СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9996/2021(8)-АК

Дело № А60-48256/2020

18 октября 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 октября 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Паршиной В.Г., 

при участии в судебном заседании с использованием онлайн-сервиса «Картотека арбитражных дел»:  

конкурсный управляющий ФИО1 (паспорт),

представитель ФИО2 Шлегель А.В. (паспорт, доверенность от 03.10.2024),

в отсутствие явки иных лиц, участвующих в деле, которые о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 08 июля 2024 года 

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего и признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; приостановлением рассмотрения заявления об определении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами,

вынесенное в рамках дела № А60-48256/2020

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Экомаш+Урал» (ИНН: 

<

***>, КПП: 665801001), 

заинтересованные лица с правами ответчика: ФИО2, ФИО4,

третье лицо: финансовый управляющий ФИО4 –ФИО5, 

 

установил:

определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.11.2020 принято к производству заявление ООО "ЗТМ "Эдан" (ИНН 

<

***>) о признании ООО "Экомаш+Урал" (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.11.2020 заявление кредитора ООО "ЗТМ "Эдан" (ИНН 

<

***>) о признании ООО "Экомаш+Урал" (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения до 23.04.2021. Временным управляющим должника определением суда утвержден ФИО6.

Решением суда от 25.06.2021 введена процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждена кандидатура ФИО6. 

Определением суда от 21.07.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО7, член САМРО «Ассоциация антикризисных управляющих».

В дальнейшем срок процедуры конкурсного производства неоднократно продлевался судом первой инстанции.

В арбитражный суд 14.02.2024 поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно ФИО2 и ФИО4 на сумму совокупную размеру требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.02.2024 конкурсный управляющий  ФИО7 отстранен от обязанностей конкурсного управляющего. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена финансовый управляющий ФИО4 ФИО5.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.05.2024 конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Экомаш+Урал» утвержден ФИО1 (ИНН: 

<

***>, регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих – 263, адрес для корреспонденции: а/я 14, 

<

...>), член Крымского Союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт» (далее – конкурсный управляющий). 

Определением  Арбитражного суда Свердловской области от 08 июля 2024 года заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Экомаш+Урал» о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 (далее – ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «Экомаш+Урал». Рассмотрение заявления об определении размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Не согласившись с указанным судебным актом в части привлечения ее в субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Свердловской области от 08.07.2024 в части установления оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – ООО «Экомаш+Урал», вынести по делу новый судебный акт - заявление конкурсного управляющего ООО «Экомаш+Урал» о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворить частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – ООО «Экомаш+Урал», в остальной части отказать. 

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылается на то, что показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Одновременно, располагая всеми доказательствам, представленными в рамках настоящего обособленного спора и основного дела о банкротстве должника, а также пояснениями ответчика, суд первой инстанции не дал правовую оценку действиям ФИО2 по выполнению мероприятий по выходу из трудного финансового положения ООО «Экомаш+Урал». Соответственно, некорректно установлен срок, в который в который апеллянт был обязан обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным.

Также полагает, что заявителем не доказана совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии: причинно-следственной связи именно между действия ФИО2, ее осведомленности о наличии причинения должнику вреда совершенными сделками и возникновению признаков объективного банкротства ООО «Экомаш+Урал». В материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие сделать вывод о наличии оснований, предусмотренных ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по задолженности должника.

В дальнейшем ФИО2 представила письменные пояснения к апелляционной жалобе, которые в соответствии со ст. 81 АПК РФ приобщены к материалам дела. 

Конкурсный управляющий представил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которым просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе и письменных пояснениях, просила определение суда в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Конкурсный управляющий по доводам апелляционной жалобы возразил. Просит оставить обжалуемое определение суда без изменения. 

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" указано, что при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений от сторон не поступило.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта о признании доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу ч. 5 ст. 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции, в обжалуемой части.

 В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, общество «Экомаш+Урал» зарегистрировано в качестве юридического лица 15.10.2007; основной вид деятельности - обработка металлов и нанесение покрытий на металлы.

Директором должника в период с 15.10.2007 до 25.06.2021 (дата открытия конкурсного производства) являлась ФИО2, в период с 15.10.2007 по 18.01.2017 участником должника с размером доли 50% являлся ФИО4.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 на основании положений статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, ссылаясь на неисполнение руководителями обязанности по подаче заявления в суд о признании должника несостоятельным (банкротством), на невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лица, а также на совершение сделок, повлекших уменьшение имущественной массы должника.

Арбитражный суд первой инстанции, оценив доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, признал доказанным наличие заявленных управляющим оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экомаш+Урал».

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Порядок рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности предусмотрен главой III.2 Закона о банкротстве, которая внесена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд конкурсным управляющим 14.02.2024, применительно к рассматриваемому случаю, с учетом периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми заявитель связывает ответственность контролирующего должника лица, настоящий спор подлежит разрешению с применением главы III.2 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротства должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В этой связи в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 9 постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Конкурсный управляющий, с которым обоснованно согласился суд первой инстанции, посчитал, что по данным финансового анализа признаки объективного банкротства общества «Экомаш+Урал» сформировались по состоянию на 31.12.2019, следовательно, контролирующие должника лица должны были обратиться в суд с заявлением о признании общества «Экомаш+Урал» банкротом не позднее 31.01.2020. 

