АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-41738/2018

г. Нижний Новгород                                                            «03» июля 2019 года

Резолютивная решения часть объявлена 26 июня 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено 03 июля 2019 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи ФИО1 (шифр 15-993),

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску 

общества с ограниченной ответственностью "Северсбыт" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), МАРИЙ ЭЛ РЕСПУБЛИКА, ГОРОД ЙОШКАР-ОЛА,

к ответчикам гр. ФИО3, г. Н. Новгород, ФИО4 и ФИО5

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора общества с ограниченной ответственностью "ИХС" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г.Н.Новгород

о солидарном взыскании в порядке субсидиарной ответственности 1 269 688руб. 16коп.

при участии представителей:

от истца: не явился, ходатайство о рассмотрении в отсутствии истца,

от ответчика ФИО4, представитель ФИО6, доверенность 17.12.2018, после перерыва не явился, 

от третьего лица ООО "ИХС": ФИО7, доверенность 18.12.2018, после перерыва не явился,

в судебном заседании до перерыва велось протоколирование с использованием средств аудиозаписи после перерыва в судебном заседании протоколирование с использованием средств аудиозаписи в связи с неявкой сторон не велось

рассмотрел в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью "Северсбыт" к ответчикам: ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно денежных средств в размере непогашенной суммы кредиторской задолженности в размере 1 269 688руб. 16коп, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью "ИХС".

Истец, ответчики (Харчилава. Б.Р., ФИО5), надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, возражений против рассмотрения дела в их отсутствие не заявили.

По правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебное заседание проведено в отсутствие вышеуказанных лиц.

Судебное заседание начато 18.06.2019, в порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании объявлялся перерыв до 25.06.2019, после перерыва стороны и третье лицо не явились.

До перерыва представителем ответчика ФИО4 представлены дополнительные документы. С целью получения позиции истца на дополнительно представленные документы, в судебном заседании объявлялся перерыв.

После перерыва от истца поступили письменная позиция.

Ответчик ФИО4 письменным отзыв с заявленными требованиями не согласился по основаниям, изложенным в отзыве.

От ответчиков (Харчилава. Б.Р., ФИО5) отзывов не поступило.

Изучив материалы дела, суд установил. 

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 31.07.2017 по делу А43-37157/2016 ООО «ИХС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложены на временного управляющего ФИО8.

Определением суда от 10.01.2018 конкурсным управляющим ООО «ИХС» утвержден  ФИО8.

Общество с ограниченной ответственностью "Северсбыт" являлось конкурсным кредитором и включено в реестр требований кредиторов третьей очереди в сумме 1 269 688руб. 16коп., что подтверждается определением Арбитражного суда Нижегородской области от 16.10.2017 по делу А43-37157/2016.

Указанная задолженность включена в реестр на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Нижегородской области от  08.12.2016 по делу №А43-25472/2016, в соответствии с которым с ООО «ИХС» в пользу ООО «Северсбыт» взысканы 1 122 132, 16 руб. – долга, 112 213 руб. – пени, 25 343 руб. – расходов по уплате государственной пошлины. 

В рамках дела А43-37157/2016 включены также в реестр требований кредиторов требования ФНС России (2-я очередь 786руб.), ФНС России (3-я очередь 193 986руб. 96коп.), ООО "Компания СТК" (3-я очередь 296 271руб. 36коп.), ООО "УК ЮСТАР" (3-я очередь 1 040 390руб. 17коп.), ООО "Керриер Рефриджерейшн Рус" (3-я очередь 1 900 156руб. 97коп.), а также 3-я очередь штрафные санкции в общей сумме 871 296руб. 49коп. (ФНС России, ООО "Компания СТК", ООО "УК ЮСТАР", ООО "Керриер Рефриджерейшн Рус").

Процедура банкротства введена в отношении ООО «ИХС» на основании требования ООО «Керриер Рефриджерейшн Рус», подтвержденного решением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2016 по делу №А40-91956/16-138-789. 

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 07.03.2018 процедура банкротства прекращена на основании ст.57 ФЗ «О несостоятельности (банкротства)» в связи с отсутствием денежных средств на её финансирование.

Ссылаясь на Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11, п. 1 ст. 61.12) и полагая, что лицами, ответственными за выплату задолженности перед истцом являются учредитель и директор ФИО3, бывший учредитель ФИО4, и бывший директор общества с ограниченной ответственностью "ИХС" - ФИО5, истец обратился с настоящим иском в суд.

