АРБИТРАЖНЫЙ СУД КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

610017, г. Киров, ул. К.Либкнехта,102

http://kirov.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

 

Дело № А28-2279/2021

г. Киров

02 ноября 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 октября 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 02 ноября 2021 года

 

Арбитражный суд Кировской области в составе судьи Погудина С.А.

при ведении протокола судебного заседания c использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью "Молот-Оружие" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, адрес: 612960, Россия, 

<

...>)

к  ФИО2  (Кировская область, г. Вятские Поляны)

о взыскании 8 674 325 рублей 39 копеек,

 

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО3, по доверенности от 19.02.2021,

от ответчика: ФИО4, по доверенности от 02.04.2021,  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Молот-Оружие" (далее – истец, Общество) обратилось в суд с иском к ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) о взыскании 9 364 455 рублей убытков, причиненных необоснованным расходованием денежных средств, принадлежащих Обществу, в период нахождения в должности генерального директора.

Исковые требования основаны на нормах статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и мотивированы необоснованным расходованием подотчетных денежных средств на цели, не связанные с нуждами Общества, непринятием мер по возврату денежных средств в связи с необоснованным их расходованием ФИО5, а также необоснованным повышением должностных окладов руководящему составу Общества.

Заявлением от 22.10.2021 истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика 1 654 274 рубля по первому эпизоду (необоснованное расходование подотчетных денежных средств), 3 025 071 рубль 65 копеек по второму эпизоду (непринятие мер по возврату денежных средств в связи с необоснованным их расходованием ФИО5), 3 961 370 рублей 28 копеек по третьему эпизоду (необоснованное повышение должностных окладов руководящему составу Общества), 33 609 рублей 30 копеек по четвертому эпизоду (судебные издержки в трудовых спорах с бывшими работниками).

На основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уменьшение истцом исковых требований принято судом к рассмотрению.

Ответчик в отзыве на исковое заявление и дополнительных письменных пояснениях требования истца не признал, указав, что истец не привел обоснование того, в чем именно выразилась неразумность действий ФИО2 Возражая против иска по первому эпизоду, ответчик сослался на то, что самим истцом представлены в материалы дела авансовые отчеты с первичными оправдательными документами, которые свидетельствуют о расходовании подотчетных денежных средств именно на нужды общества, при этом истец не раскрывает, по каким признакам истец не связывает данные расходы с нуждами общества. Контролирующие органы и суды в большинстве случаев соглашаются с включением затрат на покупку спиртных напитков и табачных изделий для организации официального приема, проводимого в целях установления и поддержания взаимного сотрудничества, в состав представительских расходов в пределах, обусловленных обычаями делового оборота. При этом степень экономической оправданности расходов организация оценивает самостоятельно. В Обществе списание затрат на представительские расходы как правило оформлялось авансовым отчетом с приложением акта на списание представительских расходов организации и программы приема, в которых были указаны цели проведения мероприятия, дата и место его проведения, состав участников, сумма затрат и приложены подтверждающие документы. Все документы сдавались в бухгалтерию предприятия вместе с авансовым отчетом. Сумма представительских расходов, в том числе на подарки, составила за период с 01.01.2017 по 30.11.2019 424 тысячи рублей, что составляет около 0,09% от суммы выручки. Стоимость подарков к праздничным мероприятия для деловых партнеров и их представителей в бухгалтерском учета организации признается прочим расходом, в налоговом учете в состав расходов не включается. Затраты на приобретение подарков для последующего вручения контрагентам соответствовали обычаям делового оборота и были направлены на поддержание сотрудничества с контрагентами и получение дохода. В дополнительных письменных пояснениях от 10.09.2021 ответчик более подробно описал основные мероприятия, в рамках которых происходило вручение подарков и сувениров с целью поддержания положительного имиджа организации и укрепления деловых связей. Расходы на приобретение железнодорожных билетов ФИО2 с выкупом двух пассажирских мест были необходимы, поскольку ФИО2 требовались дополнительное место для перевозки багажа с образцами деталей и документации, размещения большого количества верхней одежды, обусловлено необходимость ведения телефонных переговоров. Ответчик приобретал билеты для встреч и ведения срочных переговоров в период своего нахождения в отпуске, в связи с чем отзывался из отпуска. При проведении ежегодного аудита проверялись в том числе расчеты с подотчетными лицами и замечания у аудиторов отсутствовали. Проводимые налоговым органом контрольные мероприятия также не выявили нарушений учета командировочных и представительских расходов.

По второму эпизоду ответчик дал подробные объяснения относительно экономической целесообразности затрат на перелеты в Германию и США для проведения деловых встреч в интересах Общества. При этом ответчик считает, что истец не лишен возможности предъявления претензий непосредственно к ФИО5, если считает, что им были необоснованно потрачены подотчетные денежные средства. 

