﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1737/2021

05 мая 2021 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 мая 2021 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.

судей: Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии:

представители участвующих в деле лиц не явились

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием «Жилищно-управляющая компания» муниципального образования «Тенькинский городской округ» Магаданской области Воловик Елены Геннадьевны

на постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021

по делу №  А37-40/2018 Арбитражного суда Магаданской области

по заявлению конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием «Жилищно-управляющая компания» муниципального образования «Тенькинский городской округ» Магаданской области Воловик Елены Геннадьевны

к администрации Тенькинского городского округа Магаданской области, Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации  Тенькинского городского округа Магаданской области                                     (ОГРН: 1024900784700, ИНН: 4906000487, адрес: 686050, Магаданская область, Тенькинский район, пгт. Усть-Омчуг, ул. Горняцкая, д. 37)

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании муниципального унитарного предприятия «Жилищно-управляющая компания» муниципального образования «Тенькинский городской округ» Магаданской области                                     (ОГРН: 1114911000115, ИНН: 4906060711, адрес: 686050, Магаданская область, Тенькинский район, пгт. Усть-Омчуг, ул. Мира, д. 5) несостоятельным (банкротом)   

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Магаданской области (далее – ФНС России, уполномоченный орган), 27.12.2017 обратилась в Арбитражный суд Магаданской области с заявлением о признании муниципального унитарного предприятия «Жилищно-управляющая компания» муниципального образования «Тенькинский городской округ» Магаданской области (далее – МУП «ЖУК», должник, Предприятие) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 10.08.2018 в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев.

Определением суда от 29.04.2019 конкурсным управляющим должником утверждена арбитражный управляющий Воловик Елена Геннадьевна, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

В рамках данного дела конкурсный управляющий Воловик Е.Г.  13.07.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – администрации Тенькинского городского округа Магаданской области            (далее – Администрация ТГО, ответчик) и Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Тенькинского городского округа Магаданской области (далее – КУМИ администрации ТГО, ответчик) по обязательствам должника солидарно в размере 14 628 721,76 руб., из которых 13 324 685,96 руб. – задолженность, включенная в реестр требований кредиторов должника, 1 304 035,80 руб. – задолженность по текущим платежам.

Определением Арбитражного суда Магаданской области от 20.11.2020 заявленные требования конкурсного управляющего удовлетворены.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 определение Арбитражного суда Магаданской области от 20.11.2020 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Воловик Е.Г.              (далее также – заявитель, податель жалобы) просит Арбитражный суд Дальневосточного округа постановление апелляционного суда от 17.02.2021 отменить.

В обоснование жалобы заявитель, ссылаясь на положения статей 70, 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), разъяснения пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», указывает на выход судом апелляционной инстанции при вынесении оспариваемого постановления за пределы обжалуемых Администрацией ТГО выводов, изложенных в определении от 20.11.2020, поскольку апелляционным судом не учтено фактическое согласие ответчика в апелляционной жалобе с привлечением к субсидиарной ответственности на основании статей 9 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в размере 3 286 025,39 руб.

В отзыве на кассационную жалобу Администрацией ТГО приведены возражения по изложенным в ней доводам.

Податель жалобы и иные лица, участвующие в обособленном споре и в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в заседание суда кассационной инстанции не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие

Проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для его отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судами, МУП «ЖУК» (ОГРН 1114911000115) состоит на учете в Межрайонной ИФНС России № 2 по Магаданской области с 01.04.2011, организационно-правовая форма Предприятия – муниципальное унитарное предприятие, форма собственности – муниципальная.

Должник являлся единственной структурой в пос. Усть-Омчуг, осуществляющей производство санитарно-технических работ, а также оказание услуг и выполнение работ по управлению многоквартирными домами, надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирных домах, предоставление коммунальных услуг собственникам помещений; оказание услуг по сбору и вывозу твердых бытовых отходов; оказание услуг по санитарной очистке и поддержанию санитарного состояния жилых домов и придомовых территорий.

Имущество МУП «ЖУК» является муниципальной собственностью. Собственником имущества МУП «ЖУК» является его учредитель – муниципальное образование «Тенькинский городской округ» Магаданской области.

В соответствии с Уставом муниципального образования «Тенькинский городской округ», принятым решением Собрания представителей Тенькинского городского округа от 16.11.2015 № 34, исполнительно-распорядительным органом муниципального образования является Администрация ТГО, она определяет цели, условия и порядок деятельности муниципальных предприятий, утверждает их уставы, назначает и освобождает от должности руководителей данных предприятий.

