АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: i№fo@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4877/2021

Дело № А55-31876/2018

г. Казань

25 октября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 октября 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Моисеева В.А.,

судей Ивановой А.Г., Самсонова В.А.,

при участии:

ФИО1 – лично, паспорт,

конкурсного управляющего ФИО2 – лично, паспорт,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 04.04.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022

по делу № А55-31876/2018

по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Смышляевка», г. Самара, ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 01.11.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Смышляевка» (далее – ООО «Аэропорт Смышляевка», должник).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 10.10.2019 ООО «Аэропорт Смышляевка» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением, в соответствии с котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аэропорт «Смышляевка» ФИО1 и ФИО3, а также взыскать солидарно с ФИО1, ФИО3, в пользу ООО «Аэропорт Смышляевка» 13 075 116,69 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.04.2022 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 – удовлетворено.

Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 в части установления размера субсидиарной ответственности указанного лица приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 определение суда первой инстанции в обжалованной ФИО1 части оставлено без изменения.

В кассационной жалобе (с учетом уточнений) ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судебными инстанциями норм права и несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции, постановление апелляционного суда, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды сделали ошибочные выводы о том, что договоры аренды транспортных средств, договор куплипродажи снегоочистителя стали причиной банкротства должника.

Заявитель также считает, что судебные акты о взыскании денежных средств с должника, на которые сослались суды двух инстанций, также не могли являться основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий ФИО2 возражает против ее удовлетворения, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Проверив материалы дела в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), обсудив доводы, приведенные в кассационной жалобе, отзыве на нее, заслушав в судебном заседании ФИО1 и конкурсного управляющего ФИО2, судебная коллегия приходит к следующему.

В своем заявлении конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1 по основаниям, предусмотренным пунктом 1 , подпунктами 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пунктом 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Разрешая спор, суд установил, что ФИО1 занимал должность директора должника до 03.10.2021, то есть до даты признания должника банкротом и открытия конкурсного производства.

Суд признал обоснованными доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО1 совершил сделки, повлекшие причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Так, суд указал на вступившее в законную силу постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2021 по делу № А55-31876/2018, которым удовлетворено заявление конкурсного управляющего должником об оспаривании сделок должника и признаны недействительными следующие договоры:

- договор № 72 аренды транспортного средства у физического лица без экипажа от 26.12.2016, заключенный ООО «Аэропорт Смышляевка» с ФИО1 и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ООО «Аэропорт Смышляевка» выплаченных по договору № 72 от 26.12.2016 денежных средств в размере 554 237,88 руб.;

- договор № 202 аренды транспортного средства у физического лица без экипажа от 03.09.2012, заключенный ООО «Аэропорт Смышляевка» в лице генерального директора ФИО1 с ФИО3 и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 выплаченных по договору денежных средств в размере 948 597,79 руб. 

В рамках данного обособленного спора апелляционным судом было установлено, что экономической выгоды от заключения договоров аренды должник не получил, поскольку все содержание автомобилей осуществлялось за счет должника. При этом доказательств экономической целесообразности и (или) производственной необходимости аренды должником транспортных средств именно такого класса, сторонами, не представлено; арендная плата по договорам аренды транспортных средств была существенно завышена по сравнению с арендной платой по другим аналогичным договорам; доказательств использования арендованных транспортных средств в хозяйственной деятельности ООО «Аэропорт Смышляевка» с учетом видов его экономической деятельности не представлено.

При этом, как установил апелляционный суд в указанном обособленном споре, на момент заключения спорных договоров у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

С учетом изложенного судом был сделан вывод о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд также согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что в результате противоправных действий (бездействия) ФИО1 не была обеспечена сохранность имущества должника; 

произошла утрата переданного должнику по договору хранения с ООО «Авиапредприятие «Газпром авиа» авиакеросина в количестве 31 194 кг, что в последующем привело к взысканию с должника убытков в размере 1 771 245 руб. и возмещение судебных расходов в сумме 30 712 руб. судебным решением от 29.01.2019 по делу № А55-32518/2018, задолженность не погашена, включена в реестр требований кредиторов;

вступившим в законную силу решением арбитражного суда по делу от 07.10.2016 № А55-11921/2016 с должника произведено взыскание денежных средств в размере 2 210 752,05 руб. в виде неосновательного обогащения за продолжающееся незаконное использование государственного имущества без договора, задолженность не погашена, соответствующее требование уполномоченного органа включено в реестр требований кредиторов;

