Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-3306/2024

г. Владивосток

23 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 сентября 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи К.П. Засорина,

судей А.В. Ветошкевич, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-4031/2025

на определение от 07.07.2025

судьи Э.Ю. Ферофонтовой

по делу № А24-3306/2024 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 о привлечении бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «Техностройсервис» ФИО2, бывшего участника (учредителя) общества с ограниченной ответственностью «Техностройсервис» ФИО3 и наследников бывшего участника (учредителя) общества с ограниченной ответственностью «Техностройсервис» ФИО4: супругу – ФИО5 и дочь – ФИО6 к субсидиарной ответственности и взыскании с них солидарно в пользу должника 8 693 912,28 руб.,

в рамках дела по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Техностройсервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании его несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника,

при участии:

от индивидуального предпринимателя ФИО1: представитель ФИО7 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 14.06.2024 сроком действия 3 года, паспорт;

от ФИО2: представитель ФИО8 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 15.05.2025 сроком действия 3 года, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>; далее – заявитель, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Техностройсервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, зарегистрированного по адресу: 

<

...>, далее – должник, ООО «Техностройсервис») несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 18.07.2024 указанное заявление принято к производству и назначено судебное заседание по рассмотрению его обоснованности.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 17.09.2024 (дата объявления резолютивной части 03.09.2024) ООО «Техностройсервис» признано банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении последнего введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО9 (далее – ФИО9).

Объявление № 30010075354 о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 14.09.2024 № 168 (7858).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 23.09.2024 ФИО9 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника. Этим же определением суда конкурсным управляющим должником утверждена ФИО10 (далее – ФИО10).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника 24.02.2025 ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) и бывших участников (учредителей) должника ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3) и ФИО4 (далее – ответчик, ФИО4) к субсидиарной ответственности и взыскании с них солидарно в пользу должника 8 693 912,28 рубля.

В последующем ИП ФИО1 подано ходатайство об уточнении заявленных требований, согласно которому просит привлечь бывшего руководителя должника ФИО2 и бывшего участника (учредителя) должника ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскании с них солидарно в пользу должника 8 693 912,28 рубля.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 20.03.2025 указанное заявление принято к производству с назначением предварительного судебного заседания.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 15.04.2025 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принято уточнение заявленных требований, согласно которому заявитель просил привлечь солидарно бывшего руководителя ФИО2, бывшего участника (учредителя) должника ФИО3, а также наследников бывшего участника (учредителя) должника ФИО4: супругу – ФИО5 (далее – ФИО5), и дочь – ФИО6 (далее – ФИО6) к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника перед кредитором – ИП ФИО1; взыскать солидарно в конкурсную массу должника с бывшего руководителя ФИО2, бывшего участника (учредителя) должника ФИО3, а также наследников бывшего участника (учредителя) должника ФИО4: ФИО5 и ФИО6 денежные средства в размере 8 693 912,28 рубля; взыскать солидарно в конкурсную массу должника с бывшего руководителя ФИО2 и бывшего участника (учредителя) должника ФИО3 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности денежные средства в размере равном, размеру требований кредиторов должника, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Указанным определением суда к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчиков привлечены наследники бывшего участника (учредителя) должника ФИО4: супруга – ФИО5 и дочь – ФИО6, дело назначено к судебному разбирательству.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 07.07.2025 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ИП ФИО1 обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции неверно установлен период возникновения обязательств и их неисполнения. Так, причинение вреда кредитору произошло в момент начала производства должником работ, а именно с ноября-декабря 2017 года, в момент использования им некачественных материалов и допущения иных нарушений, а не в момент вынесения решения Арбитражного суда Камчатского края от 01.09.2022 по делу № А24-5312/2021, которым подтвержден  факт причинения вреда. Указал, что должник в период исполнения работ по договору подряда от 01.11.2017 № 18, знал и не мог не знать о том, что своими действиями и бездействием причиняет вред кредитору, однако не прекратил допускать нарушения, что в свою очередь привело к отказу кредитора принять результат работ и послужило основанием для обращения в Арбитражный суд Камчатского края (решения от 01.09.2022 по делу № А24-5312/2021 и от 03.05.2023 по делу № А24- 151/2023).

Апеллянт указал, что в период с 22.01.2020 по 06.07.2021 контролирующими должника лицами был осуществлен вывод денежных средств со счетов общества с целью избежать взысканий по обязательству, которое они не выполнили надлежащим образом (договору подряда от 01.11.2017 № 18). Отметил, что фактическая хозяйственная деятельность должника не велась, так как производились только расходные операции по его счетам должника, свидетельствующие о выводе активов.

