АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 февраля 2021 года

Дело №

А66-19208/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Каменева А.Л., Мирошниченко В.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 16.04.2019), от конкурсного управляющего ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 10.02.2021),

рассмотрев 24.02.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Тверской области от 09.01.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2020 по делу № А66-19208/2017,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Тверской области от 01.12.2017 принято к производству заявление департамента управления имуществом и земельными ресурсами администрации города Твери о признании общества с ограниченной ответственностью «Алмаг», адрес: 170012, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 03.05.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3. 

Решением суда от 14.09.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев,  конкурсным управляющим утвержден ФИО3 

Конкурсный управляющий ФИО3 08.11.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительной сделку по передаче должником нежилого помещения площадью 223,40 кв.м с кадастровым  номером 69:40:0100094:244, находящегося  по адресу: Тверь, ул. 26-го июня, д. 24, пом. 1 (далее – нежилое помещение), по договору купли- продажи от 16.12.2016, заключенному с ФИО1.

Заявитель также  просил обязать ФИО5, которой по договору купли-продажи от 19.01.2018 было отчуждено спорное  нежилое помещение, возвратить данное помещение в собственность Общества.

 К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Бетасвар» и ФИО6. 

Конкурсный управляющий ФИО3 12.03.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017, заключенного Обществом и ФИО1 

Определением суда от 20.06.2019 рассмотрение указанных заявлений объединено в одно производство.

Определением суда первой инстанции  от 09.01.2019 (с учетом определения об исправлении опечатки от 09.01.2020) сделка  по передаче нежилого помещения и соглашение о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017 признаны недействительными, в порядке применения последствий  их недействительности с ФИО1 взыскана рыночная стоимость нежилого помещения,  восстановлено право требования Общества к ФИО1 по оплате задолженности по договору купли-продажи от 16.12.2016 в размере 1 000 000 руб., восстановлено право требования ФИО1 к Обществу по оплате задолженности по договору уступки прав (требования) от 21.01.2016 в размере 1 052 000 руб.;  производство по требованию конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО5 о возврате нежилого помещения в собственность Общества прекращено. 

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2020 указанное определение отменено,  принят новый судебный акт, которым признаны  недействительными заключенные Обществом и ФИО1 договор купли-продажи от 16.12.2016 и соглашение о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017; в порядке применения последствий  недействительности названных сделок восстановлено право требования Общества к ФИО1 по оплате задолженности по договору купли-продажи от 16.12.2016 в размере 1 000 000 руб., восстановлено  право требования ФИО1 к Обществу по оплате задолженности по договору уступки прав (требования) от 21.01.2016 в размере 1 052 000 руб.;  на ФИО5 возложена обязанность в десятидневный срок со дня вынесения постановления возвратить Обществу нежилое помещение.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 09.01.2020 и постановление от 18.11.2020, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Как полагает податель жалобы, при принятии обжалуемых судебных актов  судами первой и апелляционной инстанций не учтено, что на дату заключения договора купли-продажи от 16.12.2016 у Общества отсутствовала задолженность по арендной плате размер этой задолженности был установлен лишь решением суда от 15.05.2017.

ФИО1 также считает, что в результате признания недействительным соглашения о зачете затрагиваются права ФИО7, однако суды  первой и апелляционной инстанций в нарушение статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не привлекли ФИО7 к участию в рассмотрении обособленного спора  в качестве третьего лица.

По мнению подателя жалобы, заключение экспертизы по определению рыночной стоимости спорного нежилого помещения, проведенной при рассмотрении настоящего обособленного спора, не может быть признано надлежащим доказательством,  так как содержит множество противоречий, а  выводы эксперта не соответствуют действительности, окончательная цена является завышенной в несколько раз.

Кроме того, как считает ФИО1, апелляционным судом нарушены правила о подсудности виндикационного требования, которые, по его мнению, правильно применены судом первой инстанции. 

В представленном в электронном виде отзыве конкурсный управляющий  ФИО3, считая обжалуемое постановление  законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе; представитель конкурсного управляющего  ФИО3 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, в соответствии с договором купли-продажи от 16.12.2016 Общество (продавец) продало, а ФИО1 (покупатель) приобрел в собственность нежилое помещение.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость отчуждаемого объекта определена в 1 000 000 руб. 

Пунктом 2.2 договора установлено, что на момент подписания договора денежные средства Обществом не получены; ФИО1 обязался уплатить  Обществу стоимость нежилого помещения в течение 10 лет с момента внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о переходе права собственности на нежилое помещение от продавца  к покупателю. 

По соглашению сторон объект не считается находящимся в залоге до его полной оплаты. 

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 16.12.2016, конкурсный управляющий ФИО3 сослался на то, что ФИО1 является единственным участником и  руководителем Общества, при этом установленная названным договором цена (1 000 000 руб.) существенно отличается от рыночной стоимости нежилого помещения.

