ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-7917/2018

г. Саратов

18 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «10»    июня 2021   года.

Полный текст постановления изготовлен  «18»    июня 2021   года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В., 

судей Макарихиной Л.А., Смирникова А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела, возбужденного по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТРАНС-ОИЛ» (Саратовская область, г. Энгельс) к обществу с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» (410054, 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) о признании несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» ФИО2 (лично), представителя ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 20.11.2020, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 27 мая 2019 года (резолютивная часть от 20 мая 2019 года) Общество с ограниченной ответственностью «Торгово – Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» (410054, 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство сроком на четыре месяца, до 20 сентября 2019 года. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 413100, Саратовская область, г. Энгельс, а/я 56, из числа членов Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Возрождение» (107078, 

<

...>).

В Арбитражный суд Саратовской области обратился конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» с заявлением о признании недействительной сделки должника с ФИО3 (

<

...>),  договора купли-продажи транспортного средства: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> от 15.12.2015 г. и применении последствий недействительности сделки. 

Определением   Арбитражного   суда Саратовской  области от  17 марта 2020  года заявление конкурсного управляющего ООО «Торгово–Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг ФИО2 удовлетворено. Признана недействительной сделка должника – договор купли-продажи транспортного средства: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> от 15.12.2015 г., заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» и ФИО3. Суд обязал ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника – Общества с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» транспортное средство: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***>. 

ФИО3  не согласилась с принятым судебным актом и обратилась   в суд с апелляционной жалобой и дополнениями к апелляционной жалобе, в которых  просила определение суда первой инстанции отменить и отказать в удовлетворении заявленных   требований.

Апелляционная  жалоба была мотивирована  тем, что  ФИО3 не была извещена  судом первой инстанции  о времени и месте судебного заседания по рассмотрению заявления о признании сделки недействительной.

Одновременно с подачей апелляционной жалобы ФИО3 заявлено ходатайство о восстановлении процессуального срока подачи апелляционной жалобы на  определение Арбитражного суда Саратовской области от 17 марта 2020 года по делу № А57-7917/2018.

Определением  Двенадцатого арбитражного    апелляционного   суда от  03 декабря 2020  года   суд  перешел к рассмотрению    обособленного    спора    в рамках дела № А57-7917/2018 по   правилам,   установленным     для  рассмотрения дела    в арбитражном   суде первой   инстанции, поскольку    установил, что суд   первой    инстанции    принял обжалуемый  судебный  акт  в  отсутствие надлежащего извещенного лица – ФИО3

Кроме того суд апелляционной инстанции привлек к участию в деле в качестве заинтересованного лица ФИО5 (410004, 

<

...>).

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда                               от 04 февраля 2021 года, принятым в составе председательствующего судьи  Грабко О.В., судей Самохваловой А.Ю., Смирникова А.В. определение Арбитражного суда Саратовской области от 17 марта 2020 года по делу № А57-7917/2018 отменено. Принят новый судебный акт. Признана недействительной сделка должника - договор купли-продажи транспортного средства: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> от 15.12.2015 г., заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» и ФИО3. Применены последствия недействительности сделки. Суд постановил обязать ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника - общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» транспортное средство: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***>. Восстановить задолженность общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» перед ФИО3 в сумме 1 400 996 руб. Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9000 рублей.

     Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 14 апреля 2021 года определение Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 февраля 2021 года по делу № А57-7917/2018 отменено. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд. 

     Определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда                               от 13 мая 2021 года заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, по правилам, предусмотренным для рассмотрения дела в суде первой инстанции в рамках дела №А57-7917/2018 - принято, судебное разбирательство по рассмотрению заявления  назначено   на 10 июня 2021  года на 11 часов 20 минут.

