АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

21 февраля 2024 года

Дело №

А56-45590/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей  Чернышевой А.А.,           Яковлева А.Э.,

при участии АКБ «Международный финансовый клуб» представителя ФИО1 по доверенности от 17.08.2022; от общества с ограниченной ответственность «МФЦ Капитал» представителя ФИО2 по доверенности от 30.09.2023; ФИО3 (по паспорту); от общества с ограниченной ответственностью «Росхимнефть Консалт» представителя ФИО4 по доверенности от 18.09.2023; от общества с ограниченной ответственностью «Фьорд-Консалтинг» представителя ФИО4 по доверенности от 18.09.2023; от ФИО5 представителя ФИО6 по доверенности от 20.01.2022; 

рассмотрев 15.02.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Фьорд Консалтинг», общества с ограниченной ответственностью «Росхимнефть Консалт» и ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.08.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2023 по делу № А56-45590/2015/сд.37,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.02.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью  «Выборгская лесопромышленная корпорация», адрес: 188918, Ленинградская обл., г.п. Советский, Заводская ул., д. 2, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество) введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением от 05.04.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8. 

ФИО5 (село Дмитровское Красногорского района) обратился в суд с заявлением  о признании недействительной сделкой трудового договора от 02.04.2018 № 26/18 (далее – Трудовой договор 1), заключенного между Обществом и ФИО9, а также платежей на сумму 14 795 655 руб., перечисленных должником в пользу ответчика. 

В качестве применения последствий недействительности сделки, заявитель просил взыскать указанную сумму с ответчика в конкурсную массу. 

К участию в обособленном споре в качестве созаявителей привлечены общество с ограниченной ответственностью «Фьорд Консалтинг» и общество с ограниченной ответственностью «Росхимнефть Консалт».

Кроме этого, ФИО5 обратился в суд об оспаривании трудового договора от 02.04.2018 № 25/18 (далее – Трудовой договор 2) между Обществом и ФИО3 и платежей по нему в размере 14 795 655 руб.; в качестве применения последствий недействительности сделки просил взыскать денежные средства в конкурсную массу. 

Заявление принято к производству суда в рамках обособленного спора     № А56-45590/2015/сд.38, который объединен с делом № А56-45590/2015/сд.37. 

ФИО5 обратился в суд также с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО10, выразившиеся в дальнейшем исполнении Трудовых договоров 1 и 2;  просил отстранить   ФИО10 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего и взыскать с него в конкурсную массу убытки в размере 39 550 000 руб. 

Жалоба принята к производству в обособленном споре № А56-45590/2015/ж.15, который объединен с обособленным спором № А56-45590/2015/сд.37. 

К участию в обособленном споре привлечены Ассоциация Арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ленинградской области, общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «АРСЕНАЛЪ», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», общество с ограниченной ответственностью «РИКС», общество с ограниченной ответственностью «Международная страхования группа». 

Требования в части признания недействительными платежей по Трудовым договорам 1 и 2 уточнены заявителем, который просил признать недействительными платежи в пользу каждого из ответчиков в сумме    20 961 500 руб.; применить последствия недействительности сделки в виде возврата ответчиками в конкурсную массу по 16 456 500 руб. 

В ходе рассмотрения обособленного спора ФИО5 отказался от части требований, просил признать недействительными сделками Трудовые договоры 1 и 2, платежи в пользу ФИО11 и ФИО3 в размере           20 961 500 руб. по отношению к каждому, а также признать незаконным бездействие конкурсного управляющего ФИО8, выразившееся в отказе от расторжения Трудовых договоров 1 и 2 и действия конкурсного управляющего по продолжению их исполнения.

Заявитель просил отстранить ФИО8 от исполнения возложенных на него обязанностей и назначить нового конкурсного управляющего методом случайной выборки, а также взыскать с последнего в пользу Общества убытки в размере 39 111 430 руб. 

