ООО «Исеть-Коннектор».

В упомянутом акте имеются отметки и подпись ФИО3 о том, что следующее имущество арбитражным управляющим ФИО2 ему не передано – кабели ВВГ-Пиг 3х1,5, ВВГ-Пиг 3х2,5, КГ тп-ХЛ 3х2,5, автомат-выключатель, блок ОП выключатель и розетка, бумага для принтера, изолента, клипса для трубы d 16мм, коробка распределительная, светильник 61 107 аналог ЛВО, скоба креп.метал.оцинк., счетчик эл. Меркурий 230 ART-03 CN Зф 5-7,5А многотариф., трансформатор ТТИ-30, хомут кабельный, щит ЩРН-ПГ-8, корпус для СНЦ23 о27, розетка СНЦ144-22/1ЗР011-АWK. 

Также ФИО2 не переданы прожекторы (6 шт.), труба гофрированные ПВХ (2 упак.), труба гофрированная ПНД (1 упак.).

Конкурсный управляющий ФИО3 указывает, что общая стоимость имущества, которое ему не передано, составляет 100 221,71 руб., при этом оценка имущества проведена самим ФИО2 Согласно пояснениям ФИО2, данное имущество было установлено на объекте недвижимого имущества, принадлежащего ранее ООО «Исеть-коннектор» и проданного в дальнейшем по договору купли-продажи недвижимого имущества от 06.03.2020 ООО «Проф-Металл». Вместе с тем, при анализе договора купли-продажи недвижимости от 06.03.2020 вышеуказанное имущество в нём отсутствует, арбитражным управляющим ФИО2 конкурсному управляющему должника не передано.

Арбитражный управляющий ФИО2 в отзыве на заявление указал, что все спорное имущество, за исключением позиций «Корпус для СНЦ23 диам. 27» и «Розетка СНЦ144-22/13РО11-AWK», является неотделимым имуществом, реализованным при продаже недвижимого имущества должника. По данным бухгалтерского учета спорное имущество было учтено отдельно, следовательно, конкурсному управляющему необходимо было обратиться с исковым заявлением к покупателю имущества об оплате приобретенного неотделимого имущества. Данные действия конкурсным управляющим ФИО3 совершены не были. Позиции «Корпус для СНЦ23 диам. 27» и «Розетка СНЦ144-22/13РО11- AWK» остались на территории реализованного недвижимого имущества должника.

В апелляционной жалобе ФИО2 приводятся аналогичные доводы.

Согласно сообщению № 5178213 от 07.07.2020, опубликованному арбитражным управляющим ФИО2 на ЕФРСБ, конкурсный управляющий ООО «Исеть-коннектор» ФИО2 уведомляет о том, что состоялось собрание кредиторов ООО «Исеть-коннектор» 07.07.2020 в заочной форме; большинством голосов кредиторы приняли решение принять к сведению отчет конкурсного управляющего ООО «Исеть-коннектор» ФИО2, а также большинством голосов кредиторы приняли решение утвердить порядок реализации ТМЦ (товарных остатков) должника.

К сообщению приложено Положение «О порядке и условиях реализации имущества, принадлежащего ООО «Исеть-коннектор», в перечне которого перечислены все позиции спорного имущества, которое, как бездоказательно указывает ФИО2, осталось на территории реализованного недвижимого имущества должника.

Согласно материалам дела, 06.03.2020 между ООО «Исеть коннектор» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (продавец) и ООО «Проф Металл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно п. 1.1. которого по договору продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить имущество, расположенное по адресу 

<

...>, в количестве 14 шт., поименованных в приложении № 1 (недвижимое имущество и право аренды земельного участка).

Каких-либо указаний на наличие движимого имущества на объектах, представляющего собой неотделимое имущество, договор купли-продажи не содержит.

Кроме того, доказательств, безусловно подтверждающих тот факт, что данное имущество осталось или находится в настоящий момент на объекте недвижимого имущества по адресу 

<

...>, в материалы дела не представлено.