Отменяя судебный акт суда апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции указал, на то, что в обжалуемом судебном акте не дана надлежащая правовая оценка доводам заявителя жалобы об отсутствии на момент заключения сделки у должника признаков неплатежеспособности, как и не дана оценка доводам об отсутствие осведомленности ФИО3 о возможном наличии у должника указанных признаков на момент совершения оспариваемой сделки. Не учтены доводы ответчика об отсутствии аффилированности и заинтересованности у сторон сделки, не приняты во внимание доводы ФИО3, что о продаже транспортного средства она узнала посредством системы Интернет. Также при рассмотрении спора, судом апелляционной инстанции не учтена позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 29.09.2015 № 307-ЭС15-8607, о том, что неразумность действий контрагента не свидетельствует о его недобросовестности. Судом не дана оценка доводам ФИО3, ссылающейся на то, что обстоятельства нарушения должностными лицами должника правил учета и движения денежных средств, поступивших в кассу, не являются основанием для лишения прав контрагента должника, добросовестно исполнившего свои обязательства. Судом апелляционной инстанции подробно не исследовался вопрос – осознавал ли ответчик на момент заключения сделки, что действовал недобросовестно, учитывая все имеющиеся пояснения сторон сделки относительно факта оплаты по сделке в общем размере 3 400 966 руб.

В силу части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания суда кассационной инстанции обязательны для суда, вновь рассматривающего дело.

Иные  лица, участвующие в деле о  банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц. 

С учетом ранее вынесенных и вступивших в законную силу судебных актов по настоящему обособленному спору, в настоящем обособленном споре апелляционным судом рассматривается заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции,

Представителем ФИО3 заявлено ходатайство в порядке статьи 66 АПК РФ об истребовании из Арбитражного суда Саратовской области, Двенадцатого арбитражного апелляционного суда материалов дела по обособленному спору в рамках настоящего дела по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника, по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительных сделок должника по перечислению денежных средств со счета должника на счет ЗАО «Петролеум».

Представитель ФИО3 поддержал  заявленное ходатайство.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев указанное ходатайство, отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании дополнительных материалов дела, поскольку отсутствуют процессуальные основания.

В данном случае,  материалы дела содержат достаточно доказательств  и информации по делу.

Исследовав повторно материалы дела, учитывая позицию суда вышестоящей инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел  к   следующему.

Как следует из материалов дела, 05.12.2015 г. между обществом с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» и ФИО3 (

<

...>) заключен договор купли-продажи транспортного средства: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***>. Цена договора составила 1400966 рублей, в том числе НДС 213711,26 руб.

15.12.2015г. органами ГИБДД произведен учет перехода права собственности спорного транспортного средства к ФИО3.

Требования конкурсного управляющего основаны на п.2 ст. 61.2 ФЗ от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), ст. 10, 168 ГК РФ и мотивированы тем, что оспариваемый договор заключен со злоупотреблением правом, в ущерб должнику и его кредиторам, по заведомо низкой цене, со злоупотреблением права, и  как следствие, причинил вред имущественным правам кредиторов в виде уменьшения объема имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Материалами дела подтверждается, что 26.04.2018 г. возбуждено дело о банкротстве Общества с ограниченной ответственностью «Торгово – Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг».

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 27 мая 2019 года (резолютивная часть от 20 мая 2019 года) Общество с ограниченной ответственностью «Торгово – Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» (410054, 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство сроком на четыре месяца, до 20 сентября 2019 года.

 Оспариваемая сделка (договор купли-продажи транспортного средства) совершена должником 15.12.2015 г., т.е. в период подозрительности, установленный п. 2. ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума от 23.12.2010 № 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

 В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Как следует из пояснений ФИО3, о продаже автомобиля ей стало известно из объявления, размещенного в сети интернет. После переговоров с продавцом была достигнута договоренность о стоимости продаваемого автомобиля в размере 3 400 996 рублей. При переговорах продавца представлял ФИО5, который пояснил, что он является соучредителем ООО «ТХК «СНК-Трейдинг», занимает в данной организации должность заместителя директора и у него имеется доверенность на совершение неограниченного комплекса действий от имени организации. С его стороны были продемонстрированы соответствующие, подтверждающие документы. Также, он пояснил, что автомобилем пользуется именно он и он может ответить на любые вопросы по данному транспорту. При обсуждении сделки и в ходе ее дальнейшего оформления, исходя из обстановки, и содержания представленных документов, оснований сомневаться в наличии полномочий у ФИО5 на совершение сделки со стороны ООО «ТХК «СНК-Трейдинг» у нее не имелось.

