﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13237/2019(8)-АК

Дело № А50-35228/2018

08 сентября 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 сентября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 сентября 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего         Чепурченко О.Н., 

судей					Мартемьянова В.И., Мухаметдиновой Г.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дровниковой О.А.,

при участии:

от заявителя жалобы Трухина К.Е. – Целищева М.А., паспорт, доверенность от 06.10.2020;

от уполномоченного органа – Гусева Е.В., паспорт, доверенность от 27.01.2021,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного лица Трухина Константина Евгеньевича

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 24 июня 2021 года 

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении Новикова Е.М., Трухина К.Е. к субсидиарной ответственности,

вынесенное в рамках дела № А50-35228/2018

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Пермойлсервис» (ОГРН 1135902003093, ИНН 5902234817),

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.11.2018 принято к производству заявление ФНС России в лице ИФНС России по Ленинскому району г.Перми (далее – уполномоченный орган, налоговый орган) о признании общества с ограниченной ответственностью «Пермойлсервис» (далее – ООО «Пермойлсервис», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.01.2019 заявление уполномоченного органа признано обоснованным и в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден  Шелеманов Михаил Александрович, являющийся членом Межрегиональной саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Содействие».

Объявление об открытии в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 9 от 19.01.2019.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 08.05.2019 ООО «Пермойлсервис» признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Шелеманов М.А. 

Объявление об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 84 от 18.05.2019.

06.05.2020 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Шелеманова М.А. о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательства должника контролирующих должника лиц Новикова Евгения Михайловича и Трухина Константина Евгеньевича со ссылкой на совершение данными лицами действий, повлекших невозможность погашения реестра требований кредиторов.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.06.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения Новикова Евгения Михайловича и Трухина Константина Евгеньевича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПермОйлСервис» за невозможность погашения требований кредиторов. Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении Новикова Евгения Михайловича и Трухина Константина Евгеньевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Не согласившись с вынесенным определением, заинтересованное лицо Трухин К.Е. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение в части удовлетворенных требований, в удовлетворении заявленных к нему требований отказать в полном объеме. Выражает несогласие с позицией суда о том, что определяющим и необходимым критерием для признания лица контролирующим являлось и является наличие фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определить действия должника. Трухин К.Е. не являлся контролирующим должника лицом, не имел возможности оказывать влияние на принятие Новиковым Е.М. решений. Указывает на неверное установление судом обстоятельств дела в части выполнения Трухиным К.Е. работ в спорный период. Трухин К.Е. никогда не исполнял обязанности заместителя генерального директора в ООО «ПермОйлСервис», выполнял работу фактически по гражданско-правовому договору по оказанию услуг. Приводит доводы о том, что ни одна из совершенных сделок, на которые ссылается конкурсный управляющий, не привела к банкротству должника именно в результате действий Трухина К.Е.   

Показания свидетелей не могут является достоверным и надлежащим доказательством в подтверждение либо опровержение каких-либо обстоятельств дела, поскольку таковым может являться вступивший в законную силу приговор суда, который в настоящее время отсутствует.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующие в судебном заседании представители заявителя жалобы и уполномоченного органа свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Частью 5 статьи 268 АПК РФ предусмотрено, что в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений относительно проверки определения суда в обжалуемой части лицами, участвующими в деле, не заявлено, в связи с чем законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в обжалуемой части в пределах доводов апелляционной жалобы – только в отношении ответчика Трухина К.Е.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ООО «ПермОйлСервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.04.2013; генеральным директором  и единственным учредителем должника является Новиков Е.М.

Трухин К.Е., исходя из имеющихся в распоряжении конкурсного управляющего документов, в частности из приказов о поощрении сотрудников, в 2018 году занимал должность заместителя генерального директора должника (л. 3 тома 2 обособленного спора).

