ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-39387/2022

город Ростов-на-Дону

20 июля 2024 года

15АП-7557/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 20 июля 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Долговой М.Ю., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 26.06.2023 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, заявление конкурсного управляющего ФИО4 о взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Нортэк",

ответчики: ФИО2, ФИО5,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: финансовый управляющий ФИО2 - ФИО6

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Нортэк" (далее также – должник, ООО "Нортэк") в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Нортэк" ФИО4 (далее также – конкурсный управляющий) о взыскании убытков солидарно с ответчиков ФИО2, ФИО5 в размере 3113800 рублей.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 22.04.2024 с ФИО2 в конкурсную массу должника общества с ограниченной ответственностью "Нортэк" взысканы убытки в размере 3113800 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции от 22.04.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции допущены процессуальные нормы, а именно, суд не уведомил подателя апелляционной жалобы, а также не привлек финансового управляющего ФИО2 Кроме того, суд не изучил выписку по счету ООО "Нортэк", из которой следует, что ФИО2 перечислил обществу больше денежных средств, чем получил.

В судебном заседании представитель ФИО2 заявил ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, а именно: истребовать у Юго-Западный банк ПАО "Сбербанк России" сведения о плательщике (вносителе) денежных средств на расчетный счет ООО "Нортэк" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) № 

<

***> по следующим операциям:

- № 115900 от 04.03.2020 на сумму 500 000,00 рублей; 

- № 105339 от 04.03.2020 на сумму 3 000 000,00 рублей; 

- № 304 от 04.03.2020 на сумму 2 600 000,00 рублей.

Суд протокольным определением принял к рассмотрению заявленное ходатайство.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

В судебном заседании ответчик просил определение суда первой инстанции отменить по доводам, отраженным в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

В соответствии с частью 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 названного Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

В пункте 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Как следует из материалов дела, публичное акционерное общество "Сбербанк России" обратилось в Арбитражный суд Ростовской области о признании общества с ограниченной ответственностью "Нортэк"несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.11.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.12.2022 требование ПАО "Сбербанк России" признаны обоснованным. В отношении общества с ограниченной ответственностью "Нортэк" введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - наблюдение. Временным управляющим  должника утвержден ФИО4, из числа членов саморегулируемой организации - Союз арбитражных управляющих "Саморегулируемая организация "Северная столица".

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 05.05.2023 общество с ограниченной ответственностью "Нортэк" признано несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4, из числа членов саморегулируемой организации - Союз арбитражных управляющих "Саморегулируемая организация "Северная столица").

Сведения о признании должника банкротом и открытии процедуры конкурсного производства опубликованы в газете "КоммерсантЪ" № 88 от 20.05.2023.

11.03.2024 посредством электронной системы "Мой Арбитр" в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Нортэк" (далее – должник) поступило рассматриваемое заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков.

В соответствии со статьей 35 Закона о банкротстве к лицам, участвующим в арбитражном процессе по делу о банкротстве относятся: представитель работников должника; представитель собственника имущества должника - унитарного предприятия; представитель учредителей (участников) должника; представитель собрания кредиторов или представитель комитета кредиторов; представитель федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности в случае, если исполнение полномочий арбитражного управляющего связано с доступом к сведениям, составляющим государственную тайну; уполномоченные на представление в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, интересов субъектов Российской Федерации, муниципальных образований соответственно органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления по месту нахождения должника; иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.

Состав лиц, участвующих в деле, определен статьей 40 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой лицами, участвующими в деле по делам о несостоятельности (банкротстве) относятся заявители и заинтересованные лица.

Из общедоступной информации, размещенной в информационном ресурсе "Картотека арбитражных дел" в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", следует, что ПАО "Сбербанк России" обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 27.05.2022 по делу № А53-9013/2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом). В отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6, из числа членов Союза АУ "СРО СС".

Согласно пункту 1 статьи 213.9 Закона о банкротстве участие финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина является обязательным.

