28/2017-196716(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-10830/2017

г. Новосибирск

15 декабря 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 декабря 2017 года 

 Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Суворова  О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного  заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску  общества с ограниченной ответственностью "Сервисный центр "Астив"  (ОГРН 

<

***>), г.Новосибирск  

к обществу с ограниченной ответственностью "ПромЖилСтрой" (ОГРН  

<

***>), г. Новосибирск,  

при участии третьего лица: АО «Управляющая компания  «Промышленно-логистический парк»,  

о взыскании 340 080 рублей, встречный иск о взыскании неустойки в сумме 1 811 700 рублей, при участии представителей: 

от истца: ФИО2 (паспорт, доверенность от 10.10.2017), ФИО3 (паспорт, доверенность 24.07.2017);  

от ответчика: ФИО4 (паспорт, доверенность от 20.06.2017),  ФИО5 (паспорт, доверенность от 17.10.2017),  

от третьего лица: ФИО6 (паспорт, доверенность № 9 от  20.04.2016), ФИО7 (паспорт, доверенность № 25 от 19.10.2017),  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Сервисный центр "Астив"  (далее – истец, ООО «СЦ «Астив») обратилось в арбитражный суд с  исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью  "ПромЖилСтрой" (далее – ответчик, ООО «ПромЖилСтрой») о взыскании  суммы задолженности в размере 340 080 рублей.  

Ответчик исковые требования не признал по мотивам, изложенным в  отзыве. В частности, указал, что истец не представил доказательств  выполнения работ по монтажу оборудования, не выполнил пусконаладочные  работы.  

Ответчик воспользовался правом, предусмотренном ст. 132 АПК РФ и  предъявил встречные исковые требования к ООО «СЦ «Астив» о взыскании  неустойки за нарушение сроков выполнения работ в сумме 1 811 700 рублей.  

Истец встречные исковые требования не признал, указав, что выполнить  весь комплекс работ в установленный договор срок не представилось  возможным ввиду отсутствия как строительной готовности со стороны  заказчика, так и обстоятельств, не зависящих от воли подрядчика, а именно  отсутствие естественных природных осадков, что лишает в свою очередь  провести пусконаладочные работы на оборудовании. Кроме того, в декабре  2016 года генеральный заказчик – АО «Управляющая компания  «Промышленно-логистический парк» (далее – АО «УК «ПЛП» расторг  договор с ООО «ПромЖилСтрой», таким образом необходимость  производства пусконаладочных работ и сдачи их ООО «ПромЖилСтрой»  отсутствовала. При этом с АО «УК «ПЛП» истец заключил отдельный  договор на выполнение пусконаладочных работ, которые и были сданы  генеральному заказчику в марте 2017 года. Заявил о применении ст. 333 ГК  РФ.  

Определением арбитражного суда от 31.05.2017 к участию в деле в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  

относительно предмета спора, привлечено АО «Управляющая компания  «Промышленно-логистический парк» (далее – третье лицо, АО «УК «ПЛП»).  

Третье лицо представило в суд пояснения, где подтвердила факт  выполнения истцом обязательств по поставке оборудования, его монтажа на  объекте, и выполнению пусконаладочных работ по отдельному с АО «УК  «ПЛП» договору.  

Заслушав представителей сторон, исследовав представленные в  материалы дела доказательства в совокупности, оценив их в соответствии с  положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, суд пришел к следующим выводам.  

15.07.2016 между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) был  заключен договор подряда, по условиям которого подрядчик обязался  осуществить поставку оборудования, работы по монтажу и пуско-наладке  насосного оборудования, пуско-наладке блочно-модульных зданий  (электрощитовых) в комплекте и шкафов управления на объекте Л.КНС2  иЛ.КНС3 канализационного коллектора ливневых сточных вод  Промышленно-логистического парка Новосибирской области.  

Пунктом 2.1 договора стороны согласовали стоимость работ и поставку  товара в размере 14 850 000 рублей.  

