АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 

115191, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17  

http://www.msk.arbitr.ru 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

МОТИВИРОВАННОЕ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А40- 4651/21-118-25

г. Москва

30 марта 2021 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи А.Г. Антиповой 

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению ООО ЧОП  «Феникс Групп» и ИП ФИО1  

к ООО «РЕСО-Лизинг» 

о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО ЧОП «Феникс Групп» неосновательного  обогащения по договору лизинга от 05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 в размере 25086,12  руб.,  

о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ИП ФИО1  неосновательного обогащения по договору лизинга от 05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 в  размере 25086,11 руб., (с учетом принятого ходатайства об уменьшении исковых требований  в порядке ст.49 АПК РФ),  

УСТАНОВИЛ:

ООО ЧОП «Феникс Групп» и ИП ФИО1 обратились с  иском о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО ЧОП «Феникс Групп»  неосновательного обогащения по договору лизинга от 05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 в  размере 70411,90 руб., о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ИП ФИО1 неосновательного обогащения по договору лизинга от  05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 в размере 70411,90 руб.  

Определением от 05.02.2021 г. исковое заявление принято к рассмотрению в порядке  упрощенного производства. Лица, участвующие в деле, извещены о принятии заявления к  производству в порядке упрощенного производства надлежащим образом в порядке ст. 123  АПК РФ.  

01.03.2021 истцами представлено ходатайство об уменьшении исковых требований, а  именно о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО ЧОП «Феникс Групп»  неосновательного обогащения по договору лизинга от 05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 в  размере 25086,12 руб., о взыскании с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ИП ФИО1 неосновательного обогащения по договору лизинга от  05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 в размере 25086,11 руб.  

Указанное ходатайство удовлетворено судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ. 

Ответчик исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.  

Рассмотрев материалы дела, суд установил, что предъявленные требования подлежат  удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, между 05.08.2016 между ООО «РЕСО-Лизинг»  (лизингодатель) и ООО ЧОП «Феникс Групп» (лизингополучатель) заключен договор  финансовой аренды (лизинга) № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016, согласно которому лизингодатель  передал лизингополучателю во временное владение и пользование предмет лизинга, а  лизингополучатель обязался оплачивать лизинговые платежи.  

В связи с нарушением лизингополучателем обязанностей по оплате лизинговых  платежей, договор лизинга от 05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 расторгнут.  

Предмет лизинга изъят лизингополучателем согласно акту изъятия предмета в связи с  неоплатой оставшейся части лизинговых платежей.  

11.11.2020 между ООО ЧОП «Феникс Групп» и ИП ФИО1 заключен договор уступки права требования (цессии) № Феникс-РЕСО-20,  по которому ИП ФИО1 перешло 50% права требования  неосновательного обогащения по договору лизинга от 05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016.  

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных  вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по  причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не  должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее  имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении  лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).  

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления  сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить  завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.  

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной  лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению  лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от  лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных  лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или  договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость  соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его  расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность  одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.  

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением  авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга  меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю  финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата  финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом  или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую  разницу.  

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением  авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают  доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования,  платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого  финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или  договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.  

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю,  определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа  лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче  лизингополучателю и т.п.  

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость  возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к  лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при  возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от  продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок,  предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании  отчета оценщика.  

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в  процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не  определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе  

разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением  авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:  

П-А-ФПФ= ×365×100Ф×С

/ДНгде: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых); П - общий размер платежей по договору лизинга; А - сумма аванса по договору лизинга; Ф - размер финансирования; С/дн - срок договора лизинга в днях. 

Из представленного истцами расчета сальдо встречных обязательств по договору  

лизинга следует, что общий размер платежей составляет 1263436 руб. 00 коп. Авансовый платеж по договору лизинга составляет 202892 руб. 

Стоимость предмета лизинга по договору купли-продажи составляет 676307 руб.  Срок договора лизинга составляет 1852 дня.  

Плата за финансирование составляет 24,44% годовых. Размер финансирования составляет 473415 руб. 

