ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9360/2020

Дело № А41-77942/17

16 октября 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 12 октября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 октября 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Досовой М.В., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от 02.07.19, зарегистрированной в реестре за № 50/224-н/50-2019-1-750,

от ФИО4: ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от 02.07.19, зарегистрированной в реестре за № 50/224-н/50-2019-1-748,

от ФИО5: ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от 02.07.19, зарегистрированной в реестре № 50/224-н/50-2019-1-749,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КРОС» Невраева Михаила Петровича на определение Арбитражного суда Московской области от 11 декабря 2019 года по делу №А41-77942/17, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КРОС» Невраева Михаила Петровича о привлечении  к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника Зотова Николая Григорьевича, Храмова Николая Григорьевича, учредителей Животкова Вадима Эдуардовича, Курилова Василия Андреевича, Черноусова Владимира Ивановича по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «КРОС» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО) «КРОС» ФИО6 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО8 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «КРОС» (т. 1, л.д. 2-7).

Заявление подано на основании статей 10, 61.11, 61.12, 129 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 июня 2019 года к участию в деле был привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО10 (т. 1, л.д. 99).

Определением Арбитражного суда Московской области от 06 августа 2019 года к участию в деле был привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО8 ФИО11 (т. 1, л.д. 112).

Определением Арбитражного суда Московской области от 11 декабря 2019 года в удовлетворении заявления было отказано (т. 3, л.д. 165-167).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «КРОС» ФИО6 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 4, л.д. 3-6).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, ООО "КРОС" было зарегистрировано в качестве юридического лица 18.01.07, его участниками с 23.06.11 являются ФИО2, ФИО4 с долями в уставном капитале в размере 33% у каждого и ФИО5 с долей в размере 34% уставного капитала Общества (т. 1, л.д. 42-59).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ с 04.04.16 функции единоличного исполнительного органа ООО "КРОС" исполнял ФИО8, до указанной даты с 24.08.06 директором Общества являлся ФИО9

Решением Арбитражного суда Московской области 13 апреля 2018 года ООО «КРОС» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО6 указал, что требования кредиторов должника не могут быть погашены в связи с виновными действиями контролировавших его лиц по совершению крупных сделок с заинтересованными лицами, неисполнением обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, а также в связи с искажением указанными лицами бухгалтерской документации должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств в их подтверждение.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Федеральным законом N 266-ФЗ от 29.07.17 "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу, Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона N 266-ФЗ от 29.07.17 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Рассматриваемое заявление было подано в Арбитражный суд Московской области в 09.04.19 (т. 1, л.д. 8), то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

Между тем, согласно позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлении от 5 декабря 2018 года по делу N А41-77677/2015, порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 137 от 27.04.10 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона N 73-ФЗ от 28.04.09 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в Постановлениях от 22.04.14 N 12-П и от 15.02.16 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 137 от 27.04.10, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ООО «КРОС» ссылается на заключение должником в 2011- 2012 годах ряда договоров в обеспечение обязательств третьих лиц, а также на искажение контролировавшими должника лицами его бухгалтерской отчетности в указанный период и неисполнение ими обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Следовательно, указанные основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника определялись статьями 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона N 134-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент возникновения обстоятельств, с которыми заявитель связывает наступление субсидиарной ответственности) в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Пунктом 4 названной статьи закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Конкурсный управляющий ООО «КРОС» указывает, что в 2011 - 2012 годах Общество выдало поручительство за третьих лиц в сумме 2 102 457 545 рублей и 3 280 263,59 Евро. Сами по себе вышеуказанные сделки какой-либо экономической выгоды для ООО «КРОС» не несли. Их заключение было направлено на получение дополнительных заемных средств на предприятия, которые являлись основными должниками (ООО "Загорский бройлер"; ОАО "Болшево-Хлебпродукт" и т.д.).

Кроме того, по состоянию на 2011 год ООО «КРОС» уже обладало признаками неплатежеспособности и в целях фальсификации данных отчетности по объемам выручки и работающей дебиторской задолженности руководитель Общества заключал фиктивные договоры поставки с третьими лицами.

По мнению заявителя, ФИО2, ФИО4 и ФИО5, как учредители должника, одобрявшие заключение вышеуказанных сделок, должны быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КРОС».