По Спецификации № 1: 11 087 650 рублей. По Спецификации № 2: 3 762 350 рублей. Пунктами 2.3. и 2.3.1 определен порядок расчетов: 

После осуществления поставки, монтажных и пусконаладочных работ и  подписания актов выполненных работ, а также получения от подрядчика  исполнительной документации, подрядчик выставляет соответствующий  счет, а заказчик в течение 5 банковских дней перечисляет оставшуюся сумму.  

Кроме того, в Спецификациях, являющихся неотъемлемой частью  договора определён порядок оплаты указанных в ней сумм. Так, по  Спецификации № 1, № 2 оплата должна быть осуществлена в течение 10  дней с момента подписания акта выполненных работ.  

Согласно пункту 3.1 договора подрядчик обязуется выполнить работы  до 31.10.2016.  

Платежным поручением № 390 ответчик перечислил истцу 14 119 920  рублей.  

03.10.2016, 07.10.2016, 18.10.2016, 25.10.2016 подрядчиком было  доставлено оборудование на территорию строительной площадки АО «УК  «ПЛП», что подтверждается универсально-передаточными документами №№  3551, 4143, 4302, 4413 на общую сумму 14 119 920 рублей.  

Универсально-передаточные документы были подписаны сторонами без  возражений и замечаний.  

03.03.2017 ответчику был направлен и получен последним акт сдачи- приемки выполненных монтажных работ на сумму 340080 рублей.  

Ввиду отсутствия оплаты за выполненные монтажные работы, истец  направил в адрес ответчика претензию от 13.03.2017 с требованием оплатить  задолженность по договору. Указанная претензия согласно почтовому  идентификатору отправления не была получена ответчиком и была  возвращена истцу за истечением срока хранения.  

При этом 04.04.2017 ответчик направил в адрес истца уведомление от  20.03.2017 о расторжении договора подряда от 15.07.2016 ввиду нарушения  сроков выполнения работ, с требованием оплатить неустойку за просрочку  выполнения обязательств в сумме 2 064 150 рублей.  

Поскольку претензия истца осталась без удовлетворения, ООО «СЦ  «Астив» обратилось в суд с настоящим иском.  

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской  Федерации обязательства возникают из договора, вследствие причинения  вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.  

Как следует из положений пункта 3 статьи 421 Гражданского кодекса  Российской Федерации, стороны вправе заключить договор, в котором  содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или  иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по  

такому договору применяются в соответствующих частях правила о  договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное  не вытекает из соглашения сторон или существа договора.  

Проанализировав содержание договора, суд приходит к выводу, что  заключенный между сторонами договор является смешанным, содержащим  элементы договора подряда и договора поставки, взаимоотношения сторон  по которому регламентируются положениями главы 37 и главы 30 ГК РФ.  

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий  предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный  срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для  использования в предпринимательской деятельности.  

Факт поставки оборудования и его оплаты сторонами не оспаривается и  подтверждается представленными в материалы дела документами.  

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской  Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется  выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и  сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы  и оплатить его.  

 В силу пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная  оплата выполненной работы или отдельных её этапов, заказчик обязан  уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи  результатов работы, при условии, что работа выполнена надлежащим  образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.  

В соответствии со статьей 720 Гражданского кодекса Российской  Федерации, заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены  договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять  выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от  договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе  

немедленно заявить об этом подрядчику. Заказчик, обнаруживший  недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если  в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены  эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования  об их устранении.  

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что истец  направил в адрес ответчика акт выполненных монтажных работ на сумму 340  080 рублей - 03.03.2017. Данные документы были получены представителем  ООО «ПромЖилСтрой», что не оспаривается ответчиком.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ  подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным  обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем  делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.  

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть  признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от  подписания акта признаны им обоснованными.  