Заявляя о привлечении указанных лиц к солидарной субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ПермОйлСервис», конкурсный управляющий ссылается на неисполнение Новиковым Е.М. надлежащим образом обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника после введения процедуры конкурсного производства решением суда от 08.05.2019, на причинение руководителем должника убытков, взысканных с него вступившими в законную силу судебными актами; на совершение Новиковым Е.М., Трухиным К.Е. и аффилированными по отношению к ним лицами сделок, признанных судом в рамках настоящего дела недействительными, в частности направленных на вывод активов должника,  договора купли-продажи автомобиля от 13.02.2019, договора купли-продажи земельного участка от 04.10.2016, заключенного должником с Зариповым Максимом Маратовичем. 

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о доказанности оснований для привлечения Новикова Е.М. и Трухина К.Е. к субсидиарной ответственности по п. 2 ст. 61.11, п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве. 

Выводы суда первой инстанции в части наличия оснований для привлечения Новикова Е.М. к субсидиарной ответственности лицами, участвующими в деле, не оспариваются, апелляционным судом не пересматриваются (ч. 5 ст. 268 АПК РФ, п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Исследовав представленные в материалы дела документы в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб и возражения на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в обжалуемой части в силу следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ). 

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон). 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, возможность распространения норм Закона № 266-ФЗ на отношения, возникшие до вступления его в силу, затрагивает только процессуальные правила.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

С учетом периода времени совершения вменяемых ответчикам действий и бездействия в рассматриваемом случае применению подлежат, как нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, так и положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно абзацу 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подлежащего применению с учетом периода совершения вменяемых действий, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац 3).

Норма аналогичного содержания содержится в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума ВС РФ № 53).

В пунктах 16-17 постановления Пленума ВС РФ № 53 прямо разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности.

Ранее понятие контролирующего должника лица было закреплено в статье 2 Закона о банкротстве, согласно под ним понималось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника);

В настоящее время конкретизированное понятие контролирующего должника лица содержится в положениях статьи 61.10 Закона о банкротстве, введенной в связи с принятием Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, в соответствии с пунктом 1 которой под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из сравнения данных нормативных положений усматривается, что определяющим и необходимым критерием для признания лица контролирующим являлось и является наличие фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять действия должника.

Как указано в пункте 3 постановления Пленума ВС РФ № 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности. 

Применительно к вопросу о лицах, подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, необходимо учитывать, что институт привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, призван повысить экономическую составляющую процедуры банкротства с помощью более эффективных инструментов и методов воздействия на конечных бенефициаров и выполняет важную роль в системе правового регулирования процедуры банкротства, конечной целью которой является максимальное удовлетворение требований всех кредиторов.

При рассмотрении дела необходимо исследование фактических обстоятельств дела по существу и недопустимо установление только формальных условий применения нормы права (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2003 № 12-П).

Необходимость тщательной проверки обстоятельств и недопустимость формального рассмотрения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица обусловлено, прежде всего, тем, что фактический бенефициар (лицо, которое влияет на формирование воли должника) при причинении вреда интересам кредиторов скрывает соответствующие обстоятельства, как правило, не заинтересован в раскрытии своего статуса и скрывает наличие возможности оказания такого влияния.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что то или иное лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Как указано в пункте 22 постановления Пленума ВС РФ № 53, в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на совершение Новиковым Е.М., Трухиным К.Е. и аффилированными по отношению к ним лицами сделок, признанных судом в рамках настоящего дела недействительными, в частности направленных на вывод активов должника договора купли-продажи автомобиля от 13.02.2019, договора купли-продажи земельного участка от 04.10.2016, заключенного должником с Зариповым Максимом Маратовичем, которые, по мнению заявителя, повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов включенных в реестр.  

В частности, в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве ООО «ПермОйлСервис» судом первой инстанции установлено следующее.

Определением суда от 18.09.2020 признан недействительным договор купли-продажи от 04.10.2016 земельного участка площадью 13 597 кв.м с кадастровым номером 59:28:0780101:319, заключенный обществом «ПермОйлСервис» с Зариповым М.М. 

