ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А54-2207/2016

                                                                     20АП-2062/2020

Резолютивная часть постановления объявлена    20.05.2020 

Постановление изготовлено в полном объеме     26.05.2020

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Тучковой О.Г., судей Волковой Ю.А., Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.02.2020 по делу № А54-2207/2016 (судья Соловьева С.Е.),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Рязанской области от 13.07.2016 (резолютивная частью объявлена 06.07.2016) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения - город Душанбе Республики Таджикистан, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>) признана несостоятельной (банкротом); в отношении должника открыта процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО3.

Сообщение о признании ФИО2 несостоятельной (банкротом) и открытии в отношении должника процедуры банкротства - реализации имущества должника опубликовано в газете "Коммерсантъ" 16.07.2016.

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с ходатайством о завершении процедуры банкротства - реализация имущества гражданина, одновременно заявляя ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Определением от 27.02.2020 суд завершил процедуру реализации имущества должника, не освободив ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 27.02.2020 отменить в части неприменения в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, принять новый судебный акт, которым освободить должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку ФИО2 обжалует определение в части, а другие лица, участвующие в деле, возражений не заявили, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Финансовым управляющим велся реестр требований кредиторов должника, в который включены требования кредиторов в общей сумме 21 907 725 руб. 15 коп.

Требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, погашены в сумме 1 654 240 руб., что составляет 7,55% от общей суммы требований, включенных в реестр требований кредиторов должника. Оставшиеся требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, не удовлетворены в связи с отсутствием имущества у должника.

Из материалов дела следует, что ФИО2 зарегистрировано следующее имущество:

2-х комнатная квартира, назначение нежилое, общей площадью 60,7 кв. м, расположенная по адресу: 

<

...>;

земельный участок, находящийся примерно в 130 м по направлению на юго-запад от ориентира вахта ПМП, расположенного за пределами участка, адрес ориентира: Рязанская область, Спасский район, п. Старо-Рязанские дворики, общей площадью               1 500 кв. м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения индивидуального садоводства, кадастровый номер 62:20:0045901:0009;

жилой дом, расположенный по адресу: Рязанская область, Спасский район,              пос. Старо-Рязанские дворики, общей площадью 200 кв.м.

Транспортные средства за должником не зарегистрированы.

По результатам проведения процедуры реализации имущества должника финансовый управляющий пришел к выводу об отсутствии признаков фиктивного банкротства и о наличии в действиях должника признаков преднамеренного банкротства, указанных в статье 196 Уголовного кодекса Российской Федерации, пункте 10 Временных правил проведения арбитражными управляющими наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855.

Поскольку документально подтвержденных сведений об имуществе должника, не включенном в конкурсную массу и не реализованном, в материалы дела не представлено, финансовым управляющим выполнены все мероприятия, предусмотренные в процедуре реализации имущества гражданина, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для дальнейшего проведения процедуры реализации имущества должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Институт банкротства граждан предусматривает иной, по сравнению с обычными способами, - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов.

При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310- ЭС17-14013 по делу № А48-7405/2015).

Неисполнение должником обязанности добросовестного сотрудничества с финансовым управляющим и кредиторами, равно как и наличие в действиях должника признаков недобросовестного (противоправного) поведения является обстоятельством, препятствующим освобождению должника от исполнения обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Согласно толкованию Конституционного Суда РФ, данному в определении от 23.11.2017 № 2613-О, законоположение абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направленно на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств для прикрытия его противоправных действий, а также защиту имущественных интересов кредиторов в случае совершения таких действий.

Исходя из установленного законодателем условия применения механизма освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, следует отметить, что освобождение должника от исполнения обязательств не является правовой целью банкротства гражданина, напротив, данный способ прекращения исполнения обязательств должен применяться в исключительных случаях. Иное толкование противоречит основным началам гражданского законодательства, закрепленным в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Конкурсным кредитором ПАО "Сбербанк России" заявлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств, мотивированное тем, что должник при получении кредита предоставил недостоверные сведения, а именно не сообщил о заключении с ФИО4 договора купли-продажи от 30.09.2013. Также указал, что в ходе процедуры банкротства должником предпринимались действия по уклонению от исполнения обязательства по погашению задолженности перед кредитором, должник не проявила в процедуре банкротства добросовестного сотрудничества с судом и затягивал процедуру банкротства, а именно заявила об отмене обеспечительных мер, принятых определением суда от 03.10.2018 в отношении имущества, являющегося предметом залога, возражала против заявления финансового управляющего об отмене решения третейского судьи Чекалина В.И. о признании за ФИО4 права собственности на имущество, являяющееся предметом залога ПАО "Сбербанк России", на основании договора купли-продажи от 30.09.2013.