Между тем, по смыслу статьи 10 Закона о банкротстве к субсидиарной ответственности может быть привлечено только контролировавшее должника лицо.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции", статья 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках") вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Таким образом, учредитель должника может быть признан контролирующим лицом при наличии у него не менее 50% в уставном капитале Общества.

По сведениям ЕГРЮЛ ФИО2, ФИО4 владеют по 33% долей в уставном капитале ООО «КРОС» каждый, а ФИО5 34% долей. Из заявления конкурсного управляющего ФИО6 следует, что по состоянию на 02.08.11 доли в уставном капитале ООО «КРОС» были распределены следующим образом: ФИО2 – 26%, ФИО4 – 25%, ФИО5 – 25%.

Следовательно, размер долей ФИО2, ФИО4 и ФИО5 не позволяет каждому из них самостоятельно влиять на деятельность ООО «КРОС». Доказательств наличия аффилированности названных лиц и контрагентов по указанным конкурсным управляющим должника договорам поручительства не имеется, равно как и доказательств непосредственного заключения указанными лицами договоров поручительства.

Апелляционный суд также учитывает, что одобрение названными лицами договоров поручительства было обусловлено вхождением ООО «КРОС» в группу компаний «Загорский бройлер» наряду с лицами, за которых предоставлялось поручительство.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС18-22264 от 08 апреля 2019 года, выдача поручительств за других участников группы не является недобросовестным поведением.

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).

Согласно указанным позициям нельзя признать, что должник, действуя в составе группы компаний и предоставляя поручительства за других ее участников, осуществлял недобросовестное поведение, которое причинило вред правам кредиторов.

Из представленных АО "Россельхозбанк" доказательств, следует, что должник входил в Группу компаний "Загорский бройлер" (ОАО "Большево-Хлебпродукт", ООО "Большево-Хлебпродукт", ООО "Птицеград", ООО "Тураковские продукты", ООО "Фирма Ассортимент", ЗАО "Феникс", ООО "Загорский бройлер", ООО "Малодубенская птицефабрика", ООО "Премикс", ООО "КРОС", ООО "ТД АгробизнесЪ", ОАО "Ассортимент-Нива", ООО Фирма "Ассортиментпромстрой", ЗАО Фирма "Ассортимент").

В 2011 году ОАО "Россельхозбанк" в целях дальнейшего развития производства Группы компаний "Загорский бройлер", в рамках действующей программы Национальных проектов, приняло решение о дальнейшем развитии птицеводческого проекта и увеличения мощности производственного комплекса "Загорский бройлер" до 50 000 тонн мяса птицы в год.

АО "Россельхозбанк" самостоятельно проводило выбор заемщиков, поручителей и залогодателей, а также обязывало Группу компаний "Загорский бройлер" вносить изменения в учредительные документы, что указано в протоколе заседания кредитного комитета N 53 от 30.06.11, протоколе заседания Правления Банка N 52 от 14.07.11 (т. 3, л.д. 8-48).

АО "Россельхозбанк" в отношении Группы компаний "Загорский бройлер" применило свои стандартные правила и требования для снижения кредитных рисков, что выразилось в обязательности дачи поручительств от всех членов Группы компаний, предоставление залогов перекрестно под все кредиты, выданные Группе компаний.

Поручителями в рамках кредитной линии являлись физические лица ФИО2, ФИО12, ФИО5 и ООО "Тураковские продукты", ОАО "Ассортимент-Нива", ЗАО Фирма "Ассортимент-Сергиев Посад", ЗАО "Феникс", ООО "КРОС", ООО "Птицеград", ООО "ТД АгробизнесЪ", ООО "Фирма Ассортимент", ООО "Болшево-Хлебопродукт", ЗАО "Фирма Ассортимент", ООО Фирма "Ассортиментпромстрои", ООО "Премикс", ООО Фирма "Ассортимент".

