ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-3925/2018

16 мая 2019 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     14 мая 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 мая 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Жиляевой Е.В.

судей  Полубехиной Н.С., Тимухиной И.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Самарчук Ю. В., 

без участия представителей сторон, извещенных надлежащим образом; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-8581/2019)  ИП Железникова Александра Викторовича на решение Арбитражного суда Калининградской области от 21.02.2019 по делу № А21- 3925/2018 (судья Иванов С.А.), 

принятое по иску ИП Железникова Александра Викторовича к СПК "РОДИНА" о взыскании задолженности по договору аренды и обязании возвратить имущество, третье лицо: финансовый управляющий Писко Надежда Сергеевна, 

установил:

Индивидуальный предприниматель Железников Александр Викторович (ОГРНИП 306391121900013, ИНН 391900447141) (далее – Истец, Предприниматель, ИП Железников А.В.) обратился в Арбитражный суд Калининградской области с иском к сельскохозяйственному производственному кооперативу артель (колхоз) «Родина» (ОГРН 1023901957067, ИНН 3919000228) (далее – Ответчик, СПК «Родина», Кооператив) о взыскании задолженности по договору аренды от 01.11.2012 в размере 6 825 000 руб. и обязании возвратить являвшееся предметом договора имущество. 

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 20.04.2018 по делу №А21-150/2018 в отношении Железникова А.В. введена процедура реструктуризация долгов (л.д. 39 т. 1). 

Определением арбитражного суда от 10.05.2018 к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена финансовый управляющий Предпринимателя, Писко Н.С. (л.д. 63 т. 1).

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением от 28.06.2018 судом первой инстанции приняты к рассмотрению уточненные исковые требования, в которых Предприниматель просил взыскать с Ответчика в пользу Истца 6 745 750 руб. задолженности по арендной плате за период с 01.12.2012 по 09.02.2018. При этом Предприниматель пояснил, что оригинал договора аренды имущества, заключенный между ИП Железниковым А.В.  и СПК «Родина», был утрачен в период процедур банкротства Кооператива, в связи с чем данный договор в июне 2016 года был восстановлен, то есть повторно распечатан и подписан сторонами. Однако, при восстановлении договора была допущена техническая ошибка в дате его заключения, фактически договор был заключен 01.12.2012, а не 01.11.2012, как то указано в договоре. Учитывая изложенное, Истец изменил период, за который взыскивается арендная плата (л.д. 151, 152, 157, 158 т. 1). 

На основании статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к совместному рассмотрению с первоначальным иском определением арбитражного суда от 18.09.2018 принято встречное исковое заявление Кооператива о признании недействительной ничтожной сделки по заключению договора аренды от 01.11.2012 (л.д. 1-5 т. 4). 

Решением арбитражного суда от 21.02.2019 в удовлетворении исковых требований ИП Железникова А.В. отказано. Встречный иск СПК «Родина» удовлетворен, суд признал договор аренды от 01.11.2012 недействительной ничтожной сделкой (л.д. 154 т. 4).