Изучив материалы дела, суд находит основания для частичного удовлетворения заявленного требования в силу следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Однако, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Следовательно, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм.

Указанная позиция согласуется с информационным письмом Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и соответствует определению Верховного Суда РФ от 04.10.2018 N 304-ЭС16-17558 (2,3) по делу N А70-11814/2015.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества "ИХС" подано после вступления в силу Закона N 266-ФЗ, поэтому оно подлежит рассмотрению исходя из процессуальных норм Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (решение от 1 октября 1993 года N 81-р; определения от 25 января 2007 года N 37-О-О, от 15 апреля 2008 года N 262-О-О, от 20 ноября 2008 года N 745-О-О, от 16 июля 2009 года N 691-О-О, от 23 апреля 2015 года N 821-О, постановление от 15.02.2016 N 3-П).

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности. Нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

В настоящем случае заявитель привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчиков к солидарной субсидиарной ответственности по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (ст. 61.12 закона о банкротстве), которые имели место в 2015 - 2016 году, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

С учетом обстоятельств дела и названных кредитором оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, при разрешении настоящего спора применению подлежит положения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям".

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12 указано, что ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

В обоснование довода о необходимости привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности истец указал, что руководитель ООО «ИХС» (на 01.01.2016 таковым являлся ФИО5), в соответствии со ст. 9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 г. «О несостоятельности (банкротстве)» обязан обратиться с заявлением должника о признании предприятия банкротом в Арбитражный суд, т.к. следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в вышеназванной статье; истец полагает, что уже к январю 2016 года точно можно было определить руководителю и учредителю ООО «ИХС», как минимум одно обстоятельство, по которому следовало обратиться в суд о признании общества банкротом - должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, потому что не мог погашать задолженности по договорам, заключенным ещё в 2014 году - с ООО «Кэрриер Рефриджерейшн Рус» № 140428-D-ND от 28.04.2014 и ООО «Северсбыт» № 21/10/14/СГРн от 21.10.2014. Как указывает истец, бывший директор ООО «ИХС» ФИО5 (полномочия по 23.08.2016), и бывший учредитель (полномочия по 23.08.2016) ФИО4 могли определять деятельность ООО «ИХС». ФИО4 являлся единственным участником ООО «ИХС», и соответственно, мог самостоятельно действовать от имени ООО «ИХС».

Таким образом, по мнению истца обязанность по подаче заявления в суд о признании ООО «ИХС» банкротом возникла у ФИО4 и у ФИО5 в мае 2016 года, после соблюдения сроков проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества.

Также истец считаем, что ФИО3 с соответствующим решением о банкротстве ООО «ИХС» обязан был обратиться в суд сразу (в сентябре 2016 года) после внесения 24.08.2016 записи в ЕГРЮЛ ООО «ИХС» о смене руководителя и учредителя, т.к. фактически ООО «ИХС» по-прежнему не могло исполнять денежные обязательства перед своими кредиторами, а ФИО3- новым руководителем и единственным учредителем ООО «ИХС» с 24.08.2016 каких-либо действий по исправлению ситуации предпринято не было.

Как следует из материалов дела, ООО «ИХС» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 29.01.2014, уставный капитал 10 000руб.; учредитель ФИО4 (100%). Согласно решению №1 единственного учредителя ООО «ИХС» от 20.01.2014 директором общества назначен ФИО5 Согласно приказу №1-к от 30.01.2014 ФИО5 назначен на должность директора с 30.01.2014.

На основании договора от 16.08.2016, заключенного между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель), продавец продал, а покупатель приобрел 100% доли в уставном капитале общества, информация об изменении участника общества внесена в реестра ЕГРЮЛ 24.08.2016 (том 1 л.д. 69-84). Решением №3 от 12.06.2016 ФИО5 с 12.08.2016 снят с должности директора и на должность директора с 12.08.2016 назначен ФИО3 Таким образом, с 24.08.2016 единственным участником и единоличным исполнительным органом становится ФИО3

Истец ссылается на обязанность ФИО4 и ФИО5 по обращению с заявлением о признании должника банкротом в мае 2016 (в иске указано 30.11.2016 наличие признаков неплатежеспособности). По состоянию на май 2016 года ФИО4 являлся учредителем, а ФИО5 директором. По состоянию на 30.11.2016 учредителем и директором являлся ФИО3

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В подтверждение наличия у должника признаков недостаточности имущества и неплатежеспособности истец по сути ссылается лишь на неисполнение обязательств по договорам с ООО «Керриер Рефриджерейшн Рус» от 28.04.2014 и ООО "Северсбыт" от 21.10.2014.

