ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-170318/2019

14 июля 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 14 июля 2020 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей Дзюбы Д.И., Колмаковой Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. №Д-СИ-28 от 01.01.2020г.;

от ответчика: ФИО2, дов. №69-08-104/19 от 30.12.2019г.,

рассмотрев 07 июля 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу

ООО «ФИРМА «СИНТЕЗ Н»

на решение Арбитражного суда города Москвы 

от 02 октября 2019 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

 от 27 января 2020 года,

по иску ООО «ФИРМА «СИНТЕЗ Н»

к ГОСУДАРСТВЕННОМУ КАЗЕННОМУ УЧРЕЖДЕНИЮ ГОРОДА

МОСКВЫ "ИНФОРМАЦИОННО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР В СФЕРЕ

ЗДРАВООХРАНЕНИЯ"

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Фирма «Синтез Н» обратилось с исковым заявлением к ГКУ ИАЦ о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1.219.200 руб., взысканные ответчиком в качестве штрафных санкций при исполнении истцом государственного контракта № 69-Р-014/18 от 29.01.2018г. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2019 в удовлетворении исковых требований было  отказано (т.2, л.д.115-117). 

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 27 января 2020года указанное решение было оставлено без изменения (т.2, л.д.157-161).

Не согласившись с принятыми решением и постановлением, ООО «Фирма «Синтез Н» обратилось с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просило обжалуемые решение и постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение. В обоснование кассационной жалобы заявителем фактически были приведены идентичные доводы, изложенные им ранее в своей апелляционной жалобе.

В заседании суда кассационной инстанции представитель истца поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель ответчика в заседании суда против доводов кассационной жалобы возражал, в том числе и по мотивам, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом,  между ГКУ ИАЦ в сфере здравоохранения города Москвы (заказчик) и ООО «Фирма «СинтезН» (подрядчик) был заключен государственный контракт № 69-Р-014/18 от 29.01.2018г. на выполнение строительно-монтажных работ по созданию и модернизации информационно-коммуникационной инфраструктуры в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 24 Департамента здравоохранения города Москвы». Согласно п.7.3 контракта, за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных Контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы в размере 609.600 руб. Как указывает истец, 11.04.2018г. на объекте медицинского учреждения, расположенного по адресу: 

<

...> , субподрядчиком (ООО «ЭлеКонт») была повреждена электрическая проводка системы электроосвещения в помещении родового бокса № 3 на 4–ом этаже, о чем 11.04.2018г. был составлен акт № 1 о несоответствии выполнения работ. Согласно п. 5.3.3 контракта, подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств по настоящему контракту других лиц - субподрядчиков, обладающих специальными знаниями, навыками, специальным оборудованием и т.п., по видам (содержанию) работ, предусмотренных в техническом задании. При этом подрядчик несет ответственность перед заказчиком за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств субподрядчиками. Пунктом 5.2.1 контракта установлено, что  заказчик обязан сообщать в письменной форме подрядчику о недостатках, обнаруженных в ходе выполнения работ, в течение 2 (двух) рабочих дней после обнаружения таких недостатков. В соответствии с п.5.4.2 контракта, подрядчик обязан обеспечивать соответствие результатов работ требованиям качества, безопасности жизни и здоровья, а также иным требованиям сертификации, безопасности (санитарным нормам и правилам, государственным стандартам и т.п.), лицензирования, установленным действующим законодательством Российской Федерации. На основании п.5.4.4 контракта, подрядчик обязан обеспечить устранение недостатков и дефектов, выявленных при сдаче-приемке работ и в течение гарантийного срока, за свой счет. Дополнительно п.5.4.9 контракта предусмотрено, что подрядчик обязан исполнять иные обязательства, предусмотренные действующим законодательством и контрактом. В соответствии с частью 5 Свода правил организации строительства СП 48.13330.2011, подрядчик должен осуществить работу в соответствии с разработанным в рамках контракта и согласованным с эксплуатирующей организацией (конечным пользователем (Городская клиническая больница № 24 – далее – ГКБ №24)) и заказчиком планом производства работ. Истец указывает, что факт происшествия является обычными издержками производства, производимого при отсутствии документов о существующих в помещениях медицинского учреждения коммуникациях. Претензия истца была ответчиком оставлена без удовлетворения. Данные обстоятельства и послужили основанием для обращения с исковым заявлением в суд. 

При этом суд в обжалуемых актах пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, исходя из следующего.