Согласно кредитным договорам, в обеспечение которых должником с членами группы компаний "Загорский бройлер" и АО "Россельхозбанк" были заключены договоры поручительства, кредитные средства предоставлялись:

- после приобретения ООО "ТД "Агроторг" 1% долей/акций в уставном капитале ООО "Загорский бройлер", ЗАО "Феникс", ООО "КРОС", ООО "Птицеград", ООО "Малодубенская птицефабрика", по стоимости, согласованной с Банком;

- после внесения в учредительные документы ООО "Загорский бройлер", ЗАО "Феникс", ООО "КРОС", ООО "Птицеград", ООО "Малодубенская птицефабрика", изменений, касающихся необходимости единогласного принятия решений 100% голосов от общего числа голосов участников/акционеров/ обществ по следующим вопросам: заключение сделок, связанных с отчуждением/возможностью отчуждения внеоборотных активов общества вне зависимости от их балансовой стоимости, за исключением сделок, заключаемых с Банком; принятие обществом обязательств по кредитным договорам, договорам займа, иным долговым обязательствам, обязательств, связанных с обеспечением исполнения обязательств третьих лиц, включая поручительства, за исключением сделок, связанных с Банком; заключение сделок, включая взаимосвязанные сделки, размер которых равен или превышает 5% от балансовой стоимости активов/имущества общества; изменение состава Совета директоров;

- после заключения дополнительных соглашений к договорам банковского счета ООО "Загорский бройлер", ОАО "Болшево-Хлебопродукт", ЗАО "Феникс", ООО "КРОС", ООО "Птицеград", ООО "Малодубенская птицефабрика", ООО "Тураковские продукты", предусматривающих право Банка осуществлять функции финансового контролера, включая обязательство согласовывать с Банком расходную часть бюджета в размере до 90% общего объема производимых платежей на ежемесячной основе.

Более того, в вышеуказанных кредитных договорах содержались обязательные условия о регулярном предоставлении АО "Россельхозбанк" следующей документации:

- бухгалтерский баланс (форма N 1) с приложением 1 (отчет о прибылях и убытках (форма N 2)). Бухгалтерская отчетность должна быть подписана руководителем и главным бухгалтером и заверена печатью Заемщика, а также иметь отметку налогового органа, либо должна быть представлена с уведомлением о вручении бухгалтерской отчетности налоговому органу с описью вложения или с документом о принятии бухгалтерской отчетности в электронном виде, выданным налоговым органом;

- информацию о дебиторах и кредиторах Заемщика с указанием их наименований, сроков возникновения и исполнения обязательств Заемщика, сумм обязательств Заемщика, оставшихся неисполненными на отчетную дату, сумм просроченных обязательств Заемщика;

- расшифровки балансовых статей, на которых ведется учет основных фондов и основных средств Заемщика, а также вложений в уставные капиталы/фонды юридических лиц;

- информацию о наличии/отсутствии просроченной задолженности перед работниками Заемщика по заработной плате.

Таким образом, именно АО "Россельхозбанк" производило контроль качества деятельности должника, в том числе качества его дебиторской задолженности, обеспечивающей обязательства должника перед Банком и иными кредиторами.

С учетом того, что Банком неоднократно принимались решения о выдаче новых кредиторов и открытии кредитных линий, продлении сроков кредиторов, выданных еще в 2006 и 2009 годах, то предполагается, что указанные решения были основаны на реальных показателях деятельности общества, сомневаться в которых оснований не имеется.

Кроме того, учредители также предоставили свои личные поручительства за весь объем кредитования группы и тем самым несли такую же ответственность, как и все предприятия группы по рискам, связанным с исполнением проекта и кредитных договоров.

Учредители заложили свое личное имущество в обеспечение взятых группой кредитов, что подтверждается установленными в деле о банкротстве ФИО2, ФИО5, ФИО4 требованиями ООО "ТД Агроторг" (определения Арбитражного суда Московской области от 02.04.18 по делу N А41-79913/17, от 30.10.18 по делу N А41-79908/17, от 20.03.18 и от 04.06.18 по делу N А41-79907/17).

Изложенные обстоятельства в совокупности подтверждают, что кредитование осуществлялось группы компаний "Загорский бройлер", куда также входил должник. Поручители, залогодатели и сами заемщики отбирались решением Банка самостоятельно. При этом должник, заключая поручительства, действовал не исключительно в своем интересе, а в интересах группы компаний "Загорский бройлер", что нельзя признать недобросовестным поведением

Таким образом, предоставление должником обеспечения по обязательствам группы компаний "Загорский бройлер" не является сделками, направленными на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Подобное поведение является экономически обоснованным, поскольку должник действовал в составе группы компаний "Загорский бройлер", которая преследовала единую экономическую цель.