Ссылки ФИО2 на несовершение конкурсным управляющим ФИО3 действий по поиску и возврату в конкурсную массу имущества несостоятельны; спорное имущество ФИО2 не было передано, о чем имеются соответствующие отметки в акте приема-передачи от 25.03.2022, который подписан как ФИО2, так и ФИО3 В отсутствие у последнего сведений о местонахождении имущества и доказательств нахождения его по адресу: 

<

...> конкурсный управляющий лишен возможности доказать нахождение спорного имущества там, что необходимо при обращении с исковым заявлением к покупателю имущества об истребовании из чужого незаконного владения спорного движимого имущества либо об оплате приобретенного неотделимого движимого имущества.

Также судом первой инстанции установлено противоречие доводов ФИО2 его же действиям как конкурсного управляющего, о чем свидетельствует то обстоятельство, что недвижимое имущество реализовано в марте 2020 г., тогда как оценку спорного движимого имущества ФИО2 производит в июле 2020 г. (к сообщению в ЕФРСБ №6369994 от 22.03.2021 приложен отчет об оценке от 06.07.2020), при этом ни протокол собрания кредиторов, ни отчет об оценке рыночной стоимости имущества должника от 06.07.2020 не содержат указания о нахождении спорного имущества на реализованных объектах недвижимости. 

Конкурсный управляющий, как профессиональный субъект антикризисной деятельности, должен действовать добросовестно и разумно с соблюдением норм действующего законодательства в интересах кредиторов и должника вне зависимости от позиций и мнений иных участвующих в деле лиц.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд пришел к правомерному выводу о том, что вследствие ненадлежащего исполнения ФИО2 обязанности по обеспечению сохранности имущества должника утрачена возможность получения / возврата и реализации имущества по начальной цене, утвержденной собранием кредиторов ООО «Исеть-коннектор», что повлекло причинение обществу убытков в сумме 100 221,71 руб.

Ссылка ФИО2 на то, что ошибочность его действий заключается лишь в том, что спорное имущество не было включено в договор купли-продажи недвижимого имущества, не принимается. Из материалов дела не усматривается, что стоимость недвижимого имущества определялась с учетом спорного имущества, представлявшего собой, по утверждению ответчика, неотделимые улучшения. Напротив, в отношении спорного имущества было утверждено отдельное Положение о порядке его продажи, что с достаточной степенью свидетельствует о формировании цены продажи недвижимого имущества без учета стоимости спорного имущества.

Довод ФИО2 о том, что им ошибочно было оценены и включены в конкурсную массу ТМЦ - корпус для СНЦ 23 диаметром 27, фактически отсутствовавшие при проведении инвентаризации, также подлежит отклонению.

В обоснование данного довода ответчик ссылается на сличительную ведомость № 10 от 26.07.2019. подписанную бывшим директором ООО «Исеть-коннектор» ФИО4 и главным бухгалтером ФИО7

Однако, указанная сличительная ведомость апеллянтом не представлена. 

К апелляционной жалобе им приложена другая сличительная ведомость - № 1 от 08.08.2019, которая подписана генеральным директором должника ФИО4, согласно которой установлена недостача ТМЦ, в том числе корпуса для СНЦ23 диаметр 27 в количестве 2 шт., стоимостью 228 руб.

При этом в представленной апеллянтом инвентаризационной описи № 1 от 078.08.2019, подписанной комиссией в составе конкурсного управляющего ФИО2, членов комиссии ФИО8, главного бухгалтера ФИО7, а также материально-ответственным лицом – бывшим руководителем должника ФИО4, в составе ТМЦ, которые названными лицами проверены в натуре и внесены в опись, приняты управляющим, под порядковым № 74 отражены  ТМЦ – корпус для СНЦ23диаметр 27 в количестве 498 шт., стоимостью 56 772 руб., как фактически наличествующие, с указанием на то, что по данным бухгалтерского учета, данных ТМЦ 500 шт., стоимостью 57 000 руб.