Сделка признана недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку имущество отчуждено по цене ниже рыночной в 45 раз в отсутствие встречного предоставления со стороны ответчика, заключившего затем по прошествии непродолжительного периода времени (менее месяца) договор долгосрочной аренды с обществом с ограниченной ответственностью «Прайм», директором которого на тот момент времени также являлся Трухин К.Е. на условиях его использования для добычи углеводородного сырья. 

Аффилированность общества «Прайм» и должника ранее установлена судебным актом по настоящему делу по иному обособленному спору (определение суда от 27.08.2020).

Изначально названный земельный участок приобретен обществом «ПермОйлСервис» у Мардамшина Эльмира Хайдаровича, который в рамках проведения следственных действий по уголовному делу пояснял, что при ведении переговоров с Новиковым Е.М. приезжал и Трухин К.Е., который представлялся директором общества «Прайм» и пояснял, что деятельность по добыче нефти - их совместная деятельность (л. 59 тома 2 обособленного спора).

Сам Новиков Е.М. в ходе следственных действий также давал пояснения о том, что именно Трухин К.Е. предложил ему зарегистрировать организацию, набрать специалистов и заняться обслуживанием и обустройством месторождений, после чего и было создано общество «ПермОйлСервис» (л. 115 тома 2 обособленного спора).

При рассмотрении названного спора о признании договора купли-продажи от 04.10.2016 недействительным суд пришел к выводу о том, что отчуждение должником ликвидного используемого в своей основной деятельности земельного участка имело целью обеспечить последующее фактически безвозмездное использование объекта недвижимости новым арендатором – обществом «Прайм» в своей предпринимательской деятельности.

Обстоятельства, позволяющие сделать иной вывод, суду не раскрыты.

Условия договора купли-продажи от 04.10.2016 и его исполнение очевидно свидетельствуют о том, что Зарипов М.М. не являлся рядовым контрагентом общества «ПермОйлСервис» и общества «Прайм».

Правомерным является вывод суда первой инстанции о том, что  представленная в ходе судебного разбирательства по данному спору выписка по счету Трухина К.Е., содержащая операции по перечислению денежных средств в пользу Зарипова М.М. в сентябре и октябре 2017 года также свидетельствует о взаимосвязи Зарипова М.М. с Трухиным К.Е.

Заключение договора купли-продажи от 04.10.2016 было направлено исключительно на вывод из состава принадлежащего обществу «ПермОйлСервис» имущества ликвидного актива, с использованием которого должник имел реальную возможность извлекать доход.

Судом первой инстанции верно указано, что сделка лишила кредиторов общества «ПермОйлСервис» возможности получить удовлетворение своих требований за счет направления на эти цели арендных платежей в случае, если бы соответствующий договор был заключен с независимым арендатором самим должником, либо за счет стоимости объекта недвижимости.

При этом после совершения данной сделки на протяжении всего 2017 года должником прекращалось исполнение денежных обязательств и кредиторская задолженность наращивалась. 

Об этом свидетельствуют принятые в рамках настоящего дела определения от 05.04.2019, от 14.01.2019, от 26.07.2019, от 03.09.2019 и от 05.12.2019 о включении в реестр требований кредиторов должника соответственно требований публичного акционерного общества «Пермнефтегеофизика», уполномоченного органа, общества с ограниченной ответственностью «Независимая транспортная компания», общества с ограниченной ответственностью СУ «УралДомСтрой» и общества с ограниченной ответственностью «ЮграТКРС».

В течение 2017 года на расчетный счет должника поступали денежные средства от контрагентов по гражданско-правовым сделкам, за счет которых исполнение вышеперечисленных обязательств являлось возможным, однако наряду с этим имел место вывод средств Новиковым Е.М., с которого на сегодняшний день вступившими в законную силу судебными актами взысканы убытки в соответствующих суммах (определения от 30.01.2020, 08.07.2020 и от 26.08.2020 по настоящему делу).

