АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6098/2022

22 декабря 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Кучеренко С.О., Кушнаревой И.Ф.

при участии: 

представителя акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» – ФИО1, по доверенности от 21.11.2022;

представителя ФИО2 – ФИО3 (онлайн), по доверенности от 03.02.2022;

лично финансового управляющего ФИО4 (онлайн);

рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием  с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк»                    (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 119034, 

<

...>)

на определение Арбитражного суда Приморского края от 03.03.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022

по делу № А51-20201/2020

по заявлению финансового управляющего ФИО4

об урегулировании разногласий

в рамках дела о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Территориальный отдел опеки и попечительства по Артемовскому городскому округу 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее также – должник) обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 22.01.2021 заявление должника принято к производству, возбуждено производство               по делу № А51-20201/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Решением Арбитражного суда Приморского края от 17.02.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4.

В рамках настоящего дела о банкротстве финансовый управляющий 28.09.2021 обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением           об урегулировании разногласий, возникших между финансовым управляющим и конкурсным кредитором – акционерным обществом «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк», Банк) относительно того, подлежит ли включению в конкурсную  массу должника следующее имущество: земельный участок, кадастровый номер: 25:27:030204:1555, разрешенное использование: для строительства индивидуального жилого дома, общая площадь: 1 200 кв.м., место нахождения: 

<

...> (далее – земельный участок); жилой дом, кадастровый номер: 25:27:030204:12518, общая площадь: 235,8 кв.м., место нахождения: 

<

...> (далее – дом, жилой дом).

Определением суда от 08.02.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Территориальный отдел опеки и попечительства по Артемовскому городскому округу.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 03.03.2022, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022, в порядке разрешения разногласий между финансовым управляющим и АО «Россельхозбанк» судом определено, что земельный участок и жилой дом подлежат исключению из конкурсной массы должника.

В кассационной жалобе АО «Россельхозбанк» (далее также – заявитель, кассатор) просит определение суда первой инстанции от 03.03.2022, апелляционное постановление от 17.10.2022 отменить, принять новый судебный акт.

Заявитель ссылается на то, что согласно данным Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) исключенный                  судом первой инстанции из конкурсной массы ФИО2 жилой дом имеет площадь 235,8 кв.м., что превышает нормы предоставления жилого помещения в Артемовском городском округе в 4,5 раза. Настаивает на позиции  о том, что жилой дом общей площадью 113,9 кв.м., принадлежащий на праве собственности супруге должника – ФИО5, должен быть отнесен к еще одному жилью, в котором возможно проживание должника и членов его семьи. 

Также кассатор ссылается на злоупотребление ФИО2 правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), которое привело к искусственному созданию положения, формально позволяющего квалифицировать жилой дом и земельный участок в качестве единственного пригодного для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи.

Определениями от 23.11.2022, 19.12.2022, 20.12.2022, соответственно, указанная кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, заседание по ее рассмотрению назначено на               14 часов 30 минут 20.12.2022; удовлетворены поступившие от финансового управляющего и представителя ФИО2 ходатайства об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции и организовано проведение онлайн-заседания.

В представленных в материалы дела отзывах на кассационную жалобу ФИО2 и финансовым управляющим имуществом должника приведены возражения по изложенным в ней кассатором доводам, позиции о законности и обоснованности принятых судами первой и апелляционной инстанций судебных актов.

В судебном онлайн-заседании суда округа представитель                            АО «Россельхозбанк» поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить обжалуемые судебные акты, сославшись на аргументы, изложенные в поданной жалобе, и пояснив суду, что в данном случае речь идет не о предоставлении ФИО2 замещающего жилья, а о наличия возможности вселения должника и членов его семьи в принадлежащий супруге должника – ФИО5 на праве личной собственности жилой дом (в котором, как установили суды, проживают ее родители и родной брат). 

