ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, 

<

...>, тел.: 

<

***>, факс: 

<

***> 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-40826/2021

город Ростов-на-Дону

03 июля 2025 года

15АП-5925/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 июля 2025 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Гамова Д.С., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ситдиковой Е.А.,

при участии:

от ФИО1: представителя ФИО2 по доверенности от 15.04.2025,

от конкурсного управляющего ООО "Наше дело" ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 16.06.2025,

посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от конкурсного управляющего ООО КБ "Кубанский универсальный банк" Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов": представителя ФИО5 по доверенности от 15.01.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края               от 31.03.2025 по делу № А32-40826/2021 по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью "Наше дело" ФИО6 о привлечении ФИО1 и ФИО7 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Наше дело" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>);

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Наше дело" (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий ФИО6 с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.03.2025 по делу № А32-40826/2021 привлечены солидарно ФИО1 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Наше дело" (ИНН 

<

***>,         ОГРН 

<

***>). Приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО7 до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловал определение от 31.03.2025, просил его отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судебный акт вынесен при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения обособленного спора, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. В материалах дела отсутствуют доказательства фактического осуществления полномочий руководителя ФИО1 после увольнения 18.04.2016; не установлена причинно-следственная связь между действиями ответчика и банкротством общества, наступившим спустя шесть лет после прекращения трудовых отношений; судом первой инстанции неправомерно на ФИО1 возложены обязанности по передаче документов, которые ответчик физически не мог хранить после передачи дел ФИО7 Суд первой инстанции в нарушение требований статьи 71 АПК РФ надлежащим образом не исследовал и не оценил все представленные ответчиком доказательства по делу, фактически переложив бремя доказывания вины на ФИО1, что противоречит положениям  пункта 2 статьи 65 АПК РФ и абз. 7 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

От конкурсного управляющего ООО КБ "Кубанский универсальный банк" Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. С отзывом представлены сведения из АИС "СПАРК" в отношении ООО "Наше дело"; сведения из АИС "СПАРК" в отношении ФИО1; доказательства направления отзыва сторонам процесса.

От ФИО1 поступили возражения на отзыв банка.

От конкурсного управляющего ООО "Наше дело" ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Представитель конкурсного управляющего ООО "Наше дело" ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель конкурсного управляющего ООО КБ "Кубанский универсальный банк" Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность определения от 31.05.2025 в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяются Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Федеральная налоговая служба Российской Федерации в лице Инспекции Федеральной налоговой службы России № 4 по городу Краснодару обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании общество с ограниченной ответственностью "Наше дело" несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства в соответствии со статьей 230 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.10.2021 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявленных требований.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.02.2022 общество с ограниченной ответственностью "Наше дело" признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство сроком на 5 месяцев; конкурсным управляющим утвержден ФИО6, член саморегулируемой межрегиональной общественной организацией "Ассоциация антикризисных управляющих".

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.09.2022 конкурсное производство в отношении общества с ограниченной ответственностью "Наше дело" завершено.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2022 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.09.2022 по делу № А32-40826/2021 отменено; дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Наше дело" направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.12.2022 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Наше дело".

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.01.2024 конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член ассоциации "Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа".

13 декабря 2022 года конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью "Наше дело" ФИО6 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.03.2024 ФИО7 привлечена к участию в деле в качестве ответчика.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.05.2024 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято уточнение заявленных требований в части оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.01.2025 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО7 ФИО8.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 названного Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В силу положений пункта 1 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со сведениями ЕГРЮЛ в отношении ООО "Наше Дело" ФИО1 являлся директором должника в период с 23.05.2008 до 07.02.2022 (дата введения конкурсного производства).

С 23.05.2011 учредителем общества является ФИО7.

Доводы ФИО1 о том, что на основании приказа от 18.04.2016 № 1 ответчик был уволен с должности директора, обосновано не  приняты судом первой инстанции во внимание.