Частичный отказ ФИО5 от требований принят судом в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Определением от 07.08.2023 в удовлетворении заявления и жалобы отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2023 определение от 07.08.2023 отменено в части: заявление      ФИО5 об оспаривании сделок оставлено без рассмотрения. В остальной части определение суда оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ООО «Фьорд Консалтинг», ООО «Росхимнефть Консалт» просят отменить определение от 07.08.2023 и постановление от 12.10.2023 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления. 

Податели жалобы  не согласны с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для оставления без рассмотрения заявления          ФИО5, полагая, что последний как лицо привлеченное к субсидиарной ответственности  избрал надлежащий способ защиты права.

По существу обособленного спора полагают, что суды проигнорировали доводы о несоответствии размера заработной платы порученной специалистам трудовой функции, о ненадлежащем исполнении ответчиками возложенных на них трудовых обязанностей и о предоставлении конкурсным управляющим сведений, не соответствующих действительности.

Податели жалобы отмечают неравнозначное распределение размера вознаграждения сотрудников юридического отдела Общества; полагают, что бремя доказывания содержания выполняемой ответчиками трудовой функции необоснованно возложено на ФИО5, который не имеет доступа к документации должника; представленные в материалы дела заключения специалистов являются недопустимыми и неотносимыми доказательствами по делу. 

Согласно позиции подателей жалобы, продолжение перечисления конкурсным управляющим заработной платы в пользу ответчиков подтверждает его недобросовестность, а его утверждение о том, что выплата заработной платы осуществляется за счет денежных средств, получаемых от оказания услуг по договору о переработке (процессинг) от 31.05.2018 не соответствует действительности; выплата заработной платы учтена на счетах бухгалтерского учета Общества в составе расходов, не формирующих доходов. 

Податели жалобы настаивают на том, что приведенные обстоятельства являются основанием для отстранения ФИО8 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

В кассационной жалобе ФИО5 просит отменить определение от 07.08.2023 и постановление от 12.10.2023, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель жалобы приводит доводы, аналогичные доводам кассационной жалобы ООО «Фьорд Консалтинг» и ООО «Росхимнефть Консалт», отмечая, что оплата в пользу привлеченных специалистов (ответчиков) превышает вознаграждение конкурсного управляющего. По мнению ФИО5 ответчики фактически действуют в интересах ФИО8, а не должника, представляют интересы и оказывают услуги третьим лицам.  

В отзыве на кассационные жалобы конкурсный управляющий возражает против их удовлетворения, полагая, что у ФИО5 не имеется полномочий для обращения об оспаривании сделок должника; настаивает на том, что получаемое привлеченными специалистами вознаграждение соответствует возложенной на них трудовой функции, а порядок бухгалтерского учета выплат по заработной плате не исключает использование в качестве источника выплат договора процессинга.

ФИО3, ФИО11 представили письменные возражения по кассационным жалобам, утверждая о надлежащем выполнении ими возложенных на них трудовых обязанностей. 

В отзыве на кассационные жалобы общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» возражает против их удовлетворения. 

В судебном заседании представители подателей жалоб поддержали их доводы в полном объеме.

Представители конкурсного управляющего, АО АКБ «Международный финансовый клуб», ООО «МФЦ Капитал», ФИО3 просили оставить постановление от 12.10.2023 без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, на период с 01.01.2018, приказом генерального директора Общества от 29.12.2017 было утверждено штатное расписание юридического отдела, предусматривающее пять штатных единиц руководителей и специалистов: начальник с окладом 60 714 руб.; две единицы старших юрисконсультов с окладами 97 800 руб. и 71 429 руб. и две единицы юрисконсультов с окладами 42 857 руб. и 40 000 руб. 

Приказом генерального директора от 01.12.2017 № 23 на работу были приняты на должность старшего юрисконсульта с окладом 97 800 руб. ФИО12, на должность юрисконсульта с окладом 40 000 руб. –      ФИО13

Приказом генерального директора ФИО14 от 01.02.2018 № 12-К в штатное расписание Общества введено семь единиц по должности юрисконсульт с должностным окладом 351 865 руб. и выплатой премии в размере 40% на основании Положения об оплате и премировании труда. Приказом генерального директора Общества от 01.02.2018 № 1 на должности юрисконсультов с установлением оклада 175 932 руб. приняты семь человек: ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21

Приказом генерального директора Общества ФИО22 от 02.04.2018 № 42-к увеличена штатная численность работников Общества, в том числе, в штатное расписание юридического отдела введены еще две единицы «юрисконсульт» с должностным окладом в размере 395 500 руб. 

