АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-20692/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 марта 2023 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО5 Э.В.,

судейКлат Е.В.,

ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на постановление от 10.11.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Халявин Е.С., Бодункова С.А., Веревкин А.В.) по делу № А46-20692/2020 по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 316554300133912) к обществу с ограниченной ответственностью «Прогресс-М» (664035, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании 218 861 682 руб. 19 коп.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуальный предприниматель ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 317774600088370).

Суд установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее –                            ИП ФИО2, предприниматель, истец) обратился в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью                «Прогресс-М» (далее – ООО «Прогресс-М», общество, ответчик) о взыскании                           218 861 682 руб. 19 коп., в том числе: 114 305 434 руб. 74 коп. заемных денежных средств, 20 711 025 руб. 59 коп. процентов за пользование займом, 70 983 674 руб. 97 коп. неустойки за несвоевременный возврат займа, 12 861 546 руб. 89 коп. неустойки                       за несвоевременный возврат процентов по займу; а также судебных расходов по оплате государственной пошлины. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3). 

Решением от 18.03.2021 Арбитражного суда Омской области исковые требования удовлетворены частично. С общества в пользу предпринимателя взыскано                              176 939 071 руб. 25 коп., в том числе: 114 305 434 руб. 74 коп. заемных денежных средств, 20 711 025 руб. 59 коп. проценты за пользование займом, 35 491 837 руб. 48 коп. неустойки за несвоевременный возврат займа, 6 430 773 руб. 44 коп. неустойки                         за несвоевременный возврат процентов по займу; а также 200 000 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

Решением от 22.11.2021 Арбитражного суда Иркутской области по делу                          № А19-16711/2021 удовлетворено заявление ИП ФИО3 о признании ликвидируемого должника – ООО «Прогресс-М» несостоятельным (банкротом); общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Общество с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Новопокровский» в лице конкурсного управляющего - Агентства по страхованию вкладов (далее – Банк) обратилось с апелляционной жалобой на решение суда в порядке пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), одновременно заявив ходатайство о восстановлении срока апелляционного обжалования, указав, что, являясь кредитором должника (включен в реестр требований определением суда от  05.05.2022), с требованием предпринимателя, заявленным в рамках дела № А19-16711/2021, основанным на оспариваемом решении, Банк ознакомился 08.06.2022.

Определением от 29.08.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда ходатайство Банка о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы удовлетворено, срок на обжалование восстановлен. 

Постановлением от 10.11.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение от 18.03.2021 Арбитражного суда Омской области отменено. Принят новый судебный акт. В удовлетворении исковых требований ИП ФИО2                                     отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО2 обратилась                        с кассационной жалобой, в которой просит постановление отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы: деятельность товарищества не являлась фиктивной, экономическая сущность товарищества раскрыта перед судом апелляционной инстанции, в том числе источники прибыли, представлены данные о контрагентах и сделках с ними; деятельность товарищества обособлена от деятельности должника (общества); апелляционный суд, ссылаясь на недоказанность происхождения прибыли в результате деятельности товарищества, тем не менее не указывает, какими доказательствами нужно подтверждать данное обстоятельство; отсутствие денежных средств в 2019 году для расчетов                          с товарищами не означает отсутствие обязанности общества по выплате прибыли, сделки по займам недействительными не признаны, а значит, права требования по ним тоже подлежали распределению при расторжении договора простого товарищества; сделка простого товарищества была совершена в период до банкротства ответчика - за 3 года, вне периода подозрительности; апелляционный суд вышел за пределы требований, проверяя экономическую целесообразность простого товарищества; требование о признании сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) должно рассматриваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Прогресс-М»; необоснованное восстановление срока на обжалование решения суда ведет к нарушению принципов равноправия и состязательности сторон.  

В отзыве на кассационную жалобу Банк указывает на законность и обоснованность постановления суда апелляционной инстанции, просит оставить его без изменения,                     а кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов на основании статей 284, 286 АПК РФ, исходя из доводов кассационной жалобы, отзыва на кассационную жалобу, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемое постановление не подлежит отмене.

