ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-41018/2020

Дело № А40-40383/2020

г. Москва

14 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 14 сентября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи    Мухина С.М., 

судей:

Никифоровой Г.М., ФИО1,

при ведении протокола              

секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ПТ ГРУПП»

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 29.06.2020 по делу № А40-40383/2020

по иску: общества с ограниченной ответственностью «ПТ ГРУПП»

к публичному акционерному обществу «Научно-производственная корпорация Иркут»

о взыскании денежных средств, 

в присутствии:

от истца:

ФИО3 по дов. от 27.05.2020;

от ответчика:

ФИО4 по дов. от 01.01.2020;

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2020, принятым по настоящему делу, отказано в удовлетворении требований ООО «ПТ ГРУПП» в лице конкурсного управляющего (истец) о взыскании с ПАО «КОРПОРРАЦИЯ «ИРКУТ» (ответчик) 17 705 968 руб. убытков, вызванных предоставлением недостоверной информации о заказываемом изделии по Контракту № МС21-00-00-EVD-W16-256 от 21.10.2016.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил отменить решение суда и удовлетворить требование истца.

В судебном заседании представитель поддержал доводы жалобы, указал, что судом дана неверная квалификация переписки между неуполномоченными лицами как соблюдение претензионного порядка, также неверно оценено письмо генерального директора ООО «ПТ ГРУПП».

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения жалобы по доводам отзыва, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 21.10.2016 между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) был заключен контракт № МС21-00-00-EVD-W16-256 на поставку тензоболтов для самолета МС-21 (товар, оборудование).

В обоснование иска, истец ссылается, что поставил по двусторонним Универсальным передаточных документам (УПД) № 12 от 06.03.2017, № 19 от 06.03.2017, товар (тензоболты) на общую сумму 24 505 000, 02 руб. (согласно вступившему в законную силу решению Арбитражного суда г. Москвы от 17.09.2018 по делу № А40-77695/18.

В результате невключения в текст Спецификации и Технической спецификации к Контракту № МС21-00-00-EVD-W16-256 параметра - «величина усилия» («Capacity (F.S.)») ООО «ПТ ГРУПП», по его мнению, понесло следующие убытки: расходы на закупку материалов и изделий у других компаний. Изготовление первой партии тензоболтов без «Величины усилия» (Capacity (F.S. (Кn) произведено силами другой компании.

Истец указывает, что его расходы по изготовлению (приобретению) партии тензоболтов на сумму 17 705 968 руб. по Договору № 16/15-1 от 27.06.2016, заключенного с ООО «Электроцилиндры» для последующей поставки ответчику, являются для истца убытками, со ссылкой на ст.431.2 ГК РФ.

Поскольку в добровольном порядке ответчиком данные убытки не возмещены, а реализованный истцом досудебный порядок урегулирования спора не принес положительного результата, истец обратился в суд с настоящим иском.

Арбитражный апелляционный суд согласен с выводами суда первой инстанции, в связи с чем полагает, что оснований для отмены принятого по делу решения не имеется.

В пунктах 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Как и любая форма гражданско-правовой ответственности, возмещение убытков является результатом правонарушения и имеет место только тогда, когда поведение должника носит противоправный характер. При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением должника и убытками кредитора. Прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. То есть для взыскания убытков, лицо, чье право нарушено, требующее их возмещения должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенными нарушениями и возникшими убытками в размере убытков.

Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

В соответствии с части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 2 статьи 9 АПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В рамках настоящего спора возникновение убытков истец связывает с предоставлением ответчиком недостоверных сведений в отношении поставленного им в рамках Контракта № МС21-00-00-EVD-W16-256 от 21.10.2016 товара.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что наступление неблагоприятных финансовых последствий для ООО «ПТ ГРУПП», выразившихся в предоставлении недостоверной информации о заказываемом изделии по контракту, не является последствием виновных действий исключительно покупателя.

Оспаривая решение суда, истец заявляет о том, что судом первой инстанции дана неверная квалификация переписки между неуполномоченными лицами как соблюдение претензионного порядка.

С обозначенной позицией невозможно согласиться ввиду того, что в ходе разбирательства по настоящему делу, так и при рассмотрении судами дела требований о взыскании неустойки за просрочку поставки по тому же Контракту в деле № А40-77695/18 (преюдициальное значение актов по которому установлено обжалуемым решением суда) истец сам в подтверждение своих доводов ссылается как на официальную переписку сторон, адресованную иным должностным лицам, нежели указанным в Контракте, так и на письма, направленные по электронной почте представителям сторон, как например, в дополнительных пояснений истца по делу № А40-77695/18.

В подтверждение своей позиции истец ссылается на Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25, а именно на пункты 64, 65, где приведено толкование положений ст. 165.1 ГК РФ о юридически значимых сообщениях. Так, согласно абзацу 2 п. 64 указанного Постановления договором может быть установлено, что юридически значимые сообщения, связанные с возникновением, изменением или прекращением обязательств, основанных на этом договоре, направляются одной стороной другой стороне этого договора исключительно по указанному в нем адресу (адресам) или исключительно предусмотренным договором способом.

