АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

город Кемерово                                                Дело № А27-8475/2021 

Резолютивная часть решения оглашена 2 августа 2022 года

Полный текст решения изготовлен 9 августа 2022 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Алференко А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                       ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску публичного акционерного общества «КОКС», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к акционерному обществу «Угольная компания «Кузбассразрезуголь»,                                       г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании 32 340 руб. убытков,

третьи лица:

общество с ограниченной ответственностью «ПМХ-Транспорт», г. Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>);

акционерное общество «НефтеТрансСервис», г. Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>);

открытое акционерное общество «Российские железные дороги», Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

при участии:

от истца: ФИО2, - представитель по доверенности от 07.11.2019,

от ответчика: ФИО3, - представитель по доверенности от 30.01.2022, 

 

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «КОКС» (далее – ПАО «Кокс», истец) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к акционерному обществу «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» (далее – АО «УК «Кузбассразрезуголь», ответчик) о взыскании убытков в размере 32 340 руб. (с учетом ходатайства об уменьшении размера исковых требований, заявленного в рамках положений статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Исковые требования мотивированы сверхнормативным простоем вагонов по договору поставки угольной продукции № 35/14 (35-271/14-23) от 17.07.2014 в период с декабря 2016 года по январь 2017 года на станции Тырган Западно-Сибирской железной дороги, повлекшим штрафные санкции в отношении истца, со ссылкой на статьи 15, 309, 314, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчик с исковыми требованиями не согласен, изложив возражения в письменном отзыве и дополнениях к нему, исковые требования не признает, заявил о пропуске срока исковой давности. 

ПАО «Кокс» с позицией ответчика не согласно по доводам, изложенным в представленных возражениях. 

Более подробно позиции сторон изложены в исковом заявлении, отзыве на него, представленных дополнениях сторон.

От ОАО «РЖД» поступили пояснения и истребуемые судом сведения, заявлено о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Иные третьи лица отзыв в материалы дела не представили, уведомлены о проведении судебного заседания в соответствии со статьями 121-123 АПК РФ, явку своих представителей не обеспечили. В порядке статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования, просил удовлетворить иск в полном объеме. Представитель ответчика с требованиями истца не согласился, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Исследовав письменные доказательства, заслушав пояснения сторон, суд установил следующее.  

17.07.2014 между истцом (покупатель) и ответчиком (поставщик) заключен договор поставки угольной продукции № 35/14 (35-271/14-23), с приложением № 21 от 01.10.2018, согласно пункту 1.1, которого поставщик обязался поставить на условиях поставки «FCA» Incoterms 2010, а покупатель – принять и оплатить уголь коксующийся марок КСр и КОр.

Во исполнение обязательств по договору для прибытия железнодорожных вагонов на станцию погрузки Тырган Западно-Сибирской железной дороги ПАО «Кокс» было привлечено ООО «ПМХ-Транспорт» на условиях агентского договора № 35-257/15-6 от 01.04.2015.

В свою очередь, ООО «ПМХ-Транспорт» обеспечивало подачу подвижного состава на основании договора № 1-05-042-319/13 от 01.11.2013, заключенного с владельцем вагонов - АО «НефтеТрансСервис». 

Условиями указанных договоров предусмотрена обязанность ООО «ПМХ-Транспорт» (п.2.2.14 договора № 1-05-042-319/13 от 01.11.2013), а также ПАО «Кокс» (п. 3.6 агентского договора от 01.04.2015 №35-257/15-6) по соблюдению нормативного срока нахождения вагонов на станции погрузки/выгрузки не более 2-х суток. 

Аналогичная обязанность АО «УК «Кузбассразрезуголь» закреплена в п. 7.9. договора поставки угольной продукции № 35/14 от 17.07.2014, согласно которому поставщик обязан загрузить вагоны в течение 48 часов с момента прибытия вагонов на станцию погрузки. 

Пунктом 3.10 договора №1-05-042-319/13 от 01.11.2013 за сверхнормативное пользование вагонами предусмотрена штрафная неустойка в размере 1000 рублей в сутки за каждый вагон, кроме того НДС 18%.