Плата за финансирование за весь срок действия договора лизинга составляет 185459  

руб. 21 коп. Фактический срок финансирования составляет 585 дней. 

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором  

санкции, составляют 2908 руб. 99 коп. 

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи составляют 802607 руб.  

00 коп. Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 500000 руб. 

Таким образом, из представленного истцами расчета следует, что финансовый  

результат сделки, с учетом стоимости возвращенного/реализованного предмета лизинга,  

составляет 140823 руб. 80 коп. и является неосновательным обогащением ООО «РЕСО- 

Лизинг». 

Возражая против представленного расчета сальдо встречных представлений, ответчик  

ссылается на то, что истцами неверно определен общий размер платежей, размер  

предоставленного финансирования, стоимость возвращенного предмета лизинга, срок  

пользования предоставленным финансированием, а также не учтены убытки лизингодателя.  В силу п. 1.6.2 условий страхования, в случае нарушения лизингополучателем срока  

оплаты страховой премии полностью или частично, лизинговый платеж лизингополучателя  

за следующий расчет период увеличивается на сумму страховой премии, уплаченной  

лизингодателем, увеличенную на ставку НДС 18%. Увеличение лизингового платежа  

производится в одностороннем порядке и не требует подписания нового графика платежей и  

не требует акцепта со стороны лизингополучателя. 

В связи с неоплатой лизингополучателем страховых премий в срок предусмотренный  

п. 1.6.1 условий страхования, общий размер лизинговых платежей увеличен на сумму 62  

581,76 руб. 

Таким образом, общей размер лизинговых платежей составляет 1 324 696,62 руб.  

Согласно п.3.4 постановления Пленума ВАС РФ № 17, размер финансирования,  

предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена  

предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с  

расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. 

Поскольку расходы по страхованию предмета лизинга ответчиком понесены в связи с  

заключением договора лизинга и передачей истцу предмета лизинга, указанные расходы  

подлежат учету в качестве размера финансирования. 

Таким образом размер финансирования составляет 597 257,38 руб. (676 300  

(закупочная стоимость) - 202 892 (аванс) + 123 842,38 (затраты на страхование с НДС). 

П. 3.3 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 установлено, что плата за  финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.  

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в  денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, возвратом  финансирования является дата фактического возврата указанного финансирования в  денежной форме, т.е. дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации  изъятого имущества.  

Таким образом, фактический срок финансирования рассчитывается с даты  заключения договора лизинга до даты реализации предмета лизинга.  

В соответствии с п. 4 постановления Пленума ВАС РФ N 17 от 14.03.2014 г.  стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент  перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга  (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю)  исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный  срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением  лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.  

Предмет лизинга изъят лизингодателем 01.02.2018 и реализован на основании  договора № 1560ЕК-ЧФГ/02/2018 от 28.02.2018 за 500000 руб.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении от 06.09.2016 г.  Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-229339/15, поскольку  финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме,  путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может  считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме.  Дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.  

Аналогичные выводы содержатся в постановлении Арбитражного суда Московского  округа по делу № А40-174271/2015 от 04.08.2016 г., постановлении Арбитражного суда  Московского округа по делу № А40-63215/2015 от 17.06.2016 г., постановлении  Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-112144/2015 от 03.06.2016 г.,  постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-118431/2015 от  24.05.2016 г., определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС15-12353 от 16 10.2015 года.  

Таким образом, расчет финансирования лизингополучателя лизингодателем  осуществляется только по дату фактического возврата указанного финансирования в  денежной форме, т.е. возврат финансирования определяется датой продажи возвращенного  предмета лизинга.  

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского  кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», риски  изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону,  неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное  прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или  одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.  

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением  лизингополучателем своих обязательств, он не может извлекать выгоду при определении  сальдо.  

Истцами не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие о  том, что при продаже предмета лизинга по цене, указанной в договоре купли-продажи, ООО  «РЕСО-Лизинг» действовало недобросовестно или неразумно, что привело к продаже  предмета лизинга по заниженной цене.  