вступившим в законную силу определением суда от 10.09.2021 по настоящему делу удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Аэропорт Смышляевка», признан недействительным договор куплипродажи снегоочистителя от 26.12.2016 № 11, заключенный ООО «Аэропорт Смышляевка» в лице ФИО1 с Великом Ю.Г., применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника снегоочистителя шнекороторного ДЭ-226, 1989 года выпуска, шасси Урал-4320 № 116294, двигатель шасси КАМАЗ740 № 377122, двигатель привода рабочего органа 1Д12БМ № 90864;

на дату возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должником не была оплачена задолженность ООО «Аэропорт Смышляевка» перед АО «Самарагорэнергосбыт» в размере 2 171 680 руб., подтвержденная вступившими в законную силу решениями арбитражного суда о взыскании задолженности за периоды, начиная с февраля 2017 г., что явилось основанием для возбуждения дела о банкротстве по заявлению АО «Самарагорэнергосбыт»;

вступившими в законную силу решениями арбитражного суда подтверждено требование муниципального предприятия городского округа Самара «Инженерная служба» к должнику по денежным обязательствам в размере 1 134 944,16 руб. основного долга, 29 291,48 руб. – расходов по уплате государственной пошлины, на дату возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) задолженность оплачена не была, включена в реестр требований кредиторов.

Судом также установлено, что текущая задолженность ООО «Аэропорт Смышляевка» по заработной плате перед бывшими работниками предприятия составляет 376 774,84 руб., общая сумма требований кредиторов, задолженность перед которыми установлена судебными актами, составляет 12 698 341,85 руб.

Сославшись на данные обстоятельства, суд первой инстанции сделал вывод о том, что в результате действий директора общества - ФИО1 должник оказался неспособным погасить задолженность ввиду недостатка денежных средств, что вызвало невозможность расчетов с кредиторами, и привело к фактическому банкротству должника.

Суд указал, что в материалах дела имеется достаточно доказательств того, что заключенные руководителем сделки, признанные впоследствии недействительными, в том числе, явились объективной причиной банкротства должника, поскольку являлись для него убыточными, причинно-следственную связь между противоправными действиями ФИО1 и фактически наступившим объективным банкротством ООО «Аэропорт Смышляевка» суд счел доказанной конкурсным управляющим.

Доводы ФИО1 о том, что в результате признания сделок недействительными применены последствия недействительности сделок и тем самым будет пополняться конкурсная масса, а также непригодности транспортного средства, являющегося предметом договора купли-продажи, заключенного с ФИО4, судом отклонены с указанием на то, что поскольку при рассмотрении вопроса о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности суд оценивает в совокупности все обстоятельства, которые предшествовали возбуждению дела о несостоятельности (банкротства) должника и соответственно действия (бездействие) руководителя, которые способствовали созданию обстоятельств, послуживших основанием для признания должника несостоятельным, тем более, что полученные по сделкам денежные средства не возвращены в конкурсную массу.

При этом суд не нашел оснований для привлечения к ответственности ФИО1 за не передачу конкурсным управляющим активов и документации должника по требованию конкурсного управляющего.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в данной части, суд сослался на вступившее в законную силу определение суда от 13.01.2022 по настоящему делу, которым было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о передаче имущества и исходил из того, что довод конкурсного управляющего о возможном привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за не передачу имущества не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения указанного заявления.

Суд, кроме того, отказал конкурсному управляющему в удовлетворении его заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за не обращение ФИО1 в арбитражный суд с заявлением должника, которое, по мнению конкурсного управляющего, должно быть подано не позднее 19.11.2017.

Отказывая в удовлетворении заявления в данной части суд исходил из того, что у ФИО1 такая обязанность в указанную дату не возникла, что подтверждается определением Арбитражного суда Самарской области от 24.09.2018, которым было отказано в удовлетворении заявления АО «Самараэнерго» во введении наблюдения в отношении должника в связи с погашением им существующей задолженности и отсутствием претензий со стороны других кредиторов, в результате чего было прекращено производство по делу № А55-15855/2018 о несостоятельности ООО «Аэропорт Смышляевка».

