ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-2108/2016

г. Саратов

01 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «28» июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен «01» июля 2022 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Батыршиной Г.М.,

судей Романовой Е.В., Самохваловой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания  секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Двенадцатого арбитражного апелляционного суда апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» ФИО2

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 31 марта 2022  года по делу № А06-2108/2016 (судья Баскакова И.Ю.)

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» к обществу с ограниченной ответственностью «НК Энергия», обществу с ограниченной ответственностью «Недра» о признании недействительными договоров уступки требования (цессии) от 22.11.2016 года, дополнительного соглашения от 05.02.2017 года к договору уступки требования (цессии) от 22.11.2016 года, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 414024, 

<

...>),

при участии в судебном заседании: представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» - ФИО3, действующей на основании доверенности от 11.03.2022; представителя общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» - ФИО4, действующего на основании доверенности от 15.09.2021; представителя общества с ограниченной ответственностью «Вязовское» - ФИО5, действующего на основании доверенности от 17.01.2022; представителя общества с ограниченной ответственностью «Недра» -  ФИО6, действующего на основании доверенности от 10.10.2021, 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 14.09.2017                              ООО «Астрахань-Нефть» (далее также Должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена кандидатура ФИО7.

Определением арбитражного суда от 10.06.2019 конкурсным управляющим ООО «Астрахань-Нефть» утверждена ФИО8.

Определением арбитражного суда от 30.06.2020 ФИО8 освобождена от обязанностей конкурсного управляющего ООО «Астрахань-Нефть», конкурсным управляющим утвержден  ФИО2.

Конкурсный управляющий ООО «Астрахань-Нефть» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора уступки требования (цессии) от  22.11.2016, заключенного между  ООО «Астрахань-Нефть» и ООО «НК Энергия», дополнительного соглашения от 05.02.2017 заключенного между  ООО «Астрахань-Нефть» и ООО «НК Энергия» к договору уступки требования (цессии) от 22.11.2016, договора уступки требования (цессии) от  22.11.2016, заключенного между  ООО «НК Энергия» и ООО «Недра».

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 17.03.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Астрахань-Нефть» отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Астрахань-Нефть» ФИО2 обратился с рассматриваемой апелляционной жалобой.

Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе указывает на то, что  судом неправильно применены положения пункта  1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в нарушение статьи 16 АПК РФ не дал оценку доводам и доказательствам, которые подтверждают неравноценность встречного исполнения при совершении Астрахань-Нефть оспариваемых сделок, поскольку должник передал заинтересованному лицу имущественное право  по заниженной стоимости, суд не установил рыночную стоимость дебиторской задолженности, поскольку заключение эксперта является недостоверным доказательством, условие о сроке платежа  существенно в худшую для должника сторону отличается от обычных условий делового оборота, так как стороны отсрочили оплату на 4 года, условие о встречном представление формальное, поскольку стороны в момент совершения сделок знали, что у ООО «НК Энергия» не и не будет  имущества для осуществления им встречного исполнения. Кроме того, суд не оценил цепочку сделок, как единую сделку, поскольку в результате цепочки  сделок  ООО «Астрахань-Нефть» лишилось ликвидного имущественного права  без равноценного   встречного исполнения в преддверии  банкротства, и при этом ООО «Недра» знало, что должник отвечает признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Кроме того, суд в нарушение статьи 1 Гражданского кодекса  РФ, практики применения пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве сделал неправомерный вывод, что конкурсный управляющий пропустил срок исковой давности на оспаривание сделок.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Астрахань-Нефть» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представители ООО «НК Энергия», ООО «Вязовское», ООО «Недра»  возражали против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просили определение Арбитражного суда Астраханской области от 31.03.2022 по делу № А06-2108/2016 оставить без изменения по основаниям, изложенным в отзывах на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующему выводу: 

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Как следует из материалов дела, между ООО «Астрахань-Нефть» (займодавец) и ООО «Вязовское» (заемщик) заключены договоры займа №В/АН/2011 от 13.01.2011 на сумму 37 900 000 руб., № В/АН-2011-7  от 01.07.2011 на сумму 405 997 000 руб.