Согласно абзацу 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Пунктом 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что в ходе реализации имущества гражданина финансовый управляющий от имени гражданина, в том числе, распоряжается средствами гражданина на счетах и во вкладах в кредитных организациях; открывает и закрывает счета гражданина в кредитных организациях.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", всем имуществом должника, признанного банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Финансовый управляющий в ходе процедуры реализации имущества должника от имени должника ведет в судах дела, касающиеся его имущественных прав (абзац пятый пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве). В процедуре реструктуризации долгов финансовый управляющий участвует в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (абзац четвертый пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", заявление о привлечении к ответственности, указанной в главе III.2 Закона о банкротстве (в том числе в статье 61.20), контролирующего должника лица, в отношении которого возбуждено дело о банкротстве, подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве контролируемого лица. О времени и месте судебных заседаний или совершении отдельных процессуальных действий суд извещает в том числе арбитражного управляющего, утвержденного в деле о банкротстве контролирующего должника лица, который в силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве обязан проинформировать о начавшемся процессе лиц, участвующих в деле о банкротстве данного контролирующего лица, в порядке, установленном для уведомления кредиторов о проведении собрания кредиторов (статья 13 Закона о банкротстве).

Между тем, судом первой инстанции финансовый управляющий ФИО2 ФИО6 не был привлечен к участию в настоящем обособленном споре. Также отсутствуют доказательства направления в адрес управляющего определения о принятии к производству заявления, определения об отложении судебного разбирательства.

На дату принятия заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с участием ФИО2, данный гражданин уже был признан банкротом, от его имени в судебных процессах должен был участвовать финансовый управляющий ФИО6.

Таким образом, финансовый управляющий в нарушение требований пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве к участию в настоящем споре судом первой инстанции не привлекался.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.07.2023 № Ф07-6858/2023 по делу № А56-85533/2019, постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2023 по делу № А49-4226/2021, постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.08.2022 по делу № А32-24056/2021, постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 28.01.2022 по делу № А12-42281/2016.

Согласно пункту 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции.

В силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

На отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Определением от 19.06.2024 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции и привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, финансового управляющего ФИО2 – ФИО6.

В связи с нахождением судьи Деминой Я.А. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Деминой Я.А. на судью Долгову М.Ю.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение дела произведено с самого начала.

В отзыве конкурсный управляющий ООО "Нортэк" ФИО4 просил взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной "Нортэк" 3215907,68 руб. убытков.

В судебном заседании представитель ФИО2 возражал против удовлетворения заявления.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В судебном заседании, состоявшемся 11.07.2024, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв в течение дня до 16 час. 30 мин.

Информация о времени и месте продолжения судебного заседания после перерыва была размещена на официальном сайте Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда http://15aas.arbitr.ru. О возможности получения такой информации лицам, участвующим в деле, было разъяснено в определении о принятии апелляционной жалобы к производству, полученном всеми участниками процесса.

После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, указанное в пункте 3 статьи 53, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено: негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, предоставленной Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №26 по Ростовской области, в период с 06.05.2016 по 27.04.2021 единоличным исполнительным органом должника - генеральным директором являлся ФИО2 (ИНН: 

<

***>).

Также в период с 07.09.2017 по 07.05.2021 ФИО2 являлся единственным учредителем должника.

В период с 27.04.2021 до даты признания должника банкротом единоличным исполнительным органом должника - генеральным директором являлся ФИО5 (ИНН: 

<

***>).

Также в период с 07.05.2021 по 01.07.2021 единственным учредителем должника являлся ФИО5

Как указал конкурсный управляющий, в период с 16.05.2018 по 28.06.2020 с расчетного счета должника № 

<

***>, открытого в Юго-Западном Банке ПАО "Сбербанк России" бывшим руководителем должника ФИО2 с использованием корпоративной карты, оформленной на его имя, сняты наличные денежные средства в размере 3550000 руб., какие-либо документы о том, что указанные денежные средства израсходованы в интересах должника у управляющего отсутствуют, денежные средства в полном объеме не возвращены обществу. С учетом частичного возврата (538000 руб.), ответчиком не возвращены должнику денежные средства в размере 3012000 руб., что подтверждается представленным расчетом. Документы о расходах, понесенных в интересах должника ФИО2, извещенным 21.03.2024 о дате и времени судебного заседания, к дате судебного заседания также не представлены, денежные средства должнику не возвращены. Также, в указанный период в связи с осуществлением ФИО2 операций по снятию наличных денежных средств с использованием корпоративной карты, с расчетного счета должника банком Юго-Западный Банк ПАО Сбербанк списана комиссия всего в размере 101800 руб.

Как указывает конкурсный управляющий должника, последующим руководителем ФИО5 не предприняты меры для взыскания вышеназванной дебиторской задолженности с ФИО2, несмотря на то, что на дату вступления в должность генерального директора у должника имелась задолженность перед кредиторами в размере 5 481 695,88 руб.

