ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

11 апреля 2022 года

Дело №А56-19264/2016/суб.1

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 апреля 2022 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

 

при участии:  

- конкурсного управляющего ООО «Департамент инвестиционных торгов»  ФИО2 по паспорту; 

- от кредитора ООО «Новоиндекс»: представителя ФИО3 по доверенности от 18.02.2019;

- от ответчика ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 27.02.2019; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-39060/2021) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.10.2021 по обособленному спору № А56-19264/2016/суб.1 (судья ФИО6), принятое по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Департамент инвестиционных торгов», 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Новоиндекс» (далее –ООО «Новоиндекс») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Департамент инвестиционных торгов» (далее – ООО «Департамент инвестиционных торгов») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 30.03.2016 заявлениеООО «Новоиндекс» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 08.06.2016 в отношенииООО «Департамент инвестиционных торгов» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 06.08.2016№ 142.

Решением суда первой инстанции от 29.11.2016 ООО «Департамент инвестиционных торгов» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 04.02.2017№ 21.

Общество с ограниченной ответственностью «Новоиндекс» (далее – ООО «Новоиндекс») 22.04.2019 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО8 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда первой инстанции от 30.05.2019 арбитражный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда первой инстанции от 23.07.2019 заявление ООО «Новоиндекс» принято к производству как обособленный спор с индексом суб.1.

Определением суда первой инстанции от 20.09.2019 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 09.10.2019 (зарегистрировано 26.10.2019) также обратился в суд первой инстанции с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 и ФИО8 солидарно в размере 11 703 655 руб. 

Определением суда первой инстанции от 10.11.2019 данное заявление принято к производству как обособленный спор с индексом суб.2. 

Определением суда первой инстанции от 18.12.2019 обособленные споры № А56-19264/2016/суб.1 и № А56-19264/2016/суб.2 объединены для совместного рассмотрения с присвоением объединенному делу № А56-19264/2016/суб.1, к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО9.

Определением суда первой инстанции от 05.08.2020 производство по заявлению в части привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности прекращено.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2020 определение суда первой инстанции от 05.08.2020 в части прекращения производства по заявлению о привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности отменено, дело направлено в суд на новое рассмотрение.

Определением суда первой инстанции от 23.05.2021 ответчик ФИО9 заменена на правопреемника ФИО4.

Определением суда первой инстанции от 22.10.2021 ФИО4 и ФИО8 солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по обособленному спору приостановлено в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 22.10.2021 по обособленному спору № А56-19264/2016/суб.1 отменить в части его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, заявителями пропущен годичный срок исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующего должника к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Департамент инвестиционных торгов»; заявителями неправильно определены обстоятельства возникновения у должника признаков неплатежеспособности и совершения сделки по реализации недвижимого имущества должника.  

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель ООО «Новоиндекс» и конкурсный управляющий ФИО2 просили оставить обжалуемое определение без изменения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, в период с 22.10.2014 по 18.06.2015 генеральным директором и единственным учредителем ООО «Департамент инвестиционных торгов» являлся ФИО4.

С 18.06.2015 до даты открытия конкурсного производства (29.11.2016) генеральным директором и единственным участником должника являлся ФИО10.

В обоснование заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ФИО2 и конкурсный кредитор ООО «Новоиндекс» указывают на совершение ФИО4 действий по заключению крупной сделки (выводу основного ликвидного имущества должника) в пользу аффилированного лица, которая привела к банкротству ООО «Департамент инвестиционных торгов».

Суд первой инстанции, привлекая ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходил из того, что совершенные ответчиком действия не отвечали требованиям добросовестности, разумности, соответствия интересам должника и кредиторов; представляли собой вывод ликвидного актива (недвижимого имущества) при сознательном игнорировании имущественных интересов кредиторов, чьи требования включены в реестр и не удовлетворены к дате судебного разбирательства; а также привели к противоправному и существенному уменьшению имущества должника и, как следствие, причинили вред имущественным правам кредиторов должника.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Заявители ссылаются на то, что сделка по продаже недвижимого имущества (единственного ликвидного актива должника), повлекшая банкротство последнего, заключена в марте 2015 года, следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Данное основание для привлечения к субсидиарной ответственности не утратило своей актуальности и в настоящее время содержится в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ныне действующей редакции Закона                      № 266-ФЗ.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и новой нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. 

Таким образом, заявитель обязан доказать совершение контролирующим должника лицом сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Из разъяснений пунктов 16 и 17 постановления Пленума № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

При этом субсидиарная ответственность контролирующего должника лица наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472, суд должен проверить, каким образом действия контролирующего лица повлияли на финансовое состояние должника.

Как следует из бухгалтерского баланса должника за 2014 год, баланс должника составлял 12 263 000 руб., при этом размер основных средств был равен 8 632 000 руб. (строка 1150 баланса), что составляет 70,39% от общего баланса ООО «Департамент инвестиционных торгов».