Пунктом 1.7 Устава МУП «ЖУК», утвержденным постановлением Администрации ТГО от 21.03.2016 № 167-па, предусмотрено, что от имени Учредителя предприятия выступает Администрация ТГО.

Полномочия собственника имущества муниципального образования «Тенькинский городской округ» осуществляет КУМИ администрации ТГО, который в соответствии с Решением Собрания представителей Тенькинского городского округа от 01.02.2016 № 11 «Об утверждении Положения о Комитете по управлению муниципальным имуществом администрации Тенькинского городского округа Магаданской области» является структурным подразделением Администрации ТГО, и который, представляя интересы собственника муниципального имущества – муниципального образования «Тенькинский городской округ» Магаданской области, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах полномочий, установленных действующим законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3.21 Положения о КУМИ Администрации ТГО, Комитет выступает от имени муниципального образования «Тенькинский городской округ» Магаданской области учредителем муниципальных унитарных предприятий.

Согласно пункту 7.8.2 Устава МУП «ЖУК» КУМИ администрации ТГО осуществляет контроль за деятельностью предприятия.

Полагая, что имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц – Администрации ТГО, КУМИ администрации ТГО                      к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным пунктом              4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона                          от 03.07.2016 № 360-ФЗ, статьей 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений                      в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) конкурсный управляющий должником обратился в суд с настоящим заявлением об их привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно в пользу должника 14 628 721,76 руб.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, констатировал наличие совокупности условий, влекущих ответственность указанных лиц в виде субсидиарной ответственности, удовлетворил заявление конкурсного управляющего и взыскал с ответчиков солидарно в пользу должника денежные средства в сумме 14 549 341,35 руб.

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, не согласился с выводами суда первой инстанции, признав недоказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за недоказанностью причинно-следственной связи между вмененными данным ответчикам неправомерными действиями и банкротством должника, и фактов совершения со стороны указанных лиц каких-либо действий в отношении должника, непосредственно приведших к объективному банкротству, в связи с чем отменил определение суда от 20.11.2020.

Судебная коллегия суда округа, поддерживая выводы суда апелляционной инстанции, руководствуется нижеследующим.

В качестве правового основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, сославшись при этом на следующие обстоятельства: совершение сделки в 2017 году по изъятию из хозяйственного ведения должника имущества на сумму 885 427,20 руб.; бездействие в связи с непринятием мер на осуществление государственной регистрации права хозяйственного ведения на бетонные площадки под мусорные контейнеры 2014 года приобретения; бездействие, выразившиеся в отсутствии действий по поднятию тарифов на услуги предприятия в 2015-2017гг.; также указывает, что по состоянию на 01.04.2016 МУП «ЖУК» имело просроченную более трех месяцев кредиторскую задолженность в размере, превышающем 300 000 руб., в связи с чем руководитель должника обязан был обратиться в Арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом не позднее чем 04.05.2016, поскольку руководитель предприятия данные действия не осуществил, согласно пункту 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве, у собственника имущества должника – унитарного предприятия возникла обязанность в течение десяти календарных дней (т.е. до 10.08.2017, с учетом вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ) принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, однако данных действий предпринято не было.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Из положений пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ и правовой          позиции, содержащейся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137             «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», следует, что к спорным правоотношениям в соответствующей части установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, в том числе, действовавшей до вступления в силу                              Закона № 266-ФЗ.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона              № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Принимая во внимание различные периоды, в которые были совершены, по мнению конкурсного управляющего, контролирующими должника лицами нарушения, указанные конкурсным управляющим в обоснование заявления, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (действует начиная с 30.07.2017) в отношении, в частности, такого основания, как непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (действовала с 30.06.2013 до 30.07.2017, далее – Закон № 134-ФЗ) в отношении такого основания, как невозможность полного погашения требований кредиторов в результате действий/бездействия контролирующих должника лиц.

Согласно статье 113 ГК РФ унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

В силу действовавшего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время – пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве) в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункт 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Приведенные нормы свидетельствуют о том, что законодатель установил особый специальный вид ответственности учредителя, собственника имущества - субсидиарную ответственность, которая наступает при наличии определенных законодательством специальных обстоятельств.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в частности, следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 8 и 9 постановления Пленума № 53, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 данного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель в силу норм статьи 65 АПК РФ должен доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Исследовав и оценив по правилам главы 7 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, проанализировав положения Устава МУП «ЖУК», Положения о КУМИ Администрации ТГО, суд апелляционной инстанции с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума № 53, правильно указал, что сам по себе лишь статус учредителя юридического лица не свидетельствует о безусловности оснований для привлечения такого учредителя к субсидиарной ответственности без конкретизированных аргументов о принятии им заведомо неверных управленческих решений, совершении недобросовестных сделок и т.д.