Конкурсный управляющий ФИО3 также указал, что после принятия арбитражным судом к производству заявления о банкротстве Общества спорное нежилое помещение отчуждено ФИО1 ФИО5

Так как ФИО5  проживает по одному адресу с ФИО1 и, приобретая нежилое помещение по заниженной цене, не могла не знать о наличии у ФИО1 цели вывода указанного имущества из конкурсной массы Общества, заявитель просил обязать ФИО5 возвратить нежилое помещение Обществу.

ФИО1, возражавший против удовлетворения заявления, ссылался на то, что  Обществом и ФИО7 был заключен договор подряда от 15.07.2015, в соответствии с пунктом 1.1 которого  ФИО7 (подрядчик) обязался по заданию Общества (заказчика)  выполнить ремонтные работы в нежилом помещении, стоимость которых составила 1 052 000 руб.  Так как  Общество не обладало финансовыми ресурсами для оплаты выполненных ФИО7 работ, оплату за Общество на основании договора уступки прав (требования) от 21.01.2016 произвел ФИО1 как директор Общества.

В подтверждение передачи ФИО7 денежных средства в счет оплаты выполненных по договору подряда от 15.07.2015 работ представлена  расписка от 21.01.2016. 

В дальнейшем Обществом и ФИО1 было заключено соглашение о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017, по условиям которого в счет  обязательства Общества по возмещению денежных средств, уплаченных ФИО1 по договору подряда от 15.07.2015,  засчитываются обязательства ФИО1 по уплате предусмотренной  договором купли-продажи от 16.12.2016 цены нежилого помещения. 

В обоснование заявления о признании недействительным соглашения о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017, заключенного Обществом и ФИО1,  конкурсный управляющий ФИО3 сослался на то, что названное соглашение заключено для создания видимости возмездной передачи  принадлежащего Обществу нежилого помещения ФИО1 

В ходе рассмотрения обособленного  спора в суде первой инстанции по ходатайству конкурсного управляющего проведена экспертиза по определению рыночной стоимости нежилого помещения по состоянию на 16.12.2016, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Агентство независимой оценки и экспертизы». 

Согласно экспертному заключению от 10.06.2019 рыночная стоимость спорного нежилого помещения на 16.12.2016 составляла 7 717 000 руб. 

Как установлено судом первой инстанции,  на дату заключения  договора купли-продажи от 16.12.2016 у Общества имелась задолженность перед кредитором, установленная решением Арбитражного суда Тверской области от 15.05.2017 по делу № А66-4388/2017, которым с  должника в пользу администрации города Твери взыскано 1 672 274 руб. задолженности по договору аренды от 28.01.2008 № 0003-з/08.

Суд первой инстанции посчитал, что предусмотренная пунктом 2.2 договора купли-продажи от 16.12.2016 отсрочка оплаты на 10 лет с даты внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о переходе права собственности  на нежилое помещение от продавца к покупателю не является экономически обоснованной и нарушает права кредиторов должника.

Соглашение о  зачете встречных однородных требований от 02.02.2017 признано судом первой инстанции сделкой, заключенной аффилированными лицами вне рамок обычной хозяйственной деятельности Общества при осведомленности ФИО1  о неплатежеспособности должника.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о наличии предусмотренных  пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, в связи с чем определением  от 09.01.2020 (с учетом определения об исправлении опечатки от 09.01.2020) удовлетворил заявленные требования в указанной части. Производство по требованию конкурсного управляющего к ФИО5 о возврате в собственность Общества нежилого помещения  суд первой инстанции прекратил, так как посчитал, что данное требование не подлежит рассмотрению в арбитражном суде.

При рассмотрении апелляционных жалоб на определение от 09.01.2020 апелляционный суд установил, что судом первой инстанции допущено нарушение норм процессуального права, которое в силу пункта 2 части 4 статьи 270 АПК РФ является безусловным основанием для  отмены названного судебного акта, в связи с чем определением от 05.03.2020 перешел к рассмотрению заявлений конкурсного управляющего по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Постановлением от 18.11.2020  апелляционный суд отменил определение от 09.01.2020, принял судебный акт, которым признал  недействительными заключенные Обществом и ФИО1 договор купли-продажи от 16.12.2016 и соглашение о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017, в порядке применения последствий  недействительности названных сделок восстановил право требования Общества к ФИО1 по оплате задолженности по договору купли-продажи от 16.12.2016 в размере 1 000 000 руб.,  а также  право требования ФИО1 к Обществу по оплате задолженности по договору уступки прав (требования) от 21.01.2016 в размере 1 052 000 руб., возложил  на ФИО5 обязанность в десятидневный срок со дня вынесения постановления возвратить Обществу нежилое помещение.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названым Кодексом.

Проверив законность  определения от 09.01.2020 и постановления от 18.11.2020 исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 270 АПК РФ рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в любом случае является основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

В силу части 6.1 статьи 268 АПК РФ при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 названного Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

На отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

В данном случае апелляционным судом установлено, что при принятии определения от 09.01.2020  судом первой инстанции допущено нарушение норм процессуального права, которое в силу пункта 2 части 4 статьи 270 АПК РФ является безусловным основанием для  отмены названного судебного акта.

