Дело № А39-4193/2021

город Владимир

6 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 6 июля 2022 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

публичного акционерного общества «Банк «Кузнецкий» (ОГРН 

<

***>,                    ИНН 

<

***>) 

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 05.04.2022 по делу  № А39-4193/2021, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о включении задолженности в реестр требований кредиторов открытого акционерного общества «Ламзурь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 о процессуальном правопреемстве, замене кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» на индивидуального предпринимателя ФИО2,

 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Ламзурь» (далее – Общество) в Арбитражный суд Республики Мордовия обратилось общество с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» (далее – ООО «Маша и Медведь») с заявлением о вступлении в дело о банкротстве Общества ввиду наличии у последнего задолженности в размере 47 102 277 руб. 29 коп., установленной вступившими в законную силу судебными актами.

            К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2).

От ИП ФИО2 поступило заявление о процессуальном правопреемстве, замене кредитора ООО «Маша и Медведь» на                                       ИП ФИО2

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 05.04.2022 заменил кредитора – ООО «Маша и Медведь» его процессуальным правопреемником – ИП ФИО2 в деле о банкротстве должника; включил в реестр третьей очереди должника требование ИП ФИО2 в сумме основной задолженности по лицензионным договорам 28 734 101 руб., расходов по уплате государственной пошлины – 278 602 руб. и неустойки –                    18 282 169 руб. 04 коп. 

Не согласившись с принятым судебным актом, публичное акционерное обществе «Банк «Кузнецкий» (далее – Банк) обратилось в суд апелляционной инстанции  с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции не дана оценка доводам Банка о наличии в действиях ИП ФИО3 попытки  сохранения контроля над процедурой банкротства должника. Свою позицию заявитель мотивирует тем, что ИП ФИО3 приобретал долги независимых кредиторов Общества в период имущественного кризиса должника, рассчитывая на получение значительного объема требований, позволяющего контролировать процедуру банкротства и участвовать в распределении конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам. При этом, вопреки выводам суда первой инстанции, большинство требований к должнику заявлены аффилированными с ним лицами.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы считает, что судом первой инстанции неправомерно применены разъяснения пункта 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020. Заявитель отмечает, что приобретение аффилированным лицом требований независимых кредиторов в период уже возбужденного дела о банкротстве не всегда является безусловным основанием для отказа в понижении очередности требований. В данном случае кредитором поставлено под сомнение добросовестное поведение аффилированного с должником кредитора.

С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, действия кредитора по искусственному наращиванию подконтрольной кредиторской задолженности свидетельствует о злоупотреблении правом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований кредитора. 

Заявитель апелляционной жалобы также указывает на не исследование судом первой инстанции вопроса финансовой возможности ИП ФИО3 произвести оплату за уступленные права требования, а также ссылается на отсутствие экономической целесообразности приобретения ИП ФИО3 долгов должника.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Временный управляющий ФИО4 представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором оставила вопрос по апелляционной жалобе Банка на усмотрение суда.

Банк заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2020 по делу              № А40-176944/2020, оставленным без изменения 

постановление

м Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2021 № 09АП-7740/2021. с Общества в пользу ООО «Маша и Медведь» взыскано 9 014 101 руб. задолженности по лицензионному договору от 20.12.2016 № ЛАМ-01/2016, 9 014 101 руб. неустойки, неустойка на сумму 90 141 010 руб., исходя из 0,1 процента за каждый день, с 16.09.2020 по день фактической оплаты, а также 113 141 руб. 01 коп. в возмещение расходов по госпошлине. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2021 по делу              № А40-190333/2020 с Общества в пользу ООО «Маша и Медведь» взыскано      15 220 000 руб. задолженности по лицензионному договору  от 13.12.2018                                    № ЛАМ-01/2019, 5 580 380 руб. неустойки, неустойка на сумму 15 220 000 руб., исходя из 0,1 процента за каждый день, с 16.01.2021 по день фактической оплаты, а также 118 859 руб. в возмещение расходов по госпошлине. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2021 по делу                № А40-232761/2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2021 № 09АП-18011/2021, с Общества в пользу ООО «Маша и Медведь» взыскано 4 500 000 руб. задолженности по лицензионному договору от 13.12.2018 № ЛАМ-01/2019, 220 500 руб. неустойки, неустойка в размере 0,1 процента за каждый день от суммы долга за каждый день просрочки платежа с 20.11.2020 до даты фактического исполнения обязательства, а также 46 602 руб. в возмещение расходов по госпошлине. 

Общая сумма требований на дату обращения в суд с заявлением составляла 29 012 703 руб. 01 коп. по основному долгу, 18 296 984  руб. 02 коп. по неустойке, 278 602 руб. 01 коп. по расходам по уплате государственной пошлины.

Впоследствии между ООО «Маша и Медведь» и ИП ФИО2 заключен договор цессии  от 31.05.2021 № ц-35/2021, согласно которому                    ООО «Маша и Медведь» уступает ИП ФИО2 право требования к Обществу, возникшее на основании решения Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2020 по делу № А40-176944/2020, решения Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2021 по делу № А40-190333/2020, решения Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2021 по делу № А40-232761/2020. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.07.2021 по делу               № А40-176944/2020 произведена замена взыскателя на ИП ФИО2 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2021 по делу              № А40-190333/2020 произведена замена взыскателя на ИП ФИО2 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2021 по делу              № А40-232761/2020 произведена замена взыскателя на ИП ФИО2

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в Арбитражный суд Республики Мордовия с рассматриваемыми требованиями.