При отсутствии доказательств неразумного поведения лизингодателя стоимость  реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет  приоритетное значение перед стоимостью предмета лизинга, отраженного в заключении, как  отражающий реальную денежную сумму, уплаченную за данное транспортное средство.  

Приоритетное значение стоимости предметов лизинга имеет договор купли-продажи,  а не мнения специалиста, который указывает лишь на возможность реализации объекта по  указанной в заключении цене, но не гарантирует этого, подтверждается правовой позицией,  изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-7931 от  28.06.2016 г., постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2017 по делу  А40-15132/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.01.2017 г. по  делу № А40-15785/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от  23.11.2016 по делу А40-7463/2016, Определении Верховного Суда РФ от 23.06.2017 № 308- ЭС17-5788(3), в силу которых сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя  следует определять с учетом времени, прошедшего со дня возврата объектов лизинга до даты  их реализации, а стоимость возвращенных предметов лизинга определяется в соответствии с  ценой, по которой они проданы после расторжения договора.  

Кроме того, истцами при расчете сальдо встречных обязательств не учтены все  убытки лизингодателя.  

В соответствии с п. 3.1. постановления Пленума ВАС РФ, расторжение договора  выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не  должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату  финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и  возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных  предусмотренных законом или договором санкций.  

Под убытками в силу ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право  нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права,  утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы,  которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его  право не было нарушено (упущенная выгода).  

В силу п.3.6. указанного постановления, убытки лизингодателя определяются по  общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. К реальному ущербу  лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение,  ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного  лизингодателем на приобретение предмета лизинга.  

Лизингополучатель ненадлежащим образом исполнял обязательства по оплате  лизинговых платежей, чем нарушил условия договора лизинга, п. 5 ст. 15 Федерального  закона РФ «О финансовой аренде (лизинге)» от 29.10.1998 № 164-ФЗ, ст. 309 ГК РФ.  

В соответствии с п. 7.2 приложения № 4 к договору лизинга за просрочку оплаты  лизинговых платежей лизингополучателю начислены пени в общем размере 6174 руб. 38  коп. за период с 04.02.2017 по 21.12.2017.  

Кроме того, изъятый предмет лизинга поставлен лизингодателем на стоянку в  соответствии с договором ответственного хранения. Общая стоимость хранения определена  в размере 3 116 руб.  

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, ответчиком представлен контррасчет  сальдо встречных обязательств по договору лизинга, из которого следует, что цена  приобретения имущества составляет 676307 руб.  

Сумма аванса по договору лизинга составляет 202892 руб. Затраты на страхование составляют 123842,38 руб. Сумма финансирования составляет 597257,38 руб. Общая сумма договора лизинга составляет 1324696,62 руб. Плата за финансирование составляет 17,30% годовых. 

Срок договора лизинга составляет 1853 дня (с 05.08.2016 по 31.08.2021).  Срок финансирования составляет 586 дней (с 05.08.2016 по 13.03.2018).  

Плата за финансирование за период пользования финансированием составляет  165887,01 руб.  

Сумма пени составляет 6174,38 руб. 

Расходы на хранение составляют 3116 руб. Платежи по договору лизинга составили 525499 руб. Цена реализованного имущества составила 500000 руб. 

Разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от  лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет  50172 руб. 23 коп. и является неосновательным обогащением ООО «РЕСО-Лизинг».  

Истцы не возражали против представленного ответчиком расчёта, в связи с чем,  заявили ходатайство об уменьшении размера исковых требований до указанной ответчиком  суммы неосновательного обогащения.  

Ответчик возражал относительно права ИП ФИО1 на предъявление исковых  требований по договору лизинга от 05.08.2016 № 1560ЕК-ЧФГ/01/2016 в связи с тем, что  договор цессии № Феникс-РЕСО-20,от 11.11.2020 является недействительной сделкой,  совершенной без согласия ООО «РЕСО-Лизинг».  

В силу ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании  обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка  требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к  другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено  законом или договором.  

П.3.4 условий договоров лизинга установлено, что без письменного согласия  лизингодателя не допускается заключение лизингополучателем с третьими лицами  соглашений о переводке долга и уступки не подтвержденных вступившим в законную силу  судебным актом прав требования к лизингодателю.  