По третьему эпизоду ответчик указал, что практика закрепления в трудовых договорах руководящих работников (генерального директора, заместителей генерального директора, директоров по направлениям деятельности и их заместителей, главного бухгалтера) условий о выплате дополнительных компенсаций при расторжении трудового договора существовала в ВПМЗ «Молот», а затем и в ООО «Молот-Оружие» существовала, начиная с 2010 – 2011 годов. Действовавшим «Положением о премировании работников ООО «Молот-Оружие» за основные результаты производственно-хозяйственной деятельности» был установлен порядок премирования и максимальный размер премии к тарифу (должностному окладу) - общий для всех категорий работников предприятия. Применение существовавшей системы премирования приводило к тому, что показатели премирования из месяца в месяц оценивались как выполненные, премия персоналу предприятия начислялась в полном размере и премия – как элемент заработной платы - утратила свою стимулирующую роль, превратившись из номинально переменной части оплаты труда в фактически постоянную. В условиях сложной экономической ситуации в стране и в мире, снижения покупательной способности населения, антироссийских санкций, ужесточение режима выдачи лицензий стало очевидным, что реализация поставленных акционером задач по увеличению объемов продаж и снижению себестоимости потребует значительных усилий и самоотдачи от всего руководящего состава предприятия. Очевидной стала необходимость разработки новой системы мотивации для руководителей, соединяющей в себе не только усиление материальной заинтересованности, но и максимальное увеличение пределов ответственности за порученное направление деятельности. В целях создания условий для удержания участников управленческой команды, а также принимая во внимание неэффективность действующей системы премирования (утрату стимулирующей роли премирования описанной выше), было принято решение об увеличении должностных окладов за счет включения премиальной части заработной платы в оклад ключевым работникам из числа руководящего состава в рамках годового фонда оплаты труда. Одновременно, в целях недопущения увеличения расходов на оплату труда было принято решение об отмене текущего премирования согласно условиям действовавшего Положения о премировании в отношении указанных работников, что и было закреплено в дополнительных соглашениях к трудовым договорам. При этом изменений непосредственно в действовавшее на тот момент Положение о премировании не вносилось. Увеличения окладов было произведено в рамках полномочий генерального директора и в пределах существующего фонда оплаты труда, вопреки утверждениям истца не привело к существенному увеличению выплат. Сопоставление реальных суммарных выплат, полагающихся работникам с учетом премий и надбавок с размером установленных окладов, демонстрирует, что прирост фонда оплаты труда в отношении работников ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 в абсолютных цифрах составил 121 350 рублей в месяц или в среднем 4,7%. ФИО2 устанавливал оклады не себе, а работникам Общества в рамках своей компетенции, не принимал решения о распределении прибыли. Уровень заработных плат руководящему составу предприятия устанавливался исходя из уровня, существующего в данной отрасли, и не превышал размеры, которые существовали на аналогичных предприятиях. 

По четвертому эпизоду ответчик обращает внимание суда на то, что заявленные истцом расходы не относятся к затратам на участие в судебных разбирательствах с бывшими работниками Общества. ФИО2 по настоянию нового собственника ООО «Молот-Оружие» обеспечил увольнение данных работников по соглашению сторон тем же днем, без необходимой процедуры сокращения, предупреждения и прочих мероприятий, которые подразумевают сопоставимый размер компенсации при увольнении работников по инициативе администрации предприятия.

Не согласившись с возражениями ответчика, истец в дополнительных письменных пояснениях указал, что приказом исполнительного директора Общества ФИО2 от 28.11.2016 №1324 и приказом генерального директора ФИО2 от 14.03.2018 №267 были утверждены размеры представительских фондов исполнительного директора 5 000 рублей и генерального директора – 7 000 рублей для организации буфетного обслуживания во время переговоров и совещаний. Также истец дополнил, что представительские расходы, отнесенные на 91 счет, составляют убытки Общества, поскольку ФИО2 как генеральный директор не наделен право распределения прибыли и убытков, что относится к исключительной компетенции единственного участника. 

Истец также привел расчет расхождений по окладам в отношении работников ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 до и после их повышения на сумму 3 713 082 рубля 32 копейки за период с мая по декабрь 2019 года, а также аналогичный расчет в отношении надбавки по гостайне на сумму 248 287 рублей 96 копеек. При наличии кредиторской задолженности у общества, убытков от финансово-хозяйственной деятельности подписание ФИО2 дополнительных соглашений с вышеуказанными работниками, которыми были существенно повышены оклады, не только экономически нецелесообразно, но и говорит о недобросовестных действиях генерального директора в отношении Общества, других работников, иных кредиторов. 

По четвертому эпизоду истец дополнительно указал, что ответчиком необоснованно установлены выплаты в размере пяти окладов ряду сотрудников, что повлекло возникновение у общества убытков в виде расходов на обеспечение явки представителя в судебные заседания по рассмотрению трудовых споров, которые в силу статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации не могут быть компенсированы работодателем за счет проигравшей стороны (работника).

Определением от 11.06.2021 арбитражный суд отказал ответчику в удовлетворении ходатайства о передаче дела на рассмотрение суда общей юрисдикции.

На основании статей 158  и 163 АПК РФ судебное разбирательство по делу откладывалось на 19.10.2021 и было проведено с перерывом до 25.10.2021 в связи с необходимостью представления сторонами дополнительных доказательств.

В судебном заседании истец настаивал на удовлетворении иска, ответчик просил истцу в иске отказать по основаниям, подробно изложенным в отзыве на иск и дополнительных пояснениях.

Заслушав представителей сторон, исследовав в полном объеме письменные материалы дела, арбитражный суд установил следующие фактические обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «Молот-Оружие» зарегистрировано в качестве юридического лица 26.06.2009 за основным регистрационным номером 

<

***>.

Единственным участником Общества является общество с ограниченной ответственностью «Нортех».

Решением единственного участника общества № 37 от 10.03.2017 ФИО2 с 11.03.2017 назначен директором Общества.

С ФИО2 заключен трудовой договор №285 от 11.03.2017 по должности генерального директора.

Согласно пункту 9.1 Устава Общества руководство текущей деятельностью Общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества - генеральным директором.

Пунктами 9.6, 9.7 Устава предусмотрено, что генеральный директор Общества без доверенности действует от имени Общества, в том числе совершает сделки (с учетом ограничений, установленных законодательством Российской Федерации, и настоящим Уставом) и представляет его интересы во всех организациях (коммерческих и некоммерческих, отечественных и зарубежных), во всех органах государственной власти (включая судебные) как на территории Российской Федерации, так и за рубежом. К компетенции Генерального директора Общества относятся все вопросы руководства текущей деятельностью Общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции Единственного участника Общества.

В соответствии с пунктом 9.7.4 Устава Генеральный директор заключает от имени Общества любые виды сделок и совершает иные юридические действия, в том числе распоряжается имуществом Общества для обеспечения текущей деятельности Общества с учетом ограничений, установленных настоящим Уставом и действующим законодательством.

Согласно пункту 9.7.5 Устава генеральный директор осуществляет в отношении работников Общества права и обязанности работодателя, предусмотренные трудовым законодательством РФ, в том числе: утверждает штатное расписание Общества, филиалов и представительств и должностные оклады работников Общества; издает приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе и увольнении, в том числе своих заместителей, главного бухгалтера, руководителей подразделений, филиалов и представительств; заключает трудовые договоры, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания на работников Общества.