Согласно п. 3.7 агентского договора от 01.04.2015 №35-257/15-6 в случае допущения простоя вагонов сверх сроков, установленных в п. 3.6 договора, на станции отправления и/или назначения по вине принципала, грузоотправителя, грузополучателя, агент (ООО «ПМХ-Транспорт») вправе взыскать с принципала документально подтвержденные расходы агента, возникшие в связи с простоем вагонов.

В период с декабря 2016 года по январь 2017 года ответчиком был допущен сверхнормативный простой 92 вагонов собственности АО «НефтеТрансСервис» на станции Тырган Западно-Сибирской железной дороги, что повлекло за собой негативные последствия для истца в виде расходов, связанных с оплатой за сверхнормативный простой вагонов.

Так, 13.12.2017 между АО «НефтеТрансСервис» и ООО «ПМХ-Транспорт» был подписан акт № 4п/319/13 к договору № 1-05-042-319/13 от 01.11.2013, в котором отражена информация по сверхнормативным простоям вагонов, а также дан расчет суммы штрафа за сверхнормативный простой 3103 вагонов на общую сумму 13 490 940 руб. В состав акта включен сверхнормативный простой 92 вагонов 144 дня на станции Тырган Западно-Сибирской железной дороги на общую сумму штрафа в размере 169 920 руб.

ООО «ПМХ-Транспорт» произвело оплату АО «НефтеТрансСервис» всей суммы штрафа за задержку вагонов (в том числе штрафа в размере 169 920 руб. по вине ответчика), что подтверждается платежными поручениями № 2055 от 21.06.2018 и № 2199 от 04.07.2018.

Впоследствии, 04.07.2018 между ООО «ПМХ-Транспорт» и ПАО «Кокс» был подписан отчет №80-НТС по расчету по сверхнормативным простоям за период январь – декабрь 2017 года (92 вагона по станции Тырган, сумма платы – 169 920 руб.).

Далее, ООО «ПМХ-Транспорт» выставило истцу счет на оплату № 809 от 04.07.2018, который оплачен платежным поручением № 6067 от 09.07.2018.

ПАО «Кокс» перевыставило начисленный штраф в адрес поставщика по договору - АО «УК «Кузбассразрезуголь», направив письмо № 82/804 от 06.09.2018 и счет на оплату № 38 от 05.09.2018, в котором просило ответчика произвести оплату штрафа в размере 169 920 руб. в рамках договора №35/14 от 17.07.2014. 

В ответ на полученное от истца письмо ответчик указал (№ 17/03-510 от 29.09.2018), что требования признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению частично в размере 106 200 руб., перечислены платежным поручением № 63216 от 29.11.2018.

В оставшейся части неудовлетворенных ответчиком требований, во исполнение обязательного претензионного порядка урегулирования спора, истец направил в адрес ответчика претензию № 01.22-01-17/21 от 19.03.2021 с требованием о возмещении убытков, причиненных сверхнормативным простоем вагонов.

Неисполнение указанного требования послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Пунктом 2 статьи 307 ГК РФ установлено, что обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в ГК РФ. 

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

При этом, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

Как разъяснено пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7) по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается. 

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Согласно расчету истца, сумма заявленных к взысканию убытков определена им в виде уплаченной суммы штрафов ООО «ПМХ-Транспорт».

По расчету истца, размер убытков за сверхнормативный простой 54 вагонов с учетом поступившей от ответчика частичной оплаты, составил 32 340 руб. (с учетом уменьшения размера исковых требований). Общий срок сверхнормативного простоя вагонов под погрузкой по расчету истца составил 70 суток.

Из представленных ответчиком отзыва на иск, дополнений к отзыву и контррасчета следует, что спор в отношении даты окончания простоя (отправления вагонов со станции погрузки) между сторонами отсутствует.

Возражая относительно исковых требований, ответчик со ссылкой на положения п. 7.9. договора полагает, что для исчисления времени пользования вагонами на подъездных путях (на станции погрузки) необходимо руководствоваться не календарными штемпелями железнодорожных накладных на груженые и порожние вагоны, а данными ведомостей подачи и уборки вагонов, произведен контррасчет сверхнормативного времени простоя вагонов.

Кроме того, ответчик полагает, что на станции Тырган Западно-Сибирской железной дороги недоступно выполнение операций по погрузке вагонов, в связи с чем данные операции выполняются на подъездных путях АО «УК «Кузбассразрезуголь».