С учетом изложенного определением от 05.03.2020 апелляционный суд перешел к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Обоснованность выводов апелляционного суда в указанной части в своей кассационной жалобе ФИО1 не оспаривает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63),  по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В данном случае заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 01.12.2017,  оспариваемые договор купли-продажи от 16.12.2016 и соглашение о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017 заключены Обществом и ФИО1 в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно разъяснениям, приведенным в  абзаце третьем пункта 8 Постановления № 63,  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Оспариваемые конкурсным управляющим  договор купли-продажи от 16.12.2016 и соглашение о зачете встречных однородных требований от 02.02.2017 заключены Обществом и ФИО1 в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства, представленные участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, суд  апелляционной инстанции  пришел к выводу  о наличии предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых  сделок недействительными.

При этом апелляционный суд исходил из того, что указанные сделки заключены Обществом с заинтересованным лицом, в результате  их заключения сделок Общество, не исполнявшее обязательства перед кредитором, лишилось единственного принадлежащего ему актива.

С учетом того, что  оспариваемое соглашение о зачете заключено в отсутствие доказательств ведения обществом хозяйственной деятельности и при недоказанности необходимости выполнения работ по договору подряда,  апелляционный суд также пришел к выводу о наличии у указанного соглашения признаков мнимой сделки.

По мнению суда кассационной инстанции, указанные выводы апелляционного суда соответствуют доказательствам, представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора и основаны на правильном применении норм материального права.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО1 довод о том, что  дату заключения договора купли-продажи от 16.12.2016 у Общества отсутствовала задолженность по арендной плате, размер  которой был установлен лишь решением суда от 15.05.2017, не принимается судом кассационной инстанции.

Из решения суда, на которое ссылается податель жалобы, следует, что с Общества взыскана задолженность по договору аренды за период с 01.04.2010 по 31.12.2016.

Довод ФИО1 о том, что  в результате признания недействительным соглашения о зачете затронуты права ФИО7, которого суды первой и апелляционной инстанций в нарушение статьи 51 АПК РФ не привлекли к участию в рассмотрении  настоящего обособленного спора, также не принимается.

Из обжалуемых судебных актов не следует, что в результате их принятия созданы какие-либо препятствия для реализации   ФИО7 своих прав или исполнения обязанностей по отношению к Обществу, ФИО1 или ФИО5

Довод подателя жалобы о том, что апелляционным судом нарушены правила о подсудности виндикационного требования, которые, как считает ФИО1, правильно применены судом первой инстанции, также не может быть принят.

 Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце третьем пункта 16 Постановления № 63, если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

При рассмотрении такого требования суду следует установить обстоятельства, связанные с отчуждением вещи конечному приобретателю (пункты 37 - 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

В рассматриваемом случае в результате исследования обстоятельства совершения последовательно заключенных Обществом и ФИО1, а затем ФИО1 и ФИО5 договоров купли-продажи спорного нежилого помещения  апелляционный суд пришел к выводу о том, что действия перечисленных лиц  по заключению названных договоров имели своей целью вывод единственного ликвидного актива Общества в преддверии  банкротства последнего для исключения возможности  его реализации и последующего удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой  статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как  следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Как установлено судом апелляционной инстанции, ФИО1 и ФИО5 зарегистрированы по месту жительства по одному и тому же адресу; после отчуждения нежилого помещения в пользу ФИО5  ФИО1 фактически продолжал использовать данное помещение; при этом  доказательств возмездности приобретения ФИО5 спорного нежилого помещения при рассмотрении настоящего обособленного спора не были представлены.

С учетом изложенного апелляционный суд заключил, что ФИО1 и ФИО5 как  стороны  договора купли-продажи от  19.01.2018 не преследовали реальной цели отчуждения имущества, руководствовались лишь намерением создать видимость отсутствия у должника данного ликвидного актива.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Установив, что заключенный  ФИО1 и ФИО5  договор купли-продажи от  19.01.2018  является недействительной (ничтожной)  сделкой  в силу статей 10 и 170 ГК РФ, апелляционный суд пришел к выводу о необходимости возложения  на ФИО5 обязанности возвратить нежилое помещение в конкурсную массу Общества.

Основания не согласиться с указанным выводом у суда кассационной инстанции отсутствуют.

При таком положении кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Так как постановлением от 18.11.2020 апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции от 09.01.2020 и  принял новый судебный акт, в силе следует оставить постановление от 18.11.2020.

В связи с окончанием кассационного производства приостановление исполнения обжалуемого постановления, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.02.2021, в соответствии с частью 4 статьи 283 АПК РФ подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2020 по делу № А66-19208/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Приостановление исполнения постановления Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2020 по делу № А66-19208/2017, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.02.2021,  отменить.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

А.Л. Каменев

 В.В. Мирошниченко