Отсутствие намерения заключения обеспечительных сделок исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника со стороны учредителей подтверждается также личным имущественным поручительством учредителей по всем обязательствам группы компаний "Загорский бройлер".

Учитывая изложенное, доводы конкурсного управляющего должника о том, что деятельность должника была направлена на создание видимости платежеспособности организации, а целью учредителей компании, при фальсификации бухгалтерской отчетности, было привлечение максимального объема кредитного финансирования, с целью его вывода на иные цели нельзя признать обоснованным.

Апелляционный суд также учитывает, что почти весь объем кредиторской задолженности должника составляют требования ООО «ТД «Агроторг» - правопреемника АО «Россельхозбанк».

Задолженность ООО «КРОС» перед данным кредитором возникла на основании указанных договоров поручительства, на которые ссылается управляющий в своем заявлении.

С учетом изложенного, сам по себе факт заключения договоров поручительства, поименованных в рассматриваемом заявлении, не мог причинить вред кредиторам должника, поскольку на дату их заключения у должника отсутствовали какие-либо кредиторы.

С учетом изложенного также отклоняются доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ФИО9, подписавшего вышеназванные договоры поручительства, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Также в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителями не представлено доказательств искажения контролировавшими должника лицами бухгалтерской документации последнего и наступления по указанной причине банкротства ООО «КРОС».

В силу пункта 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином - должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Пунктом 2 названной статьи закреплено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Конкурсный управляющий ФИО6 указывает, что ООО «КРОС» обладало признаками неплатежеспособности с 2011 года в связи с прекращением исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк» по кредитным договорам.

Между тем, как указывалось выше, продолжение правоотношений между ООО «КРОС» и АО «Россельхозбанк» в рамках как договоров займа, так и договоров поручительства свидетельствует об отсутствии у кредитной организации каких-либо требований к должнику в связи с его неудовлетворительным финансовым положением.

В отсутствие доказательств обратного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что факт наступления обязанности контролировавших должника лиц по подаче заявления о банкротстве не доказан.

Доказательств того, что в заявленный период имелось значительное ухудшение финансового состояния должника, не представлено, равно как и доказательств наличия признаков преднамеренного или фиктивного банкротства.

Факт увеличения кредиторской задолженности по причине неисполнения контролировавшими должника лицами обязанности по подаче заявления о признании ООО «КРОС» банкротом, документально не подтвержден.

Данные выводы соответствуют правовой позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлениях от 22 сентября 2020 года по делу № А41-70800/2017, от 18 сентября 2020 года по делу № А41-40498/2018, от 17 сентября 2020 года по делу № А41-27065/17, от 21 июля 2020 года по делу № А41-77948/2017, от 23 июня 2020 года по делу № А41-77937/2017 по делам с аналогичными обстоятельствами.

Доводы конкурсного управляющего ФИО6 о наличии оснований для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КРОС» в связи с непередачей бухгалтерских документов и неподачей заявления о банкротстве должника уже были предметом рассмотрения в рамках настоящего дела и не нашли своего подтверждения, о чем указано в определении Арбитражного суда Московской области от 03 июня 2019 года, оставленном без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 августа 2019 года и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17 января 2020 года.

В частности, суды пришли к выводу о том, что ФИО8 действовал добросовестно, исполняя обязанности генерального директора ООО «КРОС». После обнаружения отсутствия документов Общества по причине не передачи их предыдущим директором и невозможности получения их от последнего, ФИО8 был уволен с занимаемой должности по собственному желанию. При этом, поскольку документы Общества не были утрачены, у ФИО8 отсутствовала возможность их восстановления, а с заявлением об обязании ФИО9 передать документы могло обратиться в суд и само Общество после увольнения ФИО8 с занимаемой должности, что сделано не было. Также, исполняя обязанности генерального директора ООО «КРОС», ФИО8 не заключал сделок от имени Общества, не распоряжался денежными средствами на счетах должника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 11 декабря 2019 года по делу № А41-77942/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

Н.Н. Катькина

Судьи:

М.В. Досова

В.А. Мурина