Истец обжаловал решение в апелляционном порядке, считая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, с принятием нового решения об удовлетворении первоначального иска, отказе в удовлетворении встречного иска, в связи с нарушением судом норм материального и процессуального права, а также несоответствием изложенных в решении выводов обстоятельствам дела. По мнению подателя жалобы, исковое заявление было подано в порядке упрощенного производства в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, однако, неправомерно рассмотрено судом по общим правилам искового производства. Также первоначальные требования рассмотрены судом без учета принятых к рассмотрению суда определением от 28.06.2018 уточнений. При этом решение не содержит мотивов, по которым суд не принял доводов Предпринимателя и представленных им доказательств. Кроме того, Предприниматель указал на то, что Кооперативом пропущен срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной.  По существу спора Ответчик считает, что его право собственности на переданное в аренду имущество никем не оспорено, подтверждается договором купли-продажи от 14.07.2010, актом приема-передачи товара от 14.07.2010, товарной накладной №109 от 15.07.2010, по которым предыдущий собственник ООО «Железников» приобретал имущество у ЗАО «Агат-Агро», необоснованно указавшего на незаключение данной сделки. Впоследствии имущество перешло к Предпринимателю по договору купли-продажи от 24.09.2012. Решением от 18.02.2015 по делу А21-7604/2014 в отношении СПК «Родина» введена процедура банкротства. Определением Арбитражного суда от 26.05.2016 производство по делу в отношении должника (СПК Родина) было прекращено. В связи с прекращением процедуры банкротства 28.06.2016 состоялось общее собрание Кооператива, на котором Железников А.В. был избран председателем. После вступления в должность председателя Кооператива Истец выяснил, что часть документов утеряна, в том числе и «бумажный» договор аренды имущества, заключенный между Железниковым А.В.  и СПК «Родина», но поскольку между сторонами фактически существовали соответствующие правоотношения, указанный договор в июне 2016 года был восстановлен, то есть повторно распечатан и подписан сторонами. Однако, при восстановлении договора была допущена техническая ошибка в дате его заключения, фактически договор был заключен 01.12.2012, а не 01.11.2012, как то указано в договоре. Между тем, заключение эксперта № А18-30-Т-А21-3925/2018 от 12.11.2018, по мнению Истца, подтвердило подлинность договора аренды, а не его фальсификацию. При этом указанные в договоре данные, по мнению Истца, позволяют определенно установить имущество, которое передается в аренду, данное имущество находится в распоряжении Кооператива, что подтверждается информацией с сервиса Яндекс.карты, схемой расположения земельного участка на кадастровой карте территории, на которую нанесены сушилки и ангары.  Учитывая изложенное, Истец полагает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении первоначального иска и признал договор аренды ничтожной сделкой.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав мнения участвующих в деле лиц, апелляционный суд установил следующее. 

Предприниматель обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании с Кооператива задолженности по договору аренды от 01.11.2012, заключенному между ИП Железниковым А.В. и СПК «Родина» в лице председателя Железникова А.В.

Договор аренды от 01.11.2012 был приложен к исковому заявлению (л.д. 22 т. 1).

Предметом договора аренды от 01.11.2012 являлось перечисленное в пункте 1.1. данного договора имущество, предназначенное для ведения сельского хозяйства, а именно:

1) Мельничный комплекс «Фермер - 2» оценочной стоимостью 1500000 рублей;

2) Компьютер 2 штуки оценочной стоимостью 50000 рублей;

3) Принтер, сканер, копир, в количестве двух штук оценочной стоимостью 40000 рублей;

4) Топливозаправочная колонка, в количестве двух штук оценочной стоимостью 600000 рублей;

5) Сушилка XL 400 Италия Супер Биг. в количестве 2-х штук оценочной стоимостью 4000000 рублей;

6) Сушилка «лерге-Макси», SSOE оценочной стоимостью 2800000 рублей;

7) Очиститель зерна стационарный ОЗС 50 оценочной стоимостью 800000 рублей;

8) Петкус  К 531 оценочной стоимостью 400000 рублей;

9) ОВС-25 в количестве двух штук оценочной стоимостью 400000 рублей;

10) Пресс-подборщик в количестве пяти штук оценочной стоимостью 2000000 рублей;

11) Обмотчик рулонов «Ника» оценочной стоимостью 450000 рублей;

12)  Ворошолка КRONА оценочной стоимостью 400000 рублей;

13) Грабли ГВР-6 в количестве двух штук оценочной стоимостью 400000 рублей;

14) Опрыскиватель «Гарди», «Класс», в количестве трех штук оценочной стоимостью 1200000 рублей;

15) Зернопогрузчик ПЭА-1,0,ЗПС-10 оценочной стоимостью 600000 рублей;

16) КШП-5 в количестве четырех штук оценочной стоимостью 800000 рублей;

17) Экскаваторная установка КУНГ оценочной стоимостью 250000 рублей;

18) Погрузчик копновоз ПКУ-08-1 оценочной стоимостью 120000 рублей;

19) Стогометатель ПФ-05 оценочной стоимостью 80000 рублей;

20) Зерномататель ЗМ-60, ЗМЭ-60, в количестве двух штук стоимостью оценочной 500000 рублей;

21) Автозаправщик сеялок АС-2УК, загрузчик сеялок навесной оценочной стоимостью 400000 рублей;