При этом в состав убытков, взысканных определением суда от 26.08.2020, включена оплата по договору уступки права требования (цессии) 10.07.2017 в сумме 14 750 000,00 рублей, полученная Новиковым Е.М. от Садилова А.Е. в результате уступки последнему долга того же общества «Прайм» в размере в сумме  20 841 160,30 руб.

Таким образом, реальный долг (обратного не доказано) аффилированного лица на существенную сумму выведен из числа активов общества «ПермОйлСервис», за что последний денежных средств в какой-либо сумме не получил.

Наряду с выводом активов должника ответчиками совершались действия по искусственному увеличению обязательств общества «ПермОйлСервис» в пользу аффилированного общества с ограниченной ответственностью «Девон» (далее – общество «Девон»).

Так, обществом «ПермОйлСервис» в лице Новикова Е.М. и обществом «Девон» в лице директора Трухина К.Е. в преддверии банкротства должника заключено соглашение о новации фактически несуществующего долга по договору подряда на строительство дороги от 10.06.2016 № 5/06-ДОР, приобретенного обществом «Девон» по договору уступки прав требования (цессии) от 11.08.2017 у общества «Сарко-Транс», в заемное обязательство исключительно в целях создания фиктивной подконтрольной кредиторской задолженности сумме 4 691 522 руб.

Определением суда от 31.08.2020 установлен мнимый характер указанных договора подряда и договора уступки права требования (статья 170 ГК РФ), данные сделки вместе с соглашением о замене долга, возникшего из гражданско-правового договора, на заемное обязательство (о новации) от 09.01.2018 признаны недействительными. Судебный акт вступил в законную силу.

Между тем, с января 2018 года по сентябрь 2018 года Трухин К.Е. числился в штате общества «ПермОйлСервис» в должности заместителя генерального директора, предполагающей наличие уже и легальных полномочий по руководству текущей деятельностью юридического лица.

Помимо вышеизложенного определением суда от 09.10.2019 по настоящему делу признан недействительной сделкой договор купли-продажи автомобиля от 13.02.2019, заключенный обществом «ПермОйлСервис» с Трухиным К.Е.

 Сделка признана недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как совершенная в условиях неплатежеспособности должника в пользу аффилированного лица в отсутствие встречного эквивалентного предоставления в целях вывода ликвидного имущества должника в ущерб интересам его кредиторов.

Как верно отмечено судом первой инстанции, вышеизложенные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том, что банкротство общества «ПермОйлСервис» явилось следствием согласованных действий Новикова Е.М. и Трухина К.Е. 

Ссылка представителя ответчика Трухина К.Е. на состоявшийся затем возврат соответствующего транспортного средства в конкурсную массу должника последующим его приобретателем правомерно отклонена судом первой инстанции.

При том, что сам по себе данный факт не является безусловным основанием для исключения Трухина К.Е. из числа лиц, подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ПермОйлСервис».

Совершение сделок, причиняющих ущерб интересам должника, не само по себе выступает основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, а лишь создает условия действия доказательственной презумпции доведения предприятия до банкротства действиями контролирующего лица.

Бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978).

В рассматриваемом конкретном случае соответствующая презумпция и доводы конкурсного управляющего Трухиным К.Е. не опровергнуты.

Из пояснений ответчика следует, что он, несмотря на то, что числился в штате общества «ПермОйлСервис» в должности заместителя генерального  директора, он, по сути, только привлекался руководителем должника для оказания услуг по урегулированию вопроса о погашении долга общества «Тарховское». 

Вопреки доводам жалобы, позиция о том, что Трухин К.Е. являлся лишь привлеченным для оказания конкретных услуг специалистом не соотносится с приведенными в мотивировочной части настоящего определения обстоятельствами, самим фактом назначения его на должность заместителя генерального директора, предполагающую наличие административно-распорядительных полномочий, вместо заключения договора гражданско-правового характера для целей принятия мер по взысканию дебиторской задолженности, а также с наличием в материалах данного дела о банкротстве документов, подписанных Трухиным К.Е. и вне рамок взаимоотношений с названным контрагентом должника, в частности акта сверки взаимных расчетов с обществом «Сарко-Транс».