22.11.2016  между ООО «Астрахань-Нефть» (Цедент) и ООО «НК Энергия» (Цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) – дебиторской задолженности ООО «Астрахань-Нефть» по договорам займа № В/АН-2011 от 13.01.2011 и № В/АН-2011-7  от 01.07.2011 к должнику – ООО «Вязовское», согласно условиям которого, Цедент уступает Цессионарию, а Цессионарий принимает следующие требования:

1.1.1. получить от Должника в собственность денежные средства в размере 37 900 000 руб., а также проценты в размере 10 % годовых, начисленные на сумма займа в порядке п. 1.4 нижеуказанного договора, которые должник обязан уплатить по договору займа № В/АН-2011 от 13.01.2011г. (с изменениями, внесенными дополнительным соглашением № 1 от 01.03.2011г., дополнительным соглашением № 2 от 01.06.2015г. и дополнительным соглашением № 3 от 22.11.2016г.). Цессионарию также передаются все права требования, связанные с данным уступаемым требованием (п.1 ст. 384 ГК РФ);

1.1.2 получить от должника в собственность денежные средства в размере 405 997 000 руб., а также проценты, в размере 10 % годовых, начисленные на сумму займа в порядке 1.4 нижеуказанного договора, которые должник обязан уплатить по договору займа № В/АН-2011 от 01.07.2011г. (с изменениями, внесенными дополнительным соглашением № 1 от 20.07.2011г., дополнительным соглашением № 2 от 01.06.2015г. и дополнительным соглашением № 3 от 22.11.2016г.). Цессионарию также передаются все права требования, связанные с данным уступаемым требованием (п.1 ст. 384 ГК РФ);

1.1.3 право требования переходит от цедента к цессионарию в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к Цессионарию переходят все права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Пунктом 2.1 договора установлено, что цена уступки требования составляет 65 000 000 руб.

Положениями пункта 2.2. договора установлено, что Цессионарий обязуется внести Цеденту плату за уступаемые права (требования) в соответствии с графиком платежей.

В силу пункта 2.2.1 первый платеж в размере 6 000 000 руб. цессионарий уплачивает Цеденту в течение 75 календарных дней с момента поступления в силу настоящего договора.

05.02.2017 сторонами подписано дополнительное соглашение к договору уступки права требования от 22.11.2016 № 1,  согласно которому пункт 2.2.2 договора изложен в следующей редакции: оставшуюся сумму в размере 59 000 000 руб. цессионарий уплачивает цеденту в срок не позднее 22.11.2020 (с учетом дополнительного соглашения № 1 от  05.02.2017).

Полагая, что договор уступки требования (цессии) от 22.11.2016, дополнительное соглашение от 05.02.2017 года к договору уступки требования (цессии) от 22.11.2016 являются недействительной сделкой на основании положений пункта 1, 2 статьи 61.2, обратился в суд с настоящим  заявлением.

Отказывая определением от 17.03.2021, оставленным 21.06.2021 без изменения судом апелляционной инстанции  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными, суд первой инстанции исходил из того, что по итогам проведённой судебных экспертиз  отсутствуют основания полагать, что сделки совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств. На момент совершения оспариваемой сделки ООО «Астрахань-Нефть» не было признано банкротом; ООО «НК Энергия» частично оплатила 15 056 000 руб. путем перечисления денежных средств на расчетный счет Должника, часть долга ООО «НК Энергия» была погашена путем зачета встречного требования ООО «НК Энергия» к Должнику в размере 832 075,76 руб.; цель причинения вреда кредиторам при совершении оспариваемой сделки не установлена. Доказательств злоупотребления правом при совершении оспариваемой сделки судом первой инстанции не установлено.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 21.09.2021  определение Арбитражного суда Астраханской области от 17.03.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2021 по делу № А06-2108/2016 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Астраханской области.

Суд кассационной инстанции указал, что судами первой и апелляционной инстанции не полностью исследованы обстоятельства, имеющие значение для дела, что могло привести к принятию неправильного решения, а именно: судами не дана оценка доводам конкурсного управляющего о наличии цели причинений вреда, фактической аффилированности сторон оспариваемых сделок, то есть наличии внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов, а также доводам об отсутствии доказательств разумных экономических причин заключения должником оспариваемых сделок,  имеющих целью вывод активов должника для недопущения обращения взыскания на них по требованиям независимых кредиторов должника.

Также в постановлении суда кассационной инстанции указано, что принимая во внимание отсутствие в материалах дела сведений о финансовом состоянии нового должника, а также то, что до настоящего времени новым должником обязательство не исполнено, у судов двух инстанций должны были возникнуть обоснованные сомнения, касающиеся причинения вреда имущественным правами кредиторов и наличия цели его причинения при заключении сторонами оспариваемой сделки, требующие более тщательной проверки и надлежащего документального опровержения.