Указанные доводы АО «УК «Кузбассразрезуголь» судом не принимаются, поскольку были предметом рассмотрения в рамках дела № А27-23519/2021 первой и апелляционной инстанцией и в силу части 2 статьи 69 АПК РФ имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела.

Согласно первому предложению пункта 7.9 договора поставки угольной продукции № 35/14 от 17.07.2014 ответчик принял на себя обязательства загрузить вагоны в течение 48 часов с момента прибытия вагонов на станцию погрузки.

Ссылка ответчика на второе предложение пункта 7.9 договора некорректна, поскольку в ней идет речь об оплате пени за пользование вагонами и установлен иной порядок исчисления периода простоя - период нахождения вагонов непосредственно на путях грузоотправителя (т.е. ответчика), а также установлена самостоятельная ответственность за это нарушение (о взыскании которой в рамках настоящего спора нами не заявляется).

Соединение данных положений в одном пункте договора не подменяет собой фактически согласованные в договоре условия о порядке определения срока загрузки вагонов.

Доводы ответчика о том, что на станции Тырган недоступно выполнение операций по погрузке вагонов, в связи с чем данные операции выполняются на подъездных путях АО «УК «Кузбассразрезуголь, не изменяют согласованные договором условия. При заключении договора поставки ответчик, являясь грузоотправителем и владельцем путей необщего пользования, был осведомлен об указанных особенностях проведения грузовых операций и технологией работы станции Тырган ЗСЖД, следовательно, имел возможность учесть данные обстоятельства при согласовании договорных условий, чего сделано не было.

Рассмотрев возражения ответчика в части правовой природы суммы, добровольно оплаченной ответчиком и предмете иска, суд приходит к следующему.

Фактически понесенные истцом расходы по возмещению своему контрагенту (ООО «ПМХ-Транспорт») по агентскому договору № 35-257/15-6 суммы понесенных контрагентом расходов/штрафных санкций за сверхнормативный простой вагонов на путях необщего пользования являются убытками истца, обусловленными действиями ответчика (его контрагентами), который, как следует из материалов дела, приняв спорные вагоны для выполнения разгрузочных операций, вернул их по истечении нормативного срока оборота вагонов, обычно применяемого в отношениях перевозки грузов железнодорожным транспортом.

Письмом № 82/804 от 06.09.2018 истец обратился к ответчику с требованием оплатить штраф за сверхнормативный простой вагонов собственности АО «НефтеТрансСервис» на станции Тырган в размере 169 920 руб. в рамках договора №35/14 от 17.07.2014.

Ответчик самостоятельно пересчитал сумму штрафа со ссылкой на пункт 7.9 договора и удовлетворил требования истца частично в размере 106 200 руб. Перерасчет произведен ответчиком на основании ведомостей подачи и уборки вагонов формы ГУ-46ВЦ, исходя из даты зачисления вагонов на путь необщего пользования до даты снятия вагонов с пути необщего пользования.

Так, пунктом 7.9 договора №35/14 от 17.07.2014 установлено, что в случаях, если нахождение вагонов на путях грузоотправителя превышает 48 часов, поставщик оплачивает покупателю ставку (пеню) за пользование вагонами в размере 1 500 руб. в сутки за один вагон (не включая НДС).

Из материалов дела видно, что предметом спора являются убытки, причиненные ненадлежащим исполнением ответчиком обязанностей по своевременной приемке и загрузке вагонов, ПАО «Кокс» не заявляет требования об оплате неустойки. Поэтому второе предложение пункта 7.9. договора поставки к спору не имеет отношения.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 394 ГК РФ и абзацем 2 пункта 60 Постановления Пленума ВС РФ № 7, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой (зачетная неустойка).

Поскольку истцом заявлено о взыскании убытков, при возмещении которых истец должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом, учитывая требование действующего законодательства о зачетном характере неустойки при взыскании убытков, определение суммы убытков в порядке, установленном пунктом 3.10 договора № 1-05-042-319/13 от 01.11.2013 (неполные сутки считаются за полные), в размере, выставленном и оплаченном истцом ООО «ПМХ-Транспорт» является обоснованным, доводы ответчика об обратном подлежат отклонению.