Следовательно, представленными непосредственно ответчиком в суд апелляционной инстанции документами подтверждается, что бывшим руководителем управляющему ФИО2 передано фактически имевшиеся в наличии ТМЦ - корпус для СНЦ23диаметр 27 в количестве 498 шт., стоимостью 56 772 руб., данные ТМЦ ответчиком конкурсному управляющему ФИО3 не переданы, стоимость именно этих ТМЦ в указанном размере включены последним в размер убытков.

Доводы апеллянтов о недоказанности размера заявленных к возмещению убытков ввиду его определения, исходя из стоимости непереданного ответчиком конкурсному управляющему имущества, согласно оценке, с момента проведения которой прошло более 6 месяцев, с учетом чего ее нельзя считать актуальной, исходя из данных балансовой стоимости имущества, которая существенно выше рыночной стоимости, отклоняются.

Как следует из материалов дела и не отрицается апеллянтами, оценка стоимости спорного имущества проведена непосредственно ФИО2 Именно данная оценка имущества была представлена последним кредиторам, в том числе для обоснования начальной цены его продажи в Положении о порядке его продажи.  

Поведение ФИО2, заявившего о недостоверности ее результатов (завышении стоимости) в рамках настоящего обособленного спора, представляется апелляционному суду недобросовестным.

Допустимость принятия результатов оценки в течение шести месяцев с момента ее проведения носит рекомендательный характер, причем в определенных случаях, когда особо важна актуальность стоимости имущества.

Применительно к вопросу о размере убытков, причиненных непередачей имущества, обязательность подтверждения его стоимости результатами  оценки, проведенной не ранее чем за 6 месяцев, не требуется. Доказательства иной стоимости утраченного имущества, ее несоответствия рыночной ответчиком не представлены, заявленный к возмещению размер убытков не опровергнут.

Ссылка апеллянта на то, что тождественное спорному имущество балансовой стоимостью 550 210 руб. реализовано на торгах за 32 000 руб. отклоняется, поскольку данное обстоятельство достаточным для вывода об иной рыночной стоимости спорного имущества не является. Более того, данный довод апеллянта является голословным, какими-либо допустимыми доказательствами не подтвержден.

С учетом изложенного, выводы суда о доказанности требования о взыскании с ответчика убытков в размере 100 221,71 руб. являются правильными, соответствующими материалам дела.

Также конкурсный управляющий ФИО3 просит взыскать с ФИО2 в возмещение убытков 151 139,02 руб., возникшие в результате необоснованной выплаты в качестве заработной платы ФИО6 за декабрь 2019 г., январь, март, апрель  2020 г. по платежным поручениям № 73 от 13.01.2020, № 89 от 27.01.2020, № 28 от 27.04.2020, № 31 от 13.05.2020, № 34 от 13.05.2020, № 54 от 04.06.2020.

В обоснование требования конкурсный управляющий ФИО3 ссылается на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2020, которым удовлетворена жалоба уполномоченного органа в части признания незаконными действий конкурсного управляющего ФИО2 по привлечению ФИО6 для обслуживания недвижимого имущества должника по договору № 1 от 01.10.2019 с вознаграждением 20.000 руб. в месяц, с ФИО2 в пользу ООО «Исеть Коннектор» взыскано 319 395 руб.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 09.02.2021 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2020 оставлено без изменения.

