ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9336/2021

г. Челябинск

21 октября 2021 года

Дело № А76-34986/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г., 

судей Журавлева Ю.А., Забутыриной Л.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 по делу № А76-34986/2017.

В судебном заседании приняли участие:

представитель общества с ограниченной ответственностью ТПК «Уралпромоснастка» - ФИО3 (доверенность от 11.01.2021);

представитель ФИО2 - ФИО4 (доверенность от 14.10.2021).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.11.2017 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Южуралсантехмонтаж-2» (далее – общество «ЮУСТМ-2», ООО «Южуралсантехмонтаж-2», должник).

Решением суда от 20.06.2019 (резолютивная часть от 13.06.2019) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Определением суда от 28.02.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО5, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «ЕДИНСТВО».

Конкурсный управляющий ФИО5 от имени должника 16.06.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 (далее – ответчик) об оспаривании сделок.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 заявленные требования удовлетворены частично.

Суд признал недействительными сделками выплату должником в пользу ответчика и перечисление третьему лицу за ответчика в период с 22.09.2016 по 15.11.2017 денежных средств на общую сумму 6 233 222 руб. 52 коп., решив взыскать с ФИО2 в пользу должника полученные по недействительным сделкам денежные средства и стоимость имущественной выгоды в общей сумме 6 233 222 руб. 52 коп.

Суд также признал недействительными сделками выплату должником в пользу ответчика денежных средств по расходным кассовым ордерам от 20.11.2014 на сумму 7 000 000 руб. и от 03.12.2014 на сумму 900 000 руб., решив взыскать с ФИО2 в пользу должникаденежные средства в сумме 11 492 687 руб. 25 коп., в том числе 7 900 000 руб. - полученное по недействительным сделкам и 3 592 687 руб. 25 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить определение суда.

Судом не применен к оспариваемому отношению срок исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком. Вывод суда о возврате ФИО2 займов на общую сумму 6 187 978,52 рублей с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов не обоснован: в этот же момент времени денежные средства были внесены в общество.

После принятия апелляционной жалобы судебное заседание по ее рассмотрению откалывалось с учетом предмета и основания предъявленных требований, круга обстоятельств, подлежащих выяснению и доказыванию, доводов и возражений по заявлению, изложенных в суде первой инстанции и в апелляционной жалобе, содержания представленных в дело доказательств, в целях проверки законности и обоснованности судебного акта, доводов жалобы и возможности установления значимых для дела обстоятельств.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц. 

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания), на основании статей 9, 65, 81, 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционным судом к материалам дела приобщены письменные пояснения и дополнительные доказательства от ООО ТПК «Уралпромоснастка».

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, из заявления конкурсного управляющего и расходных кассовых ордеров № К000196 от 20.11.2014 на сумму 7 000 000 руб. № К000205 от 03.12.2014 на сумму 900 000 руб. (л.д. 81-82 т. 2) следует, что единственному участнику общества «Южуралсантехмонтаж-2» ФИО2 были выплачены денежные средства в общей сумме 7 900 000 руб. с указанием в качестве основания платежей на выплату «дивидендов».

В материалы дела представлено решения единственного участника общества «ЮУСТМ-2» от 17.10.2014 (т. 2, л.д. 87), согласно которому единственный участник решил по итогам 9 месяцев 2014 года направить в свою пользу часть чистой прибыли в сумме 7 900 000 руб.

Как указывает ответчик, при принятии решения о распределении чистой прибыли он опирался на данные отчета о финансовых результатах, согласно которому у общества по итогам 9 месяцев 2014 года была зарегистрирована чистая прибыль, размер которой по итогам года составил 9 796 тыс. руб. (л.д. 92 т. 1).

Конкурсный управляющий, обратившись за оспариванием решения о выплате части прибыли единственному участнику, указал на то, что данные отчетности за 2014 год не отражали сведения об имеющейся задолженности по налогам и сборам, которая впоследствии была выявлена по итогам налоговой проверки. По мнению конкурсного управляющего, при должном учете реального объема налоговых обязательств общество по итогам 2014 года являлось убыточным.

Кроме этого, между должником и ФИО2 в период с 2015 по 2017 годы заключались договоры займа, в соответствии с которыми между указанными лицами происходило движение (преимущественно наличных) денежных средств.