Удовлетворяя заявленное ходатайство ПАО "Сбербанк России", суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим. 

ФИО2 сама обратилась в арбитражный суд с заявлением о своем банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 213.4 Закона о банкротстве к заявлению о признании гражданина банкротом прилагаются копии документов о совершавшихся гражданином в течение трех лет до даты подачи заявления сделках с недвижимым имуществом, ценными бумагами, долями в уставном капитале, транспортными средствами и сделках на сумму свыше трехсот тысяч рублей.

Обращаясь с заявлением о признании ее банкротом, ФИО2 представила опись имущества, в которой указала о наличии следующего имущества:

жилой дом общей площадью 200 кв. м., расположенный по адресу: Рязанская область, Спасский район, п. Старо - Рязанские дворики;

земельный участок, расположенный по адресу: участок находится примерно в             130 м по направлению на юго - запад от ориентира Рязанская область, Спасский район, Старо - Рязанские дворики;

2-хкомнатная квартира, общей площадью 60,7 кв. м., расположенная по адресу:               

<

...>.

О заключении с ФИО4 договора купли-продажи от 30.09.2013 суду не сообщила.

Также о заключении указанного договора купли продажи с ФИО4 ФИО2 не сообщила кредитору - ПАО "Сбербанк России" при заключении договора ипотеки от 17.09.2013 № 2216/8606/0491/13/1 в отношении 2-х комнатной квартиры, общей площадью 60,7 кв.м., адрес объекта: 

<

...>; договоров ипотеки от 30.09.2013 № 2216/8606/507/13/2, от 19.08.2014 №2216/8606/0000/1016/14305 в отношении земельного участка, общей площадью           1500 кв.м., и жилого дома, общей площадью 200 кв.м., расположенных по адресу: Рязанская область, Спасский район, пос. Старо-Рязанские дворики.

Должница указала, что в связи с отсутствием государственной регистрации договора купли-продажи от 30.09.2013, заключенного с ФИО4, такой договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, не свидетельствует о добросовестности действий самого должника, который указанный договор ни суду, ни финансовому управляющему не представила, решение третейского судьи Чекалина В.И. от 20.10.2017 о признании права собственности в отношении вышеназванного имущества за                  ФИО4 не оспаривала, о состоявшемся решении третейского судьи финансового управляющего не известила, тем самым создав препятствия реализации имущества в процедуре банкротства. Более того, предоставленными процессуальными права распоряжалась недобросовестно, возражая против заявления финансового управляющего о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы на определение суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Доводы должницы обоснованно отклонены судом области. 

Как было указано выше, к числу признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства, абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве.

В процедурах банкротства на гражданина должника возлагаются обязательства по предоставлению информации о его финансовом положении, в том числе сведений об источниках доходов, об имуществе, о заключенных сделках, неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру банкротства, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Подобное поведение неприемлемо и не может быть признано судом добросовестным.

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что должница не раскрыла информацию о совершенных сделках в отношении своего имущества, своими действиями затягивала проведение процедуры банкротства и реализации имущества, суд области правомерно удовлетворил ходатайство конкурсного кредитора о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.

В апелляционной жалобе должник ФИО2 ссылается на то, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, в том числе не применил нормы, подлежащие применению, а выводы, изложенные в определении, не соответствуют обстоятельствам дела.  Полагает, что у договора купли-продажи, заключенного с ФИО4, отсутствует государственная регистрация, в связи с этим такой договор не влечет юридических последствий для конкурсных кредиторов и не влиял на процедуру реализации имущества. Указывает, что подача ходатайств, на которые указывает кредитор, не может рассматриваться как незаконные действия, поскольку является правом стороны по делу. Считает, что права банка не нарушены, поскольку права зарегистрированы не за               ФИО4, а за победителем торгов. Возражает против выводов об уклонении от погашения кредиторской задолженности, поскольку все имущество подлежащее продаже, реализовано, денежные средства направлены банку.