Между Обществом в лице генерального директора ФИО22 и ФИО3 был заключен трудовой договор от 02.04.2018 № 25/18, по условиям которого ФИО3 принят на должность юрисконсульта с окладом в размере 395 500 руб. в месяц. 

Из представленных в материалы дела справок по форме 2-НДФЛ следует, что работнику была начислена заработная плата в размере 3 164 000 руб. за 2018 год; 4 746 000 руб. - за 2019 год; 4 754 176 руб. 06 коп - за 2020 год; 5 000 000 руб. - за 2021 год.; 791 000 руб. - за 2022 год.

На аналогичных условиях бы заключен трудовой договор от 02.04.2018   № 26/18 с ФИО23 

Из представленных в материалы дела справок по форме 2-НДФЛ следует, что работнику была начислена заработная плата в размере 3 164 000 руб. за 2018 год; 4 746 000 руб. - за 2019 год; 4 754 176 руб. 06 коп. - за 2020 год;  5 000 000 руб. -  за 2021 год.; 791 000 руб. - за 2022 год.

Из представленной в материалы дела справки Общества, подписанной начальником отдела кадров ФИО24, следует, что по состоянию на 04.04.2018 в юридическом отделе Общества работало 15 сотрудников, в том числе,  начальник юридического отдела ФИО25, старшие юрисконсульты ФИО26, ФИО12 и 11 юрисконсультов: ФИО18,        ФИО19, ФИО13, ФИО3, ФИО11, ФИО17, ФИО20, ФИО15, ФИО21, ФИО16, ФИО27

Из указанных сотрудников, в связи с ликвидацией Общества с 05.07.2018 расторгнут трудовой договор со старшим юрисконсультом ФИО26, а с 10.07.2018 со старшим юрисконсультом ФИО12  и 8 юрисконсультами (кроме ФИО3, ФИО11 и ФИО27); не имеется сведений об увольнении начальника юридического отдела ФИО25 

Из представленной в материалы дела расчетной ведомости сотрудников юридического отдела следует, что в период с августа 2018 года начисление заработной платы за отработанные часы осуществлялось четырем сотрудникам юридического отдела: ответчикам, а также ФИО25 и ФИО27, при этом, при равном количестве часов работы в августе ФИО28 и ФИО3 начислено по 395 500 руб., а ФИО25 и ФИО27, соответственно, 85 000 руб. и 60 000 руб.; подобная диспропорция сохранялась, как минимум, до декабря 2018 года включительно. 

Посчитав, что ФИО3 и ФИО11 установлена необоснованно высокая заработная плата, а конкурсный управляющий не предпринял действий по расторжению трудовых договоров, более того, продолжил их исполнение, ФИО5 обратился с жалобой на действия (бездействие) ФИО8, просил отстранить его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего и взыскать в конкурсную массу убытки в размере произведенных в пользу ответчиков выплат.

Возражая относительно предъявленных к ним требований, ответчики представили в материалы дела отчеты о выполненной работе за спорный период.

Также в материалы дела представлены заключения специалистов относительно оценки трудовой функции по выполнению работ по должности юрисконсульта. 

Обращаясь о признании недействительными сделками трудовых договоров, ФИО5 оспорил их по основаниям пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), отмечая, что установленный ответчикам оклад существенно превысил  обычное вознаграждение по подобной должности в Санкт-Петербурге, полагал, что спорные договоры являются мнимыми сделками, и ответчики не оказывали реальных юридических услуг Обществу. 

Исходя из того, что указанным работникам при заключении трудовых договоров был оформлен отпуск без сохранения заработной платы,        ФИО5 полагает, что фактически они привлечены к оказанию услуг в мае 2018 года конкурсным управляющим.   