Согласно договору процентного займа от 01.02.2015, заключенного между обществом «Южуралсантехмонтаж-2» (займодавцем) и ФИО2 (заемщиком) на выдачу денежных средств в размере 7 100 000 руб. 00 коп. с условием оплаты 6 % годовых от суммы займа (т.1, л.д.56).

Заемщик, принимая данную сумму, обязуется возвратить ее поэтому, ежемесячными выплатами по 1 200 000 руб. в срок с 01.10.2015 года по 30.03.2016. Срок возврата может быть изменен дополнительным соглашением сторон.

Расходными кассовыми ордерами № 17 от 10.02.2015, № 28 от 03.04.2015, № 46 от 28.04.2015, № 69 от 13.05.2015 во исполнение договора ФИО2 выдано 3 300 000 руб., 1 400 000 руб., 380 000 руб. 00 коп., 2 000 000 руб. соответственно (т.1, л.д.33, 34, 35, 36). Всего на сумму 7 080 000 руб.

Впоследствии ФИО2 в течение 2015 года производил возврат займа по приходным кассовым ордерам.

По итогам данных платежей сальдо расчетов между сторонами составляло сумму 1 200 000 руб. в пользу ФИО2

Конкурсный управляющий не оспаривает факт возврата денежных средств, указывая, что данные кассовые операции отражены в кассовой книге, а денежные средства, внесенный ФИО2, были израсходованы на выплату заработной платы (л.д. 118 т. 2).

После этого, 30.12.2015, должник выплатил ФИО2 из кассы денежные средства в сумме 1 200 000 руб. с указанием на выдачу займа по договору от 30.12.2015 (л.д. 121 т. 2). Указанный договор в материалы дела не представлен.

Кроме этого, между обществом «ЮУСТМ-2» (займодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор процентного займа от 08.12.2016 на выдачу денежных средств в размере 2 400 000 руб. 00 коп. (т.1, л.д.57).

Заем выдается под проценты, соответствующие действующей учетной ставке рефинансирования за период пользования займом сроком не позднее 31.05.2018.

Расходным кассовым ордером № 101 от 08.12.2016 на сумму 2 400 000 руб. произведена выдача займа ФИО2 (л.д. 39 т. 1).

ФИО2 в свою очередь вносил в кассу должника денежные средства на общую сумму 4 159 828,79 руб. по приходным кассовым ордерам с указанием на возврат займа либо без указания основания платежа.

Конкурсный управляющий не оспаривает факт возврата денежных средств, указывая, что данные кассовые операции отражены в кассовой книге, а денежные средства, внесенный ФИО2, были израсходованы на выплату заработной платы (л.д. 118 т. 2).

Кроме этого в период после апреля 2016 года общество «ЮУСТМ-2» и ФИО2 заключали договоры займа, по которым общество «ЮУСТМ-2» выступало заемщиком:

- договор процентного займа от 22.04.2016 на выдачу денежных средств в размере 1 208 000 руб. 00 коп. (т.1, л.д.65) сроком до 22.04.2017. Приходным кассовым ордером № 8 от 22.04.2016 на сумму 1 208 000 руб. произведена выдача займа обществу «ЮУСТМ -2» (т.2, л.д.34);

- договор процентного займа от 04.07.2016 на выдачу денежных средств в размере 4 000 000 руб. (т.1, л.д.58) сроком до 31.12.2017. Приходными кассовыми ордерами № 12 от 04.07.2016 на сумму 600 000 руб., № 17 от 11.07.2016 на сумму 100 000 руб., № 18 от 20.07.2016 на сумму 1 000 000 руб., № 19 от 08.08.2016 на сумму 750 000 руб., № 22 от 13.10.2016 на сумму 450 000 руб., № 23 от 10.11.2016 на сумму 450 000 руб., № 24 от 02.12.2016 на сумму 500 000 руб. произведена выдача займа обществу «ЮУСТМ -2» (т.2, л.д.35-41);

- договор процентного займа от 02.10.2017 на выдачу денежных средств в размере 400 000 руб. (т.1, л.д.59) сроком до 30.09.2018. Приходным кассовым ордером № 21 от 02.10.2017 на сумму 400 000 руб. произведена выдача займа обществу «ЮУСТМ -2» (т.2, л.д.51);