22) Дробилка ДБ-6, ДБ-5, в количестве двух штук оценочной стоимостью  рублей;

23) Вертикальный смеситель оценочной стоимостью 800000 рублей;

24) Жижеразбрасыватель оценочной стоимостью 150000 рублей;

25) Станки сверильно - токарные в количестве пяти штук оценочной стоимостью 1100000 рублей;

26) Косилки Е-303, Е281, Е280 КДП-4 в количестве четырех штук оценочной стоимостью 1000000 рублей;

27) Картофелекопалка оценочной стоимостью 60000 рублей;

28) Распрыскиватели МЖК-11, «ЕЛА», «Клавсс». «Амазоне-120» в количестве шести штук оценочной стоимостью 1200000 рублей;

29) Сеялки  RAPID две штуки, AMAZONA, KUHG оценочной стоимостью 1600000 рублей;

30) Протравитель ПС-100 оценочной стоимостью 250000 рублей;

31) Паккер к сеялке оценочной стоимостью 150000 рублей;

32) Каток ЗКВТ-1.1.1,4 в количестве двух штук оценочной стоимостью 90000 рублей;

33) Бароны в количестве семи штук оценочной стоимостью 90000 рублей;

34) Культиваторы  в количестве восьми штук оценочной стоимостью 1600000 рублей;

35) Плуги в количестве семи штук оценочной стоимостью 1400000 рублей;

36) Емкость 25 куб.м. в количестве семи штук оценочной стоимостью 350000 рублей;

37) Ангар металлический в количестве двух штук оценочной стоимостью 3000000 рублей.

Согласно пункту 1.2. договора аренды от 01.11.2012  арендодатель является собственником поименованного в договоре имущества на основании договора купли-продажи от 24.09.2012.

В соответствии с пунктами 2.1., 2.2 договора аренды от 01.11.2012 размер годовой арендной платы составляет 1 300 000 руб., оплата перечисляется 1 раз в год в срок с 01 ноября по 25 ноября путем перечисления арендной платы на расчетный счет арендодателя.

В силу положений пункта 4.1. договора аренды от 01.11.2012 данный договор одновременно является актом приема-передачи имущества.

Срок действия договора аренды от 01.11.2012 установлен пунктом 6.1. данного договора с 01.11.2012 до 01.11.2017.

Ссылаясь на то, что имущество было передано в пользование Кооператива, однако, арендная плата в нарушение договорных обязательств не вносилась, в результате чего образовалась задолженность в сумме 6 825 000 руб., Предприниматель направил Кооперативу претензию от 09.02.2018 № 7, в которой указал на расторжение договора с 09.02.2018, предложил в добровольном порядке оплатить задолженность и возвратить переданное в аренду имущество (л.д. 25 т. 1).

Поскольку названная претензия была оставлена Ответчиком без удовлетворения, Истец обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

В судебном заседании 10.05.2018 Истец во исполнение определения суда от 13.04.2018 представил оригиналы договора аренды от 01.11.2012, товарной накладной № 109 от 15.10.2010, договора купли-продажи от 14.07.2010, заключенного между ООО «Железников» и ЗАО «Агат-Агро», договора купли-продажи от 24.09.2012, заключенного между ООО «Железников» в лице директора Железникова А.В. и ИП Железниковым А.В. (л.д. 42-57 т. 1).

Возражая против иска, Ответчик в отзыве (л.д. 68, т. 1) заявил о том, что представленный Предпринимателем договор аренды от 01.11.2012 имеет признаки фальсификации. Так, договор аренды от 01.11.2012 заключен от имени председателя СПК «Родина» Железникова А.В., тогда как по состоянию на указанную дату наименование кооператива было СХПК «Узловое» и его председателем являлся Горбатенко П.А., а не Железников А.В., в свою очередь, решение о переименовании Кооператива и назначении нового руководителя Железнякова А.В. было принято 02.11.2012 на общем собрании членов кооператива (протокол № 5 л.д. 70 т. 1). Также реквизиты договора аренды от 01.11.2012 содержат наименование банка ПАО Сбербанк, в то время, когда ОАО Сбербанк изменило полное фирменное наименование на ПАО Сбербанк только 04.08.2015, что свидетельствует о составлении договора не в 2012 году, а не ранее августа 2015 года. При этом фактически Кооператив не осуществлял экономической деятельности с 2012 года, с 14.10.2014 по 27.07.2016 Кооператив находился в процедуре банкротства (арбитражное дело А21-7604/2014) (л.д. 74-79 т. 1). По существу спора Ответчик указал, что имущество в пользование Кооператива от Предпринимателя не передавалось, договор не заключался и не исполнялся, каких-либо претензий по договору до претензии 2018 года не заявлялось, в том числе в рамках дела о банкротстве СПК «Родина». Кроме того, Ответчик заявил о пропуске Предпринимателем срока исковой давности. 