Ссылаясь на длительное сотрудничество ответчиков и ФИО8, ФИО5 настаивал на заинтересованности указанных лиц.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что привлечение ответчиков в качестве юрисконсультов было необходимо в связи с продолжением осуществления Обществом производственной деятельности в период конкурсного производства на основании решения собрания кредиторов.

Суд посчитал установленным факт выполнения ответчиками возложенной на них трудовой функции и представление ими интересов должника, пришел к выводу о том, что оклад по должности юрисконсульта соответствует объему трудовой функции с учетом особенностей хозяйственной деятельности должника, количества рассматриваемых с его участием судебных споров.

Со ссылкой на заключение специалиста – общества с ограниченной ответственность «Квадро эксперт» ФИО29 от 24.04.2023 № 87/23, суд заключил, что отраженное в табелях учета рабочего времени количество часов работы ответчиков соответствует объему работы, отраженной в представленных ими в материалы обособленного спора отчетах о своей деятельности.

Суд принял во внимание заключения специалистов – общества с ограниченной ответственностью «ОК «ВЕТА» от 19.05.2023 № 02-03/23/0082; общества с ограниченной ответственностью «Русская Провинция» от 18.05.2023 № 165/23 о том, что рыночная стоимость оказанных ответчиками услуг значительно превышает полученное ими трудовое вознаграждение, а также учел содержание коммерческих предложений Юридической фирмы «Ветров и партнеры», Юридической компании «Экслекс», общества с ограниченной ответственностью «ЦПО Групп», индивидуального предпринимателя       ФИО30 

 Суд отметил положительный эффект, полученный Обществом в результате работы ответчиков, и не усмотрел признаков убыточности оспариваемых сделок.

Суд дал оценку фактам использования конкурсным управляющим и его супругой адресов электронных почт с доменами, принадлежащими обществу с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Правый Берег», в котором ФИО31 являлась единственным участником и генеральным директором до 29.11.2017 и трудоустройству ФИО3 в этой компании до заключения спорного договора, посчитав, что данные обстоятельства не могут свидетельствовать о намерении сторон по выводу денежных средств из конкурсной массы должника.

Отклоняя доводы жалобы ФИО5 на действия (бездействие) конкурсного управляющего, суд отметил, что продолжение производственной деятельности Общества в данном случае было направлено на предотвращение существенного ущерба третьим лицам с учетом эксплуатации должником в процессе производственной деятельности источников повышенной опасности.

Суд пришел к выводу о том, что избранная конкурсным управляющим форма привлечения специалистов соответствовала особенностям конкурсного производства в отношении должника, который продолжил осуществление хозяйственной деятельности, и положения о лимитах расходов на вознаграждение привлеченных специалистов в данном случае не подлежат применению, так как не распространяются на вознаграждение работников должника по трудовым договорам.

Суд установил, что по состоянию на 04.04.2018 года в юридическом отделе Общества работало 15 сотрудников, фонд оплаты труда юридического отдела за март 2018 года составил 2 429 376 руб. 08 коп., за апрель 2018 года – 1 952 661 руб. 62 коп.; за май 2018 года – 2 104 227 руб. 43 коп., за июнь 2018 года – 2 789 986 руб. 18 коп., за июль 2018 года (с учетом выходных пособий) – 5 727 459 руб. 45 коп. 

В конкурсном производстве часть работников юридического отдела была сокращена: 05.07.2018 расторгнуты трудовые договоры с двумя работниками; 10.07.2018 – с еще 8 работниками. За период с августа по декабрь 2018 года фонд заработной платы юридического отдела не превысил 1 233 050 руб.         73 коп.

Оценив указанные обстоятельства, суд признал эффективной деятельность конкурсного управляющего по оптимизации работы юридического отдела, отметил, что заработная плата работникам Общества выплачивается за счет дохода от текущей производственной деятельности.

Не установив нарушений положений Закона о банкротстве со стороны конкурсного управляющего, суд не усмотрел оснований для применения к нему ответственности в виде убытков.

Отменяя определение суда в части отказа в удовлетворении заявления ФИО5 об оспаривании сделок должника и оставляя в этой части заявление без рассмотрения, апелляционный суд посчитал, что по смыслу положений пункта 4 статьи 34 Закона о банкротстве у контролирующего должника лица не имеется полномочий по обращению в деле о банкротстве об оспаривании сделок должника.