Как установлено судами, 27.02.2017 между ООО «Прогресс-М» (участник-1),                   ИП ФИО3 (участник-2) и ИП ФИО2 (участник-3) заключено соглашение о совместной деятельности (далее – соглашение). 

Данным соглашением участники обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли от торговой                и другой не запрещенной законом деятельности (пункт 1.1 соглашения). 

Согласно пункту 1.5 соглашения размер долей участников неизменен в течение всего срока действия данного соглашения, если иное не будет надлежащим образом согласовано участниками. Размер вклада (денежные средства) со стороны истца составил 450 000 руб., со стороны ответчика - 750 000 руб., со стороны ИП ФИО3 -                300 000 руб.

По совместному соглашению участников ведение совместной деятельности осуществляется ведущим участником. По совместному соглашению участников ведущим участником является участник-1 (пункты 2.1, 2.2 соглашения). 

В связи с поступившими от участника-1 и участника - 2 заявлениями об отказе осуществления деятельности в рамках соглашения о совместной деятельности                          от 27.02.2017, стороны (участники) заключили соглашение о расторжении соглашения                  о совместной деятельности от 30.04.2019 и прекратили деятельность простого товарищества. 

Соглашение о совместной деятельности расторгнуто 30.04.2019. 

Согласно условиям соглашения от 30.04.2019, ООО «Прогресс-М» было обязано:

- в срок до 30.05.2019 года возвратить истцу вклад в общее совместное имущество              в размере 450 000 руб. (пункт 2 соглашения от 30.04.2019); 

- в срок до 15.09.2019 произвести истцу выплату части прибыли, полученной                       в результате совместной деятельности, пропорциональной моему вкладу в общее дело              в размере 49 498 873 руб. 84 коп. (пункты 3, 7 соглашения от 30.04.2019); 

- в срок до 31.08.2019 оплатить истцу денежные средства в размере 64 806 560 руб. 90 коп. за уступаемые по пунктам 6.1 - 6.3 соглашения от 30.04.2019 права требования                    к третьим лицам (ООО «Церий», ООО «Торговый Дом Московский», ФНС РФ (в лице ИФНС № 27 по г. Москве) (пункты 6 - 6.3 соглашения от 30.04.2019). 

Соглашением о новации от 15.05.2019 обязательства ответчика по выплате части прибыли, полученной в результате совместной деятельности, и обязательства по оплате уступленных прав требования были прекращены новацией в заемные обязательства. 

В соответствии с соглашением о новации от 15.05.2019 общество было обязано возвратить истцу заемные денежные средства в сумме 114 305 434 руб. 74 коп. в срок               до 30.09.2019 и уплатить проценты за пользование займом в размере 12 % годовых. 

Возврат вклада в размере 450 000 руб. осуществлен ответчиком 23.05.2019.

Иные выплаты, предусмотренные соглашениями от 30.04.2019 и от 15.05.2019 ответчиком не произведены, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в суд.

Суд первой инстанции, частично удовлетворяя требования со ссылкой на статьи 309, 310, 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), счел доказанным факт наличия и размер задолженности.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение, применив повышенный стандарт доказывания в ходе проверки доводов конкурсного кредитора, объективно лишенного возможности участвовать при рассмотрении спора в суде первой инстанции, пришел                  к выводу о мнимом характере сделки, направленной на создание искусственной задолженности, наличии признаков злоупотребления правом в действиях истца                             и ответчика, являющихся фактически аффилированными лицами.

Суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 Постановления от 26.05.2011 № 10-П, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 18, 46, 55 (часть 3) и 118 Конституции Российской Федерации, обязывающих Российскую Федерацию как правовое государство к созданию эффективной системы защиты конституционных прав и свобод посредством правосудия, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является право заинтересованных лиц, в том числе                              не привлеченных к участию в деле, на обращение в суд за защитой своих прав, нарушенных неправосудным судебным решением. 

В процессе реализации указанной позиции применительно к рассмотрению дел                  о несостоятельности (банкротстве) Президиумом и Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснены конкретные правовые механизмы обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются.

К числу таких механизмов относится право конкурсного кредитора и арбитражного управляющего обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле                         о банкротстве требование конкурсного кредитора (пункт 24 постановления Пленума                     № 35), постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 № 2751/10 и от 12.02.2013 № 12751/12).