Вместе с тем, наличие задолженности само по себе не свидетельствует о наступлении для руководителя предприятия-должника обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

В материалы дела не представлены доказательства того, что по состоянию на указанные истцом даты должнику были предъявлены требования, которые он не смог погасить ввиду необходимости удовлетворения требований иных кредиторов при отсутствии у него имущества.

Наличие вступивших в законную силу и неисполненных судебных актов само по себе не означает обязанности руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2013 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Истцом не приведены безусловные доказательства того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) задолженность перед кредитором была бы погашена.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилищного фонда.

При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями бывшего руководителя (бывшего учредителя) и банкротством должника в материалы дела не представлено.

Истцом документально не подтверждено наличие необходимой совокупности обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, при которых руководитель должника обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017. 

Статья 61.12 закона о банкротстве введена в действие Федеральным законом №266-ФЗ от 29.07.2017).

Таким образом, ссылка истца на необходимость со стороны ФИО4 и ФИО5 инициировать созыв внеочередного общего собрания участников, не обоснованна.

Кроме того, требование истца о погашении задолженности по договору поставки №21/10/14СГРн от 21.10.201 (задолженность по которому взыскана решением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.12.2016 А43-25472/2016) направлено в адрес должника 17.08.2016 (том 2 л.д. 26), то есть когда произошла смена учредителя и руководства.

Руководитель должника может быть освобожден от субсидиарной ответственности в случае, если им будет доказано, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, и только за тот период, пока выполнение соответствующего плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (абзац 2 пункта 9 постановления N 53).

Согласно представленного в материалы дела заключению о наличии (отсутствия) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства от 04.02.2019 (том 1 л.д. 114-163), за анализируемый период с 29.01.2014 по 01.07.2016 признаки преднамеренного банкротства ООО "ИХС" и основания для проведения проверки наличия признаков фиктивного банкротства, отсутствовали.

Из представленных ФИО4 договоров (договор № 21/10/14 СЕРн от 21.10.2014 между должником и ООО "Северсбыт"; договор №140930 от 30.09.2014 контрагент CREACIONES MARZANZ, S.A.; договор с контрагентом SAS BULK @ CO; договор №22/06/15/АПЧ-2 от 22.06.2015 с контрагентом ООО "Анжелика") следует, что цена договоров привязана к валюте Евро.

В обоснование отсутствия необходимости по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, ответчик ФИО4 указал, что основным показателем для снижения платежеспособности общества явилось резкое изменение курса Евро в декабре 2015-январе 2016 года, именно после указанной даты пошли просрочки в платежах. Согласно заключению о наличии (отсутствия) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства от 04.02.2019 за период с 02.01.2014 по 20.07.2017 не были выявлены сделки и действия (бездействия) органов управления должника, не соответствующие законодательству РФ. Кроме того, сделок, заключенных или исполненных на условиях, не соответствующих рыночным условиям, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности должника и причинило должнику реальный ущерб в денежной форме, также не выявлено (договор №01/02/СД/1 от 01.025.2015 с контрагентом ИП ФИО9, договор №01/09-Полежаева от 01.09.2014 с контрагентом ООО "Декус", договор №01/04-ЭКИ от 01.04.2014 с контрагентом ЗАО "Группа Эки", договор №01/05-Красногорка от 01.05.2014 с контрагентом ООО "Диспетчер", договор №04/03/14/БрИнт от 04.03.2014 с контрагентом ИП ФИО10, договор №22/06/15/АПЧ-2 от 22.06.2015 с контрагентом ООО "Анжелика", договор №21/10/14/СЕРн от 21.10.2014 с контрагентом ООО "Северсбыт", договор №01/15 от 21.01.2015 с контрагентом ООО "Компания СТК", договор №01/09-Прод от 01.09.20147 с контрагентом ООО "Продторг-НН").

Кроме того, в период с апреля 2015 по август 2015 (даты подачи исков в суд) руководством ООО "ИХС" (ФИО4 и ФИО5) предпринимались действия, направленные на взыскание дебиторской задолженности (решение от 13.11.2015 по делу А43-21954/2015, решение от 09.06.2015 по делу А43-8354/2015).

С учетом изложенного суд не усматривает оснований для привлечения ответчиков - ФИО4 и у ФИО5 к субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве.