При повторном рассмотрении обособленного спора конкурсным управляющим заявлено об уточнении требований. Конкурсный управляющий ООО «Астрахань–Нефть» просил суд в соответствии с положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьями 10,167 и 170 Гражданского кодекса признать недействительными договор уступки требования (цессии) от  22.11.2016, заключенного между  ООО «Астрахань-Нефть» и ООО «НК Энергия», дополнительного соглашения от 05.02.2017 заключенного между  ООО «Астрахань-Нефть» и ООО «НК Энергия» к договору уступки требования (цессии) от 22.11.2016, договор уступки требования (цессии) от  22.11.2016, заключенного между  ООО «НК Энергия» и ООО «Недра», как единую и направленную на причинение вреда независимым кредиторам ООО «Астрахань-Нефть» цепочку сделок, направленных на вывод ликвидного имущества в пользу ООО «Недра».

Отказывая в удовлетворении уточненных требований, суд первой инстанции указал, что оспаривающее сделку лицо не доказало наличия совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктами 1 , 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, на основании проведенных по делу судебных экспертиз. Суд первой инстанции пришел к выводу, что сделки совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств и с целью причинения вреда кредиторам отсутствуют. Основания для признания следки недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса РФ судом также не установлено. Кроме того, суд по заявлению ответчиков применил правила об исковой давности.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, приходит к выводу, что обжалуемое определение подлежит отмене по следующим основаниям.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 20.04.2016 в отношении ООО «Астрахань-Нефть» введена процедура банкротства - наблюдение.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 22.11.2016 утверждено мировое соглашение по делу №А06-2108/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Астрахань-Нефть», заключенное 03.11.2016. Производство по делу о банкротстве ООО «Астрахань-Нефть» прекращено.

Определением арбитражного суда от 16.05.2017 мировое соглашение по делу №А06-2108/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Астрахань-Нефть», утвержденное определением Арбитражного суда Астраханской области от 22.11.2016  расторгнуто в отношении всех конкурсных кредиторов. Производство по делу №А06-2108/2016 - возобновлено, введена процедура наблюдения на срок 5 месяцев.

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 14.09.2017 (дата объявления резолютивной части 11.09.2017)  ООО «Астрахань-Нефть» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, до 11.03.2018.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Астрахань-Нефть» возобновлено 16.05.2017, оспариваемые сделки уступки права требования совершены должником и иными лицами 22.11.2016, то есть в период подозрительности, определенный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Из разъяснений данных в п. п. 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) следует, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5).

Согласно абзацам 2 - 5 пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Также, в соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями данными в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

ООО «Астрахань-Нефть» в обоснование заявленных требований, как в заявлении, так и в апелляционной жалобе указано на то, что совершена цепочка сделок, сделка совершена в отношении заинтересованного лица. Заявителем указано, что НК «Энергия» совершило ряд действий для того, чтобы ООО «Астрахань-Нефть» заключило мировое соглашение с кредиторами от 03.11.2016, создавая условия для заключения спорной сделки с целью вывода  ликвидного имущества должника.

В силу абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 22 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2021)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021 сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

О взаимосвязанности сделок могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при их заключении, в том числе, общее хозяйственное назначение проданного имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок (соответствующие разъяснения приведены в подпункте 4 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» и с учетом правовой природы споров могут быть применены в деле о банкротстве при оспаривании сделок как по специальным, так и по общим основаниям).

При этом для квалификации цепочки договоров как единой сделки необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки).

В случае, если оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, объединены единой целью, умыслом на вывод ликвидных активов и направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, лишают их возможности погасить требования за счет спорного имущества, аффилированность и заинтересованность между должником и конечным покупателем имущества, являющегося предметом спора, установлена, недвижимое имущество находится под фактическим контролем бенефициара, такие действия подлежат квалификации в качестве цепочки сделок, совершенных в ущерб кредиторам.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно пункту 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума от 23.06.2015 № 25) к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статей 10 и 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 этого же Кодекса).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

В пункте 86 постановления Пленума № 25 обращено внимание на то, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Так, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве.