Генеральный директор обязан действовать в интересах Общества добросовестно и разумно. По требованию Единственного участника он обязан возместить убытки, не обусловленные обычным коммерческим риском, причиненные им Обществу, если иное не вытекает из закона или договора (пункт 9.10 Устава).

Согласно Положению о Генеральном директоре, генеральный директор решает вопросы текущей деятельности Общества, отнесенные к его компетенции, без доверенности действует от имени Общества, заключает любые виды сделок от имени Общества, распоряжается имуществом Общества для обеспечения текущей деятельности Общества, организует хозяйственную деятельность Общества, организует бухгалтерский учет и отчетность, руководит разработкой и представлением Единственному участнику Общества годового отчета и годового баланса, осуществляет контроль за рациональным и экономическим использованием материальных, трудовых и финансовых ресурсов.

Приказом исполнительного директора ФИО2 от 08.06.2016 №585 утверждено положение о премировании работников Общества за основные результаты производственно-хозяйственной деятельности, которым утверждена система показателей премирования и размеров премий.

Приказом исполнительного директора ФИО2 от 28.11.2016 №124 для проведения официальных приемов и обслуживания представителей других организаций и организации буфетного обслуживания во время переговоров и совещаний утвержден ежемесячный представительский фонд исполнительного директора в размере 5 000 рублей 

Приказом генерального директора ФИО2 от 14.03.2018 №267 для организации буфетного обслуживания во время переговоров и совещаний утвержден ежемесячный представительский фонд генерального директора в размере 7 000 рублей 

Приказом директора Общества от 29.07.2011 №52 утверждено и с 01.07.2011 введено в действие Положение об оплате труда работников ООО «Молот-Оружие», согласно которому оплата труда каждого работника Общества зависит от личного трудового вклада и качества труда работника за результаты производственной деятельности структурного подразделения, где трудится работник, и всего Общества в целом, и максимальным размером не ограничивается (пункт 1.2).

Согласно пункту 1.3 Положения им устанавливаются порядок и формы оплаты труда (тарифные ставки, должностные оклады, вознаграждения, доплаты и надбавки), стимулирующие добросовестный высокопроизводительный труд.

Размер заработной платы работников Общества определяется трудовым договором в зависимости от достижений запланированных производственных показателей и личного участия каждого работника в их выполнение.

Согласно пунктам 6.1 и 6.2 положения премирование работников осуществляется ежемесячно по существующим показателям премирования (Приложение № 1, 2, 3). Решение о выплате премии работникам ООО «Молот-Оружие» принимается директором. Премия начисляется работнику за фактически отработанное время и выплачивается вместе с заработной платой.

Работникам ООО «Молот-Оружие» могут выплачиваться другие виды премий, условия, выплаты которых определяются локальными нормативными актами. Распределение и выплата премий осуществляется на основании приказов директора.

В качестве приложений к Положению утверждены показатели премирования.

Приказом генерального директора ФИО2 от 13.06.2019 №302/ЛК с 01.05.2019 внесено изменение в штатное расписание Общества в части размера оплаты труда работникам ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 В связи с изменение оплаты труда руководящих работников предприятия выплата ежемесячной премии по итогам работы с 01.05.2019 отменена.

29.11.2019 ФИО2 освобожден от должности генерального директора решением единственного участника общества от 29.11.2019, приказом генерального директора ООО «Нортех» от 29.11.2019 № 01/01-55.

Обществом с ограниченной ответственностью «АПРС. Управление финансами» по заданию Общества подготовлен отчет от 27.03.2020 по результатам оказания услуг по договору № 18 от 16.12.2019 по проверке финансово-хозяйственной деятельности Общества за 2017 - 2019 годы (далее – Отчет от 27.03.2020), согласно которому ФИО2 за исследуемый период представил авансовые отчеты на общую сумму 5 752 803,95 рублей, которые включают следующие статьи затрат:

26 «Представительские расходы» - в сумме 606 297,20 рублей, из них потрачено на приобретение спиртных напитков и еды - 600 705,07 рублей;

44 «Загранкомандировка» - в сумме 1 085 414,13 руб., из них потрачено на приобретение спиртных напитков и еды - 96 730,93 рублей;

44 «Представительские расходы» - в сумме 38 885,58 рублей, из них потрачено на приобретение спиртных напитков и еды - 38 885,58 рублей;

91.06.99 «Командировочные расходы» - в сумме 116 037,74 рублей, из них потрачено на приобретение еды - 550,00 рублей;

91.06.99 «Загранкомандировка» - в сумме 6 410,67 рублей, из них потрачено на приобретение спиртных напитков и еды - 2 934,67 рублей;

91.06.99 «Представительские расходы» - в  сумме  872 375,14 рублей,  из них  потрачено на приобретение спиртных напитков и еды - 422 092,54 рублей. 

Всего согласно отчету ФИО2 потратил подотчетные денежные средства на приобретение спиртных напитков и еды в общей сумме 1 161 898,79 рублей (600 705,07 + 96 730,93 + 38 885,58 + 550,00 + 2 934,67 + 422 092,54).

Также согласно Отчету на счет 91.06.99 «Представительские расходы» отнесены расходы на приобретение ФИО2 следующих товаров:

- наборы подарочные 3 шт. на общую сумму 110 640,00 руб.;

- ноутбук 2 шт. на общую сумму 79 990,00 руб.;

- фотокамера на сумму 39 699,00 руб.;

- часы каминные на сумму 38 400,00 руб.;

- часы наручные на сумму 38 000,00 руб.;

- часы напольные на сумму 37 000,00 руб.;

- пейзаж (масло) на сумму 27 500,00 руб.;

- часы настенные на сумму 40 000,00 руб.;

- сертификаты подарочные на сумму 9 000,00 руб.;

- ювелирное изделие брошь на сумму 3 804,00 руб., всего на общую сумму 424 033,00 рублей.