Также управляющий указал, что ФИО5 документы о деятельности организации, несмотря на принятие судом определения об истребовании документов, конкурсному управляющему не переданы, обязанность по передаче документов в нарушение пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве конкурсному управляющему не исполнена.

Признавая требования конкурсного управляющего необоснованными, судебная коллегия руководствуется следующим.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал, что конкурсный управляющий не учел большую часть сумм, внесенных ФИО2 на счет должника.

Так, по мнению конкурсного управляющего ФИО2 в период времени с 16.05.2018 по 28.06.2020 на расчетный счет должника были внесены денежные средства в общем размере 538 000 рублей следующими операциями:

- № 9638 от 16.05.2018 на сумму 135000 рублей;

- № 111149 от 18.05.2018 на сумму 50000 рублей;

- № 939538 от 11.01.2019 на сумму 2000 рублей;

- № 199983 от 31.05.2019 на сумму 1000 рублей;

- № 199946 от 31.05.2019 на сумму 98000 рублей;

- № 199944 от 31.05.2019 на сумму 200000 рублей;

- № 710398 от 07.06.2019 на сумму 2000 рублей;

- № 165950 от 23.08.2019 на сумму 50000 рублей.

В то же время, кроме вышеперечисленных сумм ФИО2 были внесены денежные средства в общем размере 7 200 000 рублей следующими операциями:

- № 115900 от 04.03.2020 на сумму 500 000 рублей;

- № 105339 от 04.03.2020 на сумму 3 000 000 рублей;

- № 304 от 04.03.2020 на сумму 2 600 000 рублей;

- № 171 от 22.04.2020 на сумму 100 000,00 рублей;

- № 172 от 22.04.2020 на сумму 100 000,00 рублей;

- № 173 от 22.04.2020 на сумму 100 000,00 рублей;

- № 167 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей;

- № 168 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей;

- № 169 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей;

- № 170 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей.

Всего в заявленный управляющим период с 16.05.2018 по 28.06.2020 ФИО2 внес на расчетный счет должника 7 738 000 рублей, что подтверждается представленными в материалы настоящего обособленного спора банковскими выписками и конкурсным управляющим должника не оспаривается.

Более того, как пояснил ФИО2, им вносились денежные средства не только через кассу банка, но и путем внесения наличных с помощью корпоративной карты в банкомате на общую сумму 1 100 000 рублей помимо указанных управляющим 538 000 рублей: № 171 от 22.04.2020 на сумму 100 000,00 рублей; № 172 от 22.04.2020 на сумму 100 000,00 рублей; № 173 от 22.04.2020 на сумму 100 000,00 рублей; № 167 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей; № 168 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей; № 169 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей; № 170 от 22.04.2020 на сумму 200 000,00 рублей.

Таким образом, всего в спорном периоде с 16.05.2018 по 28.06.2020 ФИО2 внес на расчетный счет должника 7 738 000 рублей, а получил с него 7 438 329,98 рублей, то есть на 299 670,02 рублей меньше.

В назначении платежей № 115900 и № 105339 от 04.03.2020 указано "14 - Поступления займов и в погашение кредитов от учредителя".

В назначении платежа № 304 "14 - Поступления займов и в погашение кредитов".

Указанием Банка России от 10.04.2023 № 6406-У (ред. от 08.12.2023) "О формах, сроках, порядке составления и представления отчетности кредитных организаций (банковских групп) в Центральный банк Российской Федерации, а также о перечне информации о деятельности кредитных организаций (банковских групп)" утвержден Порядок составления и представления отчетности по форме 0409202 "Отчет о наличном денежном обороте".

Согласно номенклатуре символов, установленной указанным порядком, символ 14 обозначает операцию "поступления займов и в погашение кредитов".

Аналогичные правила использования номенклатуры кассовых символов были установлены ранее действовавшими Указанием Банка России от 24.11.2016 N 4212-У, Указание Банка России от 08.10.2018 N 4927-У.

Таким образом, указание в назначении платежа в выписке по расчетному счету операции с номенклатурным кассовым символом "14" означает совершение кассовой операции по внесения наличных денежных средств на расчетный счет в целях "поступления займов и в погашение кредитов".

По двум операциям – на 3 000 000 и на 500 000 рублей от 17.07.2019 в назначении платежа прямо указано "от учредителя".

В назначении платежа по операции на сумму 2 600 000 рублей от 04.03.2020 такого указания нет.

