ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-13321/2024

 

г. Москва                                                                                        Дело № А40-15546/19

17.04.2024 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03.04.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 17.04.2024

 

            Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой, 

судей А.Г. Ахмедова, С.А. Назаровой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего АО КБ «Златкомбанк» на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.02.2024 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об изменении очередности удовлетворения требования кредитора Кима А.Г., вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО КБ «Златкомбанк»,

при участии представителей: согласно протоколу судебного заседания, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.03.2019 года кредитная организация АО КБ «ЗЛАТКОМБАНК» признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего кредитной организации возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В Арбитражный суд города Москвы 15.11.2023 поступило заявление конкурсного управляющего, в котором заявитель просит суд исключить требования Кима А.Г. в размере 32 616 248,83 руб. из состава первой очереди реестра требований кредиторов АО КБ «Златкомбанк»; установить требование Кима А.Г. в размере 32 616 248,83 руб., как требование, подлежащее удовлетворению за счет АО КБ «Златкомбанк» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; взыскать с ФИО1 в пользу АО КБ «Златкомбанк» денежные средства в размере 8 203 437,33 руб., ранее выплаченные ему в ходе расчетов с кредиторами первой очереди реестра требований кредиторов АО КБ «Златкомбанк». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.02.2024 было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об изменении очередности удовлетворения требований кредитора Кима А. Г., включенных в реестр требований кредиторов должника.

Не согласившись с принятым определением, конкурсный управляющий АО КБ «Златкомбанк»  подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе апеллянт указывает на то что судом первой инстанции неверно были истолкованы и применены нормы Закона о банкротстве, регламентирующие порядок и сроки проведения конкурсным управляющим    Банком    судебной    работы    по    исключению    требований  кредиторов  из реестра  требований  кредиторов  Банка.  Данное  обстоятельство  является  основанием  для отмены определения суда в соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 270 АПК РФ. По мнению апеллянта, суд первой инстанции в нарушении ст. 1 ГК РФ применил принцип эстоппеля.

Представитель конкурсного управляющего АО КБ «Златкомбанк» поддержал апелляционную жалобу по доводам, изложенным в ней.

Представитель ФИО1 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

 Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела, между Банком и ФИО1 заключены договоры банковского вклада от 25.01.2016 № 28-ДВ, от 11.02.2016 № 48-ДВ, от 14.11.2018 № 5-ЛД, от 07.06.2016 № 502-ДВ, а также договоры банковского счета №№ 4081…513, 408…010, 408…010.

Требования кредитора Кима А.Г., основанные на указанных выше договорах банковского вклада и банковского счета, включены в первую очередь реестра требований кредиторов в размере 32 616 248. 83 руб. не позднее 17.04.2019 года

В период с 2019 по 2021 гг. Киму А.Г. выплачены денежные средства в размере 8 203 437.33 руб. Таким образом, на текущий момент неисполненными остаются требования в размере 24 412 811,50 руб.

Конкурсный управляющий полагает, что требования Кима А.Г. подлежат исключению из состава первой очереди реестра требований кредиторов АО КБ «Златкомбанк» и установлению, как требования, подлежащие удовлетворению за счет АО КБ «Златкомбанк» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, поскольку кредитор ФИО1 являлся лицом, под контролем которого находился Банк согласно Положению Банка России от 26.12.2017 № 622-П; вышеуказанное лицо было осведомлено о финансовом положении Банка и обладало возможностью влиять на принимаемые в Банке решения, но не осуществляло действий по отзыву своих денежных средств в период имущественного кризиса Банка, что относится к одной из форм предоставления компенсационного финансирования согласно признакам, предусмотренным Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2020 г.

В рамках проверки обстоятельств банкротства Банка установлено, что на начало исследуемого периода (01.12.2016) в Банке отсутствовал признак банкротства в виде недостаточности стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме. Значение показателя достаточности имущества для погашения обязательств Банка перед кредиторами на указанную дату составляло 288 626 тыс. руб. По состоянию на 01.12.2018 значение данного показателя снизилось до отрицательного показателя: «минус» 321 427 тыс. руб. Финансовое положение Банка продолжило ухудшаться, в результате чего на дату отзыва у Банка лицензии (06.12.2018) значение показателя составило «минус» 498 775 тыс. руб.