С августа 2016 года единственным участником и единоличным исполнительным органом общества с ограниченной ответственностью "ИХС" являлся ФИО3, поэтому с сентября 2016 года с заявлением о признании должника банкротом должен был обратиться в суд.

Следует также отметить, что в рамках дела А43-31310/2016 кредитор ООО «Керриер Рефриджерейшн Рус» 09.11.2016 обращался с заявлением о признании ООО "ИХС" банкротом, однако определением от 23.12.2016 указанное заявлено возвращено судом.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, доказательств наличия основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим после сентября 2016 года, в материалы дела не представлено. В заключении о наличии (отсутствия) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства от 04.02.2019 анализируется период с 29.01.2014 по 01.07.2016, бухгалтерский баланс от 30.06.2016 также касается периода с 31.12.2014 по 30.06.2016. Других доказательств не представлено.

Таким образом, основания для привлечения ответчика - ФИО3 к субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, судом не установлены.

Доводы истца, что несмотря на отчуждение доли в уставном капитале общества, до января 2018 года все переговоры с ООО "Северсбыт" вел ФИО4, отклоняются судом как неподтвержденные. Ссылка истца на то, что продажа общества была номинальной для уклонения ФИО4 и ФИО5 от ответственности, отклоняется судом.

В пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на ее формальное исполнение явно недостаточно.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 ГК РФ). Таким образом, мнимость сделки исключает намерение продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от продавца это имущество и уплатить за него цену - с другой.

В соответствии со статьей 21 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании. Участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

По договору от 16.08.2016, заключенномуо между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель), продавец продал, а покупатель приобрел 100% доли в уставном капитале общества, информация об изменении участника общества внесена в реестра ЕГРЮЛ. Договор от 16.08.2016 нотариально удостоверен. Решением №3 от 12.06.2016 ФИО5 с 12.08.2016 снят с должности директора и на должность директора с 12.08.2016 назначен ФИО3

Оценив договор продажи доли от 16.08.2016 на предмет наличия признаков его недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10, 168 и 170 ГК РФ, арбитражный суд пришел к выводу о том, что подлинная воля сторон договора была направлена на установление правоотношений, свойственных для купли-продажи, следовательно, оспариваемый договор признаков мнимой сделки не имеет, доказательств обратного не представлено.

Довод истца на то, что ФИО4 до настоящего времени является учредителем в ООО "ТММ-Криолайн" и ООО "Группа Компаний "АЙС" и до 19.01.2018  ООО "Криолайн" и эти организации имеют внушительные долги перед своими партнерами, само по себе не является основанием для привлечения бывшего учредителя ООО "ИХС" к субсидиарной ответственности.

Как установлено пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Аналогичные основания для привлечения к субсидиарной ответственности установлены в пп.2 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Кроме того в подпункте 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве определена презумпция, предполагающая вину контролирующего должника лица в невозможности погасить требований кредиторов, на которого законом или нормативными актами возложена обязанность по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об обществах с ограниченной ответственностью.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии следующего обстоятельства, а именно документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Дефиницией правовой нормы в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, возложившей ответственность на руководителя за отсутствие документов бухгалтерского учета и/или бухгалтерской отчетности, закреплена обязанность руководителя: по сбору, составлению, ведению, хранению соответствующих документов; отражению в документах достоверной информации.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Согласно разъяснениям пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Как следует из материалов дела, единственным учредителем и единоличным исполнительным органом ООО "ИХС" с августа 2016 года до введения в отношении должника конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего должника, являлся ФИО3

Таким образом, именно ФИО3 являлся лицом ответственным за хранение и передачу конкурсному управляющему необходимой документации.