После заявления Кооператива о фальсификации договора аренды от 01.11.2012, изготовлении документа позднее указанной в нем даты, Истец от исключения данного доказательства из числа доказательств по делу отказался (л.д. 128 т. 1). Однако, 26.06.2018 представил возражения на отзыв Кооператива, в которых, как было указано выше, пояснил, что  оригинал договора аренды в действительности был утрачен в период процедур банкротства Кооператива, в связи с чем договор в июне 2016 года был восстановлен, а именно повторно распечатан и подписан. Вместе с тем, при восстановлении договора была допущена техническая ошибка в дате его заключения, фактически договор был заключен 01.12.2012, а не 01.11.2012. Учитывая изложенное, Истец изменил период, за который взыскивается арендная плата и уточнил размер задолженности, исходя из даты заключения договора - 01.12.2012 (л.д. 151 т. 1).

Определением арбитражного суда от 20.07.2018 ходатайство Кооператива о назначении судебной экспертизы удовлетворено, проведение экспертизы поручено эксперту АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт» Парфенюку Игорю Николаевичу. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: 1) Соответствует ли время составления документа – договора аренды имущества

от 01.11.2012 дате, поставленной на договоре – 01.11.2012? 2) Если время составления документа не соответствует дате нанесения подписей и печатей, то в какой период был фактически составлен данный договор? 3) Подвергался ли договор аренды имущества от 01.11.2012 мерам искусственного воздействия с целью придания более старого вида документу (л.д. 18 т. 2)?

	Согласно выводам эксперта АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт» Парфенюк  И.Н., изложенным в заключении № 18-30-Т-А21-3925/2018 от 12.11.2018 (л.д. 51-69 т. 2), поступившем в арбитражный суд 19.11.2018, определить время выполнения штрихов оттиска печати сторон не представляется возможным по причине непригодности указанных штрихов для оценки времени их выполнения по содержанию в штрихах летучих компонентов. Печатный текст документа не исследовался по причине отсутствия апробированных, научно-обоснованных методик определения давности текста, выполненного на печатных устройствах с использованием порошка (тонера) электрофотографическим способом. Подписи Железникова А.В. не исследовались по причине значительного пересечения с оттисками печати и отсутствием достаточного количества однотипных штрихов требуемой для проведения исследования протяженности. При этом установлены признаки нарушения условий документного хранения: локальное воздействие на листы документа неизвестной жидкости.

В тоже время во встречных исковых требования Кооператив просит признать договор аренды от 01.11.2012 недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (мнимая сделка) и статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», ссылаясь на обстоятельства, изложенные в отзыве на иск.

В отзыве на встречный иск Ответчик заявил о пропуске срока давности по встречным исковым требованиям,  указал на то, что право собственности Предпринимателя подтверждается договором купли-продажи от 24.09.2012, факт нахождения спорного имущества во владении Кооператива подтверждается кадастровыми паспортами земельных участков со схемой расположения на кадастровой карте объектов (л.д. 143 т. 1).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции согласился с доводами Кооператива о том, что представленный Предпринимателем договор аренды от 01.11.2012 является сфальсифицированным, а сделка аренды - ничтожной в силу положений пункта 1 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (мнимая сделка), в связи с чем отказал в удовлетворении первоначального иска, удовлетворив встречные исковые требования.

Проверив  законность и обоснованность решения арбитражного суда первой инстанции, апелляционный суд не усматривает оснований для его отмены или изменения в связи со следующим.