- договор процентного займа от 10.11.2017 на выдачу денежных средств в размере 120 000 руб. (т.1, л.д.58) сроком до 31.05.2018. Приходным кассовым ордером № 26 от 10.11.2017на сумму 120 000 руб. произведена выдача займа ООО «Южуралсантехмонтаж-2» (т.2, л.д.52);

- договоры процентного займа от 23.06.2017 на сумму 240 000 руб. (т.1, л.д.60), от 10.05.2017 на сумму 290 000 руб. (т.1, л.д.61), от 16.02.2017 на сумму 97 000 руб. (т.1, л.д.62), от 08.02.2017 на выдачу сумму 427 000 руб. (т.1, л.д.63), от 20.01.2017 на сумму 143 000 руб. (т.1, л.д.64), от 31.03.2016 на сумму 350 000 руб. (т.1, л.д.67), в отношении которых не представлены платежные документы на выдачу займа.

Также из представленных приходных кассовых ордеров № 6 от 25.09.2018 на сумму 100 000 руб. (основание: получение займа по договору от 25.09.2018), № 9 от 28.12.2018 на сумму 86 000 руб. (основание: получение займа по договору от 28.12.2018) следует, что ФИО2 вносились в кассу денежные средства в указанном размере.

По договору процентного займа от 22.04.2016 возврат займа осуществлен должником по расходным кассовым ордерам № 20 от 05.07.2017 на сумму 800 000 руб. (основание: возврат части займа по договору займа б/н от 22.04.2016), № 21 от 07.07.2017 на сумму 408 000 руб. (основание: возврат займа по договору займа б/н от 22.04.2016) (л.д. 40-41 т. 1).

По договору процентного займа от 04.07.2016 возврат займа производился должником по расходным кассовым ордерам № 31 от 27.07.2017 на сумму 242 000 руб. (основание: возврат части займа по договору б/н от 04.07.2016), № 32 от 28.07.2017 на сумму 430 000 руб. (основание: возврат по договору б/н от 04.07.2017), № 41 от 31.07.2017 на сумму 80 000 руб. (основание: возврат зама по договору б/н от 04.07.2017), а также платежным поручением № 268 от 02.11.2017 на сумму 1 524 767 руб. 72 коп. (основание: возврат займа по договору от 04.07.2016, основной долг 290 000 руб., проценты 14 619,18 руб.)  (л.д. 44-46, 52 т. 1).

Кроме этого, в материалы дела представлены расходные кассовые ордера и платежные поручения (на общую сумму 2 703 210 руб. 80 коп.), по которым общество «ЮУСТМ-2» выплачивало денежные средства ФИО2 со ссылкой на возврат займа по тем договорам займа, по которым в материалы дела не представлены доказательства выдачи займа (от 31.03.2016, от 10.05.2017, от 23.06.2017), либо по тем договорам, которые не представлены в материалы дела (от 03.03.2016 и от 13.04.2016). Кроме этого часть платежей не содержит указания на то, по какому именно договору производится возврат займа.

Кроме этого, платежным поручением от 15.11.2017 № 296 (л.д. 55 т. 1) должник перечислил сторонней организации денежные средства с указанием на платеж за ФИО2 за автомобильные запчасти.

Конкурсный управляющий, приступив к исполнению своих обязанностей и выявив факт совершения указанных сделок, полагая, что они являются формальными, совершенными с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, обратился от имени должника в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Оценив имеющиеся в деле письменные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований в части на основании нижеследующего.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе (статья 61.1 Закона о банкротстве).

Пункт 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 указанного постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 данного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце пятом пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) при определении наличия признака неплатежеспособности следует исходить из содержания этого понятия, данного в абзаце тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом, факт наличия неисполненного более трех месяцев денежного обязательства перед кредитором на сумму, превышающую сто тысяч рублей, не является достаточным основанием для вывода о неплатежеспособности должника.

Согласно абзацам тридцать четвертому и тридцать пятому статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью для целей применения указанного закона следует понимать прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Материалами дела подтверждается тот факт, что оспариваемые сделки по выплате ответчику части прибыли и погашению должником займов перед ответчиком совершены в пределах трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве, что позволяет их оспорить на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Арбитражным судом установлено, что общество «ЮУСТМ-2» на момент совершения сделок имело неисполненные обязанности по уплате обязательных платежей в размере 6 567 747 руб. НДС за 1-4 кварталы 2014, пени по НДС в сумме 2 678 665 руб. 42 коп., налог на прибыль организаций за 2014 год в сумме 2 080 468 руб. 33 коп. Данные требования погашены не были и впоследствии были включены в реестр.