При этом в период с 2017 года по 2019 год должник арендовал помещения для осуществления деятельности по цене выше рыночной, а именно - арендовал помещение по адресу: 

<

...>; арендная плата за спорный период составила 1 302 500 руб., то есть 1000 руб. за 1 кв.м, в связи с чем арендодателем, которым являлся ФИО4, получены арендные платежи на общую сумму 31 934 350 руб. 

В период с  01.01.2017 по 28.12.2018 должник арендовал помещение по адресу: 

<

...>; арендная плата за спорный период составила 235 125 руб., то есть 1000 руб. за 1 кв.м, в связи с чем арендодателем, которым являлся ФИО4, получены арендные платежи на общую сумму 4 087 125 руб. 

В период с  01.01.2017 по 10.12.2018 должник арендовал помещение по адресу: 

<

...>; арендная плата за спорный период составила 157 200 руб., то есть 1000 руб. за 1 кв.м, в связи с чем арендодателем, которым являлся ФИО4, получены арендные платежи на общую сумму 3 299 400 руб. 

Таким образом, конкурсным управляющим сделан вывод о том, что                           за арендованные помещения должник в период с 01.01.2017 по 14.02.2019 заплатил 39 320 875 руб. 

Вместе с тем, конкурсным управляющим произведен анализ стоимости сдачи в аренду промышленных помещении? в г. Новоуральск (проанализированы открытые источники в сети интернет) и установлено, что ставка по арендным платежам составляет 0,1-0,2 тыс.руб. за 1 кв.м и с использованием такой арендной ставки должником в период с 2018 год по 2019 года заключались иные договоры аренды (так, между должником и обществом «ФКИ-2» заключен договор аренды от 20.11.2018 № 01/18-АН помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, стр.7, арендная плата составила 90 000 руб. в месяц, то есть арендная ставка за 1 кв.м составляла 0,1 тыс. руб. ).

Также конкурсный управляющий указал на то, что в период с 2018 по 2019 год руководителями должника не эффективно использовались основные средства и производственные площади.

Так, согласно договорам аренды от 21.02.2018 №4-18 и от 01.10.2019 №НСП-16/19-а должник сдавал в аренду обществу «Нефть-Сервис Прокат» часть нежилых помещении? строения 14 и 15 по адресу: 

<

...>; общая площадь предоставленных помещении? составила 50 кв.м, арендная плата 50 000 руб. в месяц, из расчета 1 тыс.руб. за 1 кв.м. Договор аренды от 21.02.2018 №4-18 заключен с момента подписания по 20.01.2019; договор аренды от 01.10.2019 №НСП-16/19-а на срок до 31.08.2020. 

Таким образом, конкурсным управляющим сделан вывод о том, что должник сдавал производственные площади по арендной ставке равной тои?, по которой сам арендовал данные помещения, не получая какой-либо прибыли, вместе с тем, согласно имеющейся выписке по расчетным счетам должника оплата по договорам аренды от общества «Нефть-Сервис Прокат» не поступала.

Кроме того, конкурсный управляющий указал, что согласно договору аренды от 21.02.2018 №5-18 должник сдавал в аренду обществу «Нефть-Сервис Прокат» оборудование, инвентарь, хозяйственные принадлежности, указанные в спецификации, которые используются последним в своих производственных целях, в помещении расположенном по адресу: 

<

...> и стр. 15; общая стоимость передаваемого имущества составляет 4 310 900 руб., ежемесячная арендная плата составила 50 000 руб. 

При этом, конкурсный управляющий пояснил, что в качестве одной из единиц оборудования, сдаваемого в аренду, является Токарныи? центр с наклонной станиной SMTCL KTL56/500; данный станок являлся предметом лизинга по договору от 23.10.2017 №55368-ФЛ/ЕК-17 с датой окончания срока лизинга – 30.04.2021, общая стоимость договора лизинга составила 3 922 206 руб., лизинговый платеж порядка 72 000 руб.; из указанного следует, что оборудование стоимостью 3 330 768 руб. взято должником в лизинг с лизинговым платежом порядка 72 000 руб. за 3 месяца до сдачи его же и иного оборудования в аренду за 50 000 руб.; кроме того, согласно выпискам               по расчетным счетам должника, денежные средства, за оплату договора аренды от общества «Нефть-Сервис Прокат» не поступали. 

Учитывая изложенное, конкурсным управляющим сделан вывод о том, что сдача в аренду площадей и оборудования указывает на неполную загруженность предприятия должника в период с 2018 года по 2019 год; об отсутствии достаточного количества заказов со стороны контрагентов.

Также одним из оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, по мнению конкурсного управляющего, является то, что с конца 2017 года у должника возросла долговая нагрузка по кредитным обязательствам, а именно между обществом «Сименс Финанс» (лизингодатель) и обществом «Экомаш+Урал» (лизингополучатель) заключены договоры финансовой аренды: 

- договор от 18.08.2017 № 54072-ФЛ/ЕК-11, согласно которому должнику представлен в лизинг KE63/1350 Токарный станок с ЧПУ, общая сумма договора составила 4 914 691 руб., лизинговый платеж 100 000 руб. в месяц; 

- договор от 23.10.2017 № 55368-ФЛ/ЕК-17, согласно которому должнику представлен в лизинг Токарный? центр с наклонной станиной, общая сумма договора составила 3 922 206 руб., лизинговый платеж 72 000 руб. в месяц;

- договор от 23.10.2017 № 55422-ФЛ/ЕК-17, согласно которому должнику представлен в лизинг KVL850 Вертикальный обрабатывающий центр, общая сумма договора составила 5 057 722 руб., лизинговый платеж 103 000 руб. в месяц;

- договор от 28.06.2018 № 60961-ФЛ/ЕК-18, согласно которому должнику представлен в лизинг KVL1000 (VM1103S) 4-оси Вертикальный? обрабатывающий центр, общая сумма договора составила 7 464 333 руб., лизинговый платеж 138 000 руб. в месяц.

