№ 09АП-39460/2018

Дело № А40-160959/17

г. Москва

24 августа 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 августа 2018 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 24 августа 2018 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева 

судей Р.Г. Нагаева, С.А. Назаровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.И. Матетой,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы 

Грасио Инвестментс Лимитед и временного управляющего ООО «ОРБИТА» 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 27 июня 2018 года по делу №А40-160959/17, принятое судьей Никифоровым С.Л.

по заявлению Грасио Инвестментс Лимитед о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «ОРБИТА» задолженности в размере 295 616 400 руб., как обеспеченную залогом имущества должника

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ОРБИТА»

при участии в судебном заседании:

от ООО «С. Лигал Консалт», ООО «ЛИГАЛ С.С.» и ООО «ОРБИТА» - ФИО1, дов. от 16.06.2017, от 03.03.2017, решение участников №01 от 31.08.2014, 

от Грасио Инвестментс Лимитед  - ФИО2, ФИО3, дов. от 27.07.2016,

временный управляющий ООО «ОРБИТА» - ФИО4, определение АСГМ от 27.10.2017. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.10.2017 г. заявление ООО «БРИГ СВ» о признании ООО «ОРБИТА» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, адрес: 115127, г. Москва, а/я 21).

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 206 от 03.11.2017 г.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявлениетребование Грасио Инвестментс Лимитед о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «ОРБИТА» задолженности в размере 295 616 400 руб., как обеспеченную залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2018 в удовлетворении заявленного требования отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Грасио Инвестментс Лимитед обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.

Также не согласившись с принятым по делу судебным актом, временный управляющий ООО «ОРБИТА» обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определением суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.

Представитель Грасио Инвестментс Лимитед в судебном заседании доводы апелляционных жалоб поддержал.

Временный управляющий ООО «ОРБИТА» в судебном заседании доводы апелляционных жалоб поддержал.

Представитель ООО «С. Лигал Консалт», ООО «ЛИГАЛ С.С.» и ООО «ОРБИТА» в судебном заседании против удовлетворения апелляционных жалоб возражал.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в соответствии со ст.ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд  пришел к выводу, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене по следующим основаниям.

22.12.2014 между Грасио Инвестментс Лимитед (Продавец) и Компанией с ограниченной ответственностью «Абдулто Лимитед» (Покупатель) был заключен договор купли-продажи доли, в соответствии с которым Продавец продал Покупателю долю в размере 100 % в уставном капитале должника.

Стоимость доли согласована в размере 672 179 068,00 руб., Покупатель обязался полностью ее оплатить в срок до 15.11.2015 (п. 4.1, 4.3 Договора купли-продажи).

Исполнение обязательств Покупателя по Договору купли-продажи обеспечено залогом Земельных участков, зарегистрированным в ЕГРН на основании Договора ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2014 (Договор ипотеки), заключенного между Должником и Компанией Грасио Инвестментс Лимитед.

Покупатель ненадлежащим образом исполнил обязательство по оплате по Договору купли-продажи, в связи с чем заявитель был вынужден обратиться в суд с требованиями о взыскании задолженности по Договору купли-продажи и об обращении взыскания на заложенное по Договору ипотеки имущество (Земельные участки).

Решением Арбитражного суда от 13.06.2018 по делу А40-190683/2016 с Abdulto Limited (Абдулто Лимитед) в пользу Gracio Investments Ltd (Грасио Ивестментс Лтд) взысканы денежные средства   в размере 449 907 600 рублей, из которых:

- 391 224 000 рублей задолженности по оплате доли по договору купли-продажи доли от 22.12.2014,

- 58 683 600 рублей неустойки за просрочку оплаты доли по договору купли-продажи доли от 22.12.2014,

- 200 000 рублей - расходы по оплате государственной пошлины.

