АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-16230/2015

26 мая 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19.05.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 26.05.2022.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Чиха А.Н.

 

при участии представителей

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 14.11.2019,

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью 

«Волго-Вятская строительная компания» ФИО3: 

ФИО4 по доверенности от 10.01.2022,

от общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Добрострой»: ФИО5 по доверенности от 01.08.2021

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.11.2021  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2022

по делу № А43-16230/2015

 

по заявлению ФИО1

о включении требования о передаче квартиры

в реестр требований о передаче жилых помещений 

общества с ограниченной ответственностью

«Волго-Вятская строительная компания»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

 

заинтересованное лицо – общество с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Добрострой»,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Волго-Вятская строительная компания» (далее – ООО «ВВСК», Компания; должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратилась ФИО1 с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований о передаче жилых помещений должника требования о передаче квартиры под условным номером 111 общей площадью с учетом балкона 62,45 квадратного метра, расположенной в осях У-Р/3, 34-38 на восьмом этаже 12-этажной секции многоквартирного жилого дома с помещениями общественного назначения и подземной автостоянкой на пересечении улиц Тверская – Славянская, 35 в Нижегородском районе города Нижнего Новгорода, оплаченной в полном объеме в сумме 1 614 865 рублей.

Суд первой инстанции определением от 19.11.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2022, отказал в удовлетворении заявленного требования, признав договор долевого участия в строительстве незаключенным ввиду отсутствия его государственной регистрации и неопределения подлежащего передаче конкретного объекта долевого строительства, а также в связи с пропуском ФИО1 срока исковой давности и срока для включения ее требования в реестр требований о передаче жилых помещений, установленного пунктом 4 статьи 201.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 19.11.2021 и постановление от 27.01.2022 и принять новый судебный акт о включении требования о передаче квартиры в реестр требований о передаче жилых помещений Компании или направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на своевременную оплату квартиры в полном объеме и на незамедлительное обращение к конкурсному управляющему должника с заявлением о включении требования об ее передаче в реестр требований о передачи квартиры после получения информации о банкротстве застройщика из средств массовой информации. Данное заявление получено конкурсным управляющим до окончательного формирования реестра участников строительства для передачи его новому застройщику – обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Добрострой» (далее – ООО «СЗ «Добрострой», Общество). Следовательно, ФИО1 является добросовестным участником гражданского оборота. При этом суды не учли нормы пункта 5 статьи 201.6 Закона о банкротстве, согласно которым в случае предъявления требования о передаче жилого помещения установлению также подлежат требования в размере уплаченных участником строительства денежных средств и убытков в порядке, установленном в пункте 2 статьи 201.5 Закона.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, предмет договора долевого участия в строительстве согласован; нумерация квартир изменилась в связи с внесением соответствующих уточнений в проектную документацию, что не повлекло модификации подлежащего передаче ФИО1 объекта долевого строительства. На юридическую силу договора долевого участия также не влияет наличие у застройщика разрешения на строительство и утвержденной государственными органами проектной документации. Не препятствует включению требования дольщика в реестр требований участников строительства и отсутствие государственной регистрации такого договора. Кроме того, передача прав и обязанностей по договору участия в долевом строительстве новому застройщику не влияет на возможность удовлетворения требований заявителя. ООО                   «СЗ «Добрострой», как профессиональный участник гражданского  оборота,  должно  было 

 

проверить наличие дополнительных требований участников долевого строительства, однако конкурсный управляющий Компании и новый застройщик умышленно не извещали ФИО1 о необходимости подачи заявления о включении требования о передаче квартиры в реестр требований участников строительства. Конкурсный управляющий должника при наличии у него списка участников долевого строительства не исполнил обязанность по уведомлению ФИО1 об открытии конкурсного производства и о возможности предъявления участниками строительства требований о передаче жилых помещений. При таких условиях ФИО1 не считает срок для включения ее требования в реестр пропущенным; в то же время суды необоснованно отказали в удовлетворении ее ходатайства о восстановлении срока.