По смыслу указанной нормы права, односторонний акт приемки  выполненных работ является действительным при отсутствии доказательств  обоснованности отказа заказчика от их приемки. Указанное положение  Кодекса направлено на защиту прав подрядчика в случае необоснованного  уклонения заказчика от приемки работ.  

В соответствии с пунктом 14 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года   № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного  подряда" односторонний акт приемки результата работ является  доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, и при  отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть  доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки  результата работ.  

Таким образом, отказываясь от подписания акта приемки выполненных  работ, заказчик обязан указать и обосновать причины такого отказа, а суд  при разрешении спора должен проверить их правомерность.  

Основным доводом ответчика является то, что монтажные работы  принять и проверить отдельно от пусконаладочных работ не представляется  возможным; монтажные и пусконаладочные работы являются едиными  работами и сдаются единовременно. Поскольку пусконаладочные работы  заказчику не сдавались, соответственно и признать факт выполнения  монтажных работ невозможно.  

Возражая против доводов ответчика, истец представил наряды, согласно  которым подрядчик произвел монтажные работы и сдал их представителю  АО «УК «ПЛП» (конечному заказчику работ) ФИО7 Данные  документы подписаны ФИО7 без возражений и замечаний к  объему и качеству выполненных работ.  

В судебном заседании ФИО7 факт поставки оборудования  (наносного оборудования) и производства ООО «СЦ «Астив» в 2016 году  монтажных работ по установке насосного оборудования подтвердил.  

Кроме того, третьим лицом был представлен акт выполненных работ №  21 от 28.10.2016 по контракту № 34/15 от 24.11.2015, заключенному между  АО «УК «ПЛП» и ООО «ПромЖилСтрой», согласно которому ООО  «ПромЖилСтрой» сдал, а АО «УК «ПЛП» принял, в том числе, работы по  поставке и монтажу спорного оборудования.  

Ответчик в судебном заседании пояснил, что в акте формы КС-2 № 21 от  28.10.2016 указано лишь на выполнение обязательств по поставке  оборудования, а не его монтажу.  

Возражая против доводов ответчика, третье лицо представило расчет  стоимости поставки и монтажа спорного оборудования согласно условиям  контракта № 34/15 от 24.11.2015 и локально-сметного расчёта.  

Так, стоимость поставки и монтажа оборудования Л.КНС2 и Л.КНС3  была основана на коммерческом предложении ООО «СЦ «Астив» № 11,  

направленном в адрес АО «УК «ПЛП» и ООО «ПромЖилСтрой» (о чем  свидетельствует ссылка в акте формы КС-2 № 21 от 28.10.2016, подписанный  сторонами без возражений и замечаний).  

Так, ООО «СЦ «Астив» предлагал поставить, ввести в эксплуатацию и  провести пусконаладочные работы по Л.КНС2 в сумме 9 750 000 рублей, по  Л.КНС3 в сумме 7 100 000 рублей. В связи с тем, что пусконаладочные  работы технически невозможно проводить на несмонтированном  оборудовании, стоимость его монтажа входит в общую стоимость каждого  комплекта Л.КНС, а пусконаладочные работы и доставка выведены  отдельной строкой.  

 Также третье лицо представило в материалы дела техническую  документацию по сдаче-приемке электромонтажных работ  «Канализационный коллектор ливневых сточных вод Промышленно- логистического парка Новосибирской области» Л.КНС2 и Л.КНС3: акт  технической готовности электромонтажных работ № 5 от 13.10.2016,  ведомости смонтированного электрооборудования от 13.12.2016, акты  передачи смонтированного оборудования для производства  пусконаладочных работ от 14.12.2016. Указанные документы подписаны  представителями АО «УК «ПЛП» и ООО «ПромЖилСтрой» без возражений  и замечаний, скреплены печатями организаций.  

Кроме того, третьим лицом представлены заявления в Сибирское  управление Ростехнадзора о проведении осмотра и выдаче разрешения на  допуск в эксплуатацию электроустановки Л.КНС2 и Л.КНС3.  