Из отчета также следует, что ФИО2 представил авансовые отчеты на командировочные расходы №№ А171907 от 06.10.2017, А172239 от 16.11.2017, А180124 от 23.01.2018, А180793 от 10.04.2018, А181860 от 11.09.2018, А182289 от 31.10.2018, А190423 от 13.03.2019, по которым ФИО2 необоснованно оплачена стоимость билетов на общую сумму 68 342,37 рублей (698,00 + 1399,30 + 9 604,00 + 6 066,68 + 3 973,50 + 40 049,89 + 6551).

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском по первому эпизоду, истец указал, что согласно представленным документам за период с 01.01.2017 по 30.11.2019 ФИО2 потратил подотчетные денежные средства на цели, не связанные с финансово-хозяйственной деятельностью ООО «Молот-Оружие» в общей сумме 1 654 274 рубля 16 копеек (1 161 898,79 + 424 033,00 + 68 342,37).

Аналогичные факты траты денежных средств на приобретение спиртных напитков и еды в сумме 1 216 322 рублей 95 копеек, различных товаров на общую сумму 395 958 рублей 90 копеек, а также оплаты стоимости билетов, проживания в отелях, услуг такси, портативного WI-FI, обслуживания в аэропорту ФИО17 и выплаты суточных за нахождение в командировке на общую сумму 1 412 789 рублей 80 копеек установлены Отчетом в отношении ФИО5, являвшегося с 12.11.2014 по 10.03.2017 генеральным директором ООО «Молот-Оружие» на 0,5 ставки, с 01.06.2017 по 30.06.2017 советником генерального директора по совместительству на 0,1 ставки в Московском представительстве ООО «Молот-Оружие».

Также обществом с ограниченной ответственностью «АПРС. Управление финансами» по заданию Общества подготовлен Аудиторский отчет по проверке обоснованности выплат компенсаций при расторжении трудовых договоров по соглашению сторон с сотрудниками Общества с ограниченной ответственностью «Молот-Оружие» от 17.03.2020 (далее - Аудиторский отчет от 17.03.2020).

В Аудиторском отчете от 17.03.2020 содержатся выводы о том, что в неудовлетворительной финансовой ситуации при наличии кредиторской задолженности у общества, убытка от финансово-хозяйственной деятельности подписание генеральным директором соглашений о расторжении трудовых договоров с ФИО7, ФИО11, ФИО18, ФИО9, ФИО15, ФИО10, ФИО14, ФИО8, ФИО16, ФИО12, ФИО13 с установлением выплат в размере пяти среднемесячных заработков не только экономически нецелесообразно, но и говорит о недобросовестных действиях генерального директора в отношении Общества, других работников, иных кредиторов. 

Согласно Отчету о злоупотреблении правом также свидетельствует факт заключения между ООО «Молот - Оружие» работниками ФИО7, ФИО11, ФИО18, ФИО9, ФИО15, ФИО10, ФИО14, ФИО8, ФИО16, ФИО12, ФИО13 дополнительных соглашений к трудовому договору от 06.05.2019, которыми работникам был существенно повышен должностной оклад. Указанные дополнительные соглашения были подписаны в период убыточной деятельности Общества, о чем генеральный директор как единоличный исполнительный орган Общества не мог не знать. 

Между Обществом и ФИО7 (работник) заключен трудовой договор № 3-355 от 01.09.2014. Работник принят на должность Заместителя генерального директора - директора по экономике и финансам.

Дополнительным соглашением от 01.09.2015 работнику установлен оклад 100 000 рублей, персональная надбавка 25 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.07.2015 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков.

Дополнительным соглашением от 01.07.2016 работнику установлен оклад 170 000 рублей, персональная надбавка 35 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.06.2017 работнику установлен оклад 210 000 рублей, персональная надбавка 35 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 23.10.2017 работник переведен на должность директора по экономике и финансам, установлен оклад 210 000 рублей, премия согласно положению.

Дополнительным соглашением от 09.01.2018 работнику установлен оклад 240 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 06.05.2019 работнику установлен оклад в размере 320 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 15% от оклада, прочие выплаты не предусмотрены. 

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО11 (работник) заключен трудовой договор №651 от 06.12.2016. Работник принят на должность заместителя директора по персоналу. 

Дополнительным соглашением от 06.12.2016 работнику установлен оклад 80 000 рублей, персональная надбавка 15 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 06.12.2016 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков.

Дополнительным соглашением от 06.05.2019 работнику установлен оклад в размере 130 000 рублей. 

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО18 (работник) заключен трудовой договор №389 от 01.07.2015. Работник принят на должность Заместителя генерального директора по безопасности. 

Дополнительным соглашением от 01.07.2015 работнику установлен оклад 100 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за стаж работы со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 15% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 50% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.07.2015 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков.

Дополнительным соглашением от 01.07.2016 работнику установлен оклад 160 000 рублей, надбавка за стаж работы со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 15% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 50% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 02.10.2017 работник переведен на должность директора по безопасности, установлен оклад 160 000 рублей, премия согласно положению.

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 200 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 15% от оклада, прочие выплаты не предусмотрены. 

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО9 (работник) заключен трудовой договор №526 от 09.11.2015. Работник принят на должность главного бухгалтера. 

Дополнительным соглашением от 09.11.2015 работнику установлен оклад 68 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 50% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 09.11.2015 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков.

Дополнительным соглашением от 01.07.2016 работнику установлен оклад 160 000 рублей, персональная надбавка 20 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 230 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, прочие выплаты не предусмотрены.

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО15 (работник) заключен трудовой договор № 463 от 14.09.2016. Работник принят на должность заместителя технического директора – директора ИКТЦ. 

В соответствии с приказом о переводе работника на другую работу от 03.12.2018 переведен на должность технического директора.

Дополнительным соглашением от 14.09.2016 работнику установлен оклад 98 550 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 14.09.2016 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков. Аналогичные условия предусмотрены дополнительным соглашением от 10.10.2016.

Дополнительным соглашением от 10.10.2016 работнику установлен оклад 98 550 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.12.2016 работнику установлен оклад 120 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.06.2017 работнику установлен оклад 150 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 03.12.2018 работнику установлен оклад 180 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 04.12.2018 работник переведен на должность технического директора.