Вышеуказанный механизм обжалования обеспечивает право на справедливое судебное разбирательство и подразумевает наличие у лица, обращающегося                                 с соответствующей жалобой по делу, в котором оно до этого не принимало участия, права представить новые доказательства и заявить новые доводы в обоснование своей позиции по спору.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

По правилам пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается             в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав                    и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав                   и законных интересов кредиторов.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие                    в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума № 25).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения                                    на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы,                        но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются                      на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований                 и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Согласно статье 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Бремя доказывания реальности спорного обязательства и его соответствия обычной хозяйственной деятельности по смыслу статей 9, 65 АПК РФ возлагается на истца             и реализуется им с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019                    № 305-ЭС16-18600(5-8) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

В случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны (что характерно, в частности, для споров, осложненных банкротным элементом), цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств (повышением стандарта доказывания до уровня «ясные и убедительные доказательства»).

Наиболее высокий стандарт доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений) применим в ситуациях, когда общие основания для отступления от начального стандарта доказывания дополняется еще и тем, что кредитор аффилирован (формально-юридически или фактически) с должником, а противостоящий им в правоотношении субъект оборота в связи с этим не просто слаб в сборе доказательств, а практически бессилен.

Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений                         в обоснованности его требования, когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018                     № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197,              от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(2),                                           № 305-ЭС18- 17063(3), № 305-ЭС18-17063(4), от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740,                        от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2).

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря,                не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны             в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных                           на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1),                         № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017                                       № 306-ЭС16- 20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687, № 306-КГ16- 13672, № 306-КГ16-13671, № 306-КГ16-13668, № 306-КГ16-13666).

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные по делу доказательства,                     с учетом обоснованно примененного в рассматриваемом случае повышенного стандарта доказывания, обусловленного наличием банкротного элемента в настоящем споре                     и фактической аффилированностью истца и ответчика, проведя подробный анализ документов, в том числе протоколов распределения прибыли, платежных поручений                  о получении прибыли, пояснительных записок в налоговую инспекцию, решения                        о возмещении налога на добавленную стоимость (далее – НДС), кредитного договора                 с Банком, договоров займа с ООО «Церий» и ООО «Торговый Дом Московский»; оборотно-сальдовых ведомостей за 2017, 2018 годы; деклараций по НДС за 2017, 2018 годы, в отсутствие разумных доводов и доказательств обособления деятельности ответчика от деятельности простого товарищества, установив, что договоры займа                    с ООО «Церий» от 27.02.2019 и с ООО «Торговый Дом Московский» от 18.07.2018                    не заключены в рамках деятельности простого товарищества - займодавцем по данным договорам выступает ООО «Прогресс-М», сумма займа не имела под собой подтверждения со стороны простого товарищества, констатировав фактическую аффилированность истца и ответчика, суд апелляционной инстанции пришел к выводу            о недоказанности в рассматриваемом деле получения прибыли товариществом, и, как следствие, об отсутствии якобы возникших в результате совместной деятельности общих прав требования товарищей к третьим лицам (ООО «Церий», ООО «Торговый Дом Московский», ФНС РФ).

Реальный источник происхождения денежных средств участвующими в деле лицами не раскрыт, объективные обстоятельства, не позволяющие представить в суд запрошенные доказательства, не поименованы.

Констатировав, что разумные экономические мотивы совершения сделок простого товарищества и займа не раскрыты, источник происхождения денежных средств                       не указан, принимая во внимание банкротство ответчика, апелляционный суд установил мнимый характер сделок с признаками злоупотребления правом в целях формирования несуществующей контролируемой задолженности ООО «Прогресс-М» и увеличения кредиторской задолженности в ущерб конкурсной массе и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции обоснованно отклонил ссылку истца                                      на многочисленные договоры, заключенные с поставщиками и покупателями, как подтверждение деятельности простого товарищества, поскольку сами договоры                          в материалы дела не представлены, а доказательств того, что они действительно заключались в рамках деятельности простого товарищества, в материалы дела                           не представлено. Содержание выписки по операциям на счете ООО «Прогресс-М» также не позволяет установить, что поступающие на счет ООО «Прогресс-М» денежные средства явились результатом деятельности простого товарищества.