Согласно подпункту "л" пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", пунктам 1 - 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" сведения о единоличном исполнительном органе (руководителе) как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, содержатся в ЕГРЮЛ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации данные государственной регистрации включаются в единый государственный реестр юридических лиц, открытый для всеобщего ознакомления. Лицо, добросовестно полагающееся на данные единого государственного реестра юридических лиц, вправе исходить из того, что они соответствуют действительным обстоятельствам. Юридическое лицо не вправе в отношениях с лицом, полагавшимся на данные единого государственного реестра юридических лиц, ссылаться на данные, не включенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем, за исключением случаев, если соответствующие данные включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица.

Согласно Выписке из единого государственного реестра юридических лиц от 09.02.2022 № ЮЭ9965-22-41955101 ответчик с 02.06.2008 до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства являлся директором должника.

В силу части 5 статьи 11 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" регистрирующим органом в единый государственный реестр юридических лиц вносится запись о недостоверности содержащихся в нем сведений о юридическом лице в случае направления в регистрирующий орган заявления физического лица о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ.

Данная норма вступила в силу 01.01.2016.

Однако ФИО1 никаких действий по обращению в регистрирующий орган в целях внесения записи в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений о нем как о единоличном исполнительном органе должника не предпринимал. Доказательства, свидетельствующие о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ о ответчике как директоре общества на момент разрешения настоящего спора в материалах дела отсутствовали.

Доказательства того, что действия регистрирующего органа по внесению в Единый государственный реестр юридических лиц сведений об ФИО1 как директоре ООО "Наше дело" являются незаконными, также не представлены. В установленном процессуальным законодательством порядке действия регистрирующего органа ответчиком не оспорены. Факт неправомерных действий третьих лиц по подаче в регистрирующий орган документов, на основании которых в ЕГРЮЛ внесена запись об ФИО1 как директоре ООО "Наше дело", ни в порядке административного судопроизводства, ни в порядке уголовного судопроизводства не устанавливался.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

В возражениях на заявление, а также в апелляционной жалобе ФИО1 указывает на то, что он являлся номинальным директором общества.

Вместе с тем, из разъяснений пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" усматривается, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом       (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную          статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

При этом, отклоняя доводы ФИО1 о номинальном характере его деятельности, судом учтено следующее.

В соответствии с пунктом 3 статьи 43 Федерального закона от 08.02.1998          N 14-ФЗ (ред. от 02.07.2021, с изм. 25.02.2022) "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, о их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц в период с 23.05.2008 до 07.02.2022 (дата введения конкурсного производства) ФИО1 являлся директором общества с ограниченной ответственностью "Наше дело".

Заявление мотивировано наличием оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренных статьей 9, пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве", статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона N 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона             N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку основания для привлечения ответчика ФИО1 к субсидиарной ответственности, указанные в заявлении, возникли до 01.07.2017, в рассматриваемом случае подлежат применению материально-правовые нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона N 134-ФЗ если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом, по смыслу указанной нормы пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Таким образом, в конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона N 134-ФЗ заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Таким образом, субсидиарная ответственность лица по названному основанию наступает в зависимости от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015 указано, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц ", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53). Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Как следует из материалов дела, 06.02.2012 между ООО КБ "Кубанский универсальный банк" (кредитор, банк) и ООО "Наше дело" (заемщик, общество) заключен кредитный договор 

<

***>, по условиям которого банк обязался предоставить обществу кредит в размере 6 000 000,00 рублей для приобретения имущественных прав на квартиры в строящемся доме у физических лиц, а общество обязалось возвратить банку кредит в срок до 26.09.2016 с уплатой 14% годовых за пользование кредитом (пункты 1.1, 1.4 договора, дополнительные соглашения от 06.02.2013, 3.09.2013, 29.09.2014, 28.09.2015).

Пунктом 5.7 договора установлено, что расчетным периодом для начисления процентов за пользование кредитом считается период с 21 числа предшествующего месяца по 20 число текущего месяца, с дальнейшей их уплатой заемщиком с 21 числа текущего месяца по последний рабочий день текущего месяца, в котором они начислены, а за последний месяц пользования кредитом – не позднее даты возврата кредита.