При рассмотрении указанного спора, суды не усмотрели необходимость привлечения конкурсным управляющим ФИО2 услуг ФИО6 в качестве главного инженера и аренды помещения площадью 10 кв. метров в г. Казани у ООО «Фрегат» для хранения некоей документации Должника, признаны заслуживающими внимания доводы уполномоченного органа об отсутствии оснований для привлечения с 01.10.2019 услуг главного инженера ФИО9 для обслуживания недвижимого имущества должника, поскольку практически вся недвижимость Должника (за исключением одного административного здания) сдавалась в аренду и, соответственно, обязанность по обеспечению сохранности арендуемого имущества несли арендаторы, в целях обеспечения сохранности недвижимости арендаторами были заключены договоры с охранной организацией (ООО ЧОП «Славянский Щит»). В отношении единственного административного здания, которое не находилось в аренде и в залоге, судом апелляционной инстанции отмечено, что оно находилось на одном участке с иными принадлежащими Должнику зданиями, которые сдавались в аренду и пребывали под охраной, и потому обеспечить сохранность этого здания на период проведения торгов (01.03.2020 заключен договор купли-продажи в отношении всей недвижимости) было возможно и без специальных мероприятий по его охране и привлечению услуг отдельного гражданина. Проведение мероприятия по своевременному «сбору» арендной платы и осуществлению хозяйственно-договорных отношений с организациями, поставляющими электрическую и тепловую энергию на объекты недвижимости, прямо входит в обязанности конкурсного управляющего как лица, осуществляющего полномочия руководителя должника. «Сбор» арендной платы и коммуникация с предприятиями, обеспечивающими поставку коммунальных ресурсов, могли контролироваться лично управляющим и даже дистанционно, для выполнения таких эпизодических по своему характеру действий необходимость привлечения главного инженера не требовалась.

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что деятельность ФИО6 по общению с арендаторами и поставщиками коммунальных ресурсов, а равно и по контролю состояния объектов недвижимости в отсутствие в городе Каменск-Уральский конкурсного управляющего ФИО2 не требовала постоянного его пребывания по месту нахождения Должника и трудового взаимодействия с другими работниками предприятия и соблюдения трудового распорядка и трудовой дисциплины, а, следовательно, у ФИО2 и не имелось оснований для заключения с ФИО6 трудового договора. При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции указал на недоказанность ФИО2 ни целесообразности заключения трудового договора с ФИО6, ни обоснованности его привлечения для обеспечения деятельности конкурсного управляющего. Со стороны залогового кредитора согласия на привлечение ФИО2 услуг ФИО6 не давалось, оснований полагать, что деятельность ФИО6 была связана именно и исключительно с охраной заложенного имущества не установлено, отнести расходы конкурсной массы на услуги ФИО6 на залогового кредитора или за счет реализации залогового имущества противоречит действующему законодательству, то есть данные расходы носят текущий характер за счет тех средств, которые могли бы быть направлены на удовлетворение требований конкурсных кредиторов, в том числе и Уполномоченного органа.

Поскольку вступившим в законную силу судебным актом установлено отсутствие оснований для привлечения услуг ФИО6, а равно отсутствие оснований для привлечения его услуг посредством заключения с ним трудового договора, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости квалификации в качестве убытков последующих платежей в пользу ФИО6 в виде выплаты заработной платы с основного счета должника за декабрь 2019 года, январь, март, апрель 2020 года, а также в виде компенсации при увольнении за неиспользованный отпуск в размере 151 139,02 руб.

Арбитражный управляющий ФИО2 в суде первой инстанции указывал, что ФИО6 осуществлял свои должностные обязанности и получал заработную плату в период август-сентябрь 2019 г. на законных основаниях, компенсация за неиспользованный отпуск была выплачена ему за период исполнения им обязанностей главного в период процедуры наблюдения, а не во время действия временного трудового договора; в последующий период на стороне ФИО6 возникло неосновательное обогащение, конкурсный управляющий ФИО3 обязан был обратиться в претензионно-исковом порядке в суд за взысканием неосновательного обогащения с ФИО6, а не требовать с ФИО2 возмещения убытков, которые им не причинены.

Данные доводы судом первой инстанции отклонены со ссылкой на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2020. Судом указано, что законной выплатой ФИО6 является заработная плата, которая начислена и выплачена за период с января по июнь 2019 года, то есть до вступления ФИО2 в должность конкурсного управляющего. Вместе с тем, ФИО6 01.10.2019 был принят ФИО2 на работу вновь, следовательно, заработная плата, выплаченная ФИО2 за декабрь 2019 г., январь-апрель 2020 г., компенсация при увольнении не должна была выплачиваться за счет конкурсной массы должника. Выплата ФИО6 денежных средств в размере 151 139,02 руб. за указанный период является неправомерной и повлекла за собой возникновение убытков.