При этом конкурсный кредитор либо арбитражный управляющий, не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания недействительности/ничтожности сделки, ввиду чего предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству; при предъявлении ими возражений со ссылкой на мнимость соответствующих правоотношений и представлении прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика.

Как следует из материалов дела, единственным участником ООО «Астрахань-Нефть»  является ООО «НК «Энергия». В группу лиц, совместно с ООО «Астрахань-Нефть» и ООО «НК «Энергия», входили на момент совершения сделок  также АО «Южная нефтяная компания» и Астрахань Ойл Корпорейшн Лимитед.

11.03.2016 ООО «Астрахань-Нефть» обратилось в Арбитражный суд Астраханской области с заявлением о признании себя банкротом.

ООО «НК «Энергия» погасило требования налогового органа к должнику и 03.11.2016 в результате правопреемства стало кредитором по делу о банкротстве ООО «Астрахань-Нефть».

03.11.2016 ООО «Астрахань-Нефть» в деле о банкротстве заключило мировое соглашение с кредиторами. 

22.11.2016суд утвердил мировое соглашение и прекратил производство по делу о банкротстве ООО «Астрахань-Нефть», что фактически привело к возможности совершать должником сделки без получения письменного согласия арбитражного управляющего.

22.11.2016, в день утверждения мирового соглашения, ООО «Астрахань-Нефть»  уступило ООО «НК «Энергия» право требования к ООО «Вязовское» возникшее из договоров займа №В/АН-2011 от 13.01.2011, №В/АН/2011-7 от 01.07.2011 на общую  сумму 443 897 000 руб. с правами залогодержателя по договору залога доли в уставном  капитале ООО «Вязовское» от 08.07.2014. Стоимость договора составила 65 000 000 руб.

05.02.2017 путем заключения дополнительного соглашения ООО «Астрахань-Нефть» и НК Энергия согласовали отсрочку оплаты основной части (более 90%) стоимости прав требования на 4 года, то есть до 22.11.2020.

Во исполнение своих обязательств по договору уступки права требования от 22.11.2016 ООО «НК «Энергия» перечислило в адрес ООО «Астрахань-Нефть» за период с 22.11.2016 по 31.12.2020 денежные средства на общую сумму 15 056 000 руб. Задолженность составляет  49 944 000 руб., не оплачена до настоящего времени.

22.11.2016 ООО «НК «Энергия», в свою очередь, уступило ООО «Недра» право требования к ООО «Вязовское» возникшее из договоров займа №В/АН-2011 от 13.01.2011, №В/АН/2011-7 от 01.07.2011 на общую  сумму 443 897 000 руб. с правами залогодержателя по договору залога доли в уставном  капитале ООО «Вязовское» от 08.07.2014. Стоимость договора составила 500 000 долларов США. 

ООО «Недра» является единственным участником ООО «Вязовское».

Согласно данным Центрального банка Российской Федерации, курс доллара на 22.11.2016 составил 64,35 руб., следовательно, сумма договора на дату подписания составила в рублях 32 175 000 руб. 

В материалах рассматриваемого дела оригинал договора уступки права требования от 22.11.2016, заключенный между ООО «НК «Энергия» и ООО «Недра» отсутствует,   вместе с тем, конкурсным управляющим при рассмотрении дела судом первой  инстанции  неоднократно заявлялись ходатайства об истребовании. 

Суду апелляционной инстанции договор также не представлен, однако ответчики не отрицали факт его заключения, его стоимость, подтвердили произведенную ООО «Недра»  оплату в сумме   62 137 670 руб. (аудиозапись судебного заседания от 29.06.2022), таким образом, спорный договор считается заключенным. Суд апелляционной инстанции, рассматривая доводы лиц, участвующих в деле,  исходит из фактических правоотношений сторон по указанному договору.

Кроме того, договор уступки права требования от 22.11.2016, заключенный между ООО «НК «Энергия» и ООО «Недра» был предметом исследования Арбитражного суда Волгоградской области при рассмотрении гражданского дела №А06-215/2019 по исковому заявлению ООО «НК «Энергия» к ООО «Недра», ООО «Вязовское» о взыскании в солидарном порядке задолженности в размере суммы в рублях, эквивалентной 500 000 долларов США. По результатам рассмотрения указанного иска определением Арбитражного суда Волгоградской области от 06.05.2019 по указанному делу между сторонами спора заключено мировое соглашение (Картотека арбитражных дел, дело №А06-215/2019, т. 3, л.д. 59-61). В указанном определении отражены предмет договора уступки права требования от 22.11.2016 и существенные условия.