В соответствии с пунктом 6.1 кредитного договора заемщик обязался также уплатить кредитору проценты за пользование кредитом в размере 28% годовых за весь период действия кредитного договора по просроченной ссудной задолженности.

Согласно пункту 4.2.1 договора за несвоевременный возврат суммы кредита и несвоевременную уплату процентов за пользование кредитом с заемщика взыскивается неустойка в размере 28% годовых и 1% за каждый день просрочки соответственно.

26 марта 2012 года банк (кредитор) и общество (заемщик) заключили кредитный договор 

<

***>, по условиям которого банк обязался предоставить обществу кредит с максимальным лимитом в размере 71 000 000,00 рублей в целях долевого участия в строительстве, а общество обязалось возвратить банку кредит в срок до 18.03.2016 с уплатой 10% годовых за пользование кредитом (пункты 1.1, 1.4 договора, дополнительные соглашения от 26.03.2012, 09.01.2013, 26.03.2013, 24.03.2014, 20.03.2015).

Пунктом 5.7 договора установлено, что расчетным периодом для начисления процентов за пользование кредитом считается период с 21 числа предшествующего месяца по 20 число текущего месяца, с дальнейшей их уплатой заемщиком с 21 числа текущего месяца по последний рабочий день текущего месяца, в котором они начислены, а за последний месяц пользования кредитом – не позднее даты возврата кредита.

В соответствии с пунктом 6.1 кредитного договора заемщик обязался также уплатить кредитору проценты за пользование кредитом в размере 10% годовых за весь период действия кредитного договора по просроченной ссудной задолженности.

Согласно пункту 4.2.1 договора за несвоевременный возврат суммы кредита и несвоевременную уплату процентов за пользование кредитом с заемщика взыскивается неустойка в размере 20% годовых и 1% за каждый день просрочки соответственно.

02 мая 2012 год банк (кредитор) и общество (заемщик) заключили кредитный договор 

<

***>, по условиям которого банк обязался предоставить обществу кредит в размере 10 800 000,00 рублей в целях расчета по договору возмездного оказания услуг, а общество обязалось возвратить банку кредит в срок до 22.04.2016 с уплатой 14% годовых за пользование кредитом (пункты 1.1, 1.4 договора, дополнительные соглашения от 30.04.2013, 25.04.2014, 24.04.2015).

Пунктом 5.7 договора установлено, что расчетным периодом для начисления процентов за пользование кредитом считается период с 21 числа предшествующего месяца по 20 число текущего месяца, с дальнейшей их уплатой заемщиком с 21 числа текущего месяца по последний рабочий день текущего месяца, в котором они начислены, а за последний месяц пользования кредитом – не позднее даты возврата кредита.

В соответствии с пунктом 6.1 кредитного договора заемщик обязался также уплатить кредитору проценты за пользование кредитом в размере 14% годовых за весь период действия кредитного договора по просроченной ссудной задолженности.

Согласно пункту 4.2.1 договора за несвоевременный возврат суммы кредита и несвоевременную уплату процентов за пользование кредитом с заемщика взыскивается неустойка в размере 28% годовых и 1% за каждый день просрочки соответственно.

Пунктами 4.2.4 вышеуказанных кредитных договоров предусмотрено право банка на досрочное взыскание задолженности при просрочке по платежам более 5 дней.

Пунктами 6.3 кредитных договоров установлено, что при просроченной задолженности сумма кредита подлежит возврату с учетом штрафа, указанного в пункте 4.2.1 договоров.

Срок действия кредитных договоров установлен с момента его заключения и до полного исполнения заемщиком всех обязательств по договору (пункты 7.1 договоров).

Во исполнение условий вышеуказанных кредитных договоров банк предоставил ответчику кредит по договору 

<

***> – в размере 6 000 000,00 рублей; по договору 

<

***> – 71 000 000,00 рублей; по договору 

<

***> – 10 800 000 рублей.

Факт предоставления обществу кредитов в указанных размерах подтверждается представленными в материалы дела выписками по счету, банковскими ордерами и ответчиком не оспаривается. Требования Банка включены в реестр требований кредиторов в размере задолженности, возникшей в период исполнения ФИО1 полномочий руководителя.