В силу положений статей 606,  611, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации  обязанность арендодателя по отношению к арендатору состоит в предоставлении последнему имущества в пользование, а обязанность арендатора – в своевременном внесении платы за пользование имуществом, порядок, условия и сроки внесения которой определяются договором аренды.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств", при подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании с Кооператива задолженности,  Предприниматель в качестве основания иска указал договор аренды от 01.11.2012, который согласно пункту 4.1. одновременно являлся актом приема-передачи имущества. 

В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  в редакции, действовавшей по состоянию на 01.11.2012 (и 01.12.2012), сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

По смыслу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда РФ N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При распределении бремени доказывания по требованию о признании сделки мнимой следует учитывать, что для признания сделки недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует доказать, что у сторон такой сделки отсутствовало намерение создать соответствующие правовые последствия. Однако доказывание отсутствия такого обстоятельства не может быть возложено исключительно на сторону спора, заявившую о мнимости сделки.

Кроме того, исходя из объективной невозможности доказывания отрицательного факта, на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного (в данном случае фактического исполнения договора аренды) возлагается на Предпринимателя. 

Поскольку Предприниматель отказался от исключения договора аренды от 01.11.2012 из числа доказательств по делу, суд первой инстанции в соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основании заявления Кооператива предпринял  предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначил экспертизу, истребовал другие доказательства, а также  принял иные меры, сопоставив договор аренды с другими представленными в деле доказательствами.

Так, судом установлено, что договор от 01.11.2012 заключен от имени председателя СПК «Родина» Железникова А.В.,  в период, когда наименованием Кооператива являлось СХПК «Узловое» и его председателем  был Горбатенко П.А., а не Железников А.В., что подтверждается протоколом № 5 от 02.11.2012 (л.д. 70 т. 1). Следовательно, данный договор не мог быть заключен в указанную в нем дату.

Не оспаривалось данного обстоятельства и Предпринимателем, указавшим, что оригинал договора аренды был утрачен и представленный суду договор был изготовлен в 2016 году.

Однако, доводы Предпринимателя о том, что фактически договор был заключен 01.12.2012, а указание в тексте договора даты 01.11.2012 являлось следствием технической ошибки при его восстановлении, не принимаются апелляционным судом, поскольку учинение технической ошибки при повторном распечатывании (такой способ восстановления договора указан Предпринимателем), представляется сомнительным, тем более, что дата договора написана буквами, а не цифрами.

Кроме того, апелляционный суд учитывает, что  пунктом 6.1. договора срок его действия установлен с 01.11.2012 до 01.11.2017, что также противоречит доводам Предпринимателя о фактическом заключении договора 01.12.2012.

Более того, реквизиты договора содержат наименование банка ПАО Сбербанк, в то время, когда ОАО Сбербанк сменил полное фирменное наименование на ПАО Сбербанк только 04.08.2015. В этой связи само по себе наличие у Предпринимателя расчетного счета в ПАО Сбербанк, открытого 16.04.2010, не опровергает того обстоятельства, что представленный суду договор аренды был изготовлен не ранее августа 2015 года.

Вопреки доводам жалобы Предпринимателя из заключения судебной экспертизы АНО «Центр судебной экспертизы «ПетроЭксперт» № 18-30-Т-А21-3925/2018 от 12.11.2018 (л.д. 51-69 т. 2) не следует, что договор аренды от 01.11.2012 не являлся сфальсифицированным. Эксперт лишь указал на то, что определить время изготовления документа не представляется возможным.

Между тем, самим Предпринимателем не оспаривалось то обстоятельство, что представленный суду экземпляр договора был изготовлен им в 2016 году посредством распечатывания и подписания сторонами в связи с утратой оригинала. Однако, доводы о реальном существовании договора аренды, в том числе от 01.12.2012 суд апелляционной инстанции с учетом вышеуказанных противоречий не принимает, в том числе учитывая, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства в подтверждение факта утраты документов и ведения восстановительного делопроизводства.

Кроме того, с учетом положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также принципа эстоппель апелляционный суд критически оценивает позицию Предпринимателя об утрате оригинала договора, поскольку соответствующие доводы были приведены Предпринимателем исключительно после заявления Кооператива о фальсификации доказательства.