После ознакомления со всеми документами на автомобиль и его осмотра была назначена встреча для совершения сделки на 15.12.2015г. На сделку от продавца приехал ФИО5. Он привез с собой документы, необходимые для оформления сделки. При ознакомлении с бланком договора купли - продажи транспортного средства ФИО3 обнаружила, что стоимость автомобиля в договоре указана в размере 1 400 996 рублей. При этом ФИО5 пояснил, что документы составлял его юрист и что за автомобиль необходимо заплатить стоимость по ранее достигнутой договоренности в размере 3 400 996 рублей. Также ФИО5 пояснил, что пересоставлять договор будет очень долго и он может составить дополнительное соглашение к уже имеющемуся договору, в котором укажет полную стоимость автомобиля. Такой вариант оформления сделки ФИО3 посчитала законным и подписала договор купли продажи транспортного средства. Через непродолжительное время ФИО5 принес дополнительное соглашение к договору купли-продажи транспортного средства, в котором стоимость автомобиля была указана в размере 3 400 996 рублей. Данное дополнительное соглашение также было подписано. При этом денежные средства в размере 2 000 000 рублей ФИО5 получил 15.12.2015г. о чем написал соответствующую расписку от 15.12.2015г. Денежные средства в оставшейся части в размере 1 400 996 рублей были оплачены на следующий день 16.12.2015г., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 15 от 16.12.2015г., выданному ООО «ТХК «СНК-Трейдинг».

Таким образом, как следует из пояснений ФИО3 и не опровергается ФИО5, ФИО5 предложил заключить договор купли-продажи спорного авто через некую «схему», согласно которой ФИО3 должна была внести в кассу должника 1 400 996 руб., а оставшиеся 2 000 000 отдать наличными ФИО6

ФИО3 в тот же день внесла в кассу должника 1 400 996 руб. вместо оговоренных 3 400 996 руб.; после данной «схемы» как указывалось ранее, ФИО5 предоставил дополнительное соглашение к договору купли-продажи транспортного средства, составленное от имени должника в котором стоимость автомобиля была указана в размере 3 400 996 рублей. После чего ФИО5 как представитель ООО «ТХК «СНК-Трейдинг» получил от ФИО3 денежные средства по расписке за продаваемый им автомобиль.

Оценивая действия сторон сделки как добросовестные, суд апелляционной инстанции руководствуется обстоятельствами настоящего обособленного спора и позицией суда кассационной инстанции, сложившейся судебной практикой.

Так, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.09.2015 по делу N 307-ЭС15-8607 отмечено, что то обстоятельство, что должностными лицами должника нарушались правила учета и движения денежных средств, поступивших в кассу, не является основанием для лишения участника долевого строительства, добросовестно исполнившего свои обязательства, права на заявление требования о передаче жилого помещения.

Суд кассационной инстанции, отменяя постановление суда апелляционной инстанции, сослался на данную позицию и отметил, что судом апелляционной инстанции не учтена позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 29.09.2015 № 307-ЭС15-8607, о том, что неразумность действий контрагента не свидетельствует о его недобросовестности.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не может признать действия ФИО3 при заключении оспариваемой сделки недобросовестными и не может ставить в вину ФИО3 нарушения контрагентом по сделке - ФИО6  правил учета и движения денежных средств, поступивших должнику.

При получении от ФИО6 расписки об оплате денежных средств за продаваемый автомобиль, ФИО3 не понимала, что денежные средства в размере 2 000 000 рублей получило не юридическое лицо - должник, а физическое лицо – ФИО5, ФИО3 была введена в заблуждение.

Передавая денежные средства в сумме 2 000 000 руб. физическому лицу, а не внося их в кассу должника, достоверно зная о стоимости автомобиля 3 400 996 рублей по оговоренной сторонами сумме, ФИО3 полагала, что передает деньги также в пользу ООО «СНК-Трейдинг», уполномоченному лицу ФИО5

Как следует из пояснений ФИО5, с момента создания и в период деятельности в ООО «СНК-Трейдинг» (ранее - ЗАО «СНК-Трейдинг») было два участника он и ФИО7, с долей участия по 50% у каждого.

В 2013 году от лизинговой компании «Каркаде» поступило предложение по приобретению в лизинг автомобиля МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL350 BLUETEC 4MATIC. Данное предложение было выгодно при оформлении на юридическое лицо по сравнению с приобретением за наличные, так как предполагало рассрочку платежа и отнесение на затраты лизинговых платежей, а также учёт сумм налога на добавленную стоимость при формировании налогового вычета по НДС.