По мнению заявителя жалобы, положения об общих сроках исковой давности неприменимы к спорным правоотношениям. Вместе с тем действующее законодательство не связывает начало течения срока исковой давности с введением в отношении застройщика процедуры наблюдения; о возбуждении дела о банкротстве ООО «ВВСК» ФИО1 стало известно лишь осенью 2019 года из средств массовой информации. В любом случае с учетом того, что обязанность по передаче дольщику квартиры возникает у застройщика после ввода дома в эксплуатацию, срок исковой давности начинает течь не ранее получения застройщиком соответствующего разрешения. 

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны ее представителем в судебном заседании.

Определением от 18.04.2022 Арбитражный суд Волго-Вятского округа откладывал рассмотрение кассационной жалобы по правилам части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до 19.05.2022.

Определением от 19.05.2022 суд округа на основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации осуществил замену в составе суда судьи Ногтевой В.А., находящейся в очередном отпуске, на судью Чиха А.Н. Рассмотрение кассационной жалобы начато с самого начала.

Конкурсный управляющий Компании ФИО3 и ООО «СЗ «Добрострой» в письменных отзывах на кассационную жалобу и их представители в ходе судебного заседания отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебные заседания, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 19.11.2021 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2022 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, и заслушав представителей ФИО1, конкурсного управляющего Компании и Общества, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

 

Как следует из материалов дела, ООО «ВВСК» (застройщик) и ФИО1 (участник долевого строительства, дольщик) подписали договор долевого участия в строительстве от 28.03.2005 № СТЖ/24, по условиям которого застройщик обязался построить и ввести в эксплуатацию жилой дом с помещениями общественного назначения и подземной автостоянкой на пересечении улиц Тверская – Славянская – Решетниковская в Нижегородском районе города Нижнего Новгорода (строительный адрес) и передать дольщику объект долевого строительства – жилое помещение (квартиру) № 24 общей площадью по проекту с учетом балкона 60,2 квадратного метра, расположенный на восьмом этаже 12-этажной секции жилого дома, а участник долевого строительства – уплатить долевой взнос в размере 1 614 865 рублей.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 07.07.2015 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВВСК»; определением от 12.08.2016 ввел в отношении ООО «ВВСК» процедуру наблюдения и утвердил временным управляющим должника ФИО3; определением от 06.10.2016 применил в отношении Компании правила параграфа 7 главы IX «Банкротство застройщика» Закона о банкротстве; решением от 23.06.2017 признал ООО «ВВСК» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство и утвердил ФИО3 конкурсным управляющим должника. Определением арбитражного суда от 07.11.2019 права и обязанности застройщика переданы ООО «СЗ «Добрострой».

В связи с введением в отношении застройщика процедуры банкротства ФИО1 02.10.2019 обратилась к конкурсному управляющему ФИО3 с заявлением о включении требования о передаче квартиры в реестр требований о передаче жилых помещений.

Отказ конкурсного управляющего в удовлетворении требования ФИО1 послужил основанием для обращения последней в суд с настоящим заявлением.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее Закон № 214-ФЗ) по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

В части 4 статьи 4 Закона № 214-ФЗ установлен перечень условий, которые должны содержаться в договоре участия в долевом строительстве. Так, в пункте 1 названной нормы установлено, что договор должен содержать определение подлежащего передаче конкретного объекта долевого строительства в соответствии с проектной документацией застройщиком после получения им разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

По правилам части 5 статьи 4 Закона № 214-ФЗ при отсутствии в договоре участия в долевом строительстве условий, предусмотренных частью 4 данной статьи, такой договор считается незаключенным.

В силу пункта 1 статьи 164 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки с землей и другим недвижимым имуществом подлежат государственной регистрации в случаях и в порядке, предусмотренных статьей 131 данного кодекса и законом о регистрации прав на недвижимое имущество.

На основании пункта 3 статьи 4 Закона от № 214-ФЗ договор участия в долевом строительстве заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации. Несоблюдение требований о государственной регистрации влечет недействительность сделки (пункт 1 статьи 165 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, договор участия в долевом строительстве от 28.03.2005 № СТЖ/24 подлежал государственной регистрации.