Согласно условиям указанных договоров, лизингодатель обязался приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца указанное лизингополучателем имущество, и предоставить его в финансовую аренду лизингополучателю для предпринимательской деятельности в порядке и на условиях, установленных договором. 

Вместе с тем, должник обязательства по внесению лизинговых платежей перестал исполнять надлежащим образом с 2020 года, в связи с чем обществом «Сименс Финанс» договоры лизинга расторгнуты в одностороннем порядке 05.10.2020, направлено требование в адрес общества «Экомаш+Урал» о возврате имущества, предоставленного в лизинг. 

В последующем общество «Сименс Финанс» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области; решением Арбитражного суда Свердловской области от 31.12.2020 (резолютивная часть решения от 29.12.2020) по делу №А60-52981/2020 исковые требования общества «Сименс Финанс» удовлетворены в полном объеме.  

 Также, должник в период с 2017 по 2018 приобрел у лизингодателя общества «Балтии?скии? лизинг» по договорам финансовой аренды два автомобиля общей стоимостью 4 811 590 руб.: 

- NISSAN MURANO, 2018 года выпуска, VIN 

<

***>, стоимостью 2 939 866 руб.; данный автомобиль является предметом лизинга по договору от 04.12.2018 №300/18-EKT, период лизинга 11.12.2018 по 05.11.2021; 

- HYNDAY TUCSON, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, стоимостью 1 872 023 руб.; данный автомобиль предмет лизинга по договору от 19.12.2017 №372/17-EKT; период лизинга с 29.12.2017 по 14.11.2020. 

Конкурсный управляющий указал, что данные автомобили не предназначены для использования их в производственных целях должника по извлечению прибыли. 

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на то, что одним из оснований возникновения признаков объективного банкротства также является наличие корпоративного конфликта контролирующих должника лиц, в связи с чем с 2019 года у должника возросла задолженность по исполнительным производствам, при этом конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства:

1) решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2019 по делу №А60-74885/2018 с индивидуального предпринимателя ФИО4, общества «Экомаш+Урал» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО8 взыскана задолженность по оплате арендной платы в размере 17 359 590 руб. 27 коп.; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2019 по делу №А60-74885/2018 решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения; постановлением Арбитражным судом Уральского округа от 27.07.2020 по делу №А60-74885/2018 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2019, решение Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2019 отменены, дело направлено на новое рассмотрение; 

2) индивидуальный предприниматель ФИО8 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу «Экомаш+Урал» об обязаны ответчика освободить нежилое помещение общей площадью 2605 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 66:57:0101013:464, со ссылкой на том, что спорное помещение занимает и использует общество «Экомаш+Урал», при этом договор аренды с ответчиком заключен в отсутствие согласования с истцом.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2019 по делу №А60-52272/2018 исковое требование удовлетворено, на общество «Экомаш+Урал» возложена обязанность освободить нежилое помещение; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2019 решение Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Вместе с тем, должником решение суда не исполнено, в связи с чем индивидуальный предприниматель ФИО8 обратился с заявлением о присуждении судебной неустойки по делу №А60-52272/2018 на случаи? неисполнения решения суда в размере 50 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта с момента вступления в законную силу решения суда до момента его исполнения. 

Определением Арбитражного суда Свердловской? области от 19.06.2019 по делу №А60-52272/2018 с должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО8 взыскана судебная неустойка на случаи? неисполнения решения суда от 25.01.2019 по делу №А60-52272/2018 в размере 50 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта с момента вступления в законную силу настоящего определения до момента фактического исполнения судебного акта; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

3) индивидуальный предприниматель ФИО8 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу «Экомаш+Урал» об обязании освободить нежилое здание общей площадью 314,4 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 66:57:0101013:459, со ссылкой на то, что  в настоящее время здание занимает и использует должник, договор аренды с ответчиком заключен в отсутствие согласования с истцом. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2019 по делу №А60-59916/2018 исковое требование удовлетворено, на должника возложена обязанность освободить нежилое помещение; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 решение Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Вместе с тем, должник не исполнил решение Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2019 по делу №А60-59916/2018, в связи с чем индивидуальный предприниматель ФИО8 направил заявление о присуждении судебной неустойки по делу №А60-59916/2018 на случаи? неисполнения решения суда в размере 50 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта с момента вступления в законную силу решения суда до момента его исполнения. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2019 по делу №А60-59916/2018 с должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО8 взыскана судебная неустойка на случаи? неисполнения решения суда от 25.01.2019 по делу №А60-59916/2018, в размере 50 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта, с момента вступления в законную силу настоящего определения до момента фактического исполнения судебного акта; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

4) решением Арбитражного суда Свердловскои? области от 03.08.2018 по делу №А60-32921/2018 с общества «Экомащ+Урал» в пользу общества «Завод точного машиностроения «Эдан» взыскана сумма в размере 781 424 руб. 38 коп. неустои?ки, а также 11 604 руб. в возмещение расходов по уплате государственнои? пошлины; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2018 решение Арбитражного суда Свердловской области от 03.08.2018 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

 Конкурсным управляющим отмечено, что общество «Завод точного машиностроения «Эдан» и общество «Экомаш+Урал» ранее входили в одну «группу лиц» через своих участников: 

- ФИО4 с 18.01.2017 по настоящее время является участником общества «Экомаш», номинальная стоимость доли – 50 000 руб., размер доли – 50% уставного капитала, а также с 06.04.2017 по 07.04.2023 являлся участником в общества «Завод точного машиностроения «Эдан»; 

- Шалин Андреи? Владимирович с 28.12.2016 до 23.01.2020 являлся директором в общества «Завод точного машиностроения «Эдан». 