Указанные обязанности по уплате обязательных платежей, хотя и были предъявлены налоговым органом должнику по результатам налоговой проверки в соответствии с решением от 18.06.2018, были известны самому должнику и контролирующим должника лицам, поскольку соответствующие суммы недоимки не декларировались должником в результате неправомерных действий по занижению налоговой базы. При этом арбитражный суд исходил из того, что ответчику как единственному участнику общества-должника было известно об обстоятельствах, послуживших основанием для доначисления налогов в результате налоговой проверки. Доказательства обратного суду не представлены.

В качестве приложения к решению единственного участника должника ФИО2 от 17.10.2014 т.1, л.д.87) о выплате дивидендов указана Декларация по налогу на прибыль за 3 квартал 2014 г., из чего следует, что ФИО2 осуществлял контроль над должником, участвовал в принятии существенных деловых решений относительно деятельности должника., в том числе необоснованное применение вычетов по НДС и уменьшение налога на прибыль отражалось в бухгалтерской отчетности,

Всего в реестр требований кредиторов включены требования третьей очереди на общую сумму 29 336 143 руб. 48 коп.

Кроме того, как следует из документов бухгалтерского учета должника: бухгалтерского баланса в отчете об изменении капитала указано, что величина капитала на 31.12.2015 являлась отрицательной и составляла 15 437 000 руб. На 31.12.2016 величина капитала должника являлась отрицательной и составляла 23 597 000 руб. Таким образом, размер кредиторской задолженности существенно превышал величину активов должника уже на конец 2015 года. При этом активы должника складывались преимущественно из запасов и дебиторской задолженности. Внеоборотные активы являлись незначительными (т.1, л.д.77-108).

В 2015-2016 годах, как следует из отчета о прибылях и убытках, деятельность должника являлась убыточной: на 31.12.2015 чистый убыток составлял 16 000 000 руб., на 31.12.2016 чистый убыток составлял 8 160 000 руб.

Согласно пункту 1 статьи 29 Федеральный закон от 08.02.1998  «Об общества с ограниченной ответственностью» № 14-ФЗ (далее - Закона «Об общества с ограниченной ответственностью») общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками общества, если на момент принятия такого решения общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения; если на момент принятия такого решения стоимость чистых активов общества меньше его уставного капитала и резервного фонда или станет меньше их размера в результате принятия такого решения.

Согласно пункту 2 статьи 29 Закона «Об общества с ограниченной ответственностью» общество не вправе выплачивать участникам общества прибыль, решение о распределении которой между участниками общества принято, если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты; если на момент выплаты стоимость чистых активов общества меньше его уставного капитала и резервного фонда или станет меньше их размера в результате выплаты.

Установленные в статье 29 Закона «Об общества с ограниченной ответственностью» ограничения на выплату участникам общества дивидендов направлены на стабилизацию финансового состояния должника и недопущения его банкротства в обход установленного законом порядка, в связи с чем исследованию подлежит наличие реальной возможности выплаты данной прибыли без существенного ущерба для хозяйственной деятельности общества, с учетом установления наличия или отсутствия обстоятельств материального положения общества, при которых участник не вправе принять решение о выплате ему части прибыли.

Суд отметил, что решение о распределении части прибыли принято единственным участником без учета фактически существовавшей, но сокрытой от бухгалтерского и налогового учета задолженности по налогам в размере 6 567 747 руб. по НДС за 1-4 кварталы 2014 и 2 080 468 руб. 33 коп. по налогу на прибыль организаций за 2014 год.

Из этого суд решил, что в такой ситуации изъятие части прибыли, вслед за которым наступили отрицательные финансовые последствия для должника, следует расценивать как сделку, совершенную с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме этого, суд счел, что и сделки по возврату займов на общую сумму 6 187 978,52 рублей, также следует признать совершенными с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такой вывод судом сделан из того, что указанные платежи произведены должником в пользу ответчика – единственного участника в счет возврата компенсационного финансирования, предоставленного в кризисной ситуации.

При этом суд признал доказанным сам факт предоставления денежных средств со стороны ФИО2 

В ходе рассмотрения дела суд неоднократно предлагал конкурсному управляющему, который к настоящему моменту располагает полным объемом кассовой документации, предоставить сведения о соотнесении приходных операций с расходными операциями.

