Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-86103/2018

23 января 2019 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена  14 января 2019 года.

Полный текст решения изготовлен  23 января 2019 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составесудьи  Гуляева С.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению:

открытого акционерного общества «Витал Девелопмент Корпорэйшн»

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу

о признании недействительными решения от 06.04.2018 №1-11-40/78-06-17 и предписания №252014 от 06.04.2018 по делу №1-11-40/78-06-17 

при участии

от заявителя – Рева А.И. по доверенности от 26.04.2018

от заинтересованного лица – ФИО2 по доверенности от 27.12.2018

установил:

Открытое акционерное общество «Витал Девелопмент Корпорэйшн» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительными решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу (далее – УФАС по СПб, Управление) от 06.04.2018 №1-11-40/78-06-17 и предписания №252014 от 06.04.2018 по делу №1-11-40/78-06-17.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель заинтересованного лица против удовлетворения требований возражал, по основаниям, изложенным  в отзыве.

Исследовав материалы дела и выслушав позиции представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, на основании заявления ООО «МедАгро» (вх.№27655/16 от 06.12.2016)  Управлением в соответствии с приказом от 03.03.2017 № 152/17 была проведена внеплановая выездная проверка в отношении Общества. 

По результатам проведенной проверки составлен акт от 02.06.2017 № 78/16406/17. Приказом УФАС по СПб от 30.06.2016 №375/17 было возбуждено дело №1-11-40/78-06-17 по признакам нарушения Обществом части 5 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции). 

По результатам рассмотрения материалов дела 29.03.2018 Управлением вынесено решение по делу №1-11-40/78-06-17 о нарушении Обществом  части 5 статьи 11 Закона  о защите конкуренции, выразившегося в координации деятельности хозяйствующих субъектов, которая приводит к разделу товарного рынка по территориальному принципу, составу покупателей (заказчиков). 

В связи с вынесенным решением, Управлением выдано предписание от 06.04.2018 по делу №1-11-40/78-06-17 об устранении вывяленных нарушений путем не допущения действий направленных на раздел товарного рынка по территориальному принципу, составу покупателей (заказчиков), в частности путем внесения изменений в лицензионные договоры в части требований о согласовании торгов, в которых участвует контрагент и провести разъяснительную работу с региональными менеджерами.

Общество оспорило указанное решение и предписание в арбитражный суд.

Исследовав представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в  сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 11 Закон о защите конкуренции запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованные действия приводят или могут привести к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат), наценок; разделу товарного рынка по территориальному принципу, объёму продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков); экономически или технологически необоснованному отказу от заключения договора с определёнными продавцами либо покупателями (заказчиками), если такой отказ прямо не предусмотрен федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных органов исполнительной власти или судебными актами.

В соответствии с частью 5 статьи 11 Закона о защите конкуренции установлено, что физическим лицам, коммерческим организациям и некоммерческим организациям запрещается координация экономической деятельности хозяйствующих субъектов, если такая координация приводит или может привести к последствиям, указанным в части 1 настоящей статьи.

В качестве последствий согласно частям 1-3 статьи 11 Закона о защите конкуренции установлены: 1) установление или поддержание цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок; 2) повышение, снижение или поддержание цен на торгах; 3) раздел товарного рынка по территориальному принципу, объёму продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков); 4) сокращение или прекращение производства товаров; 5) отказ от заключения договоров с определёнными продавцами или покупателями (заказчиками); 6) установление цены перепродажи товара, за исключением случая, если продавец устанавливает для покупателя максимальную цену перепродажи товара; 7) установление обязательства покупателя не продавать товар хозяйствующего субъекта, который является конкурентом продавца.

Из материалов дела №1-11-40/78-06-17 следует, что Управлением исследовалась переписка (68 писем) Общества с хозяйствующими субъектами  в рамках собственной  сбытовой сети (с дилерами и дистрибьюторами и иными покупателями продукции Общества  на товарном рынке медицинского лабораторного оборудования  и реактивов), а также образец договора поставки, где Общество предоставляет товар, а его дистрибьюторы, дилеры и иные лица покупают его для последующей перепродажи, обеспечивая перемещение товара в цепочке от производителя к конечному потребителю.

Таким образом, оценив представленную в дело переписку (68 писем), а также образец договора поставки, где Общество предоставляет товар, а его дистрибьюторы, дилеры и иные лица покупают его для последующей перепродажи, обеспечивая перемещение товара в цепочке от производителя к конечному потребителю, суд полагает, что действия Общества, исходя из  пункта 19 статьи 4 Закона о защите конкуренции и Разъяснений № 2 Президиума ФАС России, утвержденных протоколом Президиума ФАС России от 17.02.2016 №3 о вертикальных соглашениях, опубликованных в открытом доступе, являются действиями в рамках вертикальных соглашений. 