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 240 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, прочие выплаты не предусмотрены.

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО10 (работник) заключен трудовой договор №9 от 30.06.2017. Работник принят на должность Заместителя генерального директора - директора по персоналу.

Дополнительным соглашением от 30.06.2017 работнику установлен оклад 130 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 30.06.2017 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков. 

Дополнительным соглашением от 23.10.2017 работник переведен на должность директора по персоналу.

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 200 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, прочие виды выплат не предусмотрены.

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО14 (работник) заключен трудовой договор №362 от 05.08.2016. Работник принят на должность директора по производству. 

В соответствии с приказом о переводе работника на другую работу от 01.09.2016г. переведен на должность директора по производству.

Дополнительным соглашением от 05.08.2016 работнику установлен оклад 135 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.09.2016 работнику установлен оклад 135 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 05.08.2016 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков. Аналогичные условия предусмотрены дополнительным соглашением от 01.09.2016.

Дополнительным соглашением от 01.11.2016 работнику установлен оклад 170 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.06.2017 работнику установлен оклад 200 000 рублей, персональная надбавка 5 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 260 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 10% от оклада, прочие виды выплат отменены. 

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО8 (работник) заключен трудовой договор №3 от 09.01.2015. Работник принят на должность Заместителя генерального директора-коммерческого директора.

Дополнительным соглашением от 01.07.2015 работнику установлен оклад 90 000 рублей, персональная надбавка 3 000 рублей, надбавка за стаж работы со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 50% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.07.2015 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков.

Дополнительным соглашением от 01.07.2016 работнику установлен оклад 160 000 рублей, персональная надбавка 20 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 02.10.2017 работник переведен на должность коммерческого директора, установлен оклад 160 000 рублей, премия согласно положению.

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 230 000 рублей, надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну 5% от оклада, прочие выплаты отменены. 

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО16 (работник) заключен трудовой договор №412 от 17.08.2015. Работник принят на должность Заместителя технического директора по инфраструктурному обеспечению.

Трудовым договором работнику установлен оклад 70 000 рублей, персональная надбавка 5% от оклада, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 50% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 170 000 рублей, прочие выплаты не предусмотрены.

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО12 (работник) заключен трудовой договор №2467 от 24.11.2014. Работник принят на должность Заместителя генерального директора по маркетингу и продажам гражданской продукции.

Дополнительным соглашением от 01.07.2015 работнику установлен оклад 90 000 рублей, персональная надбавка 7 000 рублей, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 50% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.07.2015 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков.

Дополнительным соглашением от 01.07.2016 работнику установлен оклад 170 000 рублей, персональная надбавка 15 000 рублей, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 01.06.2017 работнику установлен оклад 200 000 рублей, персональная надбавка 15 000 рублей, а также ежемесячная премия согласно положению в размере до 30% от оклада. 

Дополнительным соглашением от 23.10.2017 работник переведен на должность директора по маркетингу и продажам гражданской продукции, установлен оклад 200 000 рублей, премия согласно положению.

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 290 000 рублей, прочие выплаты исключены. 

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

Между Обществом и ФИО13 (работник) заключен трудовой договор №93 от 15.02.2016. Работник принят на должность Начальника управления по внедрению производственной системы.

Дополнительным соглашением от 15.02.2016 предусмотрено, что в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя за исключением случаев увольнения за виновные действия, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается компенсация в размер пяти средних заработков.

Дополнительным соглашением от 06.05.2019г. работнику установлен оклад в размере 120 000 рублей, иные выплаты не предусмотрены. 

Стороны трудового договора подписали соглашение о его расторжении от 28.11.2019, пунктом 4 которого предусмотрена обязанность работодателя выплатить работнику компенсацию в размере пяти среднемесячных заработков в течение трех рабочих дней после подписания соглашения.

В материалы дела представлены расчетные листки вышеупомянутых работников за период 2017-2019 годов.

Обращаясь с настоящим иском, а также с заявлением об уменьшении исковых требований, истец сослался на то, что выплата работникам заработной платы, исходя из необоснованно повышенных ФИО2 окладов, за период с мая по декабрь 2019 года повлекла убытки общества в общем размере 3 961 370 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 10.06.2020 решение Дзержинского районного суда г. Волгограда от 19.03.2020 по иску ФИО10 к Обществу о взыскании компенсации при увольнении оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО10 без удовлетворения.

Решением Камышинского городского суда Волгоградской области от 22.06.2020 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО9 к Обществу о взыскании компенсации при расторжении трудового договора.

Решением Центрального районного суда г. Волгограда от 10.02.2020 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО7 к Обществу о взыскании компенсации при расторжении трудового договора.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским дела Нижегородского областного суда от 17.11.2020 решение Канавинского районного суда г. Нижнего Новгорода от 30.07.2020 по иску ФИО16 к Обществу о взыскании компенсации, оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО16 - без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским дела Нижегородского областного суда от 10.11.2020 решение Советского районного суда г. Нижнего Новгорода от 30.07.2020 по иску ФИО8 к Обществу о взыскании компенсации, оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО8 - без удовлетворения.

Истец представил в материалы дела авансовые отчеты Общества от 30.01.2020, 07.02.2020, 27.02.2020, 23.03.2020, 14.05.2020, 15.07.2020, полагая, что они подтверждают несение Обществом расходов, связанных с рассмотрением упомянутых трудовых споров с бывшими работниками ФИО10, ФИО9, ФИО7, ФИО16, ФИО8 на общую сумму 33 609 рублей 30 копеек. 

Наличие у Общества убытков, связанных с необоснованным расходованием ФИО2 подотчетных денежных средств на цели, не связанные с нуждами Общества, непринятием мер по возврату денежных средств в связи с необоснованным их расходованием ФИО5, а также необоснованным повышением должностных окладов руководящему составу Общества, явилось основанием для предъявления настоящего иска.

Оценив установленные по делу фактические обстоятельства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Пунктом 3 статьи 40 того же Федерального закона предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания;

Согласно статье 44 Закона члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее – Постановление №62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В соответствии с пунктом 2 Постановления №63 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Согласно пункту 3 Постановления №62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 Постановления №62).