В ходе рассмотрения настоящего спора суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал сторонам представить сведения о том, какая деятельность осуществлялась               в рамках соглашения о совместной деятельности от 27.02.2017, за счет каких хозяйственных операций стало возможным констатировать наличие прибыли в результате совместной деятельности; документы, подтверждающими реальность исполнения соглашения о совместной деятельности от 27.02.2017 и наличия прибыли в сумме, отраженной в соглашении о его расторжении (первичная документация, финансовые отчетности и т.п.); доказательства относимости указываемой в соглашении от 30.04.2019 дебиторской задолженности к совместной деятельности истца, ответчика и третьего лица.

Вместе с тем данные документы сторонами спора не представлены. Констатировав процессуальную недобросовестность сторон спора, уклоняющихся от раскрытия экономической составляющей деятельности простого товарищества, апелляционный суд  с учетом положений статьей 9, 41, 65 АПК РФ возложил на истца негативные последствия неисполнения процессуальных обязанностей.

Суд округа отклоняет доводы заявителя о том, что представленных истцом доказательств достаточно для подтверждения факта извлечения прибыли в результате деятельности товарищества, о невозможности признания сделки ничтожной в силу недобросовестности сторон. 

В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума № 35, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом,                  на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий, вправе обжаловать судебный акт.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                     «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие),                           но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия                       и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц     в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно правовому подходу, закрепленному в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Апелляционный суд обоснованно отметил, что участие истца, ответчика и третьего лица в совместной деятельности свидетельствует об их доверительных отношениях                     и взаимосвязи. Кроме того, кандидатура конкурсного управляющего (саморегулируемой организации) ФИО4 предложена заявителем по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Прогресс-М» ИП ФИО3, в силу чего ФИО4 является единоличным исполнительным органом ответчика и лицом, фактически заинтересованным по отношению к третьему лицу. Следовательно, как на период заключения соглашений, на основании которых возникло спорное требование, так                         и на момент рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции стороны спора имели доверительные отношения и сохранили свою взаимозависимость и близость, т.е. являются фактически аффилированными лицами.

Исходя из установленных апелляционным судом фактов, учитывая обычную природу взаимодействия аффилированных лиц (предполагающей, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях), апелляционный суд обоснованно применил повышенный стандарт доказывания к заявленным исковым требованиям.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на невозможность признания сделки недействительной в силу ее совершения за пределами трехлетнего периода подозрительности подлежит отклонению, как основанная на неправильном толковании норм права. Обстоятельства совершения и условия сделки свидетельствовали о наличии обстоятельств, выходящих за рамки квалифицирующих признаков, предусмотренных                    в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В то же время в статьях 10, 168 и 170 ГК РФ не содержится запрет применения последствий признания недействительными ничтожных сделок, совершенных более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве.

Доводы заявителя жалобы по существу направлены на переоценку доказательств                            и установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств по делу, что не входит            в полномочия арбитражного суда кассационной инстанции в силу положений главы 35 АПК РФ, в связи с чем подлежат отклонению.

Довод заявителя жалобы о необоснованном восстановлении срока на обжалование решения суда, что, по мнению заявителя, ведет к нарушению принципов равноправия                 и состязательности сторон, не нашел своего подтверждения в ходе кассационного производства. Судом апелляционной инстанции заявленное Банком ходатайство                        о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы рассмотрено                       в судебном заседании, срок на обжалование восстановлен, с указанием соответствующих мотивов в определении от 29.08.2022. Судом учтено, что Банк включен в реестр требований кредиторов ООО «Прогресс-М» 05.05.2022, при обращении в суд                              с апелляционной жалобой 04.07.2022 срок пропущен незначительно, пресекательный срок не пропущен. 

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.  

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы               и оценены в соответствии с требованиями части 7 статьи 71 АПК РФ. Нормы материального права применены правильно. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на ее заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 10.11.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-20692/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

ПредседательствующийЭ.В. ФИО5

СудьиЕ.В. Клат

ФИО1