Так, в соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, при этом, односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не допускаются. В письме от 18.05.2018 №69-04-13/18 ответчик обосновал истцу, что работы по контракту выполняются по согласованному плану производства работ ППР-ГКБ24- СКС-СЭ-218, и в действиях истца при выполнении работ имеются нарушения в части отсутствия ознакомления истца своих ответственных лиц с ППР за безопасное производство работ, а также ознакомления рабочего персонала, осуществляющего монтаж работ, что подтверждается отсутствием записей в общем журнале работ, а также не были определены обязанности на участников работ под роспись. Перед началом работ не был проведен аудит рабочей зоны с определением мероприятий по безопасности рабочего места и условий выполнения работ, что было выявлено и зафиксировано в акте о несоответствии выполнения работ от 11.04.2018 №1, при участии представителей: технического надзора (ФИО3), подрядчика (истца) (ФИО4), конечного пользователя (ГКБ №24) (ФИО5), субподрядчика (ФИО6). Дополнительно истцу неоднократно сообщалось о нарушении им ведения общего журнала учета выполнения работ, а именно отсутствия в журнале сведений и записей об окончании работ, отражения хода выполнения работ, и результатов проведения обследований и испытаний, что и привело к нарушению, указанному в акте о несоответствии выполнения работ от 11.04.2018 №1, что подтверждается фотофиксацией, приложенной к акту. На основании изложенного, выявленные нарушения не относятся к обычным издержкам производственного процесса, о чем ответчик неоднократно сообщал истцу в вышеперечисленных письмах. Истец также ссылался на то, что повреждение электропроводки отнесено к 5 разделу технического задания контракта и имеет конкретное стоимостное выражение, при этом ответственность за ненадлежащее выполнение работ по контракту имеет конкретное стоимостное выражение и изложено в п.7.3 контракта. 14.04.2018г. в ходе производства работ субподрядчиком (ООО «ЭлеКонт») была повреждена труба системы отопления, что послужило подтоплением помещений на объекте контракта, что подтверждается актом о причинении ущерба имуществу МО от 16.04.2018, в связи с чем ответчик направил истцу претензию от 23.04.2018 №69-04-13/18. Ответным письмом от 28.04.2018 №1772 истец не согласился с доводами ответчика, изложив аналогичную предыдущей претензии позицию, отнеся факт происшествия к издержкам производства, и дополнительно указав, что акт был составлен без представителей истца. На указанное письмо ответчик направил пояснения от 18.05.2018 №69-04-13/18, что акт составлялся с участием представителя истца (в подтверждение были направлены фотографии к письму), а также с указанием нарушений, вызванных действиями истца, а именно: отсутствие ознакомления истца своих ответственных лиц с ППР за безопасное производство работ, а также ознакомления рабочего персонала, осуществляющего монтаж работ, что подтверждается отсутствием записей в общем журнале работ, и в повторном нарушении не были определены обязанности на участников работ под роспись. Перед началом работ не был проведен аудит рабочей зоны с определением мероприятий по безопасности рабочего места и условий выполнения работ, а также не проведен аудит рабочей зоны с использованием приборов, определяющих местонахождением скрытых металлических труб. Вышеперечисленные нарушения, вызванные бездействиями истца, привели к повреждению имущества. Так, по итогам переписки с истцом, и руководствуясь п.7.3 и п.2.5.4 контракта, ответчиком были оплачены фактически выполненные работы истца, за вычетом штрафа, в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по контракту. Относительно довода истца о том, что технический аудит является комплексом мероприятий, проводится на стадии подготовки проектно-сметной документации, и осуществляется в соответствии с ГОСТ Р 53778-2010, суд в обжалуемых актах правильно  принял доводы ответчика как обоснованные, поскольку согласно п.3.4 технического задания,  ответственность за соблюдение норм и правил по технике безопасности, охране труда и пожарной безопасности при выполнении работ на объекте возлагается на подрядчика. Перед началом производства работ подрядчик (истец) обязан ознакомить исполнителей с проектом, провести инструктаж о методах работы, последовательности их выполнения, необходимых средствах индивидуальной защиты. Перечень нормативных документов указан в разделе 6 технического задания, среди которых ГОСТы, предусматривающие обязательный порядок проведения аудита и инструктажа перед началом работ (ГОСТ 12.1.019 – 2009 ССБТ. «Электробезопасность. Общие требования Безопасность труда в строительстве. Часть 2. Строительное производство», СНиП 12-03-99 «Безопасность труда в строительстве», ВСН 370-93 «Инструкция по монтажу электропроводок в трубах», РД-11-05-2007 «Об утверждении и введении в действие Порядка ведения общего и (или) специального журнала учета выполнения работ при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства», РМ 14-177-05 «Инструкция по монтажу электрических проводок систем автоматизации. Часть 2. Монтаж проводов и кабелей», и др.). Подпунктом 1.1 (Этап подготовительные работы) пункта 5.1 (график выполнения работ) раздела 5 технического задания предусмотрено, что подрядчик должен разработать и согласовать с государственным заказчиком и конечным пользователем (МО) ППР. Подпунктом 4.2 (СКС и СЭ) пункта 5.1 раздела 5 технического задания предусмотрено, что подрядчик должен выполнить в полном объеме все монтажные работы на СКС, в соответствии с утвержденной проектно-сметной и рабочей документацией. На основании изложенного, суд в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, правильно указал, что довод о том, что обязанность истца по проведению аудита рабочей зоны относится к проектно-изыскательским работам, а также проведению обследования технического состояния зданий и сооружений, и не относится к обязанностям подрядчика (истца), необоснован. 