Кроме того,  при определении размера убытков, истец исключил всю сумму штрафа, добровольно оплаченного ответчиком, перепроверил даты прибытия/отправления вагонов, что привело к уменьшению суммы убытков, исходил из того, что убытки причинены отдельно по каждому вагону исходя из дат прибытия порожнего вагона и отправления груженого вагона, а также руководствовался условиями п. 3.6 агентского договора №35-257/15-6 от 01.04.2015, согласно которому нормативный срок нахождения вагонов под загрузкой подлежит исчислению с 0 часов 00 минут суток, следующих за датой прибытия на станцию погрузки / выгрузки.

Указанные условия являются более льготными по отношению к согласованным с ответчиком условиям определения такого срока (п. 7.9 договора поставки).

Возражения ответчика относительно порядка исчисления срока нахождения спорных вагонов под операцией погрузки в рассматриваемом случае не имеют значения, поскольку следуя позиции АО «УК «Кузбассразрезуголь» и условиям заключенного сторонами договора поставки (обязанность загрузить вагоны в течение 48 часов с момента прибытия на станцию погрузки), общий срок сверхнормативного простоя спорных вагонов с учетом дат фактического прибытия вагонов на станцию Тырган (согласно ж/д накладным) составит значительно больше, чем указано в контррасчете ответчика.

Возражения ответчика в части подачи порожних вагонов 56652795, 53848792 и 67067538 для загрузки угля в непригодном состоянии, в связи с чем вина в простое вагонов у АО «УК «Кузбассразрезуголь» отсутствует, судом отклоняются, поскольку истец уточнил расчет, с учетом поступившей от ОАО «РЖД» информации. По вагонам  53848792 и 67067538 сумма штрафа покрыла убытки в полном объеме, требование по вагону 56652795 истцом исключено из общего объема требований, произведено сальдо между убытками и оплаченным штрафом на сумму 460 руб.

Ссылка ответчика на оплату штрафа в большем размере, чем следовало, поскольку сумма простоя была оплачена с НДС, судом признается несостоятельной, так как для расчета размера исковых требований сумма убытков, причиненных по вине ответчика, была уменьшена на всю сумму, поступившую от ответчика в порядке добровольной оплаты штрафа. В свою очередь, сумма убытков, причиненных ПАО «Кокс», при выставлении претензии и подаче искового заявления изначально была уменьшена на сумму НДС, уплаченного собственнику вагонов, что соответствует требованиям действующего законодательства. 

Проверив представленный истцом расчет убытков, суд признает его верным, учитывая наличие в материалах дела доказательств несения истцом убытков в заявленном размере (п/п № 6067 от 09.07.2018), установив наличие причинной связи между ненадлежащим исполнением ответчиком своих договорных обязательств и понесенными истцом убытками, а также отсутствие оснований для освобождения ответчика от ответственности, суд приходит к выводу, что требования ПАО «Кокс» о взыскании с ответчика 32 340 руб. убытков подлежат удовлетворению судом в полном объеме.

Действующее гражданско-правовое регулирование института ответственности по общему правилу исходит из того, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (пункт 1 статьи 401 ГК РФ). В то же время пунктом 3 статьи 401 ГК РФ из данного правила установлено исключение в отношении лиц, действующих в рамках осуществления предпринимательской деятельности. Указанные лица несут ответственность за ненадлежащее исполнение обязательства при любых обстоятельствах, за исключением случаев, когда надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

При этом в силу взаимосвязанных положений гражданского законодательства и статьи 65 АПК РФ бремя доказывания наличия непреодолимой силы возложено на лицо, которое подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности. 

Ответчик, являясь субъектом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, несет гражданско-правовую ответственность независимо от наличия или отсутствия вины, и может быть освобожден от ответственности лишь при наличии обстоятельств непреодолимой силы.

Данные выводы суда соответствуют правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.03.2015 N 306-ЭС14-7853.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ ответчик был свободен в заключение договора, определяющего основания его ответственности, заключая договор на условиях доставки товара, в том числе железнодорожным транспортом, ответчик должен был учитывать все технологические возможности приема и отправки вагонов, порядка оформления документов, а также должен был учитывать риск наступления неблагоприятных последствий ввиду нарушения срока оборота вагонов/цистерн. Указанное согласуется со статьями 401, 403, 404 ГК РФ.