Конкурсный управляющий в письменных объяснениях (л.д. 117-118 т. 2) данный факт подтвердил, указав на то, что вносимые денежные средства расходовались на выплату заработной платы. Данные сведения с учетом известных суду фактов осуществления должником хозяйственной деятельности в сфере строительства и наличия у должника значительного штата сотрудников сомнений у суда не вызвали.

Со стороны кредитора ООО ТПК «Уралпромостнастка», которое также имеет доступ к кассовой документации должника, достаточного опровержения факту поступления денежных средств от ФИО2 и их расходования на нужды общества не представлено.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Финансовая возможность ФИО2 по внесению займов в период с апреля 2016 года подтверждается тем, что ФИО2 в конце 2014 года изъял у общества денежные средства в размере 7 900 000 руб., что признается конкурсным управляющим и кредитором. Оспаривание данных операций как сделок не ставит под сомнение сам факт появления в результате этих операций у ФИО2 денежных средств в размере, достаточном для периодического предоставления займов.

В настоящем случает суд решил, что предоставление займов должнику (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Суд  переквалифицировал заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ при установлении противоправной цели (ст. 10 Гражданского кодекса РФ) - по правилам об обходе закона и признал сделки по возврату займов на общую сумму 6 187 978,52 рублей, недействительными.

Помимо этого, суд в отсутствие доказательств обратного признал безвозмездной сделкой перечисление должником платежным поручением от 15.11.2017 № 296 (л.д. 55 т. 1) денежные средства сторонней организации с указанием на платеж за ФИО2 за автомобильные запчасти. Данная сделка совершена за два дня до возбуждения дела о банкротстве, при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в отношении заинтересованного лица. Презумпции цели причинения вреда и осведомленности ответчика о такой цели не опровергнуты.

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для частичной отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Так, апелляционный суд считает недоказанным факт недействительности сделки по перечислениям в сумме 6 233 222 руб. 52 коп. (фактически переданных денежных средств в качестве возврата займов, прикрывающих компенсационное финансирование).

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве и разъяснениям, содержащимся в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В данном случае, как установлено выше, спорное перечисление осуществлено в счет погашения обязательств по заключенным договорам займа.

В нарушение ст. 65 АПК РФ указанные обстоятельства конкурсным управляющим не опровергнуты.

При таком положении суд считает, что произведя спорные платежи, стороны не могли и не причинили имущественного вреда конкурсным кредиторам должника.

О причинении вреда имущественным правам кредиторов не может свидетельствовать только наличие заинтересованности сторон сделки.

Учитывая изложенное и недоказанность наличия совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной (а именно: совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; причинение в результате совершения сделок вреда имущественным правам кредиторов), оснований для признания спорных платежей недействительными по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10 , п . 2 ст. 170 ГК РФ, не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Доказательства, неопровержимо свидетельствующие о том, что при совершении оспариваемых сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалах дела отсутствуют.

Учитывая, что пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, должны выходить за пределы специальных оснований недействительности подозрительной сделки, в рассматриваемом случае конкурсным управляющим должника приведены аналогичные доводы, недействительность оспариваемых сделок по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве не установлена, оснований для признания спорных сделок недействительными на основании ст. 10, 168, 170 ГК РФ не имеется.

На основании изложенного определение суда первой инстанции подлежит частичной отмене в части признания недействительными платежей по займам, а апелляционная жалоба частичному удовлетворению в указанной части.

При этом, выводы о недействительности сделок по выплате 7 900 000 руб. суммы денежных средств, изъятых под видом распределения прибыли («дивидендов»), признаются апелляционным судом верными.

Материалами дела подтверждается тот факт, что оспариваемые сделки по выплате ответчику части прибыли и погашению должником займов перед ответчиком совершены в пределах трехлетнего срока до возбуждения дела о банкротстве, что позволяет их оспорить на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Арбитражным судом установлено, что общество «ЮУСТМ-2» на момент совершения сделок имело неисполненные обязанности по уплате обязательных платежей в размере 6 567 747 руб. НДС за 1-4 кварталы 2014, пени по НДС в сумме 2 678 665 руб. 42 коп., налог на прибыль организаций за 2014 год в сумме 2 080 468 руб. 33 коп. Данные требования погашены не были и впоследствии были включены в реестр.