Основным видом деятельности общества являлось: Подготовка и продажа собственного недвижимого имущества (ОКВЭД 68.10).

Кредитные денежные средства имели целевое назначение: для приобретения имущественных прав на квартиры в строящемся доме у физических лиц.

Вместе с тем, доказательств приобретения указанных имущественных прав в материалы дела не представлено, равно как и доказательств использования денежных средства на ведение хозяйственной деятельности.

За период с 2008 года должнику на праве собственности принадлежит только помещение с кадастровым номером 23:43:0102004:402, площадью 8,20 кв.м, иное имущество отсутствует.

Между тем, согласно финансовой отчетности общества, в 2008 активы компании составляли 22 147 тыс. руб., выручка от продажи составила 1 069 тыс. руб., чистая прибыль (убыток) – 962 тыс. руб., рентабельность всех операций          (по балансовой прибыли) -11.44 тыс. руб., среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) - 2 078.43 тыс. руб.

В 2009 активы компании составляли 377 765 тыс. руб., выручка от продажи составила 14 054 тыс. руб., чистая прибыль (убыток) 10 724 тыс. руб., рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) 103.23 тыс. руб., среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) - 156.29 тыс. руб.

В 2010 активы компании составляли 321 160 тыс. руб., выручка от продажи составила 13 966 руб., чистая прибыль (убыток) -3 984 руб., рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) - 31.19 тыс. руб., среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) - 197.64 тыс. руб.

В 2011 году активы компании составляли 100 874 тыс. руб., выручка от продажи составила 2 818 тыс. руб., чистая прибыль (убыток) - 2 887 тыс. руб., рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) - 32.89 тыс. руб., среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) - 16.09 тыс. руб.

В 2012 году активы компании составляли 135 497 тыс. руб., выручка от продажи составила 10 756 тыс. руб., чистая прибыль (убыток) - 2 212 тыс. руб., рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) 9.89 тыс. руб., среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) 31.24 тыс. руб.

В 2013 году активы компании составляли 81 185 тыс. руб., выручка от продажи составила 5 449 тыс. руб., чистая прибыль (убыток) - 1 444 тыс. руб., рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) 6.25 тыс. руб., среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) 97.83 тыс. руб.

В 2014 году активы компании составляли 49 732 тыс. руб., выручка от продажи составила 2 513 тыс. руб., чистая прибыль (убыток) - 6 483 тыс. руб., рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) - 35.15 тыс. руб., среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) 18.15.

В 2015 году активы компании составляли 51 070, выручка от продажи составила 3 352, чистая прибыль (убыток) -1 401, рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) -15.96, среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) - 1.32.

В 2016 году активы компании составляли 61 066, выручка от продажи составила 3 946, чистая прибыль (убыток) -343, рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) 21.41, среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) 50.3.

В 2017 году активы компании составляли 170 077, выручка от продажи составила 7 002, чистая прибыль (убыток) - 907, рентабельность всех операций (по балансовой 11 прибыли) 9.52, среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) 2.48.

В 2018 году активы компании составляли 112 990, выручка от продажи составила 4 634, чистая прибыль (убыток) 585, рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) 8.06, среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) -53.86.

В 2019 году активы компании составляли 139 961, выручка от продажи составила 5 171, чистая прибыль (убыток) -13 023, рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) -19.49, среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) -383.82.

В 2020 году активы компании составляли 420 928, выручка от продажи составила 3 838, чистая прибыль (убыток) - 12 830, рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) - 34.23, среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) -854.99.

В 2021 году активы компании составляли 108 162, выручка от продажи составила 9 045, чистая прибыль (убыток) - 8 586, рентабельность всех операций (по балансовой прибыли) - 14.41, среднеотраслевой уровень собственного оборотного капитала (в % к выручке) -601.94.

Приведенные выше показатели финансовой деятельности должника указывают, что активы компании длительный период времени не приобретали отрицательных значений за счет их пополнения заёмными денежными средствами, о чем свидетельствует увеличением показателей в графах: займы и кредиты (долгосрочные), займы и кредиты (краткосрочные), которые с 2008 по 2019 годы показывали исключительно рост показателей.