Судом установлено, что ответчик в период с 12.11.2014 по 10.03.2017 являлся исполнительным директором Общества, с 11.03.2017 по 29.11.2019 – генеральным директором. 

Требования истца по первому эпизоду деятельности ФИО2 основаны на утверждении о том, что ФИО2 необоснованно расходовал подотчетные денежные средства на цели, не связанные с деятельностью Общества. Данное утверждение истец основывает на данных отчета от 27.03.2020 ООО «АПРС. Управление финансами», подготовленного по заданию Общества.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд не может признать их достаточными для выводов о том, что расходование ФИО2 подотчетных денежных средств происходило вопреки целям деятельности общества.

Основной целью деятельности общества согласно пункту 3.1 Устава является извлечение прибыли.

В данном случае истцом представлены доказательства расходования ФИО2 денежных средств общества на приобретение спиртных напитков и еды в общей сумме 1 161 898 рублей 79 копеек, приобретение различных товаров на общую сумму 424 033 рублей, а также на приобретение проездных билетов 68 342 рублей 37 копеек.

При этом из искового заявления и дополнительных пояснений истца не следует, в чем именно выразилась неразумность или недобросовестность действий директора ФИО2

Суд принимает во внимание, что в соответствии с пунктом 1 Постановления №62 именно истец первоначально должен представить суду доказательства, подтверждающие неразумный либо недобросовестный характер действий директора. При установлении судом недобросовестности либо неразумности действий директора, а также причинно-следственной связи с возникшими у Общества убытками, директор вправе дать пояснения о причинах возникновения убытков, и лишь при их недостаточности и нарушении принципа добросовестности к директору переходит бремя доказывания соответствия его действий указанным критериям.

В данном случае истец основывает свои требования на документах, представленных самим ответчиком с авансовыми отчетами, которые подтверждают несение затрат на цели деятельности Общества. Из материалов дела и утверждений истца не следует, что данные затраты были понесены генеральным директором Общества ФИО2 в ситуации конфликта с его личными интересами либо интересами аффилированных с ним лиц. Материалами дела не подтверждается, что документы, представленные с авансовыми отчетами, недостоверно отражают цели расходования денежных средств, прикрывают незаконное распоряжение ими. 

При этом суд обращает внимание сторон, что проведенный по заказу истца аудит деятельности общества не выявил неполноту либо недостоверность авансовой отчетности генерального директора. 

Также представленный ответчиком отчет ООО «Машаудит» по аудиту бухгалтерской отчетности Общества за 2018 год не выявил каких-либо нарушений, в том числе в части расчётов с подотчетными лицами. 

Следовательно, документы о расходовании денежных средств не скрывались генеральным директором, вошли в бухгалтерскую документацию Общества и, следовательно, должны были быть отражены в годовой бухгалтерской и финансовой отчетности Общества, которая подлежала доведению до сведения единственного участника Общества как минимум ежегодно. Иное истцом не доказано.

Данное обстоятельство указывает на то, что при несогласии единственного участника Общества с необходимостью несения данного вида расходов и их размером при достоверном их отражении в отчетности, участник не лишен был возможности принять решения, позволяющие ограничить расходы предприятия на данные цели, регламентировать порядок их согласования и утверждения.

Суд отклоняет ссылку истца приказ исполнительного директора Общества ФИО2 от 28.11.2016 №1324 и приказ генерального директора ФИО2 от 14.03.2018 №267, которыми были утверждены размеры представительских фондов исполнительного директора 5 000 рублей и генерального директора – 7 000 рублей, соглашаясь с позицией ответчика о том, что данные расходы не могут охватывать всех представительских расходов предприятия, необходимых для продвижения продукции и поддержания деловых связей, но являются лишь частью данных расходов на буфетное обслуживание на предприятии.

При этом само по себе приобретение алкоголя, табачной продукции, еды не может свидетельствовать о том, что данные расходы понесены на цели, не связанные с деятельностью общества.

Ответчик в отзыве на исковое заявление дал пояснения о том, что данные расходы были понесены для организации официальных приемов в целях установления и поддержания взаимного сотрудничества с деловыми партнерами, в период несения признавались в большинстве случаев контролирующими органами и судебной практикой представительскими расходами. При этом степень экономической оправданности расходов организация оценивает самостоятельно. По утверждению ответчика списание затрат на представительские расходы как правило оформлялось авансовым отчетом с приложением акта на списание представительских расходов организации и программы приема, в которых были указаны цели проведения мероприятия, дата и место его проведения, состав участников, сумма затрат и приложены подтверждающие документы. Данные документы сдавались в бухгалтерию предприятия вместе с авансовым отчетом. Данные пояснения мотивированно не оспорены истцом, доказательства обратного суду не представлено.

Приобретение различного рода товаров на общую сумму 424 033 рублей ответчик объяснил необходимостью вручения подарков к праздничным мероприятия для деловых партнеров и их представителей, что соответствовало обычаям делового оборота, было направлено на поддержание сотрудничества с контрагентами и получение дохода. В дополнительных письменных пояснениях от 10.09.2021 ответчик более подробно описал основные мероприятия, в рамках которых происходило вручение подарков и сувениров с целью поддержания положительного имиджа организации и укрепления деловых связей. 

Истец не опроверг приведенные ответчиком пояснения относительно целей приобретения алкоголя, табака, еды, а также подарков, ограничившись лишь ссылкой на необоснованность отнесения данных расходов на представительские и прочие расходы предприятия применительно к нормам статьи 268 Налогового кодекса Российской Федерации, а также отнесения на те или иные счета бухгалтерского учета.

Вместе с тем, приведенные истцом положения налогового законодательства направлены на регулирование фискальных правоотношений, но не регулируют вопросы обоснованности несения тех или иных расходов Общества для целей продвижения своей продукции. Решение данных вопросов, как и пределы экономической целесообразности для юридических лиц, не имеющих доли участия публично-правовых образований, не ограничены законодательными предписаниями.