Указанные обязанности по уплате обязательных платежей, хотя и были предъявлены налоговым органом должнику по результатам налоговой проверки в соответствии с решением от 18.06.2018, были известны самому должнику и контролирующим должника лицам, поскольку соответствующие суммы недоимки не декларировались должником в результате неправомерных действий по занижению налоговой базы. При этом арбитражный суд исходил из того, что ответчику как единственному участнику общества-должника было известно об обстоятельствах, послуживших основанием для доначисления налогов в результате налоговой проверки. Доказательства обратного суду не представлены.

В качестве приложения к решению единственного участника должника ФИО2 от 17.10.2014 т.1, л.д.87) о выплате дивидендов указана Декларация по налогу на прибыль за 3 квартал 2014 г., из чего следует, что ФИО2 осуществлял контроль над должником, участвовал в принятии существенных деловых решений относительно деятельности должника., в том числе необоснованное применение вычетов по НДС и уменьшение налога на прибыль отражалось в бухгалтерской отчетности,

Всего в реестр требований кредиторов включены требования третьей очереди на общую сумму 29 336 143 руб. 48 коп.

Кроме того, как следует из документов бухгалтерского учета должника: бухгалтерского баланса в отчете об изменении капитала указано, что величина капитала на 31.12.2015 являлась отрицательной и составляла 15 437 000 руб. На 31.12.2016 величина капитала должника являлась отрицательной и составляла 23 597 000 руб. Таким образом, размер кредиторской задолженности существенно превышал величину активов должника уже на конец 2015 года. При этом активы должника складывались преимущественно из запасов и дебиторской задолженности. Внеоборотные активы являлись незначительными (т.1, л.д.77-108).

В 2015-2016 годах, как следует из отчета о прибылях и убытках, деятельность должника являлась убыточной: на 31.12.2015 чистый убыток составлял 16 000 000 руб., на 31.12.2016 чистый убыток составлял 8 160 000 руб.

Таким образом,  решение о распределении части прибыли принято единственным участником без учета фактически существовавшей, но сокрытой от бухгалтерского и налогового учета задолженности по налогам в размере 6 567 747 руб. по НДС за 1-4 кварталы 2014 и 2 080 468 руб. 33 коп. по налогу на прибыль организаций за 2014 год.

В такой ситуации изъятие части прибыли, вслед за которым наступили отрицательные финансовые последствия для должника, следует расценивать как сделку, совершенную с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не применен к оспариваемому отношению срок исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, подлежат отклонению, поскольку срок исковой давности не пропущен, поскольку

Также судом апелляционной инстанции обоснованно отклонен довод ответчиков о пропуске финансовым управляющим годичного срока исковой давности, поскольку определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.11.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности общества «Южуралсантехмонтаж 2».

Решением суда от 20.06.2019 (резолютивная часть от 13.06.2019) общество «Южуралсантехмонтаж 2» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Определением суда от 28.02.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО5, что означает, что у управляющего возможность по оспариванию сделок должника появилась с 20.06.2019 (дата введении конкурсного производства),  управляющий обратился с заявление – 16.06.2020, на основании чего суд правомерно заключил о том, что срок исковой давности не пропущен.

Таким образом, определение Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 по делу № А76-34986/2017 подлежит изменению, а апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению в части. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 по делу № А76-34986/2017 изменить, апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить частично. 

Изложить резолютивную часть определения Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2021 по делу № А76-34986/2017 в следующей редакции:

«Заявленные требования конкурсного управляющего удовлетворить частично. 

Признать недействительными сделками выплату обществом с ограниченной ответственностью «Южуралсантехмонтаж-2» ФИО2 денежных средств по расходным кассовым ордерам от 20.11.2014 на сумму 7 000 000 руб. и от 03.12.2014 на сумму 900 000 руб.

Применить последствия недействительности сделки: взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Южуралсантехмонтаж-2» денежные средства в сумме 11 492 687 руб. 25 коп., в том числе 7 900 000 руб. - полученное по недействительным сделкам и 3 592 687 руб. 25 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать общества с ограниченной ответственностью «Южуралсантехмонтаж-2» в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственной пошлины.

В остальной части в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий  судья

Судьи

А.Г. Кожевникова

Ю.А. Журавлев

Л.В. Забутырина