В судебном заседании по ходатайству истца был допрошен в качестве  специалиста ФИО8 – ведущий инженер по реализации проектов в  подразделении Филиал в г. Новосибирск ООО «Грундфос» (производитель  спорного оборудования).  

Специалист пояснил порядок осуществления монтажных и  пусконаладочных работ спорного оборудования, указав на то обстоятельство,  что пусконаладочные работы являются отдельным этапом установки  

оборудования. Монтажные работы, возможно, проверить визуальным  способом, а также путем оценки актов освидетельствования скрытых работ.  

Представителем ответчика было заявлено ходатайство о назначении  судебной экспертизы для разрешения следующего вопроса: возможно ли  принять и проверить качество выполненных работ по монтажу  канализационных насосов в комплекте с кабелем и обвязкой без выполнения  пусконаладочных работ.  

Истец возражал против удовлетворения данного ходатайства. 

Частью 1 статьи 82 АПК РФ предусмотрено, что для разъяснения  возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных  знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица,  участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.  

Из содержания данной статьи следует, что назначение экспертизы  является правом, а не обязанностью суда; предмет экспертного исследования  должен соотноситься с предметом иска, а цели и результат экспертизы  должны быть направлены на установление фактов, входящих в предмет  доказывания по делу и имеющих значение для правильного рассмотрения и  разрешения непосредственно рассматриваемых требований по существу  спора.  

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в  качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не  носит обязательного характера и в силу статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом  наравне с другими представленными доказательствами.  

Принимая во внимание изложенное, суд не усматривает  предусмотренных в статье 82 АПК РФ оснований для проведения экспертизы  и с учетом конкретных обстоятельств дела приходит к выводу, что  имеющиеся в материалах дела доказательства являются достаточными для их  оценки без проведения экспертизы.  

Оценив представленные сторонами доказательства в порядке ст. 71 АПК  РФ, учитывая, что надлежащие доказательства, подтверждающие  обоснованность отказа ответчика от оплаты фактически выполненных  истцом по договору подряда от 15.07.2016 монтажных работ, в материалы  дела не представлены, суд приходит к выводу о наличии у ООО  «ПромЖилСтрой» обязанности оплатить указанные работы.  

Определяя стоимость подлежащих оплате выполненных работ, суд  исходит из следующего.  

Статьей 746 ГК РФ установлено, что оплата выполненных подрядчиком  работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки  и в порядке, которые установлены законом или договором строительного  подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре  оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего  Кодекса.  

 Истец определил стоимость монтажных работ, исходя из согласованной  в Спецификациях №№ 1,2 стоимости монтажных и пусконаладочных работ  (общая стоимость работ составила 730 080 рублей), а также с учетом  стоимости пусконаладочных работ, оплаченных АО «УК «ПЛП» по  отдельному договору, заключенному с ООО «СЦ «Астив», на проведение  пусконаладочных работ общей стоимостью 390 000 рублей.  

По расчету истца стоимость монтажных работ составила 340 080 рублей  (730 080 – 390 000).  

Ответчик с расчётом истца не согласился, указав на наличие  противоречий в спецификациях к договору.  

Так, в спецификации № 1 к договору п. 4 указано на стоимость  монтажных и пусконаладочных работ по п. 6, пусконаладочные работы по  п.п. 8,9 спецификации в сумме 180 000 рублей. При этом пункта 6 в  спецификациях №№ 1,2 не имеется. В спецификации № 2 в пункте 5 указано  на монтажные и пусконаладочные работы по пункту 1 (которого нет в  спецификации № 2) и пусконаладочные работы по п.п. 3,4 спецификации в  

сумме 171 260 рублей; в пункте 10 спецификации № 2 указано на монтажные  и пусконаладочные работы по пункту 6 (которого нет в спецификации № 2) и  пусконаладочные работы по п.п. 8,9 спецификации в сумме 128 820 рублей.  