Суд также признает необоснованными требования истца о взыскании расходов на приобретение железнодорожных билетов ФИО2 с выкупом двух пассажирских мест, а также в период предоставления отпуска. 

Из пояснений ответчика следует, что в командировках дополнительное место требовались ФИО2 для перевозки багажа с образцами деталей и документации, размещения личных вещей, ведения телефонных переговоров и решения служебных задач. Данные утверждения не оспорены истцом, доказательства необоснованного несения данных расходов при наличии личного, а не служебного интереса не представлены.

Приобретение билетов в период нахождения в отпуске также не свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика, поскольку материалами дела не подтверждено, что билеты приобретались к месту отдыха ФИО2 или обратно, а не в связи с осуществлением срочных служебных командировок, как утверждает ответчик.

Таким образом, представленные истцом доводы и доказательства по первому эпизоду являются явно недостаточными для выводов о наличии в действиях ФИО2 признаков недобросовестного либо неразумного осуществления своих полномочий. При этом ответчик дал пояснения о действительных целых расходовании подотчетных денежных средств, обязанность по опровержению которых истцом не исполнена. 

Рассмотрев требования истца по второму эпизоду, арбитражный суд отмечает, что в силу пункта 5 Постановления №62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

В данном случае из материалов дела также не следует, что понесенные ФИО5 расходы явно не соотносятся с целями деятельности Общества, в том числе с исполнением им своих обязанностей на должностях генерального директора в период с 12.11.2014 по 10.03.2017 и советника генерального директора, связанных с установлением и поддержанием деловых связей.

Кроме того, суд признает, что из материалов дела не следует, что контроль за обоснованностью несения расходов данным материально-ответственным лицом входил в круг непосредственных обязанностей ФИО2 как генерального директора. 

Суд также не усматривает оснований для возложения ответственности на ФИО2 в период осуществления им полномочий исполнительного директора, поскольку в этот период он не обладал признаками субъекта ответственности, предусмотренными статьей 53.1 ГК РФ, в том числе потому что из материалов дела не следует, что ФИО2 входил в состав коллегиального органа управления Общества, к компетенции которого относилась данная контрольная функция.

В соответствии с пунктом 6 Постановления №62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, обращаясь с требованием о возмещении бывшим руководителем убытков, причиненных Обществу, истец должен доказать наличие прямой причинно-следственной связи между рассматриваемым поведением директора и убытками. Прямая причинно-следственная связь характеризуется признаком неизбежности.

В рассматриваемом случае данный признак может быть установлен в том случае, если Общество не утратило возможность компенсировать негативные последствия от действий ФИО2 путем предъявления соответствующих требований непосредственно ФИО5 Данное обстоятельство истцом не доказано, соответствующие возражения ответчика не опровергнуты.

Следовательно, оснований для удовлетворения требований по третьему эпизоду не имеется.

Рассмотрев требование истца о взыскании убытков, вызванных необоснованным повышением окладов руководящему составу Общества, суд отмечает следующее.

Материалами дела подтверждается подписание ФИО2 дополнительных соглашений к трудовым договорам, заключенным с работниками Общества ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 в период действия трудовых договоров.

Исковые требования основаны на необоснованном, по мнению истца, повышении размеров окладов дополнительными соглашениями от 06.05.2019.

В обоснование требования истец представил расчет расхождений по окладам в отношении работников до и после их повышения на сумму 3 713 082 рубля 32 копейки за период с мая по декабрь 2019 года, а также аналогичный расчет в отношении надбавки по гостайне на сумму 248 287 рублей 96 копеек. Общая сумма повышения фонда оплаты труда в отношении указанных работников по расчету истца составила 3 961 370 рублей 28 копеек.

Вместе с тем, утверждение штатного расписания, совершение сделок от имени Общества, в том числе заключение и изменение трудовых договоров входило в круг должностных обязанностей генерального директора ФИО2 Из материалов дела не следует, что при их исполнении ответчик действовал недобросовестно, в том числе в ситуации личной заинтересованности.

Вопреки мнению истца, увеличение окладов сотрудникам Общества не свидетельствует о принятии ФИО2 решения о распределении прибыли, которое отнесено к компетенции общего собрания участников Общества, поскольку фонд оплаты труда формируется локальными актами Общества, а также трудовыми договорами, входит в состав издержек предприятия, учитываемых при определении финансового результата его деятельности, и не зависит от величины чистой прибыли. 

Суд отклоняет доводы истца о том, что повышение окладов произведено при наличии кредиторской задолженности у Общества, убытков от финансово-хозяйственной деятельности.

Представленный истцом анализ финансово-хозяйственной деятельности по состоянию на 30.09.2019 в сравнении с 30.09.2017 не свидетельствует о том, что в мае 2019 года деятельность общества была убыточна настолько, что повышение окладов руководящему составу предприятия грозило финансовой устойчивости предприятия либо явно входило в противоречие с разумными мерами по улучшению финансового состояния.

Суд также отмечает, что при отражении негативной динамики отдельных показателей финансово-хозяйственной деятельности в анализе финансово-хозяйственной деятельности Общества, а также в аудиторском отчете от 17.03.2020, Общество согласно бухгалтерскому балансу от 30.09.2019 имело нераспределенную прибыль в следующем размере: по состоянию на 31.1.22016 – 570 469 тысяч рублей, по состоянию на 31.12.2018 - 634 126 тысяч рублей, по состоянию на 30.09.2019 – 531 510 тысяч рублей. В судебном заседании представитель истца затруднился дать пояснения о сопоставлении сведений, отраженных в упомянутых анализе финансово-хозяйственной деятельности Общества и аудиторском отчете от 17.03.2020 с указанным показателем в балансе.

Кроме того, суд признает, что повышение окладов руководящего состава не было скачкообразным: оклады повышались на протяжении всего периода действия трудовых договоров. Из материалов дела не следует, что именно данная политика в области трудовых отношений повлекла несение Обществом убытков и ухудшение финансового положения, а не, как утверждает ответчик, иные факторы рынка продукции, производимой истцом. 