В целях установления обстоятельств, имеющих значения для дела, суд апелляционной инстанции истребовал из ПАО "Сбербанк России" расширенную выписку о движении денежных средств по расчетному счету № 

<

***>, принадлежащему обществу с ограниченной ответственностью "Нортэк" за период с 01.01.2018 по 31.12.2021, открытому в ПАО "Сбербанк России".

Во исполнение определения суда апелляционной инстанции от ПАО "Сбербанк" поступил ответ, в соответствии с которым представлена выписка по расчетному счету ООО "Нортэк".

Согласно выписке 04.03.2020 было поступление в размере 2 600 000 руб. по платежному поручению  № 304 от 04.03.2020 с назначением платежа: "14 – Поступление займов и в погашение кредитов 2600000.00".

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает обоснованными доводы ответчика о том, что всего в период с 16.05.2018 по 28.06.2020 ФИО2 внес на расчетный счет должника 7 738 000 рублей, а получил от должника 7 438 329,98 рублей, то есть на 299 670,02 рублей меньше.

Возражая против доводов ответчика, конкурсный управляющий, не отрицая фактический размер полученных ответчиком от должника средств и возвращенных ответчиком должнику денежных средств в спорном периоде в вышеуказанном размере,  лишь указал, что при анализе характера данных операций следует, что они совершались в связи с поступлением займов и в погашение кредитов от учредителя, и чего, с учетом наличия в выписке по расчетному счету иных операций заемного характера между сторонами, следует, что данные операции имели отношение исключительно к финансированию деятельности должника учредителем, и не подтверждают факт возврата ранее снятых наличных денежных средств.

Между тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные доводы основаны лишь на предположениях конкурсного управляющего. Кроме того, в рассматриваемом случае указанные доводы не имеют значения для определения размера убытков. Конкурсным управляющим не оспаривались сделки должника по перечислению денежных средств. В свою очередь, для взыскания убытков конкурсному управляющему необходимо было доказать вину причинителя вреда, его противоправные действия, наступившие последствия, размер убытков, и причинно-следственная связь между неправомерными действиями (бездействием) ответчика и причиненным ущербом.

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае конкурсный управляющий обязан был доказать, что перечисленные ответчиком в пользу должника денежные средства не могут быть учтены для определения размера убытков, что должником фактически в пользу ответчика были перечислены денежные средства в большем размере, чем ответчиком возвращено. Конкурсный управляющий ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции в нарушение положений части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации такие доказательства не представил, лишь формально заявляя о том, что ответчиком не представлены первичная документация, договоры по взаимоотношениям с должником. При том, что ответчик указывает, что между должником и ответчиком не заключались письменные договоры, ответчик периодически брал у должника денежные средства и, в последствии, возвращал их. Общую сумму возвращенных сумм конкурсным управляющим не оспорено, также как и не оспорено, что согласно банковским выпискам на стороне ответчика фактически образовалось положительное сальдо.

При этом как указано выше, конкурсный управляющий не оспаривает сделки, доводов о преимущественном удовлетворении требований не заявляет.

В отношении довода о том, что о наличии кредиторской задолженности должника перед учредителем по договорам займа и связанное с ним заявление о включении в реестр требований должника в суд в срок, установленный законодательством о банкротстве, Банюкевичем не направлялось, что также может свидетельствовать о том, что данные заемные отношения имели не заемный, а компенсационный характер финансирования должника в условиях финансового кризиса, судебная коллегия отмечает следующее.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2) суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении материалами дела намерения займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 закреплено, что контролирующее должника лицо, предоставившее финансирование должнику, пребывающему в состоянии имущественного кризиса, в том числе посредством договора займа, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

В то же время для такой переквалификации необходимо доказать, что должник пребывал в состоянии имущественного кризиса, отвечал признакам неплатежеспособности, и целью предоставления займов являлось намерение займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

Таких доказательств в материалы дела не представлено.

Момент возникновения признаков неплатежеспособности конкурсным управляющим не установлен, на что, в частности, было указано в определении Арбитражного суда Ростовской области от 01.04.2024 по делу № А53-39387/2022 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц.

Очевидно, что на 04.03.2020 года общество было платежеспособным, так как через три месяца после этого ПАО "Сбербанк России" предоставило ему кредит по кредитному договору 

<

***> от 06.07.2020 в размере 3 172 000 рублей.

Заключение кредитного договора осуществляется лишь после проверки кредитной организацией предоставленных сведений и документов, и установления факта наличия у заемщика финансовой возможности выплатить кредит. Являясь профессиональным участником рынка кредитования, банк должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств.