Кроме того, ФИО8, как указывалось ранее, являлся одним из собственником помещении?, которые арендовал должник.  

По мнению конкурного управляющего, данные корпоративные споры в период с 2018 год по 2020 год нанесли ущерб репутационной составляющей должника, что также повлияло на заключение новых контрактов и работу с контрагентами. 

Кроме тог, основанием, по которому возникли признаки банкротства, по мнению конкурсного управляющего, является то, что бывшим руководителем должник ФИО2 не исполнялись обязательства по выплате заработной платы работникам общества «Экомаш+Урал».

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий указывает, что в рамках уголовного дела №12102650069000036 в отношении ФИО2, по признакам состава преступления, предусмотренного части 2 статьи 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации проведена экспертиза, по результатам которой установлено, что за период с 01.01.2020 по 25.06.2021 ФИО2 не выплачена задолженность по заработной плате перед работниками должника, а именно по состоянию на 01.02.2020 задолженность составляла 169 978 руб.  660 коп., по состоянию на 01.03.2020 задолженность составляла 858 914 руб. 58 коп., по состоянию на 01.04.2020 задолженность составляла 1 663 415 руб. 73 коп., по состоянию на 01.05.2020 задолженность составляла 1 459 585 руб. 56 коп., по состоянию на 01.06.2020 задолженность составляла 1 696 162 руб. 94 коп., по состоянию на 01.07.2020 задолженность составляла 1 252 008 руб. 17 коп., по состоянию на 01.08.2020 задолженность составляла 890 432 руб. 31 коп., по состоянию на 01.09.2020 задолженность составляла 1 882 364 руб. 51 коп., по состоянию на 01.10.2020 задолженность составляла 2 175 801 руб. 54 коп., по состоянию на 01.11.2020 задолженность составляла 2 771 261 руб. 91 коп., по состоянию на 01.12.2020 задолженность составляла 3 704 057 руб. 96 коп., по состоянию на 01.01.2021 задолженность составляла 3 593 517 руб. 86 коп., по состоянию на 01.02.2021 задолженность составляла 3 423 785 руб. 93 коп., по состоянию на 01.03.2020 задолженность составляла 3 049 108 руб. 42 коп., по состоянию на 01.04.2020 задолженность составляла 3 218 245 руб. 40 коп., по состоянию на 01.05.2020 задолженность составляла 4 246 918 руб. 16 коп., по состоянию на 01.06.2020 задолженность составляла 5 148 314 руб. 69 коп., по состоянию на 26.06.2020 задолженность составляла 5 411 117 руб. 09 коп.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что должник регулярно допускал просрочку по оплате обязательных платежей в бюджет, а именно на 01.01.2017 задолженность составила 1 554 659 руб. 12 коп., на 25.01.2017 задолженность составила 1 973 716 руб. (оплачена 03.03.2017), на 25.04.2017 задолженность составила 408 252 руб. (оплачена 25.05.2017), на 26.06.2017 задолженность составила 408 252 руб. (оплачена 04.07.2017 частично, остаток задолженности 274 732 руб. 13 коп.), на 25.08.2017 задолженность составила 2 686 512 руб. 31 коп. (оплачена 14.09.2017),                   на 25.09.2017 задолженность составила 2 677 290 руб. 19 коп. (оплачена 10.10.2017), на 25.12.2017 задолженность составила 1 747 246 руб. 50 коп., на 25.01.2018 задолженность составила 3 353 33 руб. 50 коп.; также должник не оплачивал доначисленные по результатам мероприятии? налогового контроля (КНП и ВНП) задолженность и штрафы, что явилось основанием для включении? требовании? уполномоченного органа в реестр требовании? кредиторов. 

Учитывая вышеизложенное, по мнению конкурсного управляющего, действия бывших руководителей должника привели к тому, что в настоящее время в реестр кредиторов включены требования, которые возникли в период с 2017 год по 2020 год, а именно: в составе первой очереди – на 70 000 руб., в составе очереди – на сумму 12 656 468 руб. 98 коп., в составе третьей очереди – 12 269 436 руб. 57 коп. основного долга и 3 079 898 руб. 53 коп. финансовых санкций.

Кроме того, к должнику предъявлено требование ФИО4  в размере 30 682 875 руб. 06 коп. по выплате арендной платы за период до 31.05.2021, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.12.2022 по делу №А60-48256/2020 признано финансированием, предоставленным в условиях имущественного кризиса. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО2 как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции ссылалась на то, что у бывшего руководителя должника не имелось объективных причин для подачи заявления о признании общества «Экомаш+Урал» несостоятельным (банкротом) в связи с тем, что стоимость чистых активов должника значительно превышала уставной капитал общества. 