Суды первой и апелляционной инстанции установили, что на момент подписания договора долевого участия в строительстве от 28.03.2005 № СТЖ/24 у ООО «ВВСК» отсутствовала проектно-сметная документация по строительству жилого дома, разработанная в соответствии с требованиями статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации; положительное заключение экспертизы на строительство дома получено 25.12.2006, разрешение на строительство – 26.10.2007.

Суды приняли во внимание, что по условиям договора ФИО1 подлежала передаче квартира № 24, при обращении к конкурсному управляющему и в арбитражный суд ФИО1 заявила о включении в реестр требований о передаче жилых помещений требования о передаче квартиры № 45, впоследствии уточнила поданное в суд заявление в части требования о передаче квартиры № 111. Вместе с тем в соответствии с условиями пункта 7.3 договора долевого участия в строительстве любые изменения или дополнения к нему оформляются в письменном виде и вступают в силу с момента их подписания сторонами, однако Компания и ФИО1 каких-либо соглашений об изменении наименования объекта долевого строительства не заключали.

Судебные инстанции резюмировали, что на момент подписания договора долевого участия в строительстве при отсутствии проектной документации, прошедшей государственную экспертизу с положительным заключением, не представлялось возможным определить подлежащую передаче ФИО1 конкретную квартиру, которая в силу прямого указания, содержащегося в части 2 статьи 2 Закона № 214-ФЗ, является объектом долевого строительства, то есть предметом договора долевого участия.

В связи с несогласованием сторонами при заключении договора участия в долевом строительстве от 28.03.2005 № СТЖ/24 его предмета и, как следствие, отсутствия существенного условия договора, предусмотренного пунктом 1 части 4 статьи 4 Закона № 214-ФЗ, а также приняв во внимание тот факт, что договор долевого участия не прошел в установленном законом порядке государственную регистрацию, суды правомерно признали данный договор незаключенным и не порождающим прав и обязанностей для его сторон (статья 425 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При этом, как установили суды двух инстанций, именно ФИО1 уклонялась от государственной регистрации договора участия в долевом строительстве. Компания неоднократно предлагала ФИО1 внести изменения в наименование объекта долевого строительства и провести государственную регистрацию договора. В частности это следует из письма должника от 08.05.2007 № 525, представленного заявителем. В связи с этим суды сочли бездействие ФИО1 не отвечающим признакам разумного и добросовестного поведения, из которого она в силу пункта 4 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не вправе извлекать выгоду из своего недобросовестного поведения. 

Суды установили, что требование ФИО1 о включении ее требования в реестр требований о передаче жилых помещений заявлено с пропуском срока, установленного пунктом 4 статьи 201.4 Закона о банкротстве.

 

Временный управляющий, конкурсный управляющий в пятидневный срок с даты их утверждения уведомляют всех известных им участников строительства о введении наблюдения или об открытии конкурсного производства и о возможности предъявления участниками строительства требований о передаче жилых помещений и (или) денежных требований, а также о возможности одностороннего отказа участника строительства от исполнения договора, предусматривающего передачу жилого помещения (абзац второй пункта 2 статьи 201.4 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период). 

По правилам пункта 4 статьи 201.4 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. Требования участников строительства включаются в реестр требований участников строительства при предъявлении указанных требований не позднее сорока пяти дней со дня получения уведомления конкурсного управляющего, предусмотренного пунктом 2 данной статьи, независимо от даты закрытия такого реестра. Указанное уведомление конкурсного управляющего считается полученным по истечении пятнадцати дней со дня его опубликования в порядке, установленном статьей 28 Закона о банкротстве. В случае пропуска указанного в названном пункте срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

В то же время правило о том, что срок для заявления участником строительства требований к должнику начинает течь только с момента получения уведомления от арбитражного управляющего, не является безграничным и должно применяться с учетом разумных и осмотрительных действий такого участника строительства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.09.2019 № 305-ЭС14-7512(24)).