Поскольку в акте выполненных работ истец указывает на выполнение  монтажных работ в отношении блочно-модульных зданий на Л.КН2 и  Л.КНС3, которые не предусмотрены спецификациями, оснований для их  оплаты у ответчика отсутствуют. Кроме того, работы по монтажу блочно- модульных зданий выполнял непосредственно ответчик.  

Истец, не оспариваю факт производства монтажа блочно-модульных  зданий непосредственно ответчиком, в своих возражениях указывает, что в  понятие монтажных работ по блочно-модульным зданиям на Л.КНС2 и  Л.КНС3 в комплекте и шкафов управления, подрядчик включал именно  монтажные работы в отношении блоков автоматики, шкафов управления,  непосредственных электромонтажных работ, факт проведения которых  подтверждается договор субподряда с ООО «ТСК», актами выполненных  работ, подписанные между ООО СЦ «Астив» и ООО «ТСК», а также  нарядами (л.д. 61,62 т.2), подписанными конечным заказчиком ООО «ПЛП»,  подтверждающие факт выполнения ООО «СЦ «Астив» (с участием ООО  «ТСК») монтажа в блочно-модульное здание щитовой Блока автоматики и  Шкафа с устройством плавного пуска на электрооборудовании для Л.КНС2 и  Л.КНС3.  

Оценивая доводы сторон в части согласования условий договора, суд  приходит к следующему выводу.  

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом  принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и  выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности  устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом  договора в целом.  

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не  позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена  

действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом  принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая  предшествующие договору переговоры и переписку, практику,  установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота,  последующее поведение сторон.  

В данном случае, с учетом содержания договора, в том числе его пункта  1.1 и п. 2.1., а также статьи 431 ГК РФ, суд полагает, что стороны  согласовали предмет договора: поставка оборудования, работы по монтажу и  пуско-наладке насосного оборудования, пуско-наладке блочно-модульных  зданий (электрощитовых) в комплекте и шкафов управления на объекте  Л.КНС2 иЛ.КНС3 канализационного коллектора ливневых сточных вод  Промышленно-логистического парка Новосибирской области; а также  стоимость договора в общей сумме 14 850 000 рублей.  

При этом в спецификациях как № 1 (по насосному оборудованию), так и   № 2 (блочно-модульные здания, Блоки автоматики, шкафы управления)  стороны указали на производство монтажных работ. Указание на монтажные  и пусконаладочные работы находятся отдельно в подразделах к насосному  оборудованию и отдельно к модульно-блочным зданиям и Блокам  автоматики и шкафам управления.  

Исходя из условий договора (п. 4.2.2), заказчик (ответчик) обязан  осуществить именно устройство фундаментов и установку на них модульно- блочных зданий электрощитовых, то есть монтажные работы по установке  модульно-блочных зданий электрощитовых.  

Материалами дела подтверждается и судом установлено, что ООО «СЦ  «Астив» осуществил монтаж как насосного оборудования, так и монтаж в  блочно-модульное здание щитовой Блока автоматики и Шкафа с устройством  плавного пуска на электрооборудовании для Л.КНС2 и Л.КНС3, что также  подтверждается нарядами, подписанными как ООО «СЦ «Астив», так и ООО  «УК «ПЛП» и субподрядной организацией ООО «ТСК».  

Таким образом, суд приходит к выводу, что сторонами в спорных  спецификациях согласованы монтажные работы в отношении насосного  оборудования и Блоков автоматики и Шкафа с устройством плавного пуска  на электрооборудовании для Л.КНС2 и Л.КНС3.  

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ судопроизводство осуществляется на  основе равноправия и состязательности сторон, лица, участвующие в деле,  несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими  процессуальных действий.  

С учетом того обстоятельства, что изложенные в представленных  истцом вышеуказанных документах характер, объем работ, а также их  стоимость в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не опровергнуты  ответчиком, на котором лежит бремя доказывания обстоятельств, на которых  он основывает свои возражения, соответствующими доказательствами,  отвечающими признакам относимости и допустимости (статьи 67, 68 АПК  РФ), суд полагает подлежащим удовлетворению исковые требования истца о  взыскании с ответчика суммы задолженности в размере 340 080 рублей.  