Доказательств принятия мер для надлежащего исполнения обязательств по договору либо доказательств того, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, ответчиком в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Оценив фактические обстоятельства, относящиеся к настоящему спору, суд полагает заявленные истцом требования обоснованными.

Возражая против выводов об обоснованности исковых требований ПАО «Кокс», ответчик также ссылается на пропуск срока исковой давности.

Так требование истца основано на неисполнении ответчиком обязательств по своевременному возврату цистерн в рамках договора поставки и причиненных этим убытков. 

При этом, утверждение ответчика о том, что срок исковой давности следует считать от даты предоставления ООО «ПМХ-Транспорт» отчета агента в рамках агентского договора № 35-257/15-6 от 01.04.2015 и счета, получаемого от агента за оказанные услуги (не позднее 15.02.2017 года), то есть ранее момента предъявления ему контрагентом претензии об уплате штрафа, противоречит общему правилу о начале течения срока исковой давности со дня, когда лицо узнало о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2020 N 304-ЭС20-17545)). 

Действующая редакция пункта 1 статьи 196 ГК РФ устанавливает общий (применимый ко всем случаям, в отношении которых законом прямо не предусмотрены иные требования) срок исковой давности продолжительностью 3 года, который в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ начинает течение со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Субъективный (зависящий от личностных, поведенческих и иных особенностей лица, чье право нарушено) характер этого срока обеспечивает заинтересованному лицу реальную возможность доступа к правосудию и позволяет суду в каждом конкретном случае определить момент начала течения исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2011 № 558-О-О, от 21.12.2011 № 1819-О-О, от 24.12.2012 № 2232-О и др.). 

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом право на судебную защиту является непосредственно действующим (Определение Конституционного Суда РФ от 07.07.2016 № 1421-О) и реализуется способами, установленными законом (в том числе, статьей 12 ГК РФ), что при применении правил об исковой давности предполагает необходимость учета специфики их законодательного регулирования.

Взаимосвязанные положения пунктов 1, 2 статьи 15 ГК РФ позволяют лицу, право которого нарушено, требовать возмещения причиненных, то есть состоявшихся (зафиксированных) убытков в виде расходов, которые потерпевший произвел или с необходимостью должен будет произвести для восстановления нарушенного права. 

Следовательно, убытки считаются причиненными, а право на их возмещение возникшим в момент непосредственного умаления имущественной сферы потерпевшего либо наступления обстоятельств, с неизбежностью влекущих в определенной перспективе аналогичные последствия (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.07.2020 № Ф04-2187/2020 по делу № А27-8216/2019).

Таким обстоятельством в данном случае является претензия АО «Нефтетранссервис» от 15.05.2018. О наличии указанного требования от собственника вагонов ПАО «Кокс» стало известно от своего агента ООО «ПМХ-Транспорт» из письма от 04.07.2018 № 512/1, из содержания которого (как юридически значимых извещений применительно к правилам статьи 165.1 ГК РФ) о том, что его контрагент воспользовался своим правом на востребование штрафа. 

До момента получения такого уведомления у истца существовала правовая неопределенность относительно того, предъявит ли контрагент к оплате суммы причитающегося ему штрафа, что не позволяло сделать вывод о наступивших убытках и, соответственно, исключало возможность обращения за судебной защитой.

Учитывая изложенное, а также период, необходимый для соблюдения претензионного порядка разрешения спора (статья 4 АПК РФ, пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»), и момент обращения истца в суд с настоящим иском (29.04.2021), срок исковой давности ПАО «Кокс» не пропущен.

При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании убытков подлежат удовлетворению судом в полном объеме.

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение дела в арбитражном суде относятся на ответчика на основании части 1 статьи 110 АПК РФ, в пользу истца.  

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Угольная компания «Кузбассразрезуголь»,                                       г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу публичного акционерного общества «КОКС», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 32 340 руб. убытков, а также 2000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» - http://kad.arbitr.ru (часть 1 статьи 177, часть 1 статьи 186 АПК РФ).

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месячного срока со дня его изготовления. Апелляционная жалоба подается через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд.

 

Судья                                                                                           А.В. Алференко