Повторно рассматривая дело, оценивая фактические обстоятельства спора, доводы конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции считает, что в нарушение указаний кассационной инстанции суд не дал оценки сведениям о финансовом состоянии ООО «НК «Энергия», которые подтверждают, что условие о размере встречного исполнения фактически было неисполнимым. 

Согласно пункту 8 Пленума ВАС РФ № 63 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Так, суд первой инстанции не дал оценки финансовой отчетности ООО «НК «Энергия», которая подтверждает, что на момент совершения оспариваемых сделок ООО «НК «Энергия»  было неспособно предоставить встречное исполнение, поскольку основную долю активов Общества  (более 80 %) составляли отложенные налоговые активы; Общество не владело основными средствами; денежные средства составляли 0,02% активов Общества; непокрытый убыток Общества  был равен 11,4 млрд. руб. (т.3, л.д. 40).

Кроме того, судом первой инстанции не дана оценка доводам конкурсного управляющего о том, что ООО «НК «Энергия» не может предоставить должнику встречное исполнение, поскольку Общество не вело и не ведет деятельность, приносящую доход.

Так, согласно балансу ООО «НК «Энергия» за 2016 год, отчету о финансовых результатах ООО «НК «Энергия»  за 2019 год, балансу ООО «НК «Энергия» за 2019 год, сведениям о персонале ООО «НК «Энергия» у Общества отсутствует выручка, краткосрочные обязательства в пять раз превышают размер денежных средств, непокрытый убыток составляет 20,7 млн. руб.; в штате состоит только генеральный директор (т.4, л.д. 40-42).

Судом не дана оценка тому обстоятельству, что до настоящего времени ООО «НК «Энергия» обязательство по договору уступки требования не исполнено, доказательств возможности исполнения также не представлено, кроме того, в настоящее время Арбитражным судом Волгоградской области принято к производству суда  заявление о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Более чем через пять лет после совершения сделки  уступки права требования от 22.11.2016, ООО «НК «Энергия» оплатило лишь 24,3% от цены имущественного права.

Фактически оплаченная ОО «НК «Энергия» сумма в размере 15 056 000 руб. оплачена из денежных средств, перечисленных ООО «Недра».

Должник заключил договор уступки права требований в отсутствие экономической целесообразности, поскольку  на момент совершения оспариваемых сделок ООО «Астрахань-Нефть» отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, при  этом уступает право требования дебиторской задолженности ООО «Вязовское» к действующему юридическому лицу, основным  видом деятельности которого является работы геолого-разведочные, геофизические и геохимические в области изучения недр и воспроизводство минерально-сырьевой базы (71.12.3).

Должник  переуступил право требования на сумму 443 897 000 руб. с правами залогодержателя по договору залога доли в уставном  капитале ООО «Вязовское» от 08.07.2014 при неравноценном встречном представлении - 65 000 000 руб.

В обоснование равноценности суд первой инстанции ссылается на заключение судебной экспертизы эксперта ЗАО «Фонд Содействие» № 01-20/Э от 19.10.2020, заключение эксперта ЗАО «Фонд Содействие» № 01-21/ДЭ от 05.02.2021 по дополнительной судебной экспертизе, согласно которому дебиторская задолженность ООО «Астрахань-Нефть» по договору займа № В/АН-2011 от 13.01.2011 по состоянию на 22.11.2016   составляет 5 879 600 руб., по договору займа № В/АН/2011-7 от 01.07.2011 по состоянию на 22.11.2016 составляет 59 925 890 руб., общая дебиторская задолженность составляет 65 805 490 руб.

Суд апелляционной инстанции считает, что указанные экспертные заключения не свидетельствуют о достоверной стоимости спорной дебиторской задолженности, поскольку экспертные исследования выполнены без оценки актива ООО «Вязовское», которым являются лицензии на геологическое изучение недр, а также разведку и добычу углеводородного сырья. 

Ходатайств о назначении повторной экспертизы сторонами не заявлялось.

Как следует из материалов дела, на момент заключения оспариваемых сделок ООО «Вязовское» владело следующими лицензиями: лицензии ACT 15049НП на геологическое изучение недр, ACT 00275НЭ на разведку и добычу углеводородного. 13.02.2020 ООО «Вязовское» получило лицензию ACT 00343 на геологическое изучение недр.