Рассмотрев встречные исковые требования, суд приходит к следующим  выводам.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса  Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться  неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством,  банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными  законом или договором. Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса  Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается  определенная законом или договором денежная сумма, которую должник  обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего  исполнения обязательства.  

Согласно п. 7.2. договора в случае нарушения сроков начал и окончания  работ, заказчик вправе взыскать с подрядчика неустойку в размере 0,1% от  общей стоимости работ за каждый день просрочки.  

Согласно условиям договора подрядчик обязался окончить работы в  срок до 31.10.2016.  

Материалами дела подтверждается и не оспаривается сторонами, что  акты выполненных работ были направлены и получены заказчиком  (ответчиком) 03.03.2017.  

Таким образом, ООО «СЦ «Астив» нарушен срок сдачи работ на 123 дня  (с 01.11.2016 по 03.03.2017).  

Оспаривая встречные требования, ответчик по встречному иску ООО  «СЦ «Астив» указывает на отсутствие своей вины, поскольку для завершения  работ (производства пусконаладочных работ) необходимы были  естественные природные осадки (дожди), которые отсутствовали в октябре  2016 года, в результате чего между всеми сторонами спорных  взаимоотношений были достигнуты договорённости о переносе сроков  завершения работ на весну 2017 года.  

Данные обстоятельства третье лицо в судебном заседании подтвердило.  

В статье 401 ГК РФ предусмотрены основания ответственности за  нарушение обязательства, в частности, лицо, не исполнившее обязательства  либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при  наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом  или договором предусмотрены иные основания ответственности.  

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и  осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и  условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения  обязательства.  

Устанавливая презумпцию вины нарушителя обязательства,  Гражданский кодекс РФ возлагает на него бремя доказывания отсутствия  вины. По существу, должник достигает такого результата, если ему удается  доказать, что нарушение обязательства было вызвано обстоятельствами,  которые исключают его вину, к которым относятся случаи непреодолимой  силы и действия третьих лиц. Кроме того, он должен доказать, что его  

поведение в данной ситуации соответствовало критериям, установленным в  абзаце 2 пункта 1 статьи 401 Кодекса.  

Пунктом 1 статьи 719 ГК РФ предусмотрено, что подрядчик вправе не  приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда  нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности  непредоставление материала, оборудования, технической документации или  подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению  договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно  свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет  произведено в установленный срок.  

В соответствии со статьей 716 ГК РФ подрядчик немедленно должен  предупредить заказчика и приостановить работу до получения от заказчика  указаний при обнаружении не зависящих от подрядчика обстоятельств,  создающих невозможность ее завершение в установленные сроки.  

При этом подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах,  указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не  дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии  разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на  своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при  предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований  ссылаться на указанные обстоятельства.  

Действуя разумно и добросовестно, с должной степенью заботливости и  осмотрительности, полагающейся в подобной ситуации, подрядчик должен  был оценить реальную возможность исполнения обязательства в  согласованный срок и, предполагая, что такое надлежащее исполнение  затруднительно или невозможно, не приступать к работам, начатые работы  приостановить и предупредить об этом заказчика.  

Вместе с тем, ООО «СЦ «Астив» правами, предусмотренными статьями  716, 719 ГК РФ, не воспользовалось, доказательств направления  подрядчиком в установленном порядке уведомления о приостановлении или  

прекращении работ до истечения срока выполнения работ, в материалы дела  не представлено.  