Кроме этого, апеллянт сослался, что в материалы дела представлены бухгалтерская отчётность и расходные ордера по выплате заработной платы, которые имеют расхождения в суммах в отчётах начислений и выплат, а также количестве сотрудников, при том, что должник систематически и планомерно сдавал недостоверные сведения в ФНС, ПФР (ФСС).

Также указал, что представленные ответчиком квитанции о закупке материалов на сумму 1 010 124,51 руб. не являются доказательствами расходования средств на нужны должника, так как не содержат в себе указания на покупателя ООО «Техностройсервис» или какой-либо договор, где стороной являлся бы должник, при том, что все ответчики занимались и занимаются предпринимательской деятельностью в области строительных работ, то есть представленные квитанции могут относится к деятельности иных организаций, руководителями которых они являются.

По мнению апеллянта, документы, представленные ФИО2 в подтверждение выплаты заработной платы за период с 2020-2021 сотрудникам (застрахованным лицам) должника на общую сумму 2 049 650 руб., не могут быть приняты во внимание, поскольку  трудовых договоров данных сотрудников, справок об их доходах формы 2-НДФЛ, ответчиками не представлено, в связи с чем, размер оплаты труда и периода работы установить невозможно.

Также указал на ошибочность выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему. По его мнению, ответчики намеренно не предоставляли истребуемые конкурсным управляющим документы.

Вопреки доводам суда первой инстанции, в результате неисполнения ответчиком обязанности по хранению и передаче управляющему бухгалтерской и иной документации должника, значительно затруднено проведение процедуры банкротства, выявление основных контрагентов должника, а также стало невозможным определение основных активов должника и их идентификации, затруднено выявление и анализ подозрительных сделок, стало невозможным установление содержания принятых органами должника решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Обратил внимание на то, что ввиду непредоставления ответчиками бухгалтерской и иной документации должника, невозможно установить численность сотрудников должника, сведения о заработной плате, полученной ими в период с 2020 по 2021 годы, по его мнению, указанное привело к вынесению судом первой инстанции незаконного и необоснованного определения.

Коллегией установлено, что в просительной части апелляционной жалобы заявлено ходатайство об истребовании в УФНС России по Камчатскому краю, УПФ РФ, ОФПСС РФ по Камчатскому краю копий сданной налоговой отчётности за 2020 и 2021 годы, сведения о застрахованных лицах (работниках) ООО «Техностройсервис», о размере их дохода по форме 2-НДФЛ, размере налоговых и пенсионных (страховых) отчислений, в отношении следующих сотрудников: ФИО11, ФИО12, ФИО2, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО3, ФИО4.

Определением от 18.08.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 17.09.2025.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ в суд апелляционной инстанции не поступил.

В судебном заседании 17.09.2025 коллегией рассмотрено ходатайство апеллянта об истребовании доказательств.

Рассмотрев ходатайство об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению ввиду следующего.

В соответствии со статьями 9 и 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При этом, по смыслу приведенной нормы арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, если признает, что имеющихся в деле доказательств достаточно и необходимость в истребовании доказательств отсутствует.

Оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности относится к компетенции суда, поэтому реализация лицом, участвующим в деле, предусмотренного пунктом 4 статьи 66 АПК РФ права на обращение в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательств не предполагает безусловного удовлетворения судом соответствующего ходатайства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Исходя из данной нормы, удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств не установлено, имеющихся в деле доказательств достаточно для полного и всестороннего рассмотрения апелляционной жалобы и вынесения судебного акта.

Коллегией заслушаны пояснения лиц, участвовавших в судебном заседании.

Представитель ИП ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела. Определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО2 на доводы апелляционной жалобы возразил, обжалуемое определение считает законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 - 262, 266, 270, 272 АПК РФ.

Конкурсный кредитор, обращаясь с рассматриваемым заявлением в части привлечения солидарно к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника бывшего руководителя должника ФИО2, бывшего участника (учредителя) должника ФИО3 и наследников бывшего участника (учредителя) должника ФИО4: супругу – ФИО5 и дочь – ФИО6, указал на совершение (одобрение) указанными лицами сделок, в результате которых причинен вред имущественным интересам кредиторов должника, а также на непередачу ими документации должника, что затруднило проведение процедуры банкротства (пункт 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