Как указывает конкурсный управляющий, ФИО1 был осведомлен о финансовом положении Банка и обладал возможностью влиять на принимаемые в Банке решения, но не осуществлял действий по отзыву своих денежных средств в период имущественного кризиса Банка, что может свидетельствовать о попытке вернуть Банк к нормальной предпринимательской деятельности и относится к одной из форм предоставления компенсационного финансирования согласно признакам, предусмотренным Обзором.

Так, ФИО2 являлся бенефициаром Банка, и используя модели поведения, которые противоречат Закону о банкротстве, а также осуществляя имущественное финансирование в условиях финансового кризиса Банка, ответственен как контролирующие Банк лица за наступление этого кризиса, приведшего к его банкротству. Вследствие чего, требования такого лица подлежат исключению из реестра требований кредиторов Банка путем установления этих требований, как требований, подлежащих удовлетворению за счет Банка в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из того, что конкурным управляющим в материалы дела не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств в обоснование своей правовой позиции, и заявление подано в суд с пропуском трехмесячного срока без каких-либо уважительных причин.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

В силу положений статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу п. 4 ст. 189.85 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий рассматривает предъявленное в ходе конкурсного производства требование кредитора и по результатам его рассмотрения не позднее чем в течение тридцати рабочих дней со дня получения такого требования вносит его в реестр требований кредиторов в случае обоснованности предъявленного требования. В тот же срок конкурсный управляющий уведомляет соответствующего кредитора о включении его требования в реестр требований кредиторов, или об отказе в таком включении в указанный реестр, или о включении в этот реестр требования в неполном объеме. В случае внесения требования кредитора в реестр требований кредиторов в соответствующем уведомлении, направляемом кредитору, указываются сведения о размере и составе его требования к кредитной организации, а также об очередности его удовлетворения.

Согласно п. 1 ст. 189.87 Закона о банкротстве, реестр требований кредиторов ведет конкурсный управляющий. С учетом особенностей, установленных пунктом 10 статьи 189.85 настоящего Федерального закона, в указанный реестр включаются сведения из составленного временной администрацией по управлению кредитной организацией в соответствии со статьей 189.32 настоящего Федерального закона реестра требований кредиторов, который передается конкурсному управляющему в порядке, установленном статьей 189.43 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 3 ст. 189.87 Закона о банкротстве, требования кредиторов по договору банковского вклада и (или) договору банковского счета могут быть включены конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов в размере остатка денежных средств на счете, причитающихся кредитору, по письменному заявлению кредитора на основании сведений, имеющихся в кредитной организации.

Требование кредитора по договору банковского вклада и (или) договору банковского счета, имеющего в соответствии с Федеральным законом "О страховании вкладов в банках Российской Федерации" право на получение страхового возмещения, включается конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов в размере остатка денежных средств на счете, превышающего сумму причитающегося кредитору страхового возмещения.

В случае включения в реестр требований кредиторов требования кредитора без его письменного заявления на основании сведений, имеющихся в кредитной организации, конкурсный управляющий направляет в срок, не превышающий пяти рабочих дней со дня внесения соответствующей записи в реестр требований кредиторов, в порядке, установленном пунктом 4 статьи 189.85 настоящего Федерального закона, уведомление указанному кредитору.

Возражения по содержанию указанного уведомления могут быть заявлены кредитором, а также рассмотрены арбитражным судом в порядке, установленном статьей 189.85 настоящего Федерального закона. Требования кредиторов, по которым не заявлены возражения в срок, предусмотренный пунктом 5 статьи 189.85 настоящего Федерального закона, считаются установленными в размере, составе и очередности удовлетворения, которые определены конкурсным управляющим.

В соответствии с п. 3. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Формой компенсационного финансирования, согласно разъяснениям, данным в указанном Обзоре, также является невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа, предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.), выдача поручительства в условиях имущественного кризиса подконтрольного основного должника, осуществление исполнение чужого обязательства контролирующим лицом в ситуации имущественного кризиса должника, и т. п

При этом, согласно п. 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Как разъяснено в пункте 8 Обзора судебной практики, связанной с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, контролирующее должника лицо, привлеченное к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, не может получить удовлетворение своего требования к должнику наравне с требованиями других кредиторов.

Если в возникновении невозможности исполнения по причине банкротства виноват кредитор, он лишается права требовать возврата той части своего предоставления, которая покрывает убытки должника (п. 1 ст. 6, п. 4 ст. 401, ст. 404, 406 и п. 2 ст. 416 ГК РФ).