Отсутствие природных осадков не может служить достаточным  основанием для освобождения подрядчика от ответственности за нарушение  сроков окончания работ, поскольку заключая в рамках своей  предпринимательской деятельности настоящий договор, истец, учитывая, в  том числе, специфику работ, обязан был оценивать реально имеющуюся  возможность своевременного исполнения принятых на себя обязательств (в  том числе, исходя из установленного срока их исполнения, природно- климатических и иных условий, применительно к которым сторонами  согласованы условия обязательства и на которые ответчик рассчитывал для  своевременного их выполнения).  

Спорный договор заключен со сроками выполнения работ с 15.07.2016  по 31.10.2016.  

Осуществляя поставку оборудования в октябре 2016 года, за несколько  недель до окончания срока выполнения работ, подрядчик должен был  предполагать и возможность изменения погодных условий (в частности  наличие/отсутствие атмосферных явлений в виде осадков-дождей).  

При таких обстоятельствах, изменившиеся погодные условия, равно как  и выявившаяся невозможность истца в новых условиях исполнить принятые  на себя обязательства, само по себе не может служить обстоятельством,  свидетельствующим об отсутствии вины общества, и, следовательно,  основанием для освобождения его от ответственности на основании пункта 3  статьи 401 ГК РФ.  

Доводы ООО «СЦ «Астив» о том, что поставка оборудования и его  монтаж были осуществлены в установленные сроки, а пусконаладочные  работы были исключены из условий договора, в отсутствии доказательств в  порядке ст. 65 АПК РФ, своего подтверждения в судебном разбирательстве  не нашли.  

Наличие договора между ООО «СЦ «Астив» и ООО «УК «ПЛП» о  выполнении пусконаладочных работ, также не подтверждает факт внесения  каких-либо изменений в договор между ООО «СЦ «Астив» и ООО  «ПромЖилСтрой», при том обстоятельстве, что договор между ООО «СЦ  «Астив» и ООО «УК «ПЛП» был заключен только 13.03.2017.  

Суд, оценив доводы истца и представленные доказательства в  материалы дела, не находит оснований для освобождения истца от  ответственности.  

ООО «ПромЖилСтрой» производит расчёт неустойки за период с  01.11.2016 по 03.03.2017, исходя из количества дней в периоде 122, размера  неустойки 0,1 % и суммы договора 14 850 000 рублей. По расчёту ООО  «ПромЖилСтрой» сумма неустойки составила 1 811 700 рублей.  

Проверив расчёт неустойки, суд находит его неверным в силу  следующего.  

Как установлено ранее судом, договор от 15.07.2016, заключенный  между ООО «СЦ «Астив» и ООО «ПромЖилСтрой», является смешанным,  содержащим элементы договора подряда и договора поставки.  

Стоимость оборудования и подлежащих выполнению работ согласована  сторонами в спецификациях №№ 1 и 2.  

Согласно представленным товарным накладным, стоимость  поставленного оборудования составила 14 119 920 рублей.  

Таким образом, общая стоимость работ составила 730 080 рублей. 

 Из буквального толкования условий договора, в соответствии со ст. 431  ГК РФ, следует, что заказчик вправе предъявить подрядчику требование об  уплате неустойки в размере 0,1 % от общей стоимости работ, а не стоимости  договора.  

Судом произведён перерасчёт неустойки за период с 01.11.2016 о  03.03.2017, исходя из стоимости работ по договору в размере 730 080 рублей.  

Всего сумма неустойки составила 89 069 рублей 76 копеек. ООО «СЦ «Астив» заявил ходатайство о применении ст. 333 ГК РФ. 

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 333 Гражданского  кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно  несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить  неустойку.  

Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим  предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при  условии заявления должника о таком уменьшении.  

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в  Постановлении от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения  статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что  соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства  предполагается. Основанием для применения статьи 333 Гражданского  кодекса Российской Федерации может служить только явная  несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении  судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации  об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление  Пленума ВС РФ N 7) если должником является коммерческая организация,  индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при  осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки  судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника,  которое может быть сделано в любой форме (пункт 71 Постановления).  