Учредителями  было принято решение приобрести два автомобиля. После передачи автомобилей один из них эксплуатировался непосредственно ФИО5, второй ФИО7 Каждый самостоятельно эксплуатировал автомобиль, занимался техническим обслуживанием, ремонтом и т.п. Фактически, автомобили использовались как собственные.

Лизинговые платежи вносились с расчётного счета компании при наличии денежных средств. При отсутствии денежных средств на расчётном счёте денежные средства вносились каждым из учредителей в кассу компании (в зависимости от того, за чей автомобиль требовалось заплатить), после чего вносились на расчётный счёт и производилась уплата.

В конце 2015 года ФИО5 решил продать «свой» автомобиль, для чего разместил объявление в сети «Интернет».

По данному объявлению обратились супруги ФИО8 С ними была достигнута договоренность о продаже автомобиля за 3 400 996 рублей.

Был подготовлен договор купли-продажи, в котором была указана сумма 1 400 996 рублей. Эта сумма составляла балансовую стоимость автомобиля по данным бухгалтерской отчётности. По настоянию ФИО3 было составлено дополнительное соглашение, в котором указана полная стоимость автомобиля - 3 400 996 рублей, которое было им подписано. В подтверждение полученной суммы ФИО9 был выдан приходный кассовый ордер на сумму 1 400 996 рублей и ФИО5 собственноручно составлена расписка в получении 2 000 000 рублей, так как ранее он нес расходы по оплате лизинговых платежей и по ремонту автомобиля за счёт собственных средств на сумму, превышающую 2 000 000 рублей.

Таким образом, со стороны ФИО3 были выполнены все действия, свидетельствующие о надлежащем поведении при заключении спорной сделки.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Судом апелляционной инстанции установлено, что на момент заключения спорной сделки, ООО "Торгово-Холдинговая Компания "СНК - Трейдинг" обладало признаками неплатежеспособности, поскольку с 25 декабря 2014 года должник перестал исполнять договор поставки, заключенный с ООО "Транс-Ойл". Кроме того, с 02 февраля 2015 года должник перестал исполнять договор поставки, заключенный с ООО "Лысогорская нефтебаза".

При этом в ходе проведенного в процедуре наблюдения финансового анализа установлено, что ряд коэффициентов указывали на плохое финансовое состояние должника в период совершенной сделки.

Так, коэффициент текущей ликвидности, показывающий достаточно ли у предприятия средств, которые могут быть использованы им для погашения своих краткосрочных обязательств в течение года и определяется как отношение ликвидных активов к текущим обязательствам должника, должен находится в диапазоне 1,0-2,0. Коэффициент текущей ликвидности должника в 2015 году составлял 0, в 2016 году составлял 0,79, на 01 января 2017 года - 0,75, на 31 января 2017 года - 0. При значении коэффициента меньше, чем 1 анализ коэффициента позволяет сделать вывод о том, что предприятие не в состоянии стабильно оплачивать свои текущие счета, существует высокий финансовый риск.

Показатель обеспеченности обязательств должника его активами характеризует величину активов должника, приходящихся на единицу долга, и определяется как отношение суммы ликвидных и скорректированных внеоборотных активов к обязательствам должника. Очевидно, значение данного показателя должно быть близко к 1,0 или выше, это свидетельствует о том, насколько собственные активы предприятия покрывают долговые обязательства. Динамика изменения показателя обеспеченности обязательств активами должника в 2015 году составляла 0, в 2016 году - 0,79, на 01 января 2017 года - 0,75, на 31 декабря 2017 года - 0. При значении коэффициента меньше, чем 1: анализ коэффициента позволяет сделать вывод о том, что у предприятия недостаточно активов, которые можно исправить на погашение всех имеющихся обязательств, баланс должника неликвиден.

Степень платежеспособности по текущим обязательствам определяет текущую платежеспособность организации, объемы ее краткосрочных заемных средств и период возможного погашения организацией текущей задолженности перед кредиторами за счет выручки. Степень платежеспособности определяется как отношении текущих обязательств должника к величине среднемесячной выручки. Следовательно, чем меньше этот показатель, тем выше способность должника погасить текущие обязательства за счет собственной выручки. Динамика изменения платежеспособности по текущим обязательства должника в 2015 году составляла 0, в 2016 году составляла 80,17, на 01 января 2017 года - 121,04, на 31 декабря 2017 года - 0.