По мнению кредитора, совершение должником в период с 22.01.2020 по 16.07.2021 в пользу генерального директора и учредителя должника ФИО2 перечислений денежных средств на общую сумму 903 700 руб. с назначением платежей «перечисление подотчетной суммы»; в период с 25.08.2020 по 08.09.2020 в пользу генерального директора и учредителя должника ФИО2 перечислений денежных средств на общую сумму 247 000 руб. с назначением платежей «хозяйственные нужды»; в период с 23.01.2020 по 06.07.2021 в пользу учредителя должника ФИО3 перечислений денежных средств на общую сумму 898 950 рублей с назначением платежей «перечисление подотчетной суммы», свидетельствует о выводе активов должника в сумме 2 049 650 руб., поскольку в спорный период фактическая хозяйственная деятельность должником не велась.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчиком по совершению (одобрению) указанных сделок должником и фактически наступившим объективным банкротством должника, что исключает привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему, суд указал на отсутствие безусловных доказательств, свидетельствующих о затруднительности или невозможности проведения мероприятий банкротства, в том числе по формированию и реализации конкурсной массы.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица, либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

В силу абзаца тридцать пятого статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из совокупного толкования положений пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии с пунктами 16 и 17 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Следовательно, необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на лицо, имевшее право давать обязательные указания и иным образом определять его действия, является вина названного лица в банкротстве должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 Постановления № 53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке. По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Коллегией установлено, что реестр требований кредиторов должника включены требования мажоритарного кредитора – ИП ФИО1 в размере 8 693 912,28 рубля, в том числе: 8 311 852,28 рубля долга, 382 060,00 рубля судебных расходов.

Наличие задолженности, подтвержденной решением Арбитражного суда Камчатского края от 01.09.2022 и определением Арбитражного суда Камчатского края от 02.12.2022 по делу № А24-5312/2021, решением Арбитражного суда Камчатского края от 03.05.2023 по делу № А24-151/2023 послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве должника.

Как следует из вышеуказанных судебных актов, кредиторская задолженность возникла в результате излишне оплаченных денежных средств и 2 566 962,28 руб. излишне перечисленного аванса в результате допущенных должником недостатков при выполнении работ по изготовлению и установке витражной конструкции из алюминиевого сплава, окон из ПВХ на объекте «Универсальный магазин продовольственных товаров по ул. Ломоносова в г. Петропавловске-Камчатском» в соответствии с условиями договора подряда от 01.11.2017 № 18.

Судами установлено, что в сентябре 2021 года по факту выполнения работ должник направил в адрес заявителя акты изготовления и установки изделий из алюминия на объекте «Универсальный магазин продовольственных товаров по ул. Ломоносова в г. Петропавловске-Камчатском» от 01.09.2021 на общую сумму 15 449 233 руб. По результатам приемки работ 06.09.2021 заявителем оформлен акт осмотра объекта, согласно которому, работы по объекту выполнены должником не в полном объеме и с недостатками. В связи с установленными нарушениями, заявитель отказался от приемки работ и предложил должнику устранить замечания.

Судом признан подтвержденным факт оплаты заявителем должнику 13 533 052,29 руб. за выполнение работ.

Согласно заключению эксперта от 15.07.2022 № 33.5312/2022 стоимость фактически выполненных работ составила 10 966 090 рублей, что не превышает стоимость оплаченных работ. При этом, поскольку согласно заключению эксперта от 15.07.2022 № 33.5312/2022 стоимость работ по устранению недостатков составляет 5 744 890 руб., в решении по делу № А24-5312/2021 суд пришел к выводу о том, что заявитель вправе заявлять о соразмерном уменьшении стоимости фактически выполненных подрядных работ на величину стоимости работ по устранению недостатков в размере 5 744 890 руб., а у должника имеется обязанность возвратить заявителю излишне оплаченные денежные средства.

В последующем в решении по делу № А24-151/2023 суд пришел к выводу о том, что у должника отсутствуют правовые основания для удержания разницы между фактически оплаченной заявителем денежной суммой по договору подряда (13 533 052,28 руб.) и ценой фактически выполненных работ (10 966 090 руб.), которая составляет 2 566 962,28 руб.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, учитывая, что изложенные обстоятельства возникли в связи с наличием между заявителем и должником спора о качестве выполненных должником работ, а также с учетом проведенной в рамках дела № А24-5312/2021 судебной экспертизы, коллегия пришла к выводу о том, что  обязательства в размере 5 744 890 руб. и 2 566 962,28 руб. возникли у должника перед заявителем не ранее принятия Арбитражным судом Камчатского края решений от 01.09.2022 по делу № А24-5312/2021 и от 03.05.2023 по делу № А24-151/2023, а также вступления их в законную силу. В тоже время обязательства в размере 382 060 руб. судебных расходов возникли у должника перед заявителем также не ранее принятия судебных актов по делам № А24-5312/2021, № А24-151/2023 и вступления их в законную силу.