Обращаясь с апелляционной жалобой, ФИО2 указывает, что выплаты в пользу ФИО6 произведены им в счет погашения задолженности по заработной плате за период с августа до октября 2019 года, когда ФИО6 осуществлял свои обязанности не законных основаниях, а также компенсации при увольнении работника в связи с ликвидацией организации и компенсации за неиспользованный отпуск, возникшие до заключения трудового договора между конкурсным управляющим ФИО2 и ФИО6 В качестве доказательств представляет расчетные листы ФИО6 за июнь-октябрь 2019 г. 

Данные доводы отклоняются.

Из отчета конкурсного управляющего ФИО2 от 28.10.2020 следует, что ФИО6 был уволен с должности главного инженера приказом от 30.09.2019. 

Вопреки утверждению ответчика об осуществлении спорных выплат за период август-сентябрь 2019 г., в назначениях платежей в платежных поручениях, на которые ссылается управляющий, прямо указано на оплату по трудовому договору № 2 от 01.10.2019 привлеченному специалисту за конкретные периоды - декабрь 2019г.,  январь март, апрель 2020 г. Данное назначение платежей сформировано самим ФИО2 

Из представленных ФИО2 расчетных листов ФИО6 следует, что на конец сентября 2019 года у общества имелась задолженность по заработной плате в размере 165 095,31 руб., в том числе непосредственно по заработной платы (105 049,19 руб. за предыдущие периоды + 15 238,10 руб. за сентябрь 2019 г.), компенсации отпуска при увольнении (21 937,16 руб.), выходного пособия за первый месяц (25 715,15 руб.).

В октябре 2019 г. ФИО6 было выплачено 185 095,00 руб., в том числе заработная плата в размере оклада (20 000 руб.), а также погашена вся задолженность в размере 165 095,31 руб.

То есть обязательства ООО «Исеть-коннектор» по выплате ФИО6 заработной платы и причитающихся ему трудовым законодательством выплат за период июнь-сентябрь 2019 года исполнены должником. 

Как следует из постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2020 по настоящему делу, выплата ФИО2 в пользу ФИО6 вознаграждения за октябрь и ноябрь 2019 года в общем размере 40 000 руб. признана необоснованной, с ответчика взысканы убытки в данном размере; в части заявленных ко взысканию с ответчика убытков в размере 165 095 руб. судом отказано, поскольку данная сумма представляет собой зарплату за выполнение ФИО6 трудовой функции за период с января по июнь 2019 года, то есть до вступления ФИО2 в должность конкурсного управляющего и вне связи с оспариваемыми действиями управляющего.

В рамках настоящего спора ФИО2 вменено осуществление в пользу ФИО6 необоснованной выплаты за последующий период – декабрь 2019 г., январь-апрель 2020 г.

Вопреки позиции апеллянта, судом первой инстанции постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2020 обоснованно признано преюдициальным для данного спора в части выводов относительно отсутствия основания привлечения ФИО6 в октябре 2019 г. на договорной основе для оказания услуг. Исходя из указанных выводов, следует отсутствие у ФИО2 оснований для выплаты ФИО6 денежных средств в период, начиная с октября 2019г.

При подаче конкурсным управляющим ФИО3 заявления о взыскании с ФИО2 убытков указанные обстоятельства были учтены, расчет размера задолженности приведен, судом первой инстанции проверен и признан правильным, соответствующие доказательства представлены в материалы дела. 

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При отмеченных обстоятельствах, оснований для отмены определения суда, с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционных жалобах, не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, , 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 09 февраля 2023 года по делу № А60-62556/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

С.В. Темерешева 

 

М.С. Шаркевич