В соответствии с правовой позиции, отраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12, пункте 86 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в делах об оспаривании мнимых сделок следует учитывать, что совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Фактически договор аренды составлен между ИП Железниковым А.В. и Кооперативом в лице председателя Железникова А.В., договор купли-продажи от 24.09.2012 – между ООО «Железников» в лице директора Железникова А.В. и ИП Железниковым А.В., исходя из чего имеются достаточные основания усомниться в достоверности отраженных договорах сведений, принимая во внимание, что подписание названных документов в целях придания законного вида сделке в сложившейся ситуации не представляло для органов управления юридических лиц и Предпринимателя какой-либо сложности.

В соответствии со статьей 608 Гражданского кодекса Российской Федерации  право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику.

Допустимых доказательств наличия у ИП Железникова А.В. права собственности в отношении спорного имущества Истцом не представлено. Так, действительность договора купли-продажи от 24.09.2012 вызывает объективные сомнения по изложенным выше мотивам. Факт подписания договора купли-продажи от 14.07.2010 с ЗАО «Агат-Агро», а также товарной накладной № 109 от 15.07.2010 в письме от 11.12.2018 № 5 ЗАО «Агат-Агро» отрицается. Согласно доводам ЗАО «Агат-Агро» имущество, поименованное в договоре, не числилось на балансе предприятия в 2010 году, денежные средства по договору не поступали, подпись поставлена неизвестным клише (л.д. 88 т. 4). 

Представленная Предпринимателем квитанция к приходному кассовому ордеру № 292 от 16.07.2010 не содержит ссылок на договор купли-продажи от 14.07.2010 (л.д. 142 т. 4).

Доказательств оплаты по договору купли-продажи от 24.09.2012 не представлено.

Возражения Предпринимателя о том, что письмо от 11.12.2018 № 5 подписано от лица ЗАО «Агат-Агро» Вагнером А.Я., который назначен на должность директора только 11.11.2011, не опровергают изложенных в письме от 11.12.2018 № 5 сведений.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что стоимость одного и того же оборудования сельскохозяйственного назначения в договоре купли-продажи от 14.07.2010 составила в общей сумме 130 000 руб., в договоре купли-продажи от 24.09.2012 – 1 600 000руб., а в договоре аренды от 01.11.2012 оценочная стоимость одной только  сушилки «лерге-Макси» SSOE составила 2 800 000 руб. (10 000 руб. в договоре от 14.07.2010). Стоимость каждой единицы оборудования несопоставима со стоимостью, установленной в договорах купли-продажи, при этом размер арендной платы установлен в 1 300 000 руб. в год.

Учитывая изложенное, допустимые доказательства наличия в спорный период у Предпринимателя соответствующего имущества, которое могло быть передано в аренду Кооперативу, материалами дела не подтверждается.

Напротив, в материалах дела имеется акт оценки стоимости основных средств ТОО «Узловое» по состоянию на 01.04.1998, согласно которому большая часть имущества с названием, аналогичным указанному в пункте 1.1. договора аренды от 01.11.2012, (ангар, ёмкости, сушилки, погрузчики, бороны, плуг, разбрасыватель, косилки, станки, зернометатель, стогометатель, грабли, пресс-подборщик, Петкус  К 531, компьютер, топливозаправочная колонка и иное имущество) поименовано в составе общего паевого фонда ТОО «Узловое» ещё в 1998 году (л.д. 122 т. 4). 

Таким образом, оснований полагать, что имущество данного вида перешло в пользование Кооператива во исполнение договора аренды,  не имеется. Кроме того, отсутствует объективная возможность индивидуализировать имущество сельскохозяйственного назначения в отсутствие инвентарных номеров в договоре аренды.

Из представленных Предпринимателем кадастровых паспортов земельных участков и снимка с сервиса Яндекс.карты не представляется возможным определить какие-либо имеющие значения для разращения спора обстоятельства, в том числе сопоставить указанное в договоре аренды от 01.11.2012 имущество с объектами, расположенными на земельных участках. 

В свою очередь, в деле отсутствуют не только доказательства внесения арендной платы по договору, начиная с 2012 года, но и доказательства обращения арендодателя с какими-либо претензиями к арендатору об отсутствии такой оплаты, в том числе посредством предъявления реестровых требований кредитора в деле о банкроте Кооператива № А56-7604/2014, что обычно следует ожидать от субъекта хозяйственной деятельности, действующего при осуществлении своих гражданских прав разумно и добросовестно.