Критически оценивая доводы конкурсного управляющего о том, что объективное банкротство должника возникло в 2016 году, в связи с превышением совокупного размера обязательств (10 086 тыс. руб.) над реальной стоимостью его активов (2 280,24 тыс. руб.) в размере 7 781,76 руб., апелляционная коллегия обоснованно исходила из того, что наличие у должника формальных признаков, являющихся основанием для возбуждения дела о банкротстве, само по себе не является достаточным для вывода о наличии у руководителя обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку факт наличия определенной кредиторской задолженности у хозяйствующего субъекта еще не означает его неплатежеспособности и не свидетельствует о наступлении критического момента, с которым Закон о банкротстве связывает необходимость подачи заявления о признании должника банкротом.

Как указывалось выше, основным видом деятельности должника является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе. Основным источником поступления денежных средств в конкурсную массу должника являются коммунальные платежи, что соответствует основному виду деятельности должника.

Ситуация, при которой обслуживающая жилой фонд организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность одновременно с дебиторской задолженностью, является обычной для их функционирования, в связи с низкой платежной дисциплиной населения и установлением тарифов для населения, которые не совпадают с экономически обоснованными тарифами. Соответственно, при убыточной деятельности должника показатель чистых активов не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение этим показателем отрицательных значений само по себе не является основанием для ликвидации или немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о его банкротстве

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно констатировал, что в рассматриваемом случае формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером оборотных активов               не свидетельствует о невозможности предприятия исполнять свои обязательства; в силу специфики деятельности исполнителя коммунальных услуг в области жилищно-коммунального хозяйства, ситуация, при которой у исполнителя имеется кредиторская задолженность перед поставщиками энергоресурсов в условиях имеющейся дебиторской задолженности по оплате услуг населением, является прогнозируемой, то есть обычной является ситуация, когда из-за несвоевременной оплаты коммунальных услуг собственниками помещений в домах наступает просрочка оплаты поставленных коммунальных ресурсов.

Таким образом, апелляционный суд обоснованно заключил, что наличие у муниципального предприятия непогашенной кредиторской задолженности перед энергоснабжающими организациями, бюджетом, одновременно с дебиторской задолженностью граждан, не является безусловным доказательством его неплатежеспособности.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о непринятии мер                    по повышению тарифов, судом принято во внимание, что ответчики              как органы местного самоуправления лишены возможности влияния  на тарифообразование, устанавливаемое в отношении предприятия государственными органами, при этом оспаривать установленные тарифы               в действующем законодательстве отсутствует как правовая обязанность,               так и право на указанные действия, с учетом того, что данные тарифы           были рассчитаны, обоснованы и установлены по всей Магаданской области.

Аргументы  об ухудшении финансового состояния должника в связи с изъятием основных средств на сумму 885 427,20 руб. не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего спора, поскольку из материалов дела усматривается, что должник вел убыточную деятельность и до изъятия у него учредителем в 2017 году имущества.

При этом апелляционной коллегией правомерно указано, что непринятие мер по государственной регистрации права хозяйственного ведения на бетонные площадки под мусорные контейнеры не является бесспорным доказательством ухудшения имущественного положения должника или лишения его возможности осуществлять хозяйственную деятельность должника.

В силу положений статьи 53 ГК РФ и статьи 21 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» должник должен был предпринять действия по регистрации права хозяйственного ведения на переданное имущество, тогда как у администрации, как учредителя, отсутствовала обязанность по регистрации права хозяйственного ведения.

Доказательств, что должник предпринимал действия по государственной регистрации права хозяйственного ведения, в отношении спорного имущества и ему было отказано, в материалы дела не представлено.

Проанализировав совокупность обстоятельств, установленных в рамках настоящего обособленного спора, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия причинно-следственной связи между действиями учредителя, а также собственника имущества и последствиями в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника, приведшими к его банкротству.

С учетом изложенных в мотивировочной части настоящего постановлении обстоятельств и приведенных норм права, в отсутствие доказательств того, что ответчики действовали недобросовестно и неразумно, вопреки интересам Предприятия, их действия были направлены на ухудшение финансового состояния должника и причинение имущественного вреда кредиторам, суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных к Администрации ТГО, КУМИ администрации ТГО требований.