В соответствии со статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Принимая во внимание, что вступившими в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 09.07.2021 по делу № А40-176944/2020, определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2021 по делу                                № А40-190333/2020, определением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2021 по делу № А40-232761/2020 произведена замена взыскателя с                       ООО «Маша и Медведь» на ИП ФИО2 в отношении судебных актов, на основании которых заявлены настоящие требования, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для замены кредитора – ООО «Маша и Медведь» его процессуальным правопреемником – ИП ФИО2 в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Федерального закона                            от 26.10.2002  № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указано, что вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу судебным актом в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

В соответствии с  пунктом 4 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», фактические обстоятельства, установленные при рассмотрении другого дела, и данная им правовая оценка должны учитываться судом, рассматривающим иное дело, что, в свою очередь, не исключает возможности прийти к иным выводам по существу спора с обязательным указанием в судебном акте соответствующих мотивов.

Исходя из данной нормы, вступивший в законную силу судебный акт является достаточным подтверждением обоснованности заявленного требования, в том числе, его размера, что исключает необходимость проверки материальных оснований возникновения заявленного требования.

Факт наличия у Общества задолженности перед ИП ФИО3                     в заявленном размере подтвержден вступившими в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2020 по делу № А40-176944/2020, решением Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2021 по делу                                  № А40-190333/2020, решением Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2021 по делу № А40-232761/2020.

При этом наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования.

Пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве предусмотрено, что в целях названного Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признается, в том числе лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон                                     № 135-ФЗ) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Наличие аффилированности между должником и ИП ФИО3 не оспаривается сторонами.

Между тем, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Таким образом, пункт 6.2 Обзора от 29.01.2020 не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства. Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593).

В рамках настоящего обособленного спора приобретение требования к должнику по договору цессии осуществлено после принятия к производству заявления о признании должника банкротом.

Данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020.

В частности, Верховный Суд Российской Федерации в указанном определении разделяет обстоятельства, при которых происходит замена независимого кредитора на кредитора аффилированного с должником.

В спорном случае переход права требования от независимого кредитора к аффилированному кредитору происходит 31.05.2021 после возбуждения дела о банкротстве 28.04.2021, когда невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение должника, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Кроме того, в отношении Общества имело место быть размещение информации в ЕФРСБ (02.03.2021 и 29.03.2021). 

В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования. Таким образом, пункт 6.2 Обзора                     от 29.01.2020 не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства.

Указанные выводы согласуются с разъяснениями, изложенными в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.

Иной подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

Факт того, что цессионарием выступало аффилированное лицо, является недостаточным для вывода о направленности договора цессии на реализацию внутрикорпоративных отношений для целей банкротства.

В данном случае вопреки позиции заявителя жалобы реальность передачи права требования к должнику на основании договора цессии от 31.05.2021                         № ц-35/2021 установлена вступившими в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 09.07.2021 по делу № А40-176944/2020, определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2021 по делу № А40-190333/2020, определением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2021 по делу № А40-232761/2020 произведена замена взыскателя с ООО «Маша и Медведь» на ИП ФИО2 

При изложенных обстоятельствах, оснований полагать, что                                    ИП ФИО3, заключая договор цессии от 31.05.2021 № ц-35/2021, осуществлял финансирование в рамках публично нераскрытого плана выхода из кризиса должника не имеется. 

При таких обстоятельствах оснований полагать, что заявленное требование подлежит субординированию с учетом разъяснений, данных в пунктах 6 и 6.2 Обзора от 29.01.2020, не имеется. 

Довод о злоупотреблении ИП ФИО3 правом при предъявлении данных требований, осуществления выкупа задолженности у независимого кредитора, не нашел своего подтверждения, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции. 

Суд апелляционной исходит из того, что требования к должнику основаны на вступивших в законную силу судебных актах, в том числе и проведении правопреемстве по этим судебным актам на основании определений суда. В настоящем случае требования приобретены в период, когда в отношении должника было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), заявлен ряд требований, то есть цель – сокрытие несостоятельности должника, в действиях                                      ИП ФИО3, который не оспаривает признаки аффилированности с должником, не прослеживается. Само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Учитывая изложенное и применительно к правовой позиции, выраженной в пункте 17 Обзора № 3, заключение ИП ФИО3 договора цессии с Банком и последующее предъявление требований к должнику не может рассматриваться как злоупотребление правом.

Утверждение Банка о том, что целью включения в реестр требований кредиторов должника требования ИП ФИО3 является приобретение контроля над процедурой банкротства группой аффилированных лиц, являлось предметом рассмотрения суда первой инстанции и с учетом фактических обстоятельств дела, соотношения размера заявленного требования и размера иных требований, включенных в реестр, обоснованно отклонено.

Ссылка заявителя на то, что суд не дал оценку всем доводам Общества и не исследовал представленные в материалы дела доказательства, отклоняется, поскольку отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства или заявленного довода, не свидетельствует о том, что они не были исследованы и оценены судами.

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы нарушение судом первой инстанции норм процессуального права не допущено.

Суд апелляционной инстанции рассмотрел доводы апелляционной жалобе и признает их необоснованными по изложенным мотивам.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 05.04.2022 по делу         № А39-4193/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Банк «Кузнецкий» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Мордовия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

 

Е.Н. Беляков

 

Е.А. Рубис