Определением суда от 26.03.2018 по ходатайству истца (Gracio Investments Ltd (Грасио Ивестментс Лтд) из дела № А40-190683/16-158-1699 в отдельное производство выделено требование Gracio Investments Ltd (Грасио Ивестментс Лтд) к Обществу с ограниченной ответственностью «Орбита» об обращении взыскания на заложенное имущество. Производство по выделенному делу приостановлено до признания Общества с ограниченной ответственностью «Орбита» банкротом или прекращения производства по делу №А40-160959/17-74-245 «Б».

Грасио Инвестментс Лимитед заявило требование о включении в реестр требований кредиторов задолженность по Договору ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2014 в размере 295 616 400 руб. как обеспеченные залогом имущества должника (земельными участками).

Отказывая в удовлетворении требований заявителя, суд сослался на изменения, внесенные в п. ст. 339 ГК РФ Федеральным законом от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в част первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельны законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» («Закон №367»), указав в Определении, что: «с 01 июля 2014 года договор залога в обеспечение исполнения обязательств по договору, который должен быть нотариально удостоверен, подлежит, обязательному нотариальному удостоверению. Несоблюдение правила об обязательном нотариальном удостоверении такого договора залога, влечет недействительность этого договора залога.

Апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции о ничтожности договора ипотеки ошибочными по следующим основаниям.

Согласно п. 4. ст. 334 ГК РФ к отдельным видам залога (статьи 357 - 358.17 применяются общие положения о залоге, если иное не предусмотрено правилами настоящего кодекса об этих видах залога.

В соответствии с абз. 2 п. 4 ст. 334 ГК РФ к залогу недвижимого имущества (ипотеке) применяются правила настоящего кодекса о вещных правах, а в части, не урегулированной указанными правилами и законом об ипотеке, общие положения о залоге.

Таким образом, ГК РФ, в редакции на момент заключения Договора ипотеки, допускает возможность существования специальных норм, устанавливающих правила, которые отличаются от общего регулирования залога, признает правовой приоритет специальных норм об ипотеке над ГК РФ.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» от 16.07.1998 № 102-ФЗ («Закон об ипотеке») договор об ипотеке заключается в письменной форме.

Суд ошибочно пришел к выводу о приоритете общих норм о залоге, внесенных Законом № 367 над Законом об ипотеке. В связи с чем, п. 3 ст. 339 ГК РФ не применяется к Договору ипотеки, поскольку имеется специальная норма в Законе об ипотеке, регулирующая требования к форме договора (ст. 10 Закона об ипотеке).

Договор ипотеки был заключен в письменной форме, на его основании зарегистрирована в установленном законом порядке ипотека, что подтверждается выписками из ЕГРН, в связи с чем, форма Договора ипотеки соблюдена.

Отказывая в заявлении о включении в реестр, суд пришел к выводу, что государственная регистрация договора ипотеки после 01.07.2014 правового значения (правовых последствий) не имеет.

Однако Судом не учтено, что отмена регистрации договора ипотеки не отменила необходимость регистрации ипотеки в качестве обременения (ст. 11 Закона об ипотеке).

Кроме того, после принятия Закона № 367 процедура регистрации обременения ипотеки регистрирующим органом фактически не изменилась.

Так, п. 2, 3 ст. 21 Закона об ипотеке, в редакции от 21.07.2014, действующей на момент заключения Договора ипотеки, предусматривал в качестве одного из оснований для отказа в регистрации ипотеки несоответствие ипотечного договора требованиям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, Судом не был учтен тот факт, что даже при отсутствии необходимости государственной регистрации самого Договора ипотеки, при регистрации ипотеки как обременения, Договор ипотеки прошел правовую экспертизу на действительность и соответствие законодательству Российской Федерации, о чем свидетельствует внесение в ЕГРП записи о соответствующем обременении.