Из содержания судебных актов по арбитражным делам №№ А41-9215/2010, А21-8868/2016, А21-10793/2009, А21-7604/2014 усматривается наличие в СПК «Родина» длительного корпоративного конфликта.

Решением единственного члена Кооператива Киволи Р.В. от 20.10.2016 прекращены полномочия председателя Кооператива Железникова А.В., новым председателем назначена Барткене Е.М., сроком на 5 лет. 

Первое упоминание о существовании договора аренды от 01.11.2012 содержится в претензии от 09.02.2018 № 7.

Учитывая вышеизложенное, оценив представленные в дело доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему внутреннему убеждению в их совокупности и взаимосвязи, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что договор аренды от 01.11.2012  является мнимой сделкой, при заключении которой стороны не имели намерения создать правовые последствия в виде возмездной передачи имущества в пользование арендатора.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы Предпринимателя об истечении срока давности по требования о признании недействительной ничтожной сделки правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку мнимая сделка сторонами не исполнялась.

В соответствии с пунктом 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

В силу положений пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации  (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации,  если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Поскольку  судом первой инстанции было установлено отсутствие доказательств исполнения сторонами договора аренды от 01.11.2012, вывод суда о том, что встречные исковые требования поданы с соблюдением срока исковой давности, является обоснованным. 

Более того, согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этой сделки недействительной.

При таких обстоятельствах договор аренды от 01.11.2012 обоснованно признан судом ничтожной сделкой, не влекущей каких-либо юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью.

В пункте 4 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" предусмотрено, что сделка кооператива, второй стороной в которой выступают председатель кооператива или исполнительный директор кооператива, члены правления кооператива или наблюдательного совета кооператива, их супруги и ближайшие родственники либо владельцы пая, размер которого составляет более чем 10 процентов от паевого фонда кооператива, считается сделкой, в которой присутствует конфликт интересов. Такой сделкой признается и сделка, в которой не менее чем 10 процентов членов кооператива или не менее чем 20 процентов ассоциированных членов кооператива по их заявлениям в письменной форме усматривают имущественный интерес указанных лиц, не совпадающий с законными имущественными интересами кооператива.

При этом решения о совершении сделок кооператива, в которых присутствует конфликт интересов, принимаются на совместном заседании правления кооператива и наблюдательного совета кооператива единогласно и утверждаются общим собранием членов кооператива большинством не менее чем две трети голосов.

Сделка кооператива, совершенная с нарушением предусмотренных статьей 38 Закона требований, может быть признана недействительной по иску кооператива либо его члена или ассоциированного члена.

Учитывая признание судом договора аренды мнимой сделкой (ничтожной), оценка правомерности доводов Кооператива о недействительности оспоримой сделки со ссылкой на нарушение предусмотренных статьей 38 Федерального закона от 08.12.1995 N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации"  требований на результат рассмотрения спора не влияет. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении первоначальных исковых требований Предпринимателя о взыскании задолженности по договору аренды от 01.11.2012 и удовлетворил встречный иск Кооператива о признании  договора аренды от 01.11.2012 недействительной ничтожной сделкой.

При оценке доводов Предпринимателя о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права при принятии оспариваемого решения апелляционный суд исходит из следующего.

Действительно, в тексте решения суда первой инстанции отсутствует указание на уточнение Предпринимателем размера задолженности в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, однако, указанное нарушение норм процессуального права не повлекло принятия неправильного решения, в связи с чем основанием для отмены судебного акта являться не может (часть 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В свою очередь, вопреки доводам подателя жалобы предусмотренных статьей 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для рассмотрения спора в порядке упрощенного производства у суда первой инстанции не имелось, поскольку Истцом не представлено доказательств, безусловно подтверждающих задолженность по договору. Кроме того, само по себе рассмотрение спора в порядке искового производства прав Предпринимателя нарушать не может.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции, обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме, выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

 Таким образом, решение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 21.02.2019  по делу №  А21-3925/2018  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Е.В. Жиляева

 

Судьи

Н.С. Полубехина

 И.А. Тимухина