Представитель ФИО2 и финансовый управляющий          ФИО4 возразили на доводы жалобы кассатора, также сославшись на аргументы, изложенные ранее в представленных письменных отзывах. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения судебного акта суда кассационной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание окружного суда не явились, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в соответствии с частью 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и действуя в пределах предоставленной суду кассационной инстанции законом компетенции, исходя из конкретных аргументов рассмотренной кассационной жалобы, а также в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда по доводам кассатора не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 17.05.2021 финансовым управляющим составлена опись имущества должника, согласно которой ФИО2 на праве собственности, в частности, принадлежат земельный участок общей площадью 1 200 кв.м. и жилой дом общей площадью 235,8 кв.м. по месту нахождения: 

<

...>. 

Земельный участок приобретен ФИО2 на основании договора купли-продажи от 13.02.2013, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 25-АБ № 917908, выданным 28.02.2013 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю. Право собственности должника на дом зарегистрировано 09.10.2018 согласно выписке из ЕГРН        от 11.08.2021; при этом из выписки усматривается, что год завершения строительства дома – 2018. Согласно техническому паспорту от 14.09.2018 жилой дом состоит из четырех комнат, имеющих общую площадь 112,7 кв.м. (жилая площадь жилого дома).

Иные жилые помещения согласно описи финансового управляющего в собственности должника отсутствуют.

Согласно представленному в материалы дела свидетельству, выданному Управлением ЗАГС администрации Артемовского городского округа Приморского края, должник с 11.09.2004 состоит в зарегистрированном браке с ФИО5, соответственно, земельный участок приобретен в собственность должника, а дом построен и оформлен в собственность должника в период брака. 

Таким образом, спорные дом и земельный участок в силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имеют режим совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО5

В соответствии с записями отдела по вопросам миграции Отдела Министерства внутренних дел России по г. Артему, содержащимися в паспортах супругов ФИО2 и ФИО5, свидетельствами о регистрации по месту жительства ФИО6, ФИО7 (несовершеннолетние дети должника и его супруги) названные лица зарегистрированы в спорном жилом доме с 15.11.2018.

Финансовым управляющим от Банка 13.09.2021 получено письмо с требованием о включении вышеуказанного имущества ФИО2 в конкурсную массу должника. 

Ссылаясь на вышеизложенное, а также на нормы предоставления площади жилого помещения по договору социального найма в Артемовском городском округе и полагая, что спорные земельный участок и жилой дом подлежат исключению из конкурсной массы должника в отсутствие иного пригодного для постоянного проживания помещения, финансовый управляющий инициировал судебную процедуру разрешения возникших с Банком соответствующих разногласий.

В ходе  рассмотрения спора в суде первой инстанции должник выразил согласие с позицией финансового управляющего о необходимости исключения из конкурсной массы дома и земельного участка в связи с тем, что дом является единственно пригодным для проживания помещением должника и членов его семьи, также указав, что иной жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...>, не могут быть включены в конкурсную массу, поскольку названное имущество приобретено супругой должника на основании договора дарения, а также не могут быть отнесены к жилью, пригодному для проживания должника и членов его семьи, поскольку в этом жилом объекте проживают родители супруги должника – ФИО8, ФИО9, а также ее брат – ФИО10, притом, что общая жилая площадь данного дома составляет                 69,8 кв.м.

Разрешая обособленный спор, суд первой инстанции, с позицией которого согласился суд апелляционной инстанции, пришел к выводу необходимости исключения спорного жилого дома с земельным участком из конкурсной массы как единственного пригодного для проживания помещения для должника и членов его семьи.

Суд округа, рассмотрев доводы жалобы кассатора и действуя, как выше указывалось, в пределах определенной законом компетенции суда кассационной инстанции, не усматривает правовых оснований не согласиться с выводами нижестоящих судов.

Пунктом 1 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусмотрено, что все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве. 

Пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве установлено, что из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, далее – ГПК РФ). 