Доводы ответчика об отсутствии экономической целесообразности в повышении окладов, исходя из установленных судом обстоятельств, подразумевает в данном случае проверку судом обоснованности экономических решений руководителя в условиях рискованного характера предпринимательской деятельности, финансовый результат которой находится в зависимости от существенного ряда факторов, в том числе носящих непредвиденный и не зависимый от руководителя характер.

Суд также признает обоснованными возражения ответчика, о том, что повышение окладов руководящему составу Общества не выходило за пределы средних показателей заработка руководителей соответствующей сферы деятельности и квалификации. Данный довод подтвержден ответчиком сведениями о вакансиях и зарплатных ожиданиях соискателей из числа руководителей, которые размещены на сайте объявлений hh.ru. Данные доводы истцом не опровергнуты, неразумность действий генерального директора, определяемая нетипично высоким уровнем установленных окладов, истцом не доказана.

Кроме того, суд признает обоснованными возражения ответчика об изменении системы оплаты труда руководящим работникам, которая подразумевала повышение окладов и одновременно исключение различных стимулирующих надбавок и выплат.

Опровергая доводы истца по данному эпизоду, ответчик в отзыве на исковое заявление представил расчет, отражающий соотношение общего размера оплаты труда вышеуказанных руководителей до внесения изменений в трудовые договоры 06.05.2019 и после этого. 

Сопоставив данный расчет с расчетом исковых требований по третьему эпизоду, основанному на том же принципе, суд признает, что наиболее достоверно данную разницу отражает расчет ответчика, поскольку он в отличие от расчета истца учитывает не только разницу в окладах и надбавках за выслугу, за допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, но и размеры персональных добавок и ежемесячных премий, которые с 01.05.2019 были отменены упомянутыми дополнительными соглашениями от 06.05.2019 к трудовым договорам, а также приказом генерального директора ФИО2 от 13.06.2019 №302/ЛК.

Расчет ответчика отражает общее увеличение фонда оплаты труда руководителей в среднем на 4,7% по отношению к размерам заработной платы со всеми надбавками и премиями, которые существовали до подписания соглашений от 06.05.2019 и издания приказа от 13.06.2019 №302/ЛК. Данное увеличение фонда оплаты труда в части указанных работников не свидетельствует о неразумности и недобросовестности действий ответчика. 

Оценив представленные истцом по четвертому эпизоду доказательства, арбитражный суд признает, что они также являются недостаточными для выводов о наличии оснований для возмещения истцом убытков.

В обоснование данных требований истцом представлены авансовые отчеты Общества от 30.01.2020, 07.02.2020, 27.02.2020, 14.05.2020, 15.07.2020, содержание которых не позволяет соотнести данные расходы с расходами, которые могли быть необходимы Обществу для участия в судебных разбирательствах по трудовым спорам с ФИО9, ФИО7, ФИО16, ФИО8, поскольку не совпадают цели командировки, даты несения расходов, существо расходов.

В части авансового отчета от 23.03.2020 суд признает, что Общество действительно направляло директора ФИО19 в г. Волгоград для участия в судебных заседания на 18-19 марта 2019 года.

Из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 10.06.2020 следует, что решение Дзержинского районного суда г. Волгограда по иску ФИО10 к Обществу о взыскании компенсации на основании соглашения о расторжении трудового договора от 28.11.2019 было вынесено 19.03.2020. 

Вместе с тем, из представленной суду автоматизированной копии решения Дзержинского районного суда г. Волгограда от 19.03.2020 лишь косвенно можно установить, что в нем идет речь о том же споре, поскольку данные участников скрыты. При этом из указанного решения изъяты сведения о представителях сторон, участвовавших в судебном заседании, дате его проведения (оглашения резолютивной части), что не позволяет признать доказанным сам факт участия ФИО19 в судебном заседании в период указанной командировки в споре с ФИО10

В ходе судебного разбирательства арбитражный суд неоднократно указывал истцу на необходимость представления доказательств, подтверждающих факт несения истцом расходов, связанных с судебным разрешением трудовых споров с вышеуказанными работниками, необходимость данных расходов. Вместе с тем, достаточные доказательства истцом не представлены.

Суд также считает необходимым отметить, что выводы судов первой и второй инстанции при рассмотрении спора с ФИО10 в существенной мере основаны на том, что спорная компенсационная выплата в размере пяти средних заработков была установлена работнику незадолго до его увольнения 28.11.2019 в ситуации трудного финансового положения предприятия по состоянию на декабрь 2019 - февраль 2020 года.

Вместе с тем, из представленного самим истцом в материалы дела дополнительного соглашения к трудовому договору с ФИО10 следует, что выплата пяти средних заработков в случае увольнения работника была включена в трудовой договор соглашением от 30.06.2017  

Из текстов судебных актов не следует, что дополнительное соглашение от 30.06.2017 представлялось работодателем при разрешении указанного трудового спора. При обращении в арбитражный суд с настоящим иском истцом не даны пояснения о том, по какой причине данное соглашение не было представлено в трудовом споре.

Принимая во внимание вышеизложенное, заключение ФИО2 дополнительного соглашения от 30.06.2017 об установлении указанной компенсационной выплаты не входило в противоречие с принципом добросовестности и разумности исходя из финансового положения предприятия на момент его заключения, и само по себе не могло явиться причиной возникновения трудового спора, разрешенного в последствии не в пользу работника. 

На основании изложенного, в удовлетворении иска по четвертому эпизоду также надлежит отказать.

Учитывая, что при принятии иска к производству истцу была предоставлена отсрочка в уплате государственной пошлины, в удовлетворении иска отказано, на основании части 3 статьи 110 АПК РФ с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 66 372 рубля. 

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Молот-Оружие" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, адрес: 612960, Россия, 

<

...>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 66 372 (шестьдесят шесть тысяч триста семьдесят два) рубля 00 копеек.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Жалобы подаются через Арбитражный суд Кировской области.

Пересмотр в порядке кассационного производства решения арбитражного суда в Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации производится в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кассационная жалоба в этом случае подается непосредственно в Верховный Суд Российской Федерации.

 

Судья                                                                                               С.А. Погудин