В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). В данном случае сумма штрафных санкций была перечислена ответчиком по государственному контракту в бюджет города Москвы и, соответственно, у ответчика не возникло неосновательного обогащения. Так, руководствуясь положениями контракта и требованиями действующего законодательства, по факту двух нарушений подрядчиком (истцом) своих обязательств по контракту заказчиком (ответчиком) были направлены претензии о фактах ненадлежащего исполнения обязательств (претензия от 20.04.2018 №69-04-13/18 с приложением акта №1 о несоответствии выполнения работ от 11.04.2018, и претензия от 23.04.2018 №69-04-13/18 с приложением акт о причинении ущерба имуществу МО от 16.04.2018), с последующим удержанием штрафов, согласно п.7.3 контракта, при оплате фактически выполненных работ. 

При этом суд в постановлении правильно указал, что  довод истца об отсутствии в материалах дела запроса Арбитражного суда города Москвы, направленного на выяснение факта поступления удержанных штрафов в бюджет города Москвы, за ненадлежащее выполнение истцом обязательств по контракту, при оплате фактически выполненных работ необоснован, поскольку истцом в суде первой инстанции не было заявлено ходатайства об истребовании доказательств, а поэтому дело было рассмотрено на основании имеющихся материалов. 

 Доводы истца об отсутствии ссылок на пункты ГОСТов, ВСН, РД, РМ, подтверждающих обязанность подрядчика осуществить поиск скрытой проводки, также правильно были признаны судом  необоснованными в силу того, что условиями контракта были предусмотрены нормативно-правовые источники, регулирующие деятельность подрядчика при проведении аудита рабочей зоны до начала и при проведении строительно-монтажных работ, при этом, истец, как участник и победитель аукциона в электронной форме, был проинформирован обо всех необходимых мерах по проведению предварительных и итоговых проверок (аудиту) рабочей поверхности на строительном объекте. Так, первый этап выполнения работ предусматривает обязанность подрядчика (истца) разработать и согласовать с государственным заказчиком (ответчик) и конечным пользователем (медицинская организация) проект производства работ (далее – ППР). Подпунктом 4.2 (СКС и СЭ) пункта 5.1 раздела 5 технического задания предусмотрено, что подрядчик должен выполнить в полном объеме все монтажные работы на СКС, в соответствии с утвержденной проектно-сметной и рабочей документацией. В соответствии с частью 5 Свода правил организации строительства СП 48.13330.2011, подрядчик должен осуществить работу в соответствии с разработанным в рамках контракта и согласованным с эксплуатирующей организацией (конечным пользователем) и заказчиком планом производства работ. Данное правило предусматривает обязанность подрядчика по проведению осмотра объекта строительства, в том числе, в части наличия электронесущих конструкций и каналов, и мест их расположения для проведения безопасного монтажа на объекте строительства. 

Кроме того, вопреки доводам истца, в АПК РФ не имеются ссылки на обязанность суда конкретизировать нормы из ГОСТ и СНиП, а поэтому суд в обжалуемых актах  не нарушил требования АПК РФ при рассмотрении дела. При этом  довод истца об отсутствии обязанности по проведению аудита рабочей зоны, по мнению кассационной коллегии,  является не обоснованным, и противоречащим условиям контракта, поскольку проведение аудита рабочей зоны и инструктаж персонала необходимы для безопасности при проведении монтажных работ сотрудниками подрядчика. С учетом того, что результаты выполненных работ были предусмотрены для медицинского персонала, работающего в родовых боксах, особую важность представляет именно качество выполненных работ.