Основным средством ООО «Департамент инвестиционных торгов» являлось нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, лит. А, помещение 17-Н, кадастровый номер 78:14:0007649:2258.

При этом указанное имущество находилось в залоге у Комитета по управлению городским имуществом, с которым 27.06.2014 был заключен договор купли-продажи нежилого помещения № 3537-ПП.

ФИО4, будучи руководителем должника, 17.03.2015 принял решение об отчуждении названного нежилого помещения, в связи с чем 27.03.2015 направил в адрес ОАО «Фонд имущества Санкт-Петербурга» заявление о согласовании продажи объекта. 

09.04.2015 между ООО «Департамент инвестиционных торгов» в лице генерального директора ФИО4, ФИО9 (являвшейся на дату сделки матерью должника) и Комитетом по управлению городским имуществом в лице ОАО «Фонд имущества Санкт-Петербурга» заключен договор купли-продажи нежилого помещения с кадастровым номером 78:14:0007649:2258, общей площадью 108,8 кв. м.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права № 8-78/034-78/070/034/2015-426/2 государственная регистрация перехода права собственности на нежилое помещение от ООО «Департамент инвестиционных торгов» на ФИО9 осуществлена 22.06.2015.

В результате заключения рассматриваемой сделки с аффилированным лицом из собственности должника выбыло более 70% его активов.

При этом на дату выбытия указанного имущества у ООО «Департамент инвестиционных торгов» имелись неисполненные обязательства перед ООО «Новоиндекс» в размере 3 599 000 руб. основного долга (определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2015 по делу № А56-78297/2014), которые послужили основанием для обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Сделка по продаже единственного актива была оспорена в рамках дела о банкротстве ООО «Департамент инвестиционных торгов».

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.11.2019 по обособленному спору № А56-19264/2016/сд.1, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2020 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.08.2021, вышеуказанная сделка признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В рамках данного обособленного спора судами трех инстанций установлено, что на дату совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности. Совершение сделки было нацелено на создание номинального собственника, для исключения возможности кредиторам должника получить удовлетворение за счет недвижимого имущества. Сделка являлась мнимой. В результате совершенной сделки, хоть и имущество выбыло из собственности ООО «Департамент инвестиционных торгов», ФИО4 продолжал осуществлять им пользование.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Названные обстоятельства опровергают довод ФИО4 о том, что названная сделка совершена в интересах должника, поскольку помещение находилось в залоге с невыплаченной суммой задолженности более 7 млн. руб.

Поскольку нежилое помещение с кадастровым номером 78:14:0007649:2258 являлось основным ликвидным имуществом ООО «Департамент инвестиционных торгов», было отчуждено должником в лице генерального директора ФИО4 при появлении у должника первых признаков несостоятельности (банкротства), отчуждение недвижимого имущества привело к невозможности погашения требований кредитора, то суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделка в масштабах деятельности должника являлась существенной, доля нежилого помещения в балансе общества составляла более 70%, а действия по отчуждению ликвидного актива при наличии долгов безусловно повлекло объективное банкротство ООО «Департамент инвестиционных торгов», так как должник лишился любой возможности погасить имеющиеся обязательства.

При таких условиях ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за совершение сделки по отчуждению недвижимого имущества в пользу аффилированного лица, приведшей к банкротству должника и невозможности погашения требований кредиторов. 

Довод подателя апелляционной жалобы о пропуске заявителями срока исковой давности по обращению в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, отклоняется апелляционным судом с учетом следующего.

По общему правилу исковая давность исчисляется в соответствии с действующим на момент совершения правонарушения правовым регулированием (пункт 1 статьи 4 ГК РФ). 

Вменяемые ФИО4 нарушения имели место в марте 2015 года, то есть в период действия правил о субсидиарной ответственности в редакции до внесения изменений Законом № 266-ФЗ.

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, действовавшей на дату отчуждения недвижимого имущества) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Данная норма абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ; трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. Срок исковой давности исчисляется со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Процедура конкурсного производства в отношении ООО «Департамент инвестиционных торгов» открыта 29.11.2016, тогда как с соответствующими заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный кредитор и конкурсный управляющий обратились 22.04.2019 и 09.10.2019 соответственно. При таких обстоятельствах объективный трехгодичный срок исковой давности ими пропущен не был. 

По смыслу действовавшего на момент обращения кредитора                             ООО «Новоиндекс» с первым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности (22.04.2019) абзаца 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 названного Закона, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

О сделке, направленной на отчуждение недвижимого имущества, было известно временному управляющему ФИО7, который отразил указанную информацию в анализе финансового состояния должника, составленном 09.11.2016.

Поскольку заявления о привлечении к субсидиарной ответственности поданы   22.04.2019 (первое) и 09.10.2019, то трехгодичный срок исковой давности, исчисленный с 09.11.2016 по правилам абзаца 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, не пропущен.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.10.2021 по обособленному спору № А56-19264/2016/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

 Н.А. Морозова