Следовательно, коллегия констатирует, что спорные перечисления не относятся к сделкам, в результате совершения которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, и в результате совершения которых общество стало отвечать признаку неплатежеспособности.

Более того, как следует из платежных документов, денежные средства перечислялись должником с назначением платежей «перечисление подотчетной суммы» и «хозяйственные нужды», что не противоречит видам хозяйственной деятельности должника. При этом в рамках настоящего обособленного спора ответчиком (ФИО2) представлены первичные учетные документы в подтверждение расходования денежных средств должника.

Доводы апеллянта о том, что в спорный период должником фактическая хозяйственная деятельность должником не велась, опровергаются обстоятельствами, установленными решением Арбитражного суда Камчатского края от 01.09.2022 по делу № А24-5312/2021, а именно фактом выполнения в рамках договора подряда от 01.11.2017 № 18 работ по изготовлению и установке изделий из алюминия на объекте «Универсальный магазин продовольственных товаров по ул. Ломоносова в г. Петропавловске-Камчатском», о чем составлен акт от 01.09.2021.

Принимая во внимание изложенное, коллегия пришла к выводу о том, что в рассматриваемой ситуации отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчиков по совершению (одобрению) сделок и фактически наступившим объективным банкротством должника, что исключает возможность привлечения ответчиков к ответственности по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Относительно привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из смысла указанной нормы следует, что на руководителя организации должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность: отсутствуют; не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации; либо указанная информация искажена.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Коллегией установлено, что решением суда от 17.09.2024 на руководителя должника возложена обязанность в течение трех дней передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему.

В последующем определением суда от 06.11.2024 от бывшего руководителя должника ФИО2 и участника должника ФИО3 истребованы документы и материальные ценности должника согласно заявленному конкурсным управляющим перечню. Истребованные сведения и документы подлежали передаче конкурсному управляющему не позднее чем через 3 дня с даты вынесения указанного определения.

Согласно пояснениям ответчика ФИО2, в материалы обособленного спора представлены имеющиеся у него (как у бывшего руководителя должника) документы и сведения в отношении должника, какие-либо иные документы и сведений, помимо истребованных определением суда от 06.11.2024, у него отсутствуют.

Исходя из пояснений ответчика ФИО3, у него (как у участника общества) отсутствуют иные документы и сведения, помимо переданных ФИО2 управляющему.

Коллегией установлено, что в материалы дела не представлены доказательства наличия у бывшего руководителя должника иных документов, а также того, что бывший руководитель должника уклоняется (отказывается) от участия в приемке-передаче.

Факт передачи истребованных определением от 06.11.2024 документов и сведений подтвержден в рамках исполнительного производства от 09.04.2025 № 210674/25/41023-ИП.

Каких-либо убедительных доводов, подтверждающих наличие у ФИО3 (как у участника общества) документов в отношении финансово-хозяйственной деятельности должника, заявителем, не приведено, соответствующих доказательств не представлено.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

В этой связи, привлекая контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности, заявителю необходимо представить доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением), и существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсным кредитором не доказан весь состав вменяемого ответчикам гражданско-правового деликта, а именно факта причинения вреда действиями контролирующих должника лиц, выразившихся в непередаче управляющему бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника, повлекших невозможность формирования конкурсной массы должника.

Коллегия также не усматривает оснований для взыскания с ответчиков убытков в связи как с их недоказанностью, так и недоказанностью наличия причинно-следственной связи..

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поддерживая выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения к рассматриваемому спору положений о пропуске срока исковой давности и отказа в удовлетворении заявленных требований по данному основанию, коллегия отмечает следующее.

Так, согласно положениям абзаца 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 58 Постановления № 53, сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

Данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления по правилам главы III.2, то есть не ранее введения процедуры конкурсного производства, либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, либо прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (абзац 2 пункта 59 Постановления № 53).

Учитывая, что конкурсное производство в отношении должника введено 03.09.2024 (дата объявления резолютивной части решения), а с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности кредитор обратился в суд 24.02.2025, срок исковой давности для обращения с таким заявлением не пропущен.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе фактически представляют собой ранее сформированную позицию по делу, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

По изложенным мотивам, оснований для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

С учетом результатов рассмотрения апелляционной жалобы, государственная пошлина по ней относится на апеллянта (статья 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 07.07.2025 по делу № А24-3306/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

К.П. Засорин

Судьи

А.В. Ветошкевич

М.Н. Гарбуз