В то время как графы финансовой отчетности, фиксирующие чистую прибыль (убыток), начиная с 2009 года и вплоть до открытия конкурсного производства, имели исключительно отрицательное значение.

В свою очередь, с 27.05.2014 операции по счету общества не производились.

Последняя налоговая отчетность должником в налоговый орган представлена 31.03.2015 (декларация по УСН за 2014 год).

Последняя бухгалтерская отчетность представлена ООО "Наше дело" 26.07.2005 за 6 месяцев 2005 года, отчетность представлена с "нулевыми" показателями.

Таким образом, имеющимися в деле доказательствами подтверждается отсутствие хозяйственной деятельности должника.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что целью заключения кредитных договоров являлся не вывод общества из предбанкротного состояния, а вывод денежных средств с целью уклонения           ООО "Наше дело" от расчетов с кредиторами и извлечения выгоды, что в свою очередь способствовало увеличению неплатежеспособности.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что руководитель и учредитель должника своевременно не обратились в суд с заявлением о признании ООО "Наше дело" несостоятельным (банкротом).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве)

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

С учетом предмета доказывания, обратившееся в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лицо в силу статьи 65 АПК РФ должно было доказать, что предъявленная к взысканию сумма обязательств должника возникла не ранее чем через месяц с даты, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества или иным обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что согласно вступившему в законную силу решению Арбитражного суда Краснодарского края от 28.07.2017 по делу № А32-18832/2017 ООО "Наше дело", начиная с февраля 2016 года, обязательства по кредитным договорам, заключенным с ООО КБ "Кубанский универсальный банк" исполняло ненадлежащим образом, в связи с чем возникла просроченная кредиторская задолженность в размере 139 485 924, 93 руб.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что с мая 2016 года должник стал отвечать признакам неплатежеспособности.

Следовательно, руководитель (учредитель) должника должен был направить в суд заявление о признании несостоятельным (банкротом) не позднее июня 2016 года.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Из материалов дела не усматривается и судом не установлено, что после истечения срока по наступлению обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве у должника возникли новые обязательства.

С учетом вышеизложенного, оснований для привлечения ФИО1 по основанию неподачи заявления о признании должника банкротом у суда первой инстанции не имелось.

Кроме того, в обоснование доводов о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 конкурсный управляющий ссылается на то, что ответчиком не были переданы конкурсному управляющему документы должника.

В соответствии с пунктом 4  статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.02.2022 общество с ограниченной ответственностью "Наше дело" признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, открыто конкурсное производство сроком на 5 месяцев; конкурсным управляющим утвержден ФИО6, член саморегулируемой межрегиональной общественной организацией "Ассоциация антикризисных управляющих".

При этом, суд обязал руководителя (ликвидатора) должника в течение 3-х дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

Неисполнение указанной обязанности послужило причиной обращения 07.12.2022 конкурсным управляющим с ходатайством об истребовании у руководителя должника – ФИО1 документации.

В связи с отсутствием у ФИО1 документов общества определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2024 в удовлетворении заявления об истребовании документов у бывшего руководителя должника – ФИО1 конкурсному управляющему обществом с ограниченной ответственностью "Наше дело" отказано.

Между тем, отказ в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании документации должника не исключает возможность обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или о взыскании с них убытков, в том числе в связи с ненадлежащей организацией бухгалтерского учета должника, сокрытием документации о его деятельности, неполнотой переданной конкурсному управляющему документации, непринятием или несвоевременным принятием мер по восстановлению отсутствующей документации либо недостаточностью соответствующих мер.

Ввиду отсутствия документов первичного бухгалтерского учета (накладные, акты и т.п.), конкурсный управляющий не смог проанализировать сделки, которые могли быть оспорены, и за счет которых происходило бы погашение задолженности перед кредитором.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10, статьи 61.11 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу части 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона "О бухгалтерском учете" ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Таким образом, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности по передаче документации должника не позволяет: выявить дебиторов должника и за счет взысканных средств пополнить конкурсную массу; определить основные активы должника и идентифицировать их; проанализировать сделки должника на предмет их подозрительности и наличия оснований для их оспаривания; подготовить заключение о наличии или отсутствии признаков преднамеренного банкротства; установить нарушение контролирующим лицом обязанности по обращению с заявлением о банкротстве в соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве.