Доводы апелляционной жалобы апелляционной коллегией рассмотрены и отклонены, поскольку они основаны на ошибочной оценке фактических обстоятельств дела и неверном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные вопросы применительно к установленным судом обстоятельствам.

Договор купли-продажи жилого помещения не требует государственной регистрации, если он заключен после 01.03.2013. Таким образом, договор купли-продажи недвижимого имущества от 30.09.2013, заключенный между ФИО2 и             ФИО4 регистрации не подлежал.

ФИО2 признана несостоятельной 06.07.2016, а 20.10.2017 решением третейского судьи Чекалиным В.И удовлетворены исковые требования ФИО4 к ФИО2 о признании права собственности на недвижимое имущество по договору купли-продажи от 30.09.2013. Доказательства извещения ФИО2 финансового управляющего о предъявленном ФИО4 иска о признании права собственности на недвижимое имущество по договору купли-продажи, также как и о вынесенном решении третейского судьи, отсутствуют. 

В апелляционной жалобе заявитель ссылается на статью 213.25 Закона о банкротстве, предусматривающую ведение в судах дел, касающиеся имущественных прав гражданина-должника, финансовым управляющим, что свидетельствует о том, что она знала о необходимости уведомить финансового управляющего о наличии спора и решении третейского судьи, однако ФИО2 этого не сделала. При этом нормы статьи 213.25 Закона о банкротстве не лишают должника право лично участвовать в таких делах. 

При рассмотрении Верх-Исетским районным судом г. Екатеринбурга заявления финансового управляющего ФИО2 ФИО5 об отмене решения третейского судьи, Чекалина В.И., это не помешало ФИО2 подать возражения, заявляя о пропуске финансовым управляющим срока для подачи указанного заявления.

Определением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 21.03.2018            ФИО4 выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения от 20.10.2017 третейского суда - арбитра, избранного сторонами для разрешения конкретного спора Чекалина Владимира Ивановича. Право собственности ФИО4 не было зарегистрировано вопреки действиям должника.

Определением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 13.06.2019 восстановлен пропущенный процессуальный срок на подачу кассационной жалобы на определение от 21.03.2018. Не согласившись с таким определением, ФИО2 подала частную жалобу с ходатайством о восстановлении срока на ее подачу, в которой просит определение отменить.

Препятствуя отмене решения третейского судьи Чекалина В.И., ФИО2 действовала в ходе процедуры банкротства вопреки интересам конкурсных кредиторов, способствовала выводу имущества, включенного в конкурсную массу, путем регистрации права собственности на него за ФИО4

Как верно указано судом области, в процедурах банкротства на гражданина должника возлагаются обязательства по предоставлению информации о его финансовом положении, в том числе сведений об источниках доходов, об имуществе, о заключенных сделках, неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру банкротства, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Вопреки доводам жалобы бездействие должника, выразившееся в нераскрытии необходимой информации о своем имуществе, а также в неисполнении судебных актов в части передачи финансовому управляющему таких сведений, в любом случае создает угрозы причинения вреда имущественным интересам кредиторов, а потому такое нарушение нельзя признать малозначительным для целей определения наличия оснований для отказа в применении положений абзаца третьим пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, что согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013.

Данный правовой подход также согласуется с позицией Верховного суда, изложенной в определении от 31.01.2020 № 310-ЭС19-26772 по делу № А64-1146/2018, определении от 26.08.2019 № 305-ЭС19-16209 по делу № А40-53577/2017

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем апелляционной жалобы не представлены в материалы дела надлежащие и бесспорные доказательств в обоснование своей позиции, а доводы, изложенные в жалобе, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта.

ФИО2  не представлены доказательства того, что предоставление недостоверных сведений конкурсному управляющему носило малозначительный характер или совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника.

Доводы жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, не подтверждают неправильное применение судом норм материального и процессуального права, в связи с этим не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Руководствуясь статьями 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.02.2020 по делу № А54-2207/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную  жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа  в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. 

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                 О.Г. Тучкова

Судьи                                                                                                                Ю.А. Волкова

                                                                                                                           Е.В. Мосина