Следовательно, если контролирующее лицо виновными действиями создало ситуацию банкротства, т.е. ситуацию, при которой полное исполнение обязательств как перед ним, так и перед другими кредиторами стало невозможно и кредиторы получат лишь часть от причитающегося, такое контролирующее лицо несет риск возникшего неисполнения. Оно не вправе полагаться на то, что при банкротстве последствия его виновных действий будут относиться не только на него, но и на других кредиторов, а значит, контролирующее лицо не может получить удовлетворение в той же очередности, что и независимые кредиторы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2022 N 305-ЭС14-1659(20) по делу N А41-51561/2013, данный пункт не указывает на необходимость субординации требований в зависимости от их правовой природы, а представляет собой частный случай влияния вины самого кредитора, создавшего невозможность исполнения, в том числе, перед ним, на порядок исполнения обязательств.

Суть данной позиции состоит в том, что если невозможность исполнения в виде банкротства возникла по вине кредитора, то он лишается права требовать исполнения обязательства в свою пользу до тех пор, пока не устранит последствия собственного поведения (пункт 4 статьи 1, пункт 1 статьи 6, пункт 4 статьи 401, статьи 404, 406 и пункт 2 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такой подход вытекает и из общего принципа гражданского права, закрепленного в пункте 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, по смыслу которого кредитор не может извлечь преимущества по отношению к другим кредиторам, если его действия (бездействие), за которые он несет ответственность в соответствии с законом, сделали невозможным исполнение другой стороной. Он не вправе перелагать результат своего виновного поведения на других кредиторов, а значит, и не может получить удовлетворение в той же очередности, что и последние.

Определением суда первой инстанции от 01.07.2022, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 18.11.2022 и округа от 20.02.2023, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановлено производство по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части требований, в том числе в части привлечения Кима А. Г. к субсидиарной ответственности, отказано.

ФИО1, являлся акционером Банка начиная с марта 2003 года, на дату отзыва лицензии владел 13,4 % акций. В разные периоды времени был членом Совета директоров (с 05.04.2004 до 01.03.2006; с 05.04.2018 по 26.06.2018) и только с 27.06.2018 года стал Председателем Совета директоров. Сотрудником Банка никогда не являлся

Указанным определением суда от 01.07.2022 установлено, что подписи на восьми протоколах заседания Советов директоров с повесткой дня об одобрении выдачи кредитов заемщикам банка (пять юридических лиц, тринадцать физических лиц), выполнены не ответчиками ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, а иными лицами путем подражания подписей. Кроме того, в материалах дела отсутствовали доказательства соблюдения внутренних правил по созыву и проведению заседаний Совета директоров, действовавших в Банке, в частности, три протокола заседания Совета директоров отсутствуют в материалах дела. Таким образом, в материалах дела отсутствовали относимые, допустимые, достоверные и достаточные доказательства осведомленности ответчиков Кима А.Г., ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 о выдаче Банком технических кредитов 18 заемщикам, т.к. выдача указанных ссуд не получила надлежащего одобрения со стороны данных ответчиков.

Таким образом, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения, в том числе, Кима А. Г. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кроме того, договоры банковского счета были открыты ФИО1 в 2004, 2008 и 2013 соответственно, т.е. более чем за 14, 10 и 5 лет до того, как у Банка появились признаки финансового кризиса. При этом, конкурсным управлявшим не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих, что наличие открытых вкладов и счетов Кима А.Г. в Банке является формой компенсационного финансирования.

Помимо прочего, в Арбитражный суд города Москвы 14.11.2019 года поступило заявление, в котором конкурсный управляющий просит суд признать недействительными сделками банковские операции по списанию денежных средств со счета ФИО1, открытого в АО КБ «ЗЛАТКОМБАНК», в размере 2 250 966,84 руб., совершенную 16.11.2018 года, а также совершенные 19.11.2018 года и 29.11.2018 года банковские операции по выдаче денежных средств ФИО1 в размере 1 319 862 руб. и 10 000 356,16 руб.; применить последствия недействительности сделки.