Суды установили, что сообщение об открытии в отношении имущества ООО «ВВСК» конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 117 (6111) от 01.07.2017, соответственно, реестр требований участников строительства закрыт 01.10.2017, тогда как ФИО1 обратилась к конкурсному управляющему с заявлением о включении требования о передаче квартиры в реестр требований о передаче жилых помещений 02.10.2019, то есть с пропуском установленного законом срока (по истечении двух лет после закрытия реестра).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 38 Обзора судебной практики № 1(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, при оценке уважительности причин пропуска срока необходимо учитывать все конкретные обстоятельства, в том числе добросовестность заинтересованного лица, реальность сроков совершения им процессуальных действий, характер причин, не позволивших лицу, участвующему в деле, обратиться в суд в пределах установленного законом срока, наличие иных причин, повлиявших на пропуск срока.

Не усмотрев уважительных причин для восстановления пропущенного срока для включения требования заявителя в реестр требований о передаче жилых помещений, суды учли, что ФИО1 не была уведомлена арбитражным управляющим о банкротстве должника вследствие собственного уклонения от государственной регистрации договора участия в долевом строительстве и отсутствия в связи с этим у арбитражного управляющего сведений о ней, как об участнике долевого строительства. При этом суды приняли во внимание, что постановлением от 29.01.2018 ФИО1 была признана потерпевшей по уголовному делу, возбужденному по факту преступлений, совершенных при получении руководством Компании от участников строительства денежных средств для строительства многоквартирных домов; 12.04.2019 состоялось собрание участников долевого строительства, на котором присутствовала ФИО1; в протоколе собрания указано на признание ООО «ВВСК» несостоятельным (банкротом) решением арбитражного суда от 23.06.2017.

Следовательно, ФИО1 располагала сведениями о банкротстве застройщика, однако реализовала свое право на обращение к конкурсному управляющему лишь 02.10.2019.

Суды также учли тот факт, что в связи с внесением изменений в правила о банкротстве застройщиков пунктом 5 статьи 8 Федерального закона от 25.12.2018 № 478-ФЗ для таких процедур банкротства, конкурсное производство по которым начато до принятия этого закона, но расчеты с кредиторами третьей очереди не начались, предусматривалось открытие реестра требований участников строительства для непредъявленных ранее требований, которые могли быть заявлены не позднее 25.02.2019.

В соответствии с пунктом 9 статьи 201.15.2 Закона о банкротстве перемена лиц в обязательствах, которые вытекают из заключенных застройщиком с участниками строительства договоров, влечет за собой перевод на приобретателя обязательств застройщика по передаче жилых помещений, машино-мест и нежилых помещений со дня передачи приобретателю объекта незавершенного строительства, земельного участка и обязательств застройщика по передаточному акту.

Как установили суды, вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 07.11.2019 права и обязанности застройщика земельного участка с расположенным не нем объектом незавершенного строительства – многоквартирным жилым домом с помещениями общественного назначения и подземной автостоянкой на пересечении улиц Тверская – Славянская, 35 в Нижегородском районе города Нижнего Новгорода, переданы ООО «СЗ «Добрострой». Объем переданных обязательств определен судом в соответствии со сформированным конкурсным управляющим ООО «ВВСК» в установленном порядке реестром требований участников строительства, в который требования ФИО1 включены не были; обязательство Компании по передаче ФИО1 квартиры в указанном жилом доме в определении суда не зафиксировано.

Таким образом, с момента передачи Обществу прав и обязанностей застройщика Компании не принадлежит на вещном либо ином праве объект незавершенного строительства, право требования передачи квартиры в котором заявлено ФИО1; конкурсный управляющий ООО «ВВСК» не осуществляет ведение реестра участников строительства (реестра требований о передаче жилых помещений); на основании статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства Компании, как застройщика, перед дольщиками прекратились. При таких обстоятельствах требования ФИО1 заявлено к ООО «ВВСК» как к ненадлежащему ответчику. В ходе рассмотрения дела заявитель пояснила, что она не предъявляет требования к ООО                                     «СЗ «Добрострой».