По существу спора апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. 

Проверив законность принятых по делу судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе по существу спора, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Перечень лиц, имеющих право на обращение в деле о банкротстве об оспаривании сделки должника ограничен по отношению к предусмотренному статьей 34 Закона о банкротстве кругу лиц, участвующих в деле о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

 Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов.

Согласно пункту 2 приведенного положения, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Приведенный перечень лиц, управомоченных на обращение об оспаривании сделок должника в деле о банкротстве, является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в случае уклонения или отказа арбитражного управляющего от выполнения решения собрания (комитета) кредиторов об оспаривании конкретной сделки конкурсный кредитор либо уполномоченный орган вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на бездействие (отказ) арбитражного управляющего; признание этого бездействия (отказа) незаконным может являться основанием для отстранения арбитражного управляющего.

Отдельный кредитор или уполномоченный орган вправе также обращаться к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании управляющим сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или уполномоченный орган также вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на отказ или бездействие арбитражного управляющего.

В случае признания обоснованной жалобы на бездействие (отказ) арбитражного управляющего оспорить сделку суд вправе также указать в судебном акте на предоставление подавшему жалобу лицу права самому подать заявление о ее оспаривании. Если соответствующий кредитор одновременно с жалобой на неоспаривание управляющим сделки подал заявление об оспаривании этой сделки, то рассмотрение такого заявления приостанавливается судом до рассмотрения упомянутой жалобы.

При подаче заявления об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве лицом, не имеющим права на его подачу, суд оставляет его без рассмотрения применительно к пункту 7 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Таким образом, правом на оспаривание сделки в деле о банкротстве, кроме внешнего или конкурсного управляющего, может воспользоваться конкурсный кредитор или уполномоченный орган, но не представитель участников должника или иное контролирующее должника лицо. 

Ни положениями статьи 61.15 Закона о банкротстве, ни общими положениями пункта 4 статьи 34 Закона о банкротстве прав на обращение об оспаривании сделки в деле о банкротстве контролирующему должника лицу не предоставлено.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.09.2023 № 2511-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО32 на нарушение его конституционных прав статьей 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 34 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2021 № 49-П, федеральный законодатель дополнил статью 34 Закона о банкротстве положениями, прямо предусматривающими право контролирующего должника лица участвовать в деле о банкротстве при рассмотрении вопросов, решение которых может повлиять на привлечение его к ответственности, а также на размер такой ответственности, в том числе, обжаловать принятые по данным вопросам судебные акты (пункт 4). 

Эти положения согласно пункту 3 статьи 2 Федерального закона от 21.11. 2022 № 452-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» применяются, в том числе, к делам о банкротстве, производство по которым возбуждено до дня вступления данного Федерального закона в силу.

Опираясь на выводы, к которым пришел Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении, судебная практика исходит из того, что контролирующему лицу, в отношении которого в рамках дела о банкротстве рассматривается вопрос о его привлечении к субсидиарной ответственности, должно быть обеспечено право на судебную защиту посредством рассмотрения компетентным судом его возражений относительно обоснованности требования кредитора, в том числе, требования уполномоченного (налогового) органа, основанного на результатах проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля.

Для реализации указанного права, такое лицо вправе вступить в дело в качестве третьего лица согласно статье 51 АПК РФ, а в случае, когда по делу уже вынесен судебный акт, которым спор разрешен по существу, вправе обжаловать решение суда в апелляционном, кассационном порядке применительно к статье 42 данного Кодекса (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 303-ЭС22-22958 и от 25.08.2023 № 303-ЭС21-21101).

Как лицо, участвующее в деле о банкротстве, контролирующее должника лицо вправе обращаться с жалобами в порядке статьи 60 Закона о банкротстве на действия (бездействие) конкурсного управляющего в отношении формирования конкурсной массы, в частности, в связи с привлечением специалистов в деле о банкротстве, заключением и исполнением сделок от имени должника.