В части 2 статьи 11 Закона о защите конкуренции приведён ограниченный перечень запрещенных действий в рамках вертикальных соглашений.

Такие запрещённые действия Управлением в отношении Общества в ходе проведения проверки не установлены.

Согласно пункту 14 статьи 4 Закона о защите конкуренции не являются координацией экономической деятельности действия хозяйствующих субъектов, осуществляемые в рамках вертикальных соглашений.

В силу части 5 статьи 11 Закона о защите конкуренции действия могут быть признаны допустимыми в соответствии со статьями 12 и 13 Закона о защите конкуренции. Как указано в заключении по делу №1-11-40/78-06-17 (стр. 4), доля заявителя  составляет 2-3% от  доли российских производителей,  и менее 1 % от всего рынка in-vitro диагностики.  Это значительно меньше 20 %, предусмотренных  частью 2 статьи 12 Закона о защите конкуренции. Исходя из доли Общества на рынке, Общество не может оказывать воздействия, ограничивающего конкуренцию, исходя из определения  пункта 17 статьи 14 Закона о защите конкуренции.

Представленный  в дело  сертификат менеджмента качества Общества указывает на соответствие деятельности Общества требованиям  ГОСТ ISO 13485-2003 «Изделия медицинские». Наличие указанного сертификата менеджмента качества является обязательным для выбора государственными заказчиками производителя. А соблюдение требований предоставляет потребителю дополнительные преимущества, что подпадает под положения статьи 13 Закона о защите конкуренции. 

Таким образом,  действия Общества являются допустимыми в силу статей 12 и 13 Закона о защите конкуренции.

Довод Управления о нарушении Обществом антимонопольного законодательства в силу разъяснения ФАС России вх. № 23549-эп/17 от 03.10.2017 не может быть принят судом, поскольку указанное разъяснение отсутствует  в открытом доступе и  не отвечают критериям нормативного правового акта, а поэтому не может иметь юридического значения и порождать правовые последствия для неопределенного круга лиц. Содержащиеся в письмах ФАС России положения не могут рассматриваться в качестве устанавливающих обязательные для хозяйствующих субъектов правила поведения, подлежащие неоднократному применению при осуществлении ими установленных функций. Также указанные разъяснения не могут вступать в противоречие с нормативными актами.

Управление, исходя из разъяснения ФАС России вх. №23549-эп/17 от 03.10.2017, указывает, что если деятельность в рамках вертикальных соглашений не подпадает под пункт 2 статьи 11 Закона о защите конкуренции, то такие действия следует квалифицировать по  части 5 статьи 11 Закона о защите конкуренции. Между тем такой подход противоречит принципу необходимости установления причинно-следственной связи.

Суд полагает, что в материалах антимонопольного дела отсутствуют доказательства дачи Обществом обязательных для исполнения  указаний, либо вмешательства  Общества в осуществление хозяйственной деятельности своих контрагентов.

В представленной в материалы дела переписке не содержится каких-либо указаний или требований  Общества об обязанности кого-либо участвовать в торгах или о запрете на участие в торгах. Инициатива выбора торгов для участия во всех случаях всегда оставалась за дилером/дистрибьютором. Переписка сама по себе не является  доказательством координации, и не может в принципе являться таким доказательством, что подтверждается аукционной документацией.  При этом часть переписки является внутренней и не затрагивает хозяйственной деятельности контрагентов Общества.

При этом такие действия, как ведение баз данных клиентов; рассылка коммерческих предложений и описаний реализуемых продуктов; рассылка предложений о предоставление приборов для апробации потенциальным клиентам (поставка приборов на безвозмездной основе) не могут являться координацией экономической деятельности и являются исключительно маркетинговыми мероприятиями.

Довод Управления о наличии «защитных»  позиций у продукции выпускаемой Обществом документально не подтверждён, опровергается предоставленными Обществом сведениями о конкурирующих компаниях и аналогичной продукции.

Контрагенты Общества к участию в деле по вменяемому заявителю нарушению части 5 статьи 11 Закона о защите конкуренции не привлекались, их опрос в рамках данного дела не производился, не исследовались фактическая возможность данных хозяйствующих субъектов осуществлять свою деятельность без соблюдения спорных условий договоров, и влияние этих условий на конкуренцию между данными хозяйствующими субъектами, а также с иными хозяйствующими субъектами на данном товарном рынке.

Таким образом, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что оспариваемые решение и предписание Управления нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности. 

В связи с изложенными обстоятельствами, суд приходит к выводу, что обжалуемые решение и предписание Управления, не является законным и обоснованным, а требования заявителя подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные  расходы в размере 3 000 рублей уплаченные заявителем за подачу заявления должны быть возложены на ответчика.

Руководствуясь статями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Признать недействительными решение и предписание Управления Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу от 06.04.2018 по делу №1-11-40/78-06-17.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу в пользу открытого акционерного общества «Витал Девелопмент Корпорэйшн» 3 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

СудьяГуляев С.Б.