В результате совершения экономически невыгодных сделок ООО «Астрахань-Нефть» лишилось ликвидной дебиторской задолженности к ООО «Вязовское»,  получив взамен неликвидную дебиторскую задолженность в отношении заинтересованного лица – ООО «НК «Энергия», которое фактически не ведет хозяйственную деятельность.

Отсутствие экономической целесообразности заключения указанной сделки должником, свидетельствует об аффилированности сторон сделок и преследуемой ими цели в виде вывода активов должника и причинении вреда имущественным интересам его кредиторов.

Указанное подтверждается также тем, что ООО «Астрахань-Нефть»  фактически могло самостоятельно взыскать с ООО «Вязовское» 443 897 ООО рублей в судебном порядке и пополнить конкурсную массу, обратив взыскание на заложенное имущество – долю в уставном капитале ООО «Вязовское» либо самостоятельно продать ООО «Недра» как заинтересованному в приобретении имущественного права требования к ООО «Вязовское», в результате пополнитьконкурсную массу за счет поступления денежных средств от ООО «Недра», как минимум,  в размере  62 137 670 руб.

Указанное подтверждается пояснениями ООО «Недра», данными в рамках настоящего дела (т.10, л. 1-5).

Так, ООО «Недра» пояснило, что поскольку Общество является единственным участником ООО «Вязовское», то Общество было экономически заинтересовано в приобретении спорной дебиторской задолженности с целью недопущения потери ранее произведенных ООО «Недра» капитальных вложений.

При этом доводы ООО «Недра» о неликвидности приобретенного имущественного права опровергаются тем же ООО «Недра», в частности, Общество указало, в 2019 году бельгийская компания - ДАНРО БВБА приобрела 50% доли в уставном капитале ООО «Вязовское». Согласно отзыву на заявление конкурсного управляющего, иностранный инвестор финансирует разведочное бурение на участках недр, переданных ООО «Вязовское» по лицензиям ACT 00275НЭ на разведку и добычу углеводородного сырья, ACT 00343 на геологическое изучение недр. Интерес инвестора в финансировании мероприятий по разведке и добычи углеводородного сырья подтверждает тот факт, что финансовые обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Доводы ответчиков об отсутствии аффилированности и наличии самостоятельного интереса в заключении сделок опровергается тем, что ООО «НК «Энергия», в сою очередь,  также не подтверждено наличие экономической целесообразности заключения одномоментно договора уступки права требования от 22.11.2016 с ООО «Недра», учитывая, что ООО «НК «Энергия» приобрело  право требования за 65 000 000 руб. и, как утверждает представитель, остаток задолженности будет оплачен, а передано ООО «Недра» за 62 137 670 руб., то есть формально, при надлежащем выполнении условий договора ООО «НК «Энергия» несет убытки.

Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности, а именно,  погашение ООО «НК «Энергия» требований налогового органа к должнику в целях последующего контроля над должником, заключение мирового соглашения, с невыполнимыми условиями, прекращение производства по делу о банкротстве должника с одномоментным заключением спорных сделок, синхронности действий всех участников совершенных сделок, заключению сделок на условиях, не доступных обычным участникам гражданского оборота, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о притворном характере оспариваемых договоров, поскольку  означенные заинтересованные стороны при заключении прикрываемой сделки между ООО «Астрахань-нефть» и ООО «Недра» преследовали единую цель, направленную на вывод за неравноценную стоимость ликвидного актива – дебиторской задолженности ООО «Вязовское» обеспеченной залогом - доли в уставном  капитале ООО «Вязовское» - из имущественной базы должника в пользу ООО «Недра», единственного участника ООО «Вязовское». 

Аффилированность и заинтересованность между должником и конечным покупателем имущества, являющегося предметом спора, установлена, недвижимое имущество находится под фактическим контролем бенефициара - ООО «Недра», указанные действия подлежат квалификации в качестве цепочки взаимосвязанных сделок, совершенных в ущерб кредиторам.

При этом доводы ответчиков о равноценности встречного исполнения, оплате должнику 15 15 156 000  руб., ООО «НК «Энергия» - 62 137 670 руб., что,  по мнению ответчиков,  свидетельствует об отсутствии оснований для признания указанных сделок недействительными как цепочки взаимосвязанных сделок,  подлежат отклонению.

Из пунктов 6 и 7 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, следует, что на основании статьи 170 Гражданского кодекса  РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости сделок, содержится в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения.