В рамках настоящего дела конкурсным управляющим подтверждено и из материалов дела фактически следует, что непередача соответствующей документации привела к невозможности оспаривания сделок, невозможности взыскания дебиторской задолженности, определения основных активов должника.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то бремя доказывания отсутствия вины, добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Исходя из установленных при рассмотрении настоящего обособленного спора обстоятельств, суд приходит к выводу о доказанности наличия совокупности вышеперечисленных обстоятельств, необходимых для возложения на ФИО1 субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию (вины последнего в непередаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, а также причинно-следственной связи между указанным бездействием и невозможностью формирования конкурсной массы для целей удовлетворения требований кредиторов должника).

В силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины должно доказываться лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В этой связи, ФИО1 должен был представить доказательства того, что обязанности по хранению бухгалтерской документации и отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации, а также обязанность по передаче документации конкурсному управляющему были исполнены им надлежащим образом.

Таких доказательств в материалы дела ответчиком представлено не было.

При этом ФИО1, указывая на отсутствие у него документации должника ссылается на то, что документация передана им учредителю           ФИО7 в 2016 году на основании  акта приема-передачи дел и имущества ООО "Наше дело" (тои 1 л.д. 34).

Вместе с тем, данный акт не может являться доказательством передачи документации учредителю общества при условии, что акт подписан только со стороны ФИО1, ФИО7 акт подписан не был.

Также в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств передачи документов учредителю, в материалах дела имеются лишь доказательства направления в адрес ФИО7 акта (том 1 л.д. 39), но не документов по нему.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по правилам пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Производство по заявлению конкурсного управляющего в части определения размера ответственности субсидиарных ответчиков подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть. На изменение мотивировочной части судебного акта может быть также указано в резолютивной части постановления суда апелляционной инстанции.

Вывод суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом не привел к вынесению неправильного судебного акта.

Доводы ФИО1 о том, что на основании приказа        от 18.04.2016 № 1 ответчик был уволен с должности директора, обоснованно не приняты судом первой инстанции, поскольку не соответствуют записи в ЕГРЮЛ и не отменяют ответственность ФИО1 как руководителя за доведение организации до состояния неплатежеспособности. Как указано ранее, именно ФИО1 от имени ООО "Наше дело" заключались кредитные договоры, обязательства по которым не исполнены должником, а полученные от банка денежные средства направлены не на хозяйственную деятельность должника.

Кроме того, именно к сроку исполнения обязательств по кредитным договорам в марте-апреле 2016 г. (договоры 

<

***> от 26.03.2012 и 

<

***> от 02.05.2012, соответственно) ФИО1 принял решение об увольнении с должности директора должника, что не соответствует требованиям пункта 3   статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательства, свидетельствующие о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ об апеллянте в качестве директора общества, в материалах дела отсутствуют.

Доказательства того, что действия регистрирующего органа по внесению в ЕГРЮЛ сведений об ФИО1 как директоре ООО "Наше дело" являются незаконными, также не представлены. В установленном процессуальным законодательством порядке действия регистрирующего органа ответчиком не оспорены. Факт неправомерных действий третьих лиц по подаче в регистрирующий орган документов, на основании которых в ЕГРЮЛ внесена запись об ФИО1 как директоре ООО "Наше дело", ни в порядке административного судопроизводства, ни в порядке уголовного судопроизводства не устанавливался.