Однако, даже если согласиться с выводами суда первой инстанции о ничтожности договора ипотеки в связи с несоблюдением нотариальной формы в рассматриваемом споре имеются все основания для конвалидации договора ипотеки, принимая во внимание разъяснения, изложенные в пунктах 1, 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Конвалидация представляет собой способ защиты прав и интересов добросовестных участников оборота, которые в силу разных причин лишены возможности защитить свои права иными законными способами, суть которого состоит в придании ничтожной сделке юридической силы с момента ее совершения (ex tunc).

Современному российскому законодательству известны случаи исцеления некоторых ничтожных сделок, осуществляемого в судебном порядке. В частности, сделки, совершенные с нарушением требуемой для них по закону или соглашению сторон нотариальной формы: если одна из сторон полностью или частично исполнила такую сделку, а другая уклоняется от ее нотариального удостоверения, суд вправе по требованию стороны, исполнившей сделку, признать последнюю действительной (п. 2 ст. 165 ГК)

В п. 5 ст. 166 ГК РФ предусматривается правило, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Таким образом, если из поведения стороны, совершившей сделку, следует, что она считает заключенную сделку действительной, то впоследствии такая сторона не вправе требовать признания данной сделки недействительной. 

Оспаривание Договора ипотеки Залогодателем в деле о банкротстве № А40-160959/17«Б» направлено на освобождение от исполнения договорных обязательств по обеспечительной сделке, в целях причинения вреда Залогодержателю и свидетельствует о злоупотребление правом, которое выразилось в следующем:

в течение трех лет с момента заключения Договора ипотеки Залогодатель не оспаривал Договор ипотеки: не предпринимал мер по погашению записи об ипотеке в ЕГРН и не обращался в суд с требованиями признать Договор ипотеки недействительным и применить последствия его недействительности.

в этот период Покупатель и Залогодатель вели переговоры с Заявителем о реструктуризации задолженности, при этом довод о несоблюдении формы ипотеки не озвучивался.

Заключение Договора ипотеки в отношении Земельных участков предусмотрено п.  4.5 Договора  купли-продажи  и  одобрено  апостилированными  решениями участников ООО «ОРБИТА» (Залогодатель): как Абдулто Лимитед (Покупатель) (от 17.12.2014), так и Грасио Инвестментс Лимитед (Продавец).

Грасио Инвестментс Лимитед продало Абдулто Лимитед 100% доли в уставном капитале ООО «ОРБИТА», владеющего 38 земельными участками.

Стороны согласовали оплату доли с рассрочкой на год с 22.12.2014 до 15.11.2015, в связи с этим условие о заключении Договора ипотеки в отношении части земельных участков ООО «ОРБИТА» (21) включено в Договор купли-продажи доли в качестве существенного условия данной сделки.

Без ипотеки этих участков Договор купли-продажи доли не был бы заключен сторонами на условиях рассрочки, в связи с чем одобрение на заключение Договора ипотеки получено от всех сторон сделки (ООО «ОРБИТА», Абдулто Лимитед, Грасио Инвестментс Лимитед).

В рассматриваемом споре заявление ООО «Орбита» о ничтожности Договора ипотеки не имеет правового значения, поскольку данное лицо действовало недобросовестно, злоупотребляло правами, в частности поведение ООО «Орбита» и его материнской компании Абдулто Лимитед после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки:

- заключение Договора ипотеки являлось существенным условием договора купли-продажи доли и одобрено единственным участником ООО «Орбита» (решение Абдулто Лимитед от 17.12.2014);

- ООО «Орбита» передало Договор ипотеки в Росреестр для регистрации на его основании ипотеки и не оспаривало записи об ипотеке на протяжении более трех лет, в результате чего другие лица правомерно полагались на достоверность ЕГРН и действительность Договора ипотеки;

- после приостановления регистрации ипотеки новый директор ООО «Орбита» ФИО5 письмом от 18.02.2015 просил Росреестр зарегистрировать ипотеку на основании Договора ипотеки, чем подтвердил волю ООО «Орбита» на действительность данной сделки;

- процессуальное поведение ООО «Орбита» на досудебной стадии, в первой и апелляционной инстанциях (с 08.08.2016 по 28.09.2017) по делу № А40-190683/16 об обращении взыскания на земельные участки по Договору ипотеки давало основания полагаться на действительность Договора ипотеки, поскольку ООО «Орбита» ходатайствовало о назначении судебной экспертизы рыночной стоимости участков для обращения на них взыскания и не возражало относительно действительности Договора ипотеки.