Учитывая изложенное, суд в решении и постановлении, изучив акт о несоответствии выполнения работ от 11.04.2018 № 1 и акт о причинении ущерба имуществу медицинской организации от 16.04.2018, с зафиксированными подписями представителей, правомерно установил данный довод в судебном акте. 

Довод истца на неэффективное применение субподрядчиком приборов для трассировки скрытых сетей, наличия армированной металлической сеткой, создающее электромагнитное поле, искажающее показания применяемых приборов, а также на отказ заказчика предоставить подрядчику (истцу) техническую документацию, отражающую места фактического расположения систем электроснабжения и систем отопления, был правомерно отклонён судом апелляционной инстанции, ввиду следующего.

 Так, согласно п. 5.3.3 контракта, подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств по настоящему контракту других лиц - субподрядчиков, обладающих специальными знаниями, навыками, специальным оборудованием и т.п., по видам (содержанию) работ, предусмотренных в техническом задании. При этом подрядчик несет ответственность перед заказчиком за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств субподрядчиками. В соответствии с п. 5.4.2 контракта, подрядчик обязан обеспечивать соответствие результатов работ требованиям качества, безопасности жизни и здоровья, а также иным требованиям сертификации, безопасности (санитарным нормам и правилам, государственным стандартам и т.п.), лицензирования, установленным действующим законодательством Российской Федерации. При этом предоставление технической документации о местонахождении электронесущих схем и системы отопления по первому требованию подрядчику не относится к обязанностям заказчика, более того, на стадии разработки и согласования с заказчиком и медицинской организацией (конечный пользователь) ППР, подрядчик (истец), в рамках своих обязательств, должен провести осмотр объекта, в том числе на наличие месторасположения систем электроснабжения и систем отопления. С учетом того, что ППР был согласован всеми сторонами контракта, в том числе с медицинской организацией, истец был проинформирован о техническом состоянии, необходимых характеристиках объекта строительства, а также о наличии схематического расположения всех необходимых для выполнения работ систем. 

Ссылка  истца о применении пункта 1 ст.401 ГК РФ, по мнению кассационной коллегии, также является необоснованной, поскольку  суд в обжалуемых актах правильно установил, что вина истца, выразившаяся в ненадлежащем исполнении обязательств по контракту, была доказана актом о несоответствии выполнения работ от 11.04.2018 № 1, и актом о причинении ущерба имуществу медицинской организации от 16.04.2018, а удержание штрафов за ненадлежащем исполнении обязательств было предусмотрено статьей 7 Контракта «Ответственность сторон». Кроме того, предпринятые ответчиком меры к устранению подтопления помещений как последствий повреждения трубы системы отопления, не отменяют факта причинения ущерба медицинской организации, в связи с ненадлежащим выполнением работ, а отсутствие проведения аудита рабочей зоны и инструктажа персонала, что должно быть зафиксировано в журнале производства работ, также подтверждает факт нарушения условий контракта истцом. 

Ссылка истца о том, что суд в решении не дал оценку его ходатайству о снижении размера штрафных санкций, что является несоответствием объема ущерба нарушения его последствиям, по мнению кассационной коллегии является необоснованной, поскольку суд указал, что в действиях ответчика не имеется нарушений требований Закона о контрактной системе, ПП № 1042, и условий контракта, при этом позиция истца о несогласии с размеров штрафа противоречит вышеуказанным нормативно-правовым актам и условиям контракта.

Учитывая вышеизложенное,  утверждение  истца о ненадлежащей оценке судом в обжалуемых актах  доводов истца необоснованно и документально не был подтверждено.  При таких обстоятельствах, кассационная  инстанция приходит к выводу, что судом в обжалуемых актах была дана надлежащая оценка фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам.

Следует заметить, что вопреки возражениям истца его доводы были подробно исследованы судом первой и апелляционной инстанций, и им была дана надлежащая оценка на основе представленных в материалы дела доказательствах, при этом иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений основанием для отмены принятых актов не является.

Таким образом, суд в обжалуемых актах, оценив и исследовав в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, пришел к правильному выводу о том, что отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия. При таких обстоятельствах, кассационная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности обжалуемых судебных актов. 

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.  Кроме того, доводы кассационной жалобы уже были предметом исследования суда апелляционной инстанции, с оценкой которых согласна и кассационная инстанция.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 02 октября 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 января 2020 года по делу № А40-170318/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий судья          А.И. Стрельников

Судьи:                                Д.И. Дзюба

                                                                                         Н.Н. Колмакова