Исходя из положений абзаца 2 и 3 пункта 1 статьи 446 ГПК РФ, взыскание не может быть обращено на принадлежащее гражданину должнику на праве собственности жилое помещение (его части) и соответствующий земельный участок, если для гражданина должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением вышеуказанного имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание. 

Указанные ограничения (запрет обращать взыскание на принадлежащее должнику не обремененное залогом жилое помещение, являющееся для него единственным пригодным для проживания) направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О).

Установленный положением абзаца второго части первой статьи 446 ГПК РФ имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей) в целях реализации конституционного принципа соразмерности при обеспечении защиты прав и законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника как участников исполнительного производства должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, далее – Постановление № 11-П).

Пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника             (в том числе, его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Из буквального толкования приведенных норм права и разъяснений высших судебных инстанций следует, что жилое помещение может быть исключено из конкурсной массы при наличии совокупности следующих условий: жилое помещение принадлежит гражданину-должнику на праве собственности, гражданин-должник и члены его семьи совместно проживают в данном помещении и для гражданина-должника и членов его семьи данное помещение является единственным пригодным для постоянного проживания.

При этом по общему правилу члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с самим собственником (часть 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

При проверке заявленных Банком возражений (указанных также в кассационной жалобе) судами по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ установлено, что между ФИО8 (даритель) и ФИО5 (одаряемая) 05.04.2016 заключен договор дарения, согласно которому даритель безвозмездно передает в собственность одаряемой жилой дом с кадастровым номером 25:27:030106:10002, площадью 113,9 кв.м., количество этажей: 2, находящийся по адресу: 

<

...>; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: отдельно стоящие односемейные дома с участками, площадь: 1 089 кв.м., кадастровый номер: 25:27:030106:456, находящийся по адресу: 

<

...>.

Согласно выписке из ЕГРН в отношении жилого дома с кадастровым номером 25:27:030106:10002, представленной Банком в суд первой инстанции, право собственности супруги должника зарегистрировано 17.05.2016, при этом, как указано выше, брак между ФИО5 (ранее – ФИО11) и ФИО2 заключен 11.09.2004, доказательств расторжения брака в материалы дела не представлено.

На основании изложенного суды констатировали, что поскольку право собственности на жилой дом с кадастровым номером 25:27:030106:10002 и земельный участок с кадастровым номером 25:27:030106:45 возникло у ФИО5 на основании договора дарения, названное имущество является личной собственностью супруги должника (часть 1 статьи 36                СК РФ), на которое не распространяется совместный режим имущества супругов и которое не может быть включено в конкурсную массу и не подлежит реализации в рамках дела о банкротстве должника.

Кроме того, судами установлен и не опровергнут Банком  надлежащими доказательствами факт проживания в спорном доме с кадастровым номером 25:27:030106:10002 родителей ФИО5 и ее брата.

Применительно к изложенному, а также приняв во внимание, что в жилом доме, расположенном по ул. Крылова, д. 39 (состоящим из трех комнат) общей площадью 113,9 кв.м., жилой площадью 69,8 кв.м, уже проживают три человека, суды заключили, что проживание в этом же доме еще и должника и членов его семьи (в том числе двух несовершеннолетних детей) не будет обеспечивать гарантированные Конституцией Российской Федерации нужды всех вышеперечисленных лиц в условиях нормального существования, а также нарушит нормы обеспеченности жильем достаточного уровня в отношении всех названных лиц, учитывая наличие в доме лишь 3 жилых комнат для 7 человек, из которых 2 супружеские пары, 2 несовершеннолетних детей и один взрослый.

При таких обстоятельствах и в отсутствие в материалах дела доказательств принадлежности должнику на каком-либо правовом основании иных жилых помещений, суды пришли к выводу о том, что  в данном случае единственным жилым помещением, которое принадлежит должнику и может быть признано в качестве единственного пригодного для проживания, является спорный дом, расположенный по ул. Арсеньева, д. 39.