Использования контролирующим должника лицом предусмотренного пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве способа защиты конкурсной массы, предоставленного по общему правилу конкурсному управляющему, обращения об оспаривании сделок должника в деле о банкротстве, приведенной выше правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, равно как и нормами Закона о банкротстве, не предусмотрено.

Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции считает необходимым согласиться с выводом апелляционного суда о наличии оснований для оставления заявления ФИО5 в части оспаривания сделок должника без рассмотрения.

Трудовые договоры 1, 2 заключены после возбуждения дела о банкротстве. В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, недействительной в деле о банкротстве может быть признана сделка, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Для признания недействительной сделки по указанному основанию несоразмерность встречного предоставления должна быть существенной.

В данном случае, между сторонами имеется спор относительно соответствия предусмотренного условиями Трудовых договоров 1 и 2 и полученного ответчиками вознаграждения за исполнение ими трудовых обязанностей содержанию выполняемой работниками трудовой функции. То есть, и при условии установления такой несоразмерности, данное обстоятельство не является очевидным, и не может быть признано существенным применительно к квалификации условий оспариваемых сделок как недействительных по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами установлено и не отрицается подателями жалоб фактическое осуществление ответчиками трудовой функции в соответствии с возложенными на них должностными обязанностями, спор между сторонами касается объема и оценки выполняемой ответчиками работы. 

При этом, по общему правилу, установление работодателем работнику заработной платы выше среднего уровня допускается в рамках трудовых правоотношений, следовательно, не относится к таким неординарным условиям трудовых соглашений, которые позволили бы квалифицировать их как подозрительные сделки по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, если такое превышение не настолько существенно, чтобы определено указать на отступление сторон трудовых отношений от типичных условий оплаты труда с целью причинения убытков имущественной массе должника. 

Наличия подобных мотивов в действиях сторон суды не установили, и податели жалобы на какие-либо, имеющиеся в материалах дела доказательства, указывающие на заключение Трудовых договоров 1 и 2 исключительно с целью вывода денежных средств из конкурсной массы Общества, не ссылаются.

Поскольку подателями жалобы не опровергнута установленная судами цель исполнения Трудовых договоров 1 и 2 – выплата ответчикам вознаграждения за исполнение возложенной на них трудовой функции, даже при условии завышения оплаты труда и убыточности оспариваемых сделок, исходя из разъяснений пунктов 5, 6. 7 Постановления № 63, ни Трудовые договоры, ни выплаты по ним не могут быть признаны недействительными и по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как цель причинения вреда кредиторам и осведомленность другой стороны сделки об этой цели является обязательным условием для квалификации сделки как подозрительной.

Положения о недействительности сделок, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, предусмотренные статьями  10 и 168 ГК РФ, представляют собой общие основания их недействительности, по отношению к специальным основаниям недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с этим, квалификация в рамках дела о банкротстве сделки как недействительной  по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Соответствующая правовая позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014; от 29.12.2020 № 305-ЭС20-4668(4) по делу № А40-86229/2018.

Поскольку доводы конкурсных кредиторов о признании недействительными сделок должника не выходят за пределы диспозиции специальных положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, оснований для применения к спорным правоотношениям положений статей 10, 168 ГК РФ также не имеется.

Таким образом, в удовлетворении заявления кредиторов – созаявителей о признании недействительными сделок отказано правильно.

Вместе с тем, отсутствие признаков недействительности Трудовых договоров 1 и 2 и выплат по ним не исключали проверки действий (бездействия) конкурсного управляющего по сохранению и исполнению Трудовых договоров на предмет их добросовестности и разумности, и цели совершения – реализация мероприятий процедуры конкурсного производства. Завышение вознаграждения работников должника относительно содержания выполняемой ими трудовой функции, которое не может являться достаточным основанием для вывода о недействительности Трудовых договоров 1 и 2 и выплат по ним, тем не менее, может указывать на нарушения положений Закона о банкротстве со стороны конкурсного управляющего как лица, ответственного  в силу норм статей 126, 129 Закона о банкротстве, за организацию текущей деятельности Общества, формирование и сбережение конкурсной массы. 