Приняв во внимание, что при передаче права собственности на объект незавершенного строительства от застройщика к приобретателю последнему могут быть переданы только обязательства перед участниками долевого строительства, требования которых включены в реестр требований участников строительства (реестр требований о передаче жилых помещений), за исключением требований участников строительства по взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, передача приобретателю иных обязательств застройщика перед кредиторами (не указанных в пункте 1 статьи 201.15.1 Закона о банкротстве) не предусмотрена, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для включения требования ФИО1 о передаче жилого помещения в натуре в реестр требований о передаче жилых помещений ООО «ВВСК».

Суды также пришли к заключению о пропуске ФИО1 срока исковой давности, о применении которого заявили Компания и Общество.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности по правилам статьи 196 Кодекса установлен в три года.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснил, что исходя из нормы статьи 195 Гражданского кодекса под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Судебные инстанции справедливо применили к рассматриваемым правоотношениям правовой подход Верховного Суда Российской Федерации, сформулированный в определении от 05.09.2019 № 305-ЭС14-7512(24), в соответствии с которым наряду с иными обстоятельствами следует принимать во внимание, что покупка жилого помещения по договору долевого участия изначально сопряжена с определенными рисками для его будущего владельца. В связи с этим предполагается, что последний, вступая в данные правоотношения, действует разумно и осмотрительно, проявляет достаточную степень заботливости (по меньшей мере, интересуется ходом строительства) и не может в отсутствие к тому уважительных причин на неопределенно долгий срок откладывать предъявление требования, нарушая тем самым права иных участников строительства на удовлетворение их требований (создание ЖСК, привлечение нового застройщика, реализацию объекта незавершенного строительства и т.п.).

Суды установили, что в договоре участия в долевом строительстве от 28.03.2005 № СТЖ/24 ввод жилого дома в эксплуатацию предусмотрен в первом полугодии 2007 года; отсутствие у застройщика возможности передать дольщику квартиру № 24 возникло не позднее 15.11.2010, на что указано в проекте соглашения Компании и ФИО1 о расторжении договора. Следовательно, как посчитали суды,                   ФИО1 при достаточной степени разумности и осмотрительности, как минимум с указанной даты, могла узнать о нарушении своих прав участника долевого строительства. При этом предложения застройщика внести изменения в наименование объекта долевого строительства оставлены ФИО1 без ответа; на протяжении более 12 лет после истечения предусмотренного в договоре срока ввода дома в эксплуатацию ФИО1 не интересовалась ходом строительства, что нельзя признать разумным поведением, отвечающим требованиям добросовестности.

С даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения в отношении застройщика, в ходе проведения наблюдения и всех последующих процедур, применяемых в деле о банкротстве застройщика, требования о передаче жилых помещений и (или) денежные требования участников строительства, за исключением требований в отношении текущих платежей, могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного порядка предъявления требований к застройщику (пункт 1 статьи 201.4 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям). 

По смыслу положений пункта 3 статьи 63 Закона о банкротстве срок исполнения должником обязательств перед дольщиком не может считаться наступившим позднее введения в отношении застройщика процедуры наблюдения (12.08.2016).

При таких условиях судебные инстанции заключили, что именно с этой даты следует исчислять начало течения срока исковой давности для подачи ФИО1 требования о передаче жилого помещения. Между тем ФИО1 обратилась в суд с заявлением о включении требования о передаче квартиры в реестр требований о передаче жилых помещений 19.11.2019, то есть за пределами срока исковой давности, после передачи определением арбитражного суда от 07.11.2019 прав и обязанностей застройщика Обществу.

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 Постановления № 43 разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

С учетом изложенного суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования ФИО1

При установленной необоснованности требований заявителя у судов не имелось оснований для их квалификации в качестве денежных, подлежащих удовлетворению в порядке, предусмотренном в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя кассационной жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационными жалобами по данной категории споров государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.11.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2022 по делу № А43-16230/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

А.Н. Чих