Указанное, с точки зрения ответчика, подтверждается тем, что согласно инвентаризационной описи от 16.03.2021 имущество предприятия оценивалось в 62 798 773 руб., указанной суммы хватало для погашение всей кредиторской задолженности должника, кроме того, бывший руководитель ссылается на то, что у общества, согласно бухгалтерскому балансу, по состоянию на 01.01.2020, имелись запасы на сумму 41 119 000 руб.; по состоянию на 01.01.2020 балансовая величина дебиторской задолженности составляет 30 075 000 руб.

Также ФИО2 оспаривает утверждение о том, что аренда производственных помещений по адресу: 

<

...> 14,15,17 осуществлялась по завышенной цене, поскольку конкурсный управляющий, с точки зрения ответчика, не учитывает техническое состояние самих вышеуказанных производственных площадей, а также ограниченность рынка коммерческой недвижимости в городе Новоуральске, исходя из чего цена в размере 1000 руб. за квадратный метр является обоснованной, так как включает в себя не только расходы на содержание производственных платежей, но и расходы на оплату коммунальных услуг. 

ФИО2 указывает, что довод о недостаточной загруженности предприятия также ни чем не подтвержден, ссылается на то, что 07.12.2018 заключен договор № 18/6-12 на изготовление и поставку оборудования системы пневмопочты на сумму 5 884 800 руб. – срок поставки – июнь 2021 года, а также дополнительно 29.04.2021 на сумму 5 911 560 руб. согласно спецификации №2 – срок поставки - сентябрь 2021 года,  и 14.05.2021 на сумму 3 977 100 руб. согласно спецификации №3– срок поставки - ноябрь 2021 года. 

Также 24.07.2018 заключен договор поставки № 13-18 212/264-18ТД с обществом ТТД СТМ на изготовление комплектующих к тепловозам и электровозам на сумму 919 015 руб. 61 коп. и на сумму 9 345 921 руб. 48 коп., согласно дополнительного соглашения №1 к спецификации от 03.02.2020 №3, а также на сумму 5 887 508 руб. 11 коп. согласно спецификации от 11.02.2021 № 5. 

Кроме того, ответчик указывает, что предприятием под руководством ФИО2 выполнено 43 государственных оборонных заказа, приобретено имущества (станки и оборудование) более чем на 60 миллионов рублей, получена лицензия Ростехнадзора на производство изделий для ядерных установок, закреплена военная приемка, получен сертификат ИСО-2020; в 2015 году получен целевой кредит для выполнения ГОЗ в Банке НЕЙВА на сумму 28 000 000 руб., возвращен в срок; в 2018 году получен целевой кредит ПАО Сбербанк в размере 10 000 000 руб., возвращен в срок; в 2019 году по целевому кредиту ПАО Сбербанк приобретен токарный станок Грациано Мульфильд 50.

Также ФИО2 указывает, что ей предпринимались все возможные меры, с целью вывода предприятия из кризисной ситуации, а именно - в период процедуры наблюдения представлялся план по осуществлению мер по восстановлению платежеспособности должника, предпринимались попытки по заключению мирового соглашения с уполномоченным органом. 

Относительно заключенных договоров лизинга ФИО2 пояснила, что в период с 2017 год по 2018 год общество «Экомаш+Урал» не имело финансовых трудностей, кроме того, указала, что при заключении договоров финансовой аренды общество «ЛК Сименс Финанс» как лизингодатель проводило проверку на финансовую устойчивость и кредитный потенциал лизингополучателя.

Также ответчиком даны пояснения о том, что  заключение договоров финансовой аренды с обществом «Балтийский лизинг» вызвано необходимостью круглогодичной езды между городами в пределах области и соседних регионов, для перемещения заготовок, некоторых негабаритных материалов, спецодежды, инструмента и т.д.

Довод о том, что наличие корпоративных споров привели к возникновению объективных признаков банкротства, ФИО2 проанализирован, даны пояснения о том, что в связи с наличием возбужденных исполнительных производств, руководителем должника направлялись письма в службу судебных приставов, с целью перераспределения денежных средств на уплату обаятельных платежей, указанный факт явился первостепенной причиной возникновения корпоративного конфликта.

Кроме того, корпоративный конфликт также возник в связи с действиями ФИО4, а именно - 01.10.2019 последним подписано соглашение об уступке права требования между акционерным общество «Торговый дом КЭНПО-Калий», должником и обществом «Уральский дизель-моторный завод» на сумму уступки в размере 1 800 000 руб., вместе с тем, ФИО2 о совершении указанной сделки в известность не поставил. 

ФИО2 указала, что в рамках уголовного дела №1-558/2020 ФИО4 признана вина в сокрытии денежных средств, за счет которых должно производиться погашение задолженности по обязательным платежам; также заинтересованное лиц ссылает на тот факт, что ФИО4 всячески препятствовал осуществлению мер по выходу общества «Экомаш+Урал» из кризисной ситуации.

В июле 2021 года ОП 9 по городу Екатеринбургу по заявлению ФИО2 проведена проверка и установлено, что действия ФИО4 подпадают под действие статьи 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации, также установлено, что последний получал значительные выгоды, будучи коммерческим директором общества «Экомаш+Урал» и на протяжении длительного времени использовал промышленное оборудование и станки; в последующем приговором Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 09.09.2020 по делу №1-558/2020 действия ФИО4 квалифицированы по части 1 статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации – сокрытие денежных средств организации, за счет которых должно производиться взыскание налогов. 

