ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-22315/2023

Дело № А41-68105/21

12 декабря 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  12 декабря 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Досовой М.В., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Финансово-строительная компания «Макрострой»: ФИО2 по доверенности № 016 от 20.03.23,

от ФИО3: ФИО4 по нотариально удостоверенной доверенности от 27.11.23, зарегистрированной в реестре за № 50/372-н/77-2023-25-608,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 13 сентября 2023 года по делу №А41-68105/21, по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Финансово-строительная компания «Макрострой» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Электросистемы»,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью (ООО) «ФСК «Макротстрой» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Электросистемы» ФИО3, приостановлении производства по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами (т. 1, л.д. 2-3, 24-27).

Заявление подано на основании статей 61.11, 61.14 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 сентября 2023 года заявленные ООО «ФСК «Макрострой» требования были удовлетворены, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Электросистемы» ФИО3, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами (т. 1, л.д. 132-136).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 2, л.д. 2-8).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, ООО «Электросистемы» было зарегистрировано в качестве юридического лица 07.12.15, его единственным участником с 18.12.2020 является ФИО3

Также в период с 07.12.15 по 14.04.22 ФИО3 являлся генеральным директором Общества.

Решением Арбитражного суда Московской области от 14 апреля 2022 года ООО «Электросистемы» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5, орган управления должника обязан в трёхдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую документацию.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, кредитор должника ООО «ФСК «Макстрой» указало, что ФИО3 не была исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника и обязанность по передаче управляющему документов и имущества ООО «Электросистемы», а также совершены действия, приведшие к уменьшению конкурсной массы должника и невозможности погашения требований кредиторов.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из наличия достаточных доказательств в подтверждение заявленных требований.

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указывалось выше, ФИО3 являлся генеральным директором ООО «Электросистемы» в период с 07.12.15 по 14.04.22, а также единственным участником Общества с 18.12.2020.

В обоснование заявленных требований кредитор должника ООО «ФСК «Макстрой» указало, что ФИО3 не была исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника и обязанность по передаче управляющему документов и имущества ООО «Электросистемы», а также совершены действия, приведшие к уменьшению конкурсной массы должника и невозможности погашения требований кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По мнению заявителя, срок подачи заявления о банкротстве ООО «Электросистемы» истек 01.02.21, поскольку в период с 31.12.18 по 31.12.2020 у Общества прослеживались признаки недостаточности имущества и неплатежеспособности.

Вместе с тем, по смыслу действующего законодательства, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества.

Сама по себе убыточность деятельности должника, даже если она и имела место, не может являться основанием для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства.

Так, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении признаков объективного банкротства необходимо учитывать правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которой под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 N 305-ЭС20-11412 по делу N А40-170315/2015, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Неоплата же конкретного долга не может являться подтверждением неплатежеспособности Общества в конкретный период.

В рассматриваемом случае заявителем не доказано, что к 01.02.21 ООО «Электросистемы» находилось в состоянии объективного банкротства.

Как следует из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2003 года N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. 

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Для решения вопроса необходимо учитывать доход, позволяющий своевременно расплачиваться с кредиторами (постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.12.2020 по делу N А41-35395/2017).

Показатель чистых активов также не может рассматриваться в качестве критерия, характеризующего финансовое состояние должника, приобретение этим показателем отрицательных значений не является безусловным основанием для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Из определения Арбитражного суда Московской области от 18 октября 2021 года по настоящему делу следует, что основанием для введения в отношении ООО «Электросистемы» процедуры наблюдения явился факт неисполнения должником условий мирового соглашения, утвержденного определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03 декабря 2019 года по делу № А56-97385/2019.

Испытывая временные финансовые трудности, ООО «Электросистемы» не смогло исполнить условия мирового соглашения.

При этом Общество в начале 2021 года заключило договоры субподряда, предусматривающие авансирование на сумму около 9 500 000 рублей, в связи с чем ФИО3 рассчитывал за счет полученных денежных средств погасить требования кредитора.

Кроме того, согласно заключению специалиста от 05.09.23, представленному ФИО3 в суд первой инстанции (т. 1, л.д. 127-128), датой объективного банкротства должника, то есть датой, в которую стоимость чистых активов должника впервые приняла отрицательное значение и в дальнейшем положительное значение не принимала, у должника возникла устойчивая неплатежеспособность, является 30.09.21.

С учетом изложенного и положений статьи 9 Закона о банкротстве, обязанность ФИО3 по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Электросистемы» возникла не ранее 30.10.21.

На указанную дату в производстве Арбитражного суда Московской области уже находилось настоящее дело, возбужденное определением от 22 сентября 2021 года на основании заявления ООО «К-Строй».

Таким образом, обращение ФИО3 в суд с заявлением должника не требовалось.

Кроме того, заявитель не представил сведений ни об одном обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения контролировавшего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

С учетом изложенного оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Электросистемы» в связи с неисполнением обязанности по подаче в суд заявления должника не имеется.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанные требования Закона о банкротстве обусловлены, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности конкурсного управляющего, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Таким образом, в силу действующего законодательства обязанность по хранению документов бухгалтерского учета и последующей передаче их управляющему лежит на руководителе должника.