Оснований для иных выводов применительно к оценке названных доказательств у суда округа не имеется.

Довод заявителя кассационной жалобы о фактическом согласии Администрации ТГО в апелляционной жалобе с привлечением к субсидиарной ответственности на основании статей 9 и 61.12 Закона о банкротстве в размере 3 286 025,39 руб. судебной коллегией суда округа отклоняется как противоречащий материалам дела.

Согласно изложенной Администрацией ТГО в апелляционной жалобе позиции, ответчик оспаривал определение суда от 20.11.2020 именно в полном объеме; вместе с тем, ссылался и на то, что, по мнению данного ответчика, является незаконным возложение судом первой инстанции солидарного размера ответственности с КУМИ администрации ТГО перед должником на общую сумму 14 628 721,76 руб., указав, что такая сумма во всяком случае (и при условии доказанности оснований к взысканию) не может превышать размер обязательств, образовавшихся в период с 11.08.2017 по 23.01.2018 – 3 286 025,39 руб.

Суд округа также отмечает, что поданная заявителем изначально кассационная жалоба содержала аргументы о несогласии с обжалованным судебным актом только по указанному основанию – относительно размера ответственности в сумме 3 286 025,39 руб. При этом уже непосредственно к судебному заседанию (то есть за пределами срока на кассационное обжалование, установленного статьей 276 АПК РФ) конкурсным управляющим были представлены обширные дополнения к доводам кассационной жалобы.

Данное поведение стороны обособленного спора не соотносится с разъяснениями, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» о том, что на всех стадиях рассмотрения дела стороны вправе приводить именно сугубо правовое обоснование своих доводов и возражений, основанное на доказательствах, имеющихся в материалах дела, и если представляемые стороной дополнения и пояснения к кассационной жалобе не содержат ни новых требований, ни новых доказательств, которые в силу положений           АПК РФ не могут рассматриваться и исследоваться судом кассационной инстанции.

Вместе с тем, учитывая существо позиции по данному спору, приводившееся конкурсным управляющим как при подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, так и в предоставлявшемся отзыве на апелляционную жалобу, окружной суд полагает в данному случае допустимым отметить, что исходя из содержания обжалуемого судебного акта усматривается, что суд апелляционной инстанции дал подробную, мотивированную и объективную оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в обособленном споре, надлежащим образом исследовали все имеющиеся в материалах дела доказательства, установил все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора по существу, правильно применил нормы материального и процессуального права.

Квалификация судом заявленного требования в качестве привлечения к субсидиарной ответственности либо взыскания убытков в рассмотренном случае решающего значения не имеет, учитывая конкретные установленные по спору обстоятельства, а также, в частности, схожую правовую природу таких требований и порядка их рассмотрения (пункт 20 Постановления               № 53).

Более того, судом округа применительно к указанному обстоятельству также учтено, что, как установлено при рассмотрении дела судом первой инстанции, сделка по изъятию Администрацией ТГО на основании распоряжения от 22.02.2017 № 144 имущества на общую сумму                          885 427,20 руб. из хозяйственного ведения должника ранее уже была признана недействительной определением Арбитражного суда Магаданской области от 14.10.2019 по делу № А37-40/2018 с применением последствий недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Также в данном случае апелляционный суд исследовал и установил, в том числе, обстоятельства существенности влияния названных действий ответчиков на возникновение у должника признаков объективного банкротства, были ли данные действия (бездействия) необходимой причиной банкротства должника, то есть являются ли названные действия такими, без которых объективное банкротство должника не наступило бы, либо, исходя из разумных ожиданий, они не должны были привести к объективному банкротству должника.

Следовательно, суд исследовал все необходимые и имеющие значение для дела обстоятельства и дал рассмотренным правоотношениям соответствующую правовую квалификацию применительно как к основаниям для привлечения к субсидиарной ответственности, так и к ответственности в виде взыскания убытков.

Кассационная жалоба не содержит конкретных аргументов и доводов со ссылкой на доказательства, опровергающие выводы суда, либо свидетельствующие о неправильном применении норм права, регулирующих спорные отношения, а также о том, какие конкретно установленные судом апелляционной инстанции обстоятельства не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта (статья 288 АПК РФ).

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 по делу № А37-40/2018 Арбитражного суда Магаданской области оставить без изменения, кассационную жалобу –  без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева

Е.О. Никитин