ФИО2 также возражает против довода о том, что ей значительный период не выплачивалась заработная плата работникам общества «Экомаш+Урал»; в обоснование своей позиции ссылается на то, что постановлением о прекращении уголовного дела от 11.05.2022 установлено, что директором ФИО2 внесены в кассу общества «Экомаш+Урал» денежные средства в сумме 1 796 519 руб. 21 коп.; кроме того, из указанного постановления следует, что в ходе следствия установлено, что ФИО2 предпринимались меры по выплате заработной платы работникам как за счет средств самого предприятия, так и за счет заемных ею, как физическим лицом, средств, при этом денежные средства самого предприятия в подавляющем своем большинстве использовались на выплату заработной платы, уплату обязательных платежей и в минимальных и значительно меньших размерах, чем задолженность по заработной плате, размерах для поддержания работоспособности предприятия, в целях продолжения им производства. 

Также ФИО2 указывает, что согласно реестру кассовых документов общества «Экомаш+Урал» с октября 2020 года по июнь 2021 года заинтересованным лицом внесены денежные средства в общем размере 1 925 519 руб. 21 коп.; ФИО4 внесены денежные средства в общем размере 27 000 руб.; указанные денежные средства выплачены работникам общества «Экомаш+Урал» по расходно-кассовым ордерам в счет погашения задолженности по заработной плате.

Проанализировав указанные доводы сторон, оценив все собранные по делу доказательства в совокупности в соответствии со статей 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основанию неподачи заявления о признании общества «Экомаш+Урал».

Так, материалами дела подтверждено, что общество «Экомаш+Урал» арендовало помещения по цене, выше рыночной, что привело к завышенной финансовой нагрузке должника и впоследствии - причинению вреда конкурсным кредиторам, при этом доказательств экономической целесообразности заключения договоров  аренды по завышенной стоимости ФИО2 в материалы дела не представлено. 

При этом суд первой инстанции принял во внимание доводы ФИО2 о том, что конкурсным управляющим не учтено техническое состояние производственных площадей, а также ограниченность рынка коммерческой недвижимости в городе Новоуральске, при расчете стоимости арендных платежей, вместе с тем, обоснованно указал, что ответчиком не опровергнут тот факт, что при заключении иных договоров, согласно которым общество «Экомаш+Урал» самостоятельно сдавал в аренду обществу «Нефть-Сервис Прокат» помещения, оборудование, инвентарь, хозяйственные принадлежности, которые использовались должником в производственной деятельности, установлена арендная ставка равная той, по которой сам должник арендовал помещения, при этом не получая какой-либо сверх прибыли; кроме того, конкурсным управляющим установлено, что денежные средства по оплате арендных платежей со стороны общества «Нефть-Сервис Прокат» не поступали, что также привело к возникновению признаков неплатежеспособности должника, иного в материалы дела не представлено.

Также из материалов дела следует, что должником обществу «Нефть-Сервис Прокат» сдавалось в аренду имущество по цене 50 000 руб., которое приобретено обществом «Экомаш+Урал» по договору лизинга, с лизинговым платежом в 72 000 руб., из чего следует сделать вывод о том, что в данном конкретном случае должнику причинен убыток на сумму равной разнице между лизинговыми платежами и получаемой арендной платой; кроме того, в материалы дела также не представлено доказательств по оплате арендных платежей со стороны общества «Нефть-Сервис Прокат», иного из материалов дела не следует. 

Довод ФИО2 о том, что согласно инвентаризационной описи от 16.03.2021 имущество предприятия оценивалось в 62 798 773 руб., кроме того, у общества согласно бухгалтерскому балансу, по состоянию на 01.01.2020 имелись запасы на сумму 41 119 000 руб.; по состоянию на 01.01.2020  балансовая величина дебиторской задолженности составляет 30 075 000 руб., исходя из чего, у общества «Экомаш+Урал» по состоянию на 31.12.2019 (дата возникновения признаков объективного банкротства) имелась возможность погашения задолженности перед конкурсными кредиторами, также принят во внимание судом первой инстанции. Вместе с тем, судом учтено, что согласно представленному в материалы дела финансовому анализу в период с 2016 год по 2020 год должник испытывал дефицит ликвидных активов, ежегодно ухудшалось состояние платежеспособности, так как в течение данных лет наблюдается снижение ликвидных активов; установлено, что в анализируемый период у должника имелась зависимость от кредиторов и заемных источников финансирования, должник имел неустойчивое финансовое положение. 

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, ответчиком не представлено доказательства принятия мер по реализации ликвидного имущества должника, с целью погашения образовавшейся кредиторской задолженности должника, не представлено доказательств принятия мер по взысканию дебиторской задолженности, с целью восстановления финансового состояния должника и выхода из кризисной ситуации; сам факт наличия по стоянию на дату объективного банкротства имущества, запасов, дебиторской задолженности, не свидетельствует о том, что должник имел возможность восстановления платежеспособности, учитывая наличие неразрешенного  корпоративного конфликта между участниками общества; также суд принял во внимание, что имеются вступившие в законную силу судебные акты, вынесенные в период с 2018 по 2020 года, согласно которым с должника взыскана существенная сумма задолженности, которая впоследствии обществом «Экомаш+Урал» не погашена, обратного в материалы дела не представлено. 