Критически оценивая доводы Банка о необходимости признания данного дома по ул. Арсеньева, 39 роскошным жильем с целью его реализации и приобретения замещающего жилого помещения гражданину-должнику, а также о недобросовестности должника по приданию спорному имуществу статуса единственного жилья, суды двух инстанций руководствовались данным в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П толкованием института исполнительского иммунитета при оценке конституционности части 1 статьи 446 ГПК РФ, правовыми позициями Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации и Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в определениях от 07.10.2021 № 304-ЭС21-9542(1,2),  от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004 и в Постановлении № 11-П, соответственно, и исходили как из недоказанности факта того, что спорный жилой дом (площадью 235,8 кв.м., включая все технические и вспомогательные помещения; притом, что жилая площадь помещений составляет 112,7 кв.м.) по своим иным критериям (например, по месту расположения в населенном пункте, по окружающей инфраструктуре, по техническим решениям строительства и художественному оформлению жилого дома) может относиться к категории роскошного жилья, так и недоказанности того, что использование дома превышает разумную потребность в жилище должника и членов его семьи, состоящей из 4-х человек, в том числе двух несовершеннолетних детей (2006 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения).

Кроме того, приняв во внимание выводы, изложенные в отчете общества с ограниченной ответственностью «Римско Эксперт-Консалтинг» об оценке домовладения № 7638 по состоянию на 25.02.2022 о рыночной стоимости спорного жилого дома и земельного участка – 11 290 000 руб., суды также мотивированно критически отнеслись к представленным Службой по работе с обеспечением исполнения обязательств                               АО «Россельхозбанк» сведениям об общей рыночной стоимости спорных объектов в размере 19 230 000 руб., в связи с чем, помимо прочего, также заключили, что доходы от продажи единственного жилья ФИО2, учитывая сопутствующие издержки по продаже и покупке замещающего жилья, текущие расходы по делу о банкротстве, факт нахождения спорного имущества в совместной собственности с супругой должника, не приведет к удовлетворению требований кредиторов (учтенных в реестре в сумме порядка 80 000 000 руб.) в сколько-либо значительном объеме (процентом соотношении), то есть в данном конкретном случае и с учетом иной установленной и перечисленной выше совокупности обстоятельств по делу (включая количество членов и возрастной состав семьи должника, количество приходящейся на них площади в спорном объекте, сведения об общем размере жилой площади, потенциальной сумме погашенной задолженности, вероятности снижения стоимости имущества в ходе проведения банкротных торгов) отказ от исполнительского иммунитета не будет иметь реального экономического смысла как эффективного способа погашения требований кредиторов, но выполнит фактически карательную (как средство устрашения должника) функцию за неисполненные долги.

Возражая относительно указанного вывода, Банком не представлено доказательств обратного; по существу, последним иначе оцениваются имеющиеся доказательства, что не может являться для суда округа основанием для отмены обжалуемых судебных актов; при этом позиция Банка о злоупотреблении правом должником (статья 10 ГК РФ) применительно к предмету данного обособленного спора также не нашла своего документального подтверждения в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций.

При таких обстоятельствах и вопреки позиции заявителя кассационной жалобы, вывод судов первой и апелляционной инстанций о необходимости исключения спорного жилого дома с земельным участком из конкурсной массы как единственно пригодного для проживания помещения должника и членов его семьи сделан по результатам полного и всестороннего исследования и совокупной оценки доказательств, представленных в материалы дела, и установленных на их основании фактических обстоятельств. 

Таким образом, приведенные Банком в кассационной жалобе доводы (идентичные доводам апелляционной жалобы и позиции кредитора в целом в при рассмотрении судами настоящего спора) не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке, поскольку, как указано, по сути сводятся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций об обстоятельствах дела и направлены на изменение данной судами оценки доказательств.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов              (статья 288 АПК РФ), окружным судом не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 03.03.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2022         по делу № А51-20201/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу –  без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков                   

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко         

 

И.Ф. Кушнарева