Конкурсным управляющим не представлено каких-либо доказательств что в данном случае имелось отступление банка от обычных действий, совершаемым кредитными организациями при аналогичных обстоятельствах, а условия выдачи кредитов имели неадекватные финансовые параметры. Наличие в действиях должника злонамеренного умысла причинить ущерб кредиторам, умышленного намеренного предоставления должником недостоверных сведений с целью получения кредита без намерения его гашения материалами дела также не установлено.

Не доказано и оказание ФИО2 негативного воздействия на хозяйственную деятельность должника до предоставления займов 04.03.2020. Таким образом, довод управляющего о компенсационном характере финансирования, предоставленного должнику 04.03.2020 года в размере 6 100 000 рублей, является голословным, документально не подтвержденным.

Кроме того, указанное обстоятельство в принципе не может свидетельствовать о причинении ответчиком убытков, как уже указано выше, в рассматриваемом случае не оспаривается сделка должника или требование ФИО2 о включении задолженности в  реестр требований кредиторов должника. В рассматриваемом случае имело место быть возврат ответчиком денежных средств в пользу должника. Для возникновения убытков у должника имеет значение лишь образование отрицательного сальдо на стороне должника.

Как указывает конкурсный управляющий должника, последующим руководителем ФИО5 не предприняты меры для взыскания вышеназванной дебиторской задолженности с ФИО2, несмотря на то, что на дату вступления в должность генерального директора у должника имелась задолженность перед кредиторами в размере 5 481 695,88 руб.

Также управляющий указал, что ФИО5 документы о деятельности организации, несмотря на принятие судом определения об истребовании документов, конкурсному управляющему не переданы, обязанность по передаче документов в нарушение пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве конкурсному управляющему не исполнена.

Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения заявления в отношении ФИО5, поскольку в материалы дела не представлена доказательств того, что ущерб в заявленном размере возник ввиду неправомерных действий ФИО5, в то время как непосредственным причинителем вреда должнику является ФИО2 В данном случае конкурсный управляющий ошибочно вменяет ФИО5 вину в причинении убытков, в то время как между его действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде выбытия денежных средств отсутствует причинная связь. На момент вступления ФИО5 в должность убытки уже причинены иным лицом. Непринятие мер ко взысканию дебиторской задолженности само по себе не является основанием для взыскания убытков с ответчика. Доказательств умышленных согласованных действий ФИО5 и ФИО2, направленных на сокрытие сведений о выводе имущества должника, а также иного недобросовестного поведения ФИО5, связанного с взысканием указанной дебиторской задолженности, в материалы дела не представлено. При этом сам по себе факт непередачи ФИО5 документов должника конкурсному управляющему также не является доказательством причинения им убытков в заявленном размере.

В пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом.

Таким образом, для наступления ответственности, предусмотренной статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении исковых требований.

В данном случае заявитель не доказал вину ответчиков, противоправность их поведения, а также причинно-следственная связь между действиями и наступившими последствиями.

В судебном заседании представитель ФИО2 заявил ходатайство о применении срока исковой давности.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С даты введения первой процедуры банкротства требования должника о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, предъявляются и рассматриваются только в рамках дела о банкротстве (пункт 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Указанное лицо согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, и несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 N14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, в связи с чем они подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из указанной нормы права следует, что ее применение возможно лишь при наличии в совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. По общему правилу заявитель, требующий возмещения убытков, должен доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями. При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Отсутствие одного из вышеперечисленных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

К требованиям о взыскании убытков применяется общий трехлетний срок исковой давности (статья 196 Гражданского кодекса), который по общему правилу начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 Гражданского кодекса).

В абзаце 2 пункта 68 Постановления N 53 указано, что срок исковой давности по требованию о взыскании убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника, исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 Гражданского кодекса).

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 05.05.2023 общество с ограниченной ответственностью "Нортэк" признано несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4, из числа членов саморегулируемой организации - Союз арбитражных управляющих "Саморегулируемая организация "Северная столица").

Конкурсный управляющий обратился с заявлением о взыскании убытков 10.03.2024, в связи с чем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что управляющим не пропущен срок исковой давности.

В соответствии с частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции на отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Поскольку суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам первой инстанции (часть 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), то определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.04.2024 по делу № А53-39387/2022 подлежит отмене по основанию, предусмотренному пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.04.2024 по делу № А53-39387/2022 отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                         Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                                       М.Ю. Долгова

 

Д.В. Николаев