Материалами дела подтверждается, что в установленные законом сроки обязанность по передаче документации ответчиком исполнена не была, в связи с чем определением Арбитражного суда Нижегородской области от 09.01.2018 по делу А43-37157/2016 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего должника об обязании ФИО3 передать документы.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 07.03.2018 по делу А43-37157/2016 установлено, что из представленного в материалы дела анализа финансового состояния должника за период с 01.01.2015 по 01.01.2016, характеризующих платежеспособность и финансовую устойчивость предприятия, ООО ИХС в течение всего анализируемого периода не имело оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств, в связи с чем баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, а предприятие являлось неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами. Значение коэффициента восстановления платежеспособности составляющее 0.484 указывает на отсутствие в ближайшее время реальной возможности восстановить нормальную платежеспособность. Оборотные активы ООО ИХС в основном формируются за счет дебиторской задолженности. В соответствии с выпиской предоставленной МИФНС России по Нижегородской области от 29.05.2017 года № 03-15/010443, имеется расчетный счет в ПАО НКБ «Радиотехбанк». В соответствии с выпиской ПАО НКБ «Радиотехбанк» денежные средства на счете Должника отсутствуют. В соответствии с выпиской Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости № 00-00-4001/5405/2017-0856 по состоянию на 07.07.2017 в собственности Должника отсутствуют объекты недвижимости. В соответствии с ответом №24/3913 М от 24.07.2017 ГУ МВД России по Нижегородской области МРЭО ГИБДД по состоянию на 24.07.2017 отсутствуют зарегистрированные транспортные средства.

В конструкцию абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве заложена презумпция причинно-следственной связи между непередачей документов бывшим руководителем должника и тем, что должник признан несостоятельным (банкротом). Обратное доказывается бывшим руководителем должника.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям истцу необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать, что отсутствие документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства или что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при проявлении той степени заботливости и осмотрительности, какие от него требовались.

Согласно бухгалтерскому балансу на 31.03.2016 по состоянию на 31.03.2016 ООО "ИХС" имело основные средства в размере 1 145тыс. руб., запасы в размере 2 726тыс. руб., дебиторскую задолженность в размере 51 156тыс. руб. По состоянию на 30.06.2016 ООО "ИХС" имело основные средства в размере 1 328тыс. руб., запасы в размере 1 325тыс. руб., дебиторскую задолженность в размере 50 822тыс. руб. 

Вместе с тем, отсутствие первичной документации, подтверждающей наличие активов, отраженных в выписке по счету, не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу.

Таким образом ответчиком (ФИО3) не доказано, что им приняты все меры для исполнения обязанностей, перечисленных в пункте 1 статьи 6, пункте 3 статьи 17 Закона о бухгалтерском учете; не представлено доказательства того, что он проявил требуемые заботливость и осмотрительность при обеспечении сохранности документации; не представил доказательства того, что принимал меры для восстановления документации; не обосновал, что гибель документации произошла по не зависящим от него причинам, а не является следствием ненадлежащего ее хранения либо совершения лицом иных действий без должной заботы и осмотрительности.

Оценив представленные в материалы дела документы и обстоятельства дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что неисполнение обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему повлекла за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы в полном объеме, взыскания дебиторской задолженности и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Доказательств того, что ФИО3 действовал согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, а его действия (бездействие) совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов, в материалах дела не имеется. 

Указанные обстоятельства являются основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Размер ответственности подтвержден документально, не оспорен, в силу чего требование истца о взыскании 1 269 688руб. 16коп. подлежит удовлетворению за счет ФИО3

Основания для привлечения ответчиков к солидарной субсидиарной ответственности, судом не установлены.

В отношении ответчиков ФИО4 и ФИО5 основания для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренные пп.2,4 п. 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" истцом не заявлены.

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" истцом сделано предложение о присоединении к заявлению путем включения сообщения об этом в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве. Кроме того, истцом в адрес кредиторов предложение о присоединении направлено почтой (том 1 л.д. 96), однако заявлений о присоединении не поступило. Определением от 21.01.2019 заявление общество с ограниченной ответственностью "Компания СТК" о присоединении к требованию в защиту и законных интересов группы лиц, возвращено судом по причине не устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения.

Судебные расходы в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на Харчилаву Б.Р. в сумме 25 697руб. 00коп. и подлежат взысканию в пользу истца.

руководствуясь статьями 110, 112, 150, 167 — 171, 176, 180, 181, 182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с гр. ФИО3, г. Н. Новгород в пользу общества с ограниченной ответственностью "Северсбыт" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), МАРИЙ ЭЛ РЕСПУБЛИКА, ГОРОД ЙОШКАР-ОЛА 1 269 688руб. 16коп. в порядке субсидиарной ответственности, а также 25 697руб. 00коп. расходы по госпошлине.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

В удовлетворении иска к ФИО4 и ФИО5, отказать.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г.Владимир через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента принятия решения. 

В таком же порядке решение может быть обжаловано в арбитражный суд Волго-Вятского округа, г.Нижний Новгород в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого акта, при условии, что он был предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы; если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

СудьяН.А. ФИО1