Мнимость сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Приведенные подходы к оценке мнимости сделок являются универсальными и в полной мере применимы к настоящему обособленному спору.

Поскольку указанные доказательства безусловно не свидетельствуют о равноценности и отсутствии единой цели, направленной на вывод за неравноценную стоимость ликвидного актива;  указанные действия – частичная оплата приобретенных прав расцениваются судом апелляционной инстанции как преследовавшие цель создания видимости равноценности и отсутствия цели – причинения ущерба независимым кредиторам.

Исследовав и оценив представленные в дело документы в их взаимосвязи и совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, установив, что в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие, что подлинная воля сторон по оспариваемым договорам была направлена на вывод за неравноценную стоимость ликвидного актива – дебиторской задолженности ООО «Вязовское»  и причинение ущерба кредиторам должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что имеются основания для признания указанных договоров мнимыми сделками на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ,  заключенных со злоупотреблением правом в целях предотвращения возможного включения указанного имущества в конкурсную массу должника в ходе рассмотрения дела о банкротстве последнего.

Довод ответчиков  о пропуске срока исковой давности, подлежит отклонению в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса РФ) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Как следует из карточки дела №А06-12857/2018 исковое заявление о взыскании с ООО «НК «Энергия» задолженности по договору уступки права требования от 22.11.2016 конкурсным управляющим ООО «Астрахань-нефть» ФИО7 подано 13.12.2018, следовательно, с указанной даты подлежит исчислению срок исковой давности.

Заявление о признании недействительным договора уступки требования (цессии) от 22.11.2016, заключенного между  ООО «Астрахань-Нефть» и ООО «НК Энергия», дополнительного соглашения от 05.02.2017, заключенного между  ООО «Астрахань-Нефть» и ООО «НК Энергия» к договору уступки требования (цессии) от 22.11.2016, поступило в Арбитражный суд Астраханской области 26.02.2020. Уточнение заявленных требований в части признания  договора уступки требования (цессии) от  22.11.2016, заключенного между  ООО «НК Энергия» и ООО «Недра» поступило 17.11.2021,  то есть в пределах срока исковой давности.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции считает необходимым применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «Астрахань-Нефть» к ООО «Вязовское», возникшее из договоров займа №В/АН-2011 от 13.01.2011, №В/АН/2011-7 от 01.07.2011 на общую  сумму 443 897 000 руб.; права требования ООО «НК Энергия» к ООО «Астрахань-Нефть» в размере 15 156 000  руб.

Согласно пунктам 2, 3 части 1 статьи 270 АПК РФ, основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции является, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными и несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела. 

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 272 АПК  РФ, арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При изложенных обстоятельствах определение Арбитражного суда Астраханской области от 31.03.2022 по делу № А06-2108/2016  подлежит отмене с разрешением вопроса по существу об удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 31 марта 2022 года по делу № А06-2108/2016 отменить, принять новый судебный акт.  

Признать недействительной сделкой договор уступки требования (цессии) от  22 ноября 2016 года, заключенный между  обществом с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» и обществом с ограниченной ответственностью «НК Энергия», дополнительное соглашения от 05 февраля 2017 года заключенное между  обществом с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» и обществом с ограниченной ответственностью «НК Энергия» к договору уступки требования (цессии) от 22 ноября 2016 года, договор уступки требования (цессии) от  22 ноября 2016 года, заключенный обществом с ограниченной ответственностью «Недра» и обществом с ограниченной ответственностью «НК Энергия».

Применить последствия недействительности сделок.

         Восстановить право требования общества с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» к обществу с ограниченной ответственностью «Вязовское», возникшее из договоров займа №В/АН-2011 от 13 января 2011 года, №В/АН/2011-7 от 01 июля 2011 года на общую  сумму 443 897 000 руб. 

         Восстановить право требования общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» к обществу с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть»в размере 15 156 000  руб.

        Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Недра» 62 137 670 руб.

Взыскать пропорционально с общества с ограниченной ответственностью «НК Энергия» и общества с ограниченной ответственностью «Недра» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Астрахань-Нефть» расходы по уплате государственной пошлины  6000 руб. за рассмотрение заявления в суде первой инстанции, 3000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы, 3000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы, всего 12000 руб.

 Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий судьяГ.М. Батыршина 

 

СудьиЕ.В. Романова

 

А.Ю. Самохвалова