Более того ФИО1, помимо ООО "Наше дело", являлся директором ряда юридических лиц: ООО "Сфера Сервис" ИНН 

<

***> в период с 02.11.2010 по 22.11.2010, ООО "Велес" ИНН 

<

***> с 26.03.2015 по 03.03.2017, ООО "Вита-Стар" 10 ИНН 

<

***> с 01.10.2015 по 06.10.2017,         ООО "Жилсервис" ИНН 

<

***> с 15.02.2013 по 28.07.2013.

Таким образом ФИО1 являлся профессиональным руководителем организаций с многолетним опытом работы в данном направлении, вследствие чего апеллянт при должной осмотрительности и добросовестности мог принять меры к официальному оформлению сложения полномочий генерального директора            ООО "Наше дело", однако соответствующих мер не принял, что свидетельствует о сохранении им функциональных обязанностей директора должника с возникновения признаков банкротства и вплоть до открытия в отношении общества конкурсного производства.

Указание ФИО1 на то, что его увольнение из ООО "Наше дело" произведено на основании приказа № 1 от 18.04.2016, по акту приема-передачи от 18.04.2016 он передал документы и имущество должника единственному участнику общества ФИО7, подтверждается вступившим в законную силу постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2022 по делу №А32-40826/2021 (15АП-17800/2022), несостоятелен и вырван из контекста судебного акта апелляционной инстанции, поскольку при рассмотрении апелляционной жалобы Банка на определение суда о завершении конкурсного производства в отношении должника судом апелляционной инстанции при проведении судебного разбирательства и принятии судебного акта исследовались иные предмет и основания заявленных Банком требований.

Вопросы, связанные с трудоустройством ФИО1 в ООО "Наше дело", его функционированием в должности директора должника и передачей документов, не были предметом судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции.

Довод апеллянта, что объективное банкротство ООО "Наше дело" наступило в период с 2020 по 2021 годы, после того как ФИО1 был уволен с должности генерального директора на основании сформированного им приказа об увольнении в 2016 году, не обоснован и опровергается процессуальной позицией ФИО1 от 28.02.2023, представленной им же в материалы обособленного спора.

Так в отзыве на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности от 28.02.2023 ФИО1 указывал, что "причиной увольнения ФИО1 послужила задолженность общества перед ним по выплате заработной платы. Задолженность образовалась с апреля 2014 года по апрель 2016 года и составила с учетом компенсации в соответствии со ст. 236 ТК РФ (1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ) 730 849, 33 рублей".

Изложенное подтверждает осведомленность ФИО1 о неудовлетворительном финансовом состоянии общества с возникновением признаков неплатежеспособности в апреле 2014 года и кризисном состоянии в обществе по состоянию на апрель 2016 года.

Тезис ФИО1 об отсутствии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности в банкротном деле ООО "Наше дело", ввиду отказа в его привлечении к субсидиарной ответственности в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО "Жилсервис", в котором ФИО7 также была бенефициаром, несостоятелен.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.06.2021 по делу № А32-38305/2014/56/84-Б отказано в привлечении контролирующих должника лиц (ФИО9, ФИО10, ФИО1, ФИО11, ФИО12, ФИО7, ФИО13) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Жилсервис". Банк и конкурсный управляющий ООО "Жилсервис" обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Постановлением Пятнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 29.11.2021 по делу №А32-38305/2014 судебный акт первой инстанции отменен, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам                          ООО "Жилсервис". В части установления размера субсидиарной ответственности производство приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Основанием для отказа в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности послужило его нахождение в должности директора ООО "Жилсервис" непродолжительный период времени с 11.02.2013 по 21.03.2013, что зафиксировано в абз.2 стр.13 приговора Октябрьского районного суда                 г. Краснодара от 07.11.2018 по делу № 1-9/2018.

Принимая во внимание, что в ООО "Наше дело" ФИО1 осуществлял функционал директора должника в период с 02.06.2008 по 11.02.2022, был единоличным руководителем без смены директоров, как это было в ООО "Жилсервис", применение при рассмотрении настоящего обособленного спора выводов суда по делу № А32-38305/2014 недопустимо.

Довод ФИО1 о том, что он не препятствовал формированию конкурсной массы должника и должным образом информировал конкурсного управляющего и суд об отсутствии у него испрашиваемых документов о финансовом состоянии ООО "Наше дело", является несостоятельным и противоречащим фактическим обстоятельствам дела.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.03.2025 по делу № А32-40826/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Я.А. Демина

Судьи                                                                                             Д.С. Гамов

Г.А. Сурмалян