Также судом обоснованно учтено, что ФИО2 с 01.01.2020 по 25.06.2021 не выплачивалась заработная плата работникам должника, указанная задолженность погашена за счет личных денежных средств лишь после возбуждения в отношении нее и ФИО9 уголовного дела в 2022 году.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что начиная с конца 2017 года по конец 2020 года, существенно возросла кредиторская задолженность должника, которая и в дальнейшем продолжала расти, при этом контролирующими должника лицами не предпринимались какие-либо меры по погашению возникшей задолженности, несмотря на утверждение ответчика о наличии имущества, запасов и дебиторской задолженности; учитывая, что один из факторов возникновения признаков банкротства является наличие неразрешенного корпоративного конфликта между контролирующими должника лицами; наличия вступивших в законную силу судебных актов о взыскании с должника денежных средств; исходя из того, что контролирующие должника лица, обладая информацией о необходимости возмещения задолженности в пользу кредиторов и при должной степени разумности и осмотрительности имели возможность своевременно оценить финансовую нагрузку на должника и в случае установления факта неплатежеспособности и (или) признаков недостаточности имущества - обратиться в установленном законом порядке в суд с заявлением о признании общества «Экомаш+Урал» банкротом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности возникновения признаков объективного банкротства по состоянию на 31.12.2019 и необходимостью обращения контролирующих должника лиц в суд с заявлением о признании общества «Экомаш+Урал» банкротом не позднее 31.01.2020. 

Данная обязанность ФИО2 исполнена не была. С заявлением  о признании  должника банкротом обратилось общество с ограниченной ответственностью «Завод точного машиностроения «Эдан» в связи с наличием вступивших в законную силу судебных актов, на которые также ссылался конкурсный управляющий.

На основании изложенного, вывод о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве является обоснованным.

При этом, суд первой инстанции отдельно указал, что доводы ФИО2 о том, что ею предпринимались все возможные меры для вывода предприятия из кризисной ситуации, предпринимались попытки по заключению мирового соглашения с уполномоченным органом, а также что в рамках уголовного дела доказана вина ФИО4 в сокрытии денежных средств, будут оценены и приняты во внимание при рассмотрении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности.

Отказывая в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче документации и имущества должника, суд первой инстанции исходил из того, что аргументированных объяснений относительно того, как указанный факт негативно отразился на осуществлении им мероприятий конкурсного производства в заявлении конкурсного управляющего не содержится; конкурсным управляющим на отсутствие каких-либо конкретных документов, которые должны были бы иметься у должника не указано, равно как и не подтверждено, что отсутствие таких документов повлекло невозможность осуществления расчетов с кредиторами должника, в связи с чем не установив причинно-следственной связи между отсутствием у конкурсного управляющего документов и невозможностью или затруднительностью пополнения конкурсной массы должника. Кроме того, суд принял во внимание, что конкурсный управляющий, ни в процедуре наблюдения, ни в процедуре конкурсного производства не обращался в суд с требованием об обязании контролирующих должника лиц передать документацию, имущество должника. 

Выводы суда первой в данной части никем их участников дела не оспариваются, в связи с чем предметом проверки в суде апелляционной инстанции не  являются. 

В качестве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности управляющий также указал на совершение сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 23 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как следует из заявленных требований, 29.01.2019 между должником и ФИО4 заключен договор купли-продажи оборудования, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю оборудование согласно спецификации. 

В пункте 2.1. названного договора установлено, что стоимость оборудования по настоящему договору указана в согласованной между сторонами спецификации оборудования. Указанная стоимость является окончательной и изменению не подлежит. 

Оплата оборудования производится после передачи оборудования частями или в полном размере по усмотрению Покупателя, но в любом случае покупатель должен произвести оплату оборудования в полном объеме не позднее 31.12.2019 с момента подписания сторонами спецификации оборудования к настоящему договору (пункт 2.2). 

Согласно пункту 2.3. договора купли-продажи от 21.01.2019 оплата производится путем перечисления денежных средств на расчётный? счет Продавца; общая стоимость оборудования составляет 14 556 999 руб. 94 коп. 

Вместе с тем, конкурсный управляющий указывает, что оплата за оборудование не поступила, каких-либо мероприятий, направленных на взыскание задолженности за оплату оборудования директором должника – ФИО2, предпринято не было; уведомление о расторжении договора (телеграммы, письмо № 65/11-2021) направлено ответчику 26.04.2021.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что совершение данных сделок, направленных фактически на вывод активов должника, в совокупности с совершением иных описанных в постановлении сделок повлекло за собой дальнейшее наращивание кредиторской задолженности ООО «Экомаш-Урал» и его последующее банкротство. При этом в силу действующего законодательства, для целей установления оснований для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности не имеет значения, являются ли данные сделки крупными сделками или не являются. В связи с этим доводы ФИО2 о том, что оборудование по договору купли-продажи являлось только малой частью основных средств должника, отклоняется судом апелляционной инстанции 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2022 по делу №А60-48256/2020 договор купли-продажи оборудования признан недействительным применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ (постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения). 