Суду и в материалы дела документов, подтверждающих факт оказания Трухиным К.Е. каких-либо конкретных услуг, направленных на урегулирование взаимоотношений с обществом «Тарховское», не представлено. 

Доводы жалобы о том, что Трухин К.Е. не являлся контролирующим должника лицом, не имел возможности оказывать влияние на принятие Новиковым Е.М. решений опровергаются материалами дела и подтверждаются совокупностью установленных выше судом первой инстанции косвенных доказательств, в том числе пояснениями Новикова Е.М., Мардамшина Э.Х., данными в ходе следственных действий, а также наличием соответствующих полномочий руководителя  Трухина К.Е. в обществе «ПермОйлСервис».

К соответствующим показаниям Трухина К.Е. о том, что он только сопровождал взыскание задолженности, суд апелляционной инстанции относится критически.

Суд первой инстанции верно поддержал позицию конкурсного управляющего о том, что результатом взаимоотношений с данным контрагентом является включение в рамках настоящего дела в реестр требований кредиторов общества «ПермОйлСервис» задолженности в сумме 12 241 149,48 руб. определением суда от 05.12.2019.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно признал обоснованными требования конкурсного управляющего о привлечении Новикова Е.М. и Трухина К.Е. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о доказанности материалами дела обстоятельств для привлечения Трухина К.Е. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение действий, повлекших невозможность погашения реестра требований кредиторов.  

Поскольку размер субсидиарной ответственности подлежит определению исходя из размера непогашенных требований кредиторов как реестровых, так и текущих, на момент рассмотрения спора все мероприятия по формированию конкурсной массы произведены не были (по реализации имущества должника, взысканию дебиторской задолженности), суд первой инстанции в связи с невозможностью определения размер ответственности Новикова Е.М. и Трухина К.Е. правомерно приостановил производство по заявлению в данной части до окончания расчетов с кредиторами (п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

Выводы суда первой инстанции, положенные в обоснование обжалуемого судебного акта, сделаны при полном установлении обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора и надлежащей оценке всех представленных в дело доказательств. 

Суд апелляционной инстанции относится критически к пояснениям Трухина К.Е. со ссылкой на отзыв Новикова Е.М., в котором последний утверждал, что Трухин К.Е. не имел никакого отношения к должнику, поскольку данные пояснения опровергаются ранее данными Новиковым Е.М показаниями в ходе следственных действий и свидетельствуют об обратном.

Ссылка ответчика Трухина К.Е., как и доводы его жалобы сводится к невозможности при отсутствии приговора суда по уголовному делу использовать при оценке обстоятельств настоящего спора пояснения свидетелей и иные доказательства, полученные в рамках следствия и подлежат отклонению в силу следующего.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, при условии их относимости и допустимости (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации).

Таким образом, действующее арбитражно-процессуальное законодательство не содержит ограничений на использование материалов уголовного дела в качестве доказательств в арбитражном процессе. При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда. Аналогичная правовая позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 01.03.2011 N 273-О-О и применена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2014 N 3159/14.

Полученные в уголовно-процессуальном порядке доказательства по уголовному делу являются допустимыми доказательствами, подлежащими оценке наряду с другими доказательствами по делу (статья 75 АПК РФ).

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, установленных по делу обстоятельств не опровергают и отмены обжалуемого определения не влекут.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено. 

При апелляционном обжаловании судебных актов, принятых по результатам рассмотрения требований о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника уплата государственной пошлины действующим законодательством не предусмотрена.

Государственная пошлина, уплаченная Трухиным К.Е. по чеку-ордеру от 05.07.2021 в размере 3 000 рублей, подлежит возврату заявителю на основании статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 24 июня 2021 года по делу № А50-35228/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить Трухину Константину Евгеньевичу уплаченную по чеку-ордеру от 05.07.2021 государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

Г.Н. Мухаметдинова