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума ВС РФ N 7 бремя  доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды  кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность  выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер  убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения  обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56  

Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1  статьи 65 АПК РФ).  

Также в Определении Верховного Суда РФ от 24.02.2015 N 5-КГ14-131,  Определении Конституционного Суда РФ от 15.01.2015 N 6-О, Определении  Конституционного Суда РФ от 24.03.2015 N 560-О, Определении  Конституционного Суда РФ от 23.04.2015 N 977-О разъяснено, что истец -  кредитор, требующий уплаты неустойки, не обязан доказывать причинение  ему убытков - бремя доказывания несоразмерности подлежащей уплате  неустойки последствиям нарушения обязательства лежит на ответчике,  заявившем о ее уменьшении (пункт 34 Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17; пункт 11 Обзора судебной  практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об  исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 22.05.2013).  

Таким образом, заявляя ходатайство о снижении размера неустойки,  ответчик должен представить суду доказательства исключительности  обстоятельств, при которых подлежат применению положения статьи 333  Гражданского кодекса Российской Федерации, а также доказательства явной  несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в  частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли  возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже  начисленной неустойки.  

Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить  доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям  нарушения обязательства.  

Положение части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской  Федерации в системе действующего правового регулирования по смыслу,  придаваемому сложившейся правоприменительной практикой, не допускает  возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по  мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства – без  

представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую  несоразмерность.  

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой  ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям  нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации  предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая  будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.  

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения  обязательства является правом суда, принимающего решение.  

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность  снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и  взаимоотношений сторон.  

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям  нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только  суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего  убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения  статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Отсутствие у истца убытков, каких-либо иных неблагоприятных  последствий вследствие нарушения ответчиком своих обязательств, не может  быть признано безусловным основанием для применения судом статьи 333  Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку неустойка (штраф,  пени) в соответствии с действующим законодательством носит кроме  компенсационной, также и штрафную функцию, и наличие у ответчика  неблагоприятных последствий в связи с нарушением им обязательств  является следствием применения к нему данного вида гражданско-правовой  ответственности.  

Учитывая вышеизложенное, рассмотрев материалы дела, ходатайство  ООО «СЦ «Астив» об уменьшении неустойки, суд пришел к выводу о том,  что ответчик не представил доказательства того, что возможный размер  убытков истца, которые могли возникнуть вследствие нарушения  

обязательства, значительно ниже начисленной неустойки и размер неустойки  явно несоразмерен последствиям нарушения ответчиком своих.  

В этой связи ходатайство ответчика о применении положений статьи 333  Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит отклонению, а  исковое требование истца о взыскании с ответчика неустойки в размере 89  069 рублей 76 копеек удовлетворению.  

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску суд  распределил в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171, статьей 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  арбитражный суд  

РЕШИЛ:

По первоначальному иску: 

 Взыскать с общества с ограниченной ответственностью  "ПромЖилСтрой" (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной  ответственностью "Сервисный центр "Астив" (ОГРН 

<

***>) сумму  задолженности в размере 340 080 рублей, судебные расходы по уплате  государственной пошлины в размере 9 802 рублей, всего 349 882 рублей.  

 По встречному иску: 

 Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Сервисный  центр "Астив" (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной  ответственностью "ПромЖилСтрой" (ОГРН 

<

***>) сумму  неустойки за период с 01.11.2016 по 03.03.2017 в размере 89 069 рублей 76  копеек, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере  1 478 рубле й, всего 90 547 рублей 76 копеек.  

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Путём зачета первоначального и встречного исков взыскать с общества  с ограниченной ответственностью "ПромЖилСтрой" (ОГРН 

<

***>)  

в пользу общества с ограниченной ответственностью "Сервисный центр  "Астив" (ОГРН 1025401302343) 259 334 рублей 24 копеек.  

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в  Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его  принятия.  

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было  предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или  суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного  срока подачи апелляционной жалобы.  

Судья О.В. Суворова