Суд, кроме того, отказал конкурсному управляющему в его требовании о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, указав, что сумма платежей по договорам аренды транспортного средства у физического лица без экипажа № 202 от 03.09.2012 и № 72 от 26.12.2016, даже с учетом длительности периода их действия, не могли являться необходимой причиной банкротства должника, то есть той причиной, без которой объективное банкротство не наступило бы. Заключение данных сделок, признанных впоследствии недействительными, как отметил суд, не могло оказать существенного влияния на финансовое положение должника; причинноследственная связь между заключением данных договоров аренды транспортных средств и фактически наступившим объективным банкротством должника отсутствовала в силу несопоставимого меньшего масштаба этих сделок по сравнению с размером неудовлетворённых требований кредиторов, доказательств обратного ни в деле, ни в заявлении конкурсного управляющего не имеется.

Установив данные обстоятельства, суд, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 61.11, подпунктами 1, 2 пункта 2 статьи 61.11, пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), удовлетворил заявление конкурсного управляющего в указанной части.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренными пунктом 1, подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом апелляционный суд указал на то, что из материалов дела усматривается, что ответчик не передал конкурсному управляющему товарно-материальные ценности на сумму более 500 тыс. руб., что также является дополнительным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Судебная коллегия кассационной инстанции считает, что суды не приняли во внимание следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума № 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ, его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020) судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

В данном случае суды вопреки приведенным разъяснениям и правовой позиции не исследовали причин, по которым наступило банкротство должника.

Ограничившись констатацией неисполненных обязательств должника на дату возбуждения дела о банкротстве, судебные инстанции не указали на то, какие именно действия (бездействие) его бывшего руководителя ФИО1 привели к возникновению этих обязательств и обусловили невозможность их исполнения, явились ли они причиной объективного банкротства.

Поскольку деятельность юридического лица характеризуется совершением многочисленных сделок и иных операций, поэтому, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя, инициированная контролирующим лицом, сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суд должен исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства (абзац третий пункта 16 постановления Пленума № 53).

Судами надлежащим образом не исследованы обстоятельства, касающиеся возникновения обязательств у должника перед АО «Самарагорэнергосбыт» в размере 2 171 680 руб., муниципальным предприятием городского округа Самара «Инженерная служба» в размере 1 134 944,16 руб., по заработной плате перед бывшими работниками предприятия в размере 376 774,84 руб., ООО «Авиапредприятие «Газпром авиа» в размере 1 771 245 руб., возникновения на стороне должника неосновательного обогащения в размере 2 210 752,05 руб., существенности влияния действий ФИО1, а также наличие причинно-следственной связи между такими действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством должника (абзац 1 пункта 16 постановлении Пленума № 53), то есть, не установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора.

В обжалуемом определении суда первой инстанции содержатся противоречащие друг другу суждения, касающиеся влияния сделок по аренде транспортных средств должником с ФИО1 и ФИО3 на последующее банкротство ООО «Аэропорт Смышляевка».

Так, отказывая в привлечении к ответственности ФИО3 как выгодоприобретателя по сделке, суд указал на то, что исполнение договоров аренды транспортного средства у физического лица без экипажа № 202 от 03.09.2012 и № 72 от 26.12.2016 не привело к банкротству должника, поскольку заключение данных сделок с учетом размера платежей по ним не могло оказать существенного влияния на финансовое положение должника и, соответственно,  не могло являться той причиной, без которой объективное банкротство не наступило бы.

При этом на совершение этих же сделок ФИО1 судами указано как на одну из причин банкротства должника.

Вывод апелляционного суда о том, что не передача ФИО1 конкурсному управляющему товарно-материальных ценностей на сумму более 500 тыс. руб. является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, не основан на установленных обстоятельствах дела, поскольку в рамках рассмотрения данного спора судами не устанавливались факт наличия у должника соответствующего имущества и обстоятельства его выбытия, в том числе, в результате противоправных действий ФИО1

В этой связи указанный вывод апелляционного суда о том, что банкротство ООО «Аэропорт Смышляевка» наступило в результате неправомерного отчуждения ФИО1 имущества должника является преждевременным.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 20 постановления Пленума № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующим лицом от имени должника действия (бездействие) необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника его действия (бездействие) не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций не установлены все фактические обстоятельства, необходимые для правильного рассмотрения спора, обжалуемые судебные акты следует отменить, обособленный спор – направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 04.04.2022 в обжалуемой части и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 по делу № А55-31876/2018 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяВ.А. Моисеев

СудьиА.Г. Иванова

В.А. Самсонов