Определением суда от 28.12.2020 года признаны недействительной сделкой банковские операции по выдаче и списанию денежных средств со счета ФИО1, открытого в АО КБ «ЗЛАТКОМБАНК» в размере 13 571 185 руб., совершенные 16.11.2018 г., 19.11.2018 г., 29.11.2018 г. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу АО КБ «ЗЛАТКОМБАНК» денежных средств в размере 13 571 185 руб.

ФИО1 исполнил указанное определение суда и вернул в конкурсную массу должника 13 571 185 руб.

При этом, обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал, что ФИО1 не осуществлял действий по отзыву своих денежных средств в период имущественного кризиса Банка, что может свидетельствовать о попытке вернуть Банк к нормальной предпринимательской деятельности и относится к одной из форм предоставления компенсационного финансирования.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что данное процессуальное поведение конкурсного управляющего недопустимо, в связи с чем, обоснованно отклонил позицию конкурсного управляющего на основании принципа эстоппель.

Данный принцип вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, установленного пунктами 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Кроме того, конкурсный управляющий выплатил Киму А.Г. денежные средства в размере 8 203 437,33 (последняя выплата 02.07.2021) и спустя длительный период, после отказа в привлечении Кима А. Г. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, направил заявление о понижении очередности удовлетворения его требований.

В пункте 8 Обзора приводится единственное основание для понижения очередности в реестре контролирующего должника лица - привлечение указанного лица к субсидиарной ответственности, а также указывается процессуальный механизм понижения такой очередности - пересмотр судебного акта о включении в реестр кредиторов применительно к статье 311 АПК РФ.

Изменение очередности удовлетворения требований возможно посредством пересмотра судебного акта о включении требований в реестр по новым или вновь открывшимся обстоятельствам (статья 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с соблюдением предусмотренного частью 1 статьи 312 АПК РФ срока для подачи заявления о пересмотре судебного акта, не превышающего трех месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта. Указанная правовая позиция также отражена в Определении Верховного Суда РФ от 29.12.2023 N 305-ЭС18- 19945(18) по делу N А40-196703/2016.

В соответствии с пунктом 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 N 52 (редакция от 20.09.2018) "О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам" установленный частью 1 статьи 312 АПК РФ трехмесячный срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта.

В силу части 2 статьи 312 АПК РФ пропущенный трехмесячный срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам может быть восстановлен судом при условии, если ходатайство о его восстановлении подано не позднее шести месяцев со дня открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта, и если суд признает причины пропуска срока уважительными.

В силу разъяснений Верховного Суда РФ следует, что при применении части 5 статьи 159 АПК РФ необходимо учитывать, что в случае несвоевременной подачи лицом, участвующим в деле, какого-либо ходатайства или заявления такое лицо должно указать на уважительные причины невозможности обратиться с ним ранее и представить соответствующие доказательства (абзац 4 пункта 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции").

Кроме того, согласно п. 14 ст. 189.85 Закона о банкротстве, если после включения требования в реестр требований кредиторов временной администрацией по управлению кредитной организацией или конкурсным управляющим конкурсному управляющему станут известны обстоятельства, свидетельствующие о необоснованном включении такого требования, о наличии которых он не знал и не должен был знать на момент его включения в указанный реестр, в течение трех месяцев с даты, когда стали известны такие обстоятельства, он вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве кредитной организации, с заявлением об исключении этого требования из указанного реестра полностью или частично.

В рассматриваемом случае требования Кима А. Г. были включены в реестр самим конкурсным управляющим не позднее 17.04.2019 года, то есть более чем за 4 года до обращения в суд с настоящим заявлением (15.11.2023 года). Заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности поступили в суд 20.07.2020 года и 13.10.2020 года; определением суда первой инстанции от 01.07.2022, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 18.11.2022 и округа от 20.02.2023, в удовлетворении заявления в части привлечения Кима А. Г. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано. Таким образом, настоящее заявление подано в суд с пропуском трехмесячного срока без каких-либо уважительных причин. 

Правовых оснований для восстановления пропущенного срока у суда не имеется. Обстоятельств, свидетельствующих об уважительных причинах пропуска указанного срока, суду также не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указано на то, что в нарушение ст. 65 АПК РФ конкурным управляющим в материалы дела не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств в обоснование своей правовой позиции.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения Арбитражного суда города Москвы.

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены и принятого по делу судебного акта в соответствии с ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции не установлены.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 06.02.2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                     Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи:                                                                                А.Г. Ахмедов

 С.А. Назарова