Однако анализ практики показывает, что указанная статья 165.1 ГК РФ с учетом ее толкования Пленумом ВС РФ применяется для установления факта надлежащего уведомления в ситуациях, когда имеются сомнения в том, что получателем оно действительно получено в случаях направления извещения не по тому адресу или не тем способом.

Кроме того, в п. 2 ст. 165.1 ГК РФ, на толкование которой Пленумом ВС РФ ссылается Истец, также указано, что иные правила о юридически значимых сообщениях могут применяться, если это следует из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон.

Ссылки самого истца на письма, адресованные истцом ответчику на официальных бланках организации, хотя и подписанные иным уполномоченным лицом и адресованные иному уполномоченному должностному лицу, нежели прямо указанным в Контракте, и/или направленные по электронной почте, подтверждают факт установления подобной практики между сторонами.

В связи с вышесказанным коллегия полагает, что выраженное в письме истца № 390 от 18.08.2017 (том 1 л.д. 34) фактическое признание несоответствия товара требованиям Контракта с принятием истцом на себя обязательства поставить новый товар с учетом замечаний ответчика не опровергнуто.

Кроме того, доводы истца не подтверждаются доказательствами и невозможно установить, о каких других юридических лицах идет речь.

Указание истца на то, что письмо № 390 от 18.08.2017 (том 1 л.д. 34) являлось «уведомлением ответственного лица о несоответствии Спецификации №1 к Контракту требованиям Конструкторской документации и опасности использования тензоболтов», не принимается судебной коллегией в силу следующего.

Представленная Конструкторская документация (далее - КД) не признана судом первой инстанции частью Контракта и не приобщена в качестве доказательства. 

Суд установил, что истцу было известно обо всех необходимых параметрах и характеристиках товара, в связи с чем довод истца о том, что товар был возвращен вследствие отсутствия в Спецификации каких-либо параметров обоснованно отклонен судом.

Истец также заявляет о том, что судом необоснованно сделан вывод о тождественности Конструкторской документации и Технической спецификации, что не соответствует фактическим обстоятельствам: 

Между тем, суд установил, что представленная истцом Конструкторская документация не имеет отношения к Контракту, поставляемый истцом товар должен был отвечать требованиям Технической спецификации, которая является Приложением к Контракту.

Истцом указываются доводы о противоречивости позиции ответчика, основанные исключительно на КД, относимость которой судом не установлена по итогам ее исследования, и не подтвержденные иными доказательствами, в связи с чем коллегия считает их недоказанными.

Наряду с этим истец указывает следующее: «недопустима подмена понятия «Техническое задание» Иркутского авиационного завода на сборку самолета и Технической Спецификации №1 к Контракту, так как это разные документы», при этом истец не предоставляет какое-либо иное «Техническое задание» в подтверждение своих доводов.

Далее Истец указывает на то, что причины отказа от продукции истца, положенные в основу решения суда первой инстанции, не соответствуют фактическим обстоятельствам. 

Однако указывая на необоснованность возврата первой партии, истец при этом не заостряет внимание на том, что он сам указал на необходимость возврата поставленного товара, принял его без замечаний по накладным, приложенным им к исковому заявлению (т. 1 л.д. 60-66), и поставил ответчику новую партию. Причиной таких действий истца послужило именно признание им своей ответственности за поставку несоответствующего требованиям Контракта товара.

Довод о том, что ответчик не приступал к оформлению документации о несоответствии качества поставленной продукции, так как считал ее соответствующей Технической спецификации, не соответствует фактическим обстоятельствам.

Так, истец указывает на то, что в Универсальных передаточных документах № 12 и № 19 от 06.03.2017 (т. 1 л.д. 55-59) не указаны отклонения по качеству.

Однако следует учитывать, что согласно п. 5.2 Контракта приемка Оборудования от перевозчика не является окончательной приемкой Оборудования. 

Впоследствии замечания были доведены до истца, приняты им вместе с обязательством поставить новый товар с учтенными замечаниями, что подтверждается письмом истца № 390 от 18.08.2017 (том 1 л.д. 34).

Как указано выше, истец сам указал на необходимость возврата поставленного им товара. По этой причине ответчик не считал необходимым направлять истцу дополнительные требования о замене первой партии. В любом случае формальное ненаправление Ответчиком акта выявленных несоответствий при согласии истца с фактом их наличия не может быть основанием для признания товара соответствующим требованиям Контракта.

Довод истца о том, что расчет судом неустойки за просрочку поставки на основании даты поставки первой партии и подтверждение того, что покупатель не утратил интерес к исполнению поставщиком обязательства по поставке товара в соответствии с условиями Контракта, подтверждает тот факт, что вторая поставленная партия является заменой первой партии.

Иные доводы апелляционной жалобы, не могут служить основаниями для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают представленные доказательства и правомерность выводов арбитражного суда по делу и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Несогласие истца с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не является основанием для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 176, 266 - 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2020 по делу № А40-40383/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:                        С.М. Мухин 

Судьи:   Г.М. Никифорова 

                     ФИО1