Данные обстоятельства подтверждаются многочисленными судебными актами об оспаривании сделок должника, в том числе нашли отражение в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 08.10.2020 N Ф06-50935/2019 по делу N А57-7917/2018.

Однако, наличие осведомленности ФИО3 о неустойчивом финансовом положении должника на момент совершения  сделки судом апелляционной инстанции не установлено.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

 Проанализировав повторно материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии как фактической, так и юридической аффилированности ФИО3 по отношению к должнику. 

ФИО5 при первоначальном рассмотрении спора даны пояснения, что им лично, а не ООО «СНК-Трейдинг» оплачивались лизинговые платежи и неслись расходы по ремонту автомобиля находящегося на гарантийном обслуживании, однако таких доказательств в материалы дела не представлено.

Из материалов дела следует, что в рамках рассмотрения дела была проведена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости имущества: транспортного средства Мерседес Бенц МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> по состоянию на дату совершения сделки – 15.12.2015г. 

В соответствии с представленным заключением эксперта №0076-2020 от 06.02.2020 года рыночная стоимость спорного транспортного средства по состоянию на 15.12.2015, составляет 2840000 руб.

 С учетом доказательств оплаты в кассу должника денежных средств в размере 1 400 996 рублей, суд первой инстанции пришел к выводу, что цена совершенной сделки существенно ниже рыночной.

Суд апелляционной инстанции считает, что данное обстоятельство не имеет правового значения, поскольку договор от 15.12.2015 не подпадает под признаки, установленные ст. 61.2 п.1 и п.2 Закона о банкротстве, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). 

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Исходя из содержания указанной нормы права, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер. С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом со стороны контрагента, выразившемся в заключении спорной сделки.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Поскольку в действиях ФИО3 отсутствует злоупотребление правом, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для квалификации действий по заключению договора по статье 10 ГК РФ.

Исходя из разъяснений Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов является обязательным условием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 5 Постановления).

В свою очередь, для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

В данном случае для констатации факта нарушения прав кредиторов необходимо установить, что сделка была безвозмездной.

Данные обстоятельства не доказаны заявителем, ФИО3 была произведена оплата за автомобиль в общем размере 3 400 966 руб. в кассу должника и уполномоченному лицу должника.

Кроме того, при совершении обжалуемой сделки отсутствует совокупность условий для признания цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Оспариваемая сделка была совершена без цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. Также отсутствует обстоятельство, подтверждающее и то, что другой стороне сделки было известно о цели причинения вреда.

Таким образом, доказательства наличия всей совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве – отсутствуют, как и отсутствуют обстоятельства для признания сделки недействительной по общегражданским основаниям.

С учетом изложенных обстоятельств, конкурсный управляющий не доказал факт совершения сделки с целью причинения вреда кредиторам, а также наличие совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и по основанию предусмотренному ст. ст. 10, 168 ГК РФ, что не позволяет арбитражному суду апелляционной сделать вывод о наличии у договора купли-продажи транспортного средства, признаков подозрительной сделки, совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Следовательно, правовых оснований для удовлетворения заявленного требования у суда апелляционной инстанции не имееется.

При указанных обстоятельствах,  апелляционный суд отказывает конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНКТрейдинг» в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки должника – договора купли-продажи транспортного средства: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> от 15.12.2015 г., заключенного между Обществом с ограниченной ответственностью «Торгово – Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» и ФИО3 и применении последствий её недействительности.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Применительно к части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проигравшей стороной возмещаются судебные расходы.

Учитывая, что государственная пошлина за рассмотрение дела в суде первой и апелляционной инстанций не была оплачена, она подлежит взысканию с заявителя в  доход федерального бюджета.

 Руководствуясь статьями  268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 17 марта 2020 года по делу № А57-7917/2018 отменить. Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНК Трейдинг»  о признании недействительной сделкой должника – договор купли-продажи транспортного средства: Мерседес Бенц МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLUETEC 4MATIC VIN: 

<

***>, 2013 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> от 15.12.2015 г., заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНК-Трейдинг» и ФИО3 и применении последствий её недействительности, отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торгово–Холдинговая Компания «СНК Трейдинг» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                     О.В.  Грабко

 Судьи                                                     Л.А. Макарихина

 А.В. Смирников