В силу положений абз. 4 п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

О направленности воли на сохранение договора ипотеки свидетельствуют действия по ее государственной регистрации.

Апелляционный суд отклоняет довод должника о невозможности применения эстоппеля к ничтожным сделкам как противоречащий ст. 166 ГК РФ и 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25. 

Апелляционный суд также признает обоснованными доводы апелляционной жалобы временного управляющего ссылающегося на деление сделок на обязательственные и распорядительные, которое применительно к рассматриваемому спору имеет следующее значение.

П. 11 ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью обязывает стороны нотариально удостоверить только сделку по отчуждению доли (распорядительную сделку, к примеру, передаточный акт), посредством которой исполняется обязательственный договор купли-продажи, а не весь обязательственный договор-основание (не куплю-продажу целиком, которую стороны удостоверили в целом по своему желанию, что не является обязательным). 

Нотариальному удостоверению фактически подлежит действие по отчуждению долей. Нотариальное удостоверение распорядительных сделок служит гарантией того, что отчуждатель доли является ее владельцем и имеет право на ее отчуждение. Нотариус, совершающий нотариальное удостоверение сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, проверяет полномочие отчуждающего их лица на распоряжение такой долей или частью доли. Полномочие лица, отчуждающего долю или часть доли в уставном капитале общества, на распоряжение ими подтверждается нотариально удостоверенным договором, на основании которого такие доля или часть доли ранее были приобретены соответствующим лицом, а также выпиской из единого государственного реестра юридических лиц, содержащей сведения о принадлежности лицу доли или части доли в уставном капитале общества и об их размере

В рассматриваемом споре договор ипотеки обеспечивал не исполнение обязательства по передаче доли (распорядительную сделку), а исполнение обязательства покупателя по оплате доли.

Согласно пункту 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" (далее - Постановление N 58) при рассмотрении вопроса об установлении и включении в реестр требований конкурсных кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника, судам необходимо учитывать следующее. Если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него). В ходе установления требований залогового кредитора при наличии судебного акта об обращении взыскания на заложенное имущество суд проверяет указанные обстоятельства, за исключением тех, которые касаются возникновения права залогодержателя. Если заложенное имущество выбыло из владения залогодателя, в том числе в результате его отчуждения, но право залога сохраняется, то залогодержатель вправе реализовать свое право посредством предъявления иска к владельцу имущества. В этом случае суд отказывает кредитору в установлении его требований в деле о банкротстве как требований, обеспеченных залогом имущества должника. При этом устанавливая требования залогового кредитора, суд учитывает, что в соответствии со статьей 337 и пунктом 1 статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от оценки предмета залога (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части). Пунктом 20 Постановления N 58 предусмотрено, что судам при рассмотрении требований залогодержателя в деле о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, необходимо принимать во внимание следующее.

В соответствии с пунктом 5 статьи 138 Закона о банкротстве требования залогодержателей по договорам о залоге, заключенным с должником в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, также удовлетворяются в порядке, предусмотренном статьей 138 Закона. Указанные залогодержатели обладают правами конкурсных кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, во всех процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 27 июня 2018 года  по делу № А40-160959/17 отменить.

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «ОРБИТА» требование Грасио Инвестментс Лимитед задолженности как обеспеченное залогом имущества в размере 295 616 400 (двести девяносто пять миллионов шестьсот шестнадцать тысяч четыреста) руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 А.Н. Григорьев 

 

Судьи:                                                                                                          Р.Г. Нагаев

 

                                                                                                                      С.А. Назарова