ООО «РЕСО-Лизинг» не давало свое согласие на совершение уступки, а также истцом  не предоставлен в материалы дела вступивший в законную силу судебный акт о взыскании  неосновательного обогащения с лизингодателя в пользу лизингополучателя, договор цессии  является недействительной сделкой как совершенной без согласия лизингодателя в  нарушении условий договора лизинга.  

Данные возражения ответчика не обоснованы по следующим основаниям. 

Согласно правовой позиции ВАС РФ, изложенной в постановлении Президиума ВАС  РФ от 16.05.2006 по делу № А32-3604/2005-50/60, если договор уступки требования  заключен после прекращения действия договора поставки, то предусмотренное договором  поставки условие о запрете цессии без согласия другой стороны прекратило свое действие, в  связи с чем вывод о недействительности договора уступки требования по причине  отсутствия согласия должника на уступку права поставщика противоречит п. 2 ст. 382 ГК  РФ.  

На момент заключения договора цессии отношения между лизингодателем и  лизингополучателем в рамках договора лизинга прекращены в связи с расторжением ООО  «РЕСО-Лизинг» договора лизинга в одностороннем порядке.  

В соответствии с п. 3 ст. 388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об  ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы  такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого  возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед  должником за данное нарушение соглашения.  

По смыслу данной правовой нормы, уступка прав (требований) допускается во всяком  случае, если денежное обязательство сторон, права из которого уступаются, связано с  осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности. В настоящем случае  уступаемое право требования по денежным обязательствам лизинговой компании связано с  осуществлением сторонами по договору лизинга предпринимательской деятельности, что в  силу закона свидетельствует о возможности переуступки прав по договору лизинга, из  которого возникло обязательство, без каких-либо исключений.  

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского  

кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки"  разъяснено, что уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия  договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу,  действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом  цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3  статьи 388 ПС РФ). Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки  названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику,  такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

Таким образом, согласно указанным разъяснениям, лишь в случае, если цедент и  цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с  намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана  недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ), доказательств чему, ответчиком не  предоставлено.  

Предметом уступки является требование по денежному обязательству, связанному с  предпринимательской деятельностью (из договора лизинга). Несмотря на то, что стороны  предусмотрели в договоре ограничение уступки требования, вытекающего из этого  обязательства, необходимостью согласия на то другой стороны договора, нарушение такого  ограничения влечет только последствие в виде возможной ответственности кредитора перед  должником, но оно не лишает силу саму уступку такого требования.  

При этом, ответчиком не представлено правовых обоснований, в связи с чем,  личность кредитора при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга имеет  для него существенное значение (п.2 ст.388 ГК РФ), учитывая что фактически договорные  обязательства прекратились расторжением, а ООО ЧОП «Феникс Групп» заявляет исковые  требования, которые фактически не связаны с неисполнением ООО «РЕСО-лизинг» своих  договорных обязательств как лизингодателя по договору лизинга.  

При таких обстоятельствах, основания для признания договора цессии  недействительным отсутствуют.  

Учитывая, что требования истцов обоснованы, документально подтверждены,  исковые требования подлежат удовлетворению.  

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами,  участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным  судом со стороны.  

На основании ст.ст. 309, 310, 614, 625, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123,  156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд  

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ООО ЧОП «Феникс Групп» 25086 руб. 12  коп. неосновательного обогащения и государственную пошлину в размере 2007 руб.  

Взыскать с ООО «РЕСО-Лизинг» в пользу ИП ФИО1 25086 руб. 11 коп. неосновательного обогащения.  

Возвратить ООО ЧОП «Феникс Групп» из федерального бюджета государственную  пошлину в размере 3218 руб., перечисленную по платежному поручению № 14 от  04.02.2021г., с учетом разъяснений, изложенных в письме Министерства Российской  Федерации по налогам и сборам от 15.11.2004г. № 04-4-09/1234.  

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 229 АПК  РФ.  

Судья А.Г. Антипова 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного департамента 

Дата 18.11.2020 8:43:17

Кому выдана Антипова Антонина Геннадиевна