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

По смыслу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, увольнение работников должника относится к правам конкурсного управляющего, признание должника несостоятельным (банкротом) и открытие в отношении него конкурсного производства не является безусловным основанием для незамедлительного увольнения сотрудников должника.

Однако, судам необходимо учитывать, что сохранение штатных единиц и заполнение вакансий из их числа в процедуре конкурсного производства допускаются лишь в той мере, в какой это оправданно для целей конкурсного производства, прежде всего сбора и реализации конкурсной массы, расчетов с кредиторами.

Соглашаясь с доводами ответчиков относительно содержания выполняемой ими трудовой функции, суд первой инстанции не проверил по существу возражения кредиторов, указывавших на недостоверность отраженных в отчетах ответчиков сведений об объеме выполняемой ими работы и о несоответствии реальных трудозатрат юрисконсультов на выполнение отраженных в отчетах процессуальных действий уровню получаемого ими вознаграждения.

Исходя из необходимости сохранения штатных работников юридического отдела должника в связи с продолжением осуществления Обществом производственной деятельности, суды не приняли во внимание значительное увеличение штатной численности и фонда оплаты труда работников юридического отдела в преддверии признания Общества несостоятельным (банкротом) и после возбуждения дела о его банкротстве, не проверили наличие производственной необходимости такого расширения юридического отдела. 

Суды не дали сравнительной оценки и не выявили экономического обоснования значительного превышения окладов принятых на введенные непосредственно перед признанием должника несостоятельным (банкротом) должности ответчиков относительно аналогичных ставок и ставок по вышестоящим должностям сотрудников юридического отдела, действовавших до внесения существенных изменений в состав юридического отдела в преддверии банкротства должника, не установили причины и целесообразность сохранения такой разницы в окладах после признания должника несостоятельным (банкротом) и получения ФИО8 статуса конкурсного управляющего.

Суды не установили конкретного содержания трудовой функции, непосредственно связанной с деятельностью Общества, каждого из работников юридического отдела, с которыми сохранились трудовые отношения после открытия в отношении Общества конкурсного производства и соответствия этого содержания получаемым работникам окладам, в том числе, с учетом значительной разницы в окладах ответчиков и иных сотрудников юридического отдела при условии одинакового количества объема отработанного ими рабочего времени. 

Указанные обстоятельства имеют существенное значение для оценки добросовестности и разумности действий (бездействия) конкурсного управляющего по сохранению ответчиков в составе штатных работников Общества с учетом установленных для них размеров трудового вознаграждения и проверки наличия или отсутствия оснований для применения ответственности к конкурсному управляющему в виде взыскания убытков или его отстранения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. 

В силу статьи 71 АПК РФ никакое доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, суд должен непосредственно и объективно оценить все доказательства, представленные в материалы дела, при исследовании приведенных выше обстоятельствах суд не может ограничиваться оценкой представленных в материалы дела заключений специалистов, которые представляют собой лишь субъективное мнение относительно спорных обстоятельств, подлежащих установлению непосредственно судом по имеющимся в деле документам. 

Учитывая изложенное, принятые по делу судебные акты в части отказа в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) ФИО8, в части отказа во взыскании с него убытков и в части отказа в его отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника не могут быть признаны обоснованными и подлежат отмене, а дело в отмененной части – следует направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует определить круг обстоятельств, подлежащих доказыванию в данном деле с учетом изложенного выше, установить эти обстоятельства исходя из представленных в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи, и принять по делу законный и обоснованный судебный акт, не допустив нарушения норм процессуального права. 

В остальной части принятые по делу судебные акты следует оставить без изменения по основаниям, изложенным в мотивировочной части постановления. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.08.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2023 по делу № А56-45590/2015/сд.37 в части отказа в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) конкурсного управляющего, во взыскании убытков и отстранении ФИО8 от обязанностей конкурсного управляющего отменить.

В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

В остальной части определение от 07.08.2023 и постановление от 12.10.2023 оставить без изменения.

 

Председательствующий

 

И.М. Тарасюк

Судьи

 

А.А. Чернышева

 А.Э. Яковлев