Кроме того, конкурсный управляющий также ссылается на то, что между должником в лице директора ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 были заключены договоры аренды: 

- на ? в здании общей? площадью 2605 кв.м, расположенном по адресу: 

<

...> - договор аренды №19-18 от 15.10.2018, договор аренды №1/2018 от 07.12.2017, договор аренды №1/2017 от 01.01.2017, договор аренды №2/2016 от 30.08.2016;

- на 1/4 в здании площадью 940,5 кв.м, расположенном по адресу: 

<

...> - договор аренды №2/2018 от 18.12.2017, договор аренды 2/2017 от 01.01.2017; 

- на ? в здании общей? площадью 314,4 кв.м, 

<

...> - договор аренды №3/2018 от 18.12.2017, договор аренды №3/2017 от 01.01.2017.

Вместе с тем, вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Свердловской области по делам №А60-59916/2018, №А60-59914/2018, №А60-52272/2018 установлено, что договоры аренды, заключенные между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО4 по передаче в аренду нежилых помещении? являются недействительными сделками в силу их ничтожности. 

 В рамках всех указанных выше дел установлено, что соотношение арендуемой должником площади с площадью здания и передача ответчику по договорам аренды нежилых помещении? части нежилых помещений, не изменяет режима долевой собственности без определения сособственниками порядка владения и пользования общим имуществом. Должник фактически занимает все здание, не учитывая правомочия индивидуального предпринимателя ФИО8 как собственника ? доли в спорном имуществе. 

Таким образом, сложилась ситуация, что ФИО4 получал арендную плату за пользование должником объектами недвижимости полностью, хотя имел право только на долю такой платы, наравне с иными участками долевой собственности. 

В последующем, индивидуальный предприниматель ФИО8 взыскал с ФИО4 часть полученной последним от должника арендной платы в общем размере 17 335 885 руб. 27 коп. (решение Арбитражного суда Свердловской области от 28.05.2021 по делу №А60-74885/2018); указанное требование в настоящее время включено в реестр кредиторов ФИО4 в рамках дела о его банкротстве, составляют большую часть требований к нему.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, в результате указанных выше сделок индивидуальный предприниматель ФИО4 получил значительные выгоды в результате недобросовестных и неразумных действий руководителя должника – ФИО2 посредством заключения недействительных сделок, в результате которых ФИО4 на протяжении длительного времени получал арендную плату в полном объёме (имея право только на его часть), а также промышленное оборудование и станки без какого-либо встречного представления (которым имел возможность пользоваться длительное время).

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО2 указывает, что реализованное по договору купли-продажи 29.01.2019 оборудование оставалось на балансе должника до момента фактической оплаты, при этом на спорном оборудовании работали сотрудники должника и работники индивидуального предпринимателя ФИО4 

Кроме того, ответчик указывает, что продажа части оборудования общества «Экомаш+Урал» не могла причинить ущерба ни предприятию, ни кредиторам, так как договором предполагалась замена части имущества должника на денежные средства полученные по договору купли-продажи, кроме того, на вырученные денежные средства обществом планировалось погасить образовавшуюся задолженность по обязательным платежам; также ФИО2 указывает, что оборудование, реализованное по договору купли-продажи от 21.01.2019, являлось малой частью основных средств должника. 

Рассмотрев заявленные доводы, суд первой инстанции правильно посчитал, что со стороны ФИО2 не представлены доказательства, подтверждающие целесообразность заключения спорных сделок, а также целесообразность предоставления оборудования в пользование индивидуальному предпринимателю ФИО4, с учетом отсутствия оплаты по договору купли-продажи от 29.01.2019, кроме того, также не представлены доказательства необходимости заключения спорных сделок по предоставлению помещений в аренду, учитывая, что указанными сделками впоследствии причинен вред конкурсным кредиторам должника.

Установив указанные обстоятельства, принимая во внимание, что в связи  с совершением указанных сделок от имени общества с ограниченной ответственностью «Экомаш+Урал» повлекло возникновение признаков неплатежеспособности должника, а в последствии нарушение прав конкурсных кредиторов, учитывая,  что в подобной экономической ситуации совершены сделки по выводу ликвидного имущества  должника, без какого-либо эквивалентного возмещения, при этом от имени должника сделки совершены ФИО2 и ФИО4, суд заключил, что контролирующие должника лица в ходе осуществления руководства деятельностью должника допустили действия, которые привели к невозможности расчетов с контрагентами, оплаты возникшей задолженности перед уполномоченном органом и, соответственно, возникновению задолженности, к ухудшению финансового состояния должника, при том, что аргументированных и документально подтвержденных пояснений относительно целесообразности совершения вышеуказанных сделок представлено не было.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, поскольку установлено совершение ФИО2 недобросовестных противоправных действий, что привело к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов и причинно-следственную связь между ними, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в полном объеме.

Согласно  пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку мероприятия, предусмотренные в процедуре конкурсного производства полностью не завершены и размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в настоящее время определить не представляется возможным, так как реестр требований кредиторов должника не сформирован, поскольку действующее законодательство о банкротстве связывает размер субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника с размером непогашенных в результате конкурсного производства требований конкурсных кредиторов, суд первой инстанции правильно приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, как основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в материалах дела доказательствах, оснований для переоценки которых апелляционный суд не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 были предметом рассмотрения суда первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку, не подтверждают нарушения судом норм материального и (или) процессуального права, а, по сути, повторяют позицию ответчика по существу спора, выражают ее субъективное мнение и свидетельствуют о несогласии ответчика с выводами суда, что не является основанием для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержат.

Представленные в материалы дела доказательства, судом первой инстанции исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 08 июля 2024 года по делу № А60-48256/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

 

Л.М. Зарифуллина 

 

Т.В. Макаров