Как указывалось выше, решением Арбитражного суда Московской области от 14 апреля 2022 года о признании ООО «Электросистемы» банкротом орган управления должника был обязан в трёхдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую документацию.

Из материалов дела следует, что первичные документы бухгалтерского учета ООО «Электросистемы» были переданы ФИО3 конкурсному управляющему ФИО5 по актам приема-передачи от 25.11.22 и от 17.03.23 (т. 1, л.д. 11-17).

Доказательств наличия у ФИО3 каких-либо иных документов и имущества ООО «Электросистемы» не представлено.

Факт присвоения ФИО3 активов ООО «Электросистемы» документально не подтвержден. Указанные ООО «ФСК «Макрострой» векселя были направлены ФИО3 на оплату приобретенных товаров и выполненных подрядчиком работ; запасы в виде оборудования и средств монтажа были смонтированы на строящихся объектах. Доказательств обратного не представлено.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 25 января 2023 года в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ООО «Электросистемы» ФИО5 об истребовании документов у бывшего генерального директора ФИО3 было отказано с указанием на отсутствие доказательств нахождения истребуемых документов в распоряжении последнего (т. 1, л.д. 18).

Данный судебный акт в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора.

Апелляционный суд также учитывает, что заявляя о неисполнении ФИО3 обязанности по передаче документов ООО «Электросистемы» и, как следствие, затруднительности формирования конкурсной массы должника, ООО «ФСК «Макрострой» не указало какие именно документы удерживаются ответчиком и не были переданы бывшим руководителем Общества управляющему и как отсутствие этих документов повлияло на процесс формирования конкурсной массы должника.

Из материалов дела следует, что конкурсная масса ООО «Электросистемы» была сформирована, сведения о результатах инвентаризации имущества должника размещены конкурсным управляющим в ЕФРСБ, проведены торги по продаже имущества должника.

Поскольку доказательств наличия у ФИО3 бухгалтерских документов ООО «Электросистемы» не имеется, основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с непередачей этих документов отсутствуют.

ООО «ФСК «Макрострой» в обоснование заявленных требований также указывает, что ФИО3 были совершены действия, приведшие к банкротству ООО «Электросистемы».

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В пункте 17 названного Постановления разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств наличия какого-либо из перечисленных обстоятельств (сделки отвечают критериям крупных сделок, их заключение значительно повлияло на деятельность должника) не представлено.

Вопреки доводам заявителя, бывший руководитель ООО «Электросистемы» ФИО3 не совершал действий по принятию заведомо неисполнимых обязательств, действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Доказательств того, что удовлетворение требований кредиторов ООО «Электросистемы» стало невозможным вследствие совершения ФИО3 действий по принятию заведомо неисполнимых обязательств и совершению сделок с ООО «К-Строй» и ООО «Мегастроймонтаж», не представлено.

Анализ бухгалтерской отчетности ООО «Электросистемы» позволяет прийти к выводу о том, что удовлетворение требований кредиторов должника стало невозможным вследствие неисполнения основными заказчиками своих обязательств перед должником по оплате выполненных обществом электромонтажных работ, а не злонамеренные действия руководителя Общества.

Так, задолженность ООО «НПО Гефест» перед ООО «Электросистемы» составляет 2 516 835 рублей 15 копеек, задолженность ООО «Гелар Групп» - 3 599 875 рублей 26 копеек, задолженность ООО «Град Инвест Дегунинская» - 203 409 рублей 78 копеек, что подтверждается актом инвентаризации расчетов № 04 от 15.09.22.

До настоящего времени указанная задолженность контрагентами ООО «Электросистемы» не погашена, при этом ее размер сопоставим с суммой требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Указанные заявителем сделки с ООО «К-Строй» и ООО «Мегастроймонтаж» были совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности в пределах разумного предпринимательского риска и не повлияли на платежеспособность должника. Доказательств признания их недействительными в установленном законом порядке не представлено.

Доказательств того, что заключение указанных заявителем сделок привело к банкротству ООО «Электросистемы» или того, что данные сделки ФИО3 от имени должника были заключены исключительно с намерением не выполнять их условия не представлено.

В ходе проведения процедуры банкротства в отношении ООО «Электросистемы» признаков преднамеренного или фиктивного банкротства установлено не было.

Само по себе неисполнение обязательств перед кредиторами о совершении ФИО3 действий, приведших к банкротству ООО «Электросистемы», не свидетельствует.

Учитывая изложенное, в отсутствие доказательств наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Электросистемы», у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения заявленных требований, в связи с чем обжалуемое определение подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 3 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 13 сентября 2023 года по делу № А41-68105/21 отменить.

В удовлетворении заявления ООО «ФСК «Макрострой» отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Катькина

 

Судьи:

 

М.В. Досова

 

Д.С. Семикин