1046/2023-317868(2) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-87746/2022

Дело № А40-97741/12

г. Москва

15 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 15 ноября 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Захарова С.Л., судей Лапшиной В.В., Шведко О.И. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения  дела в суде первой инстанции заявления конкурсного управляющего на определение  Арбитражного суда города Москвы от 17.08.2020 по делу № А40-97741/12 (123-260) в  рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Капитал-Строй Проект» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>), конкурсного управляющего о привлечении к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя  должника  

при участии в судебном заседании: от ФИО2: ФИО3 по дов. от 26.10.2022 ФИО4 - лично, паспорт иные лица не явились, извещены, 

У С Т А Н О В И Л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Капитал-Строй Проект»  (далее – должник) его конкурсный управляющий ФИО5 обратилась в суд с  заявлением о привлечении Фишера И.В., ФИО6 солидарно к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника в размере 58 402 717,28 руб.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2018 (с учетом  определения от 26.11.2018 об исправлении опечатки) в качестве соответчика по спору  привлечен ФИО4  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.08.2020 частично  удовлетворено заявление управляющего, ФИО6, ФИО4 солидарно  привлечены к субсидиарной ответственности в размере 58 402 717,28 руб., в  удовлетворении требований к Фишеру И.В. отказано.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО7,  ФИО4 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с  апелляционными жалобами, в которых просили:  

- Михайлова (Репина) А.Е. – отменить определение суда, рассмотреть спор по  правилам суда первой инстанции, принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении требований о привлечении ее к субсидиарной ответственности;  

- ФИО4 – отменить определение суда в части привлечения его к  субсидиарной ответственности и принять в указанной части новый судебный акт об  отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.  

В качестве одного из доводов заявители ссылались на то, что они не были  извещены судом о рассмотрении настоящего спора.  

Определением от 07.02.2023 апелляционный суд, руководствуясь частью 6.1  статьи 268, пунктом 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации перешел к рассмотрению настоящего обособленного спора по  правилам суда первой инстанции, в связи с отсутствием в деле доказательств  надлежащего извещения ответчиков о рассмотрении настоящего спора. Допущенные  судом нарушения норм процессуального права являются безусловным основанием для  отмены принятого по спору судебного акта.  

Судебное разбирательство по рассмотрению заявления конкурсного  управляющего неоднократно откладывалось апелляционным судом в связи с  направлением запросов в государственные органы и учреждения о предоставлении  документов, имеющих значение для рассмотрения дела с учетом доводов и возражений  ответчиков.  

В судебном заседании 18.10.2023 дело рассматривалось по существу. 

Представитель ФИО7 и ФИО4 возражали  против удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении их к  субсидиарной ответственности. ФИО8 и конкурсный управляющий, извещенные  о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились. От конкурсного  управляющего поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.  

Изучив материалы дела, выслушав объяснения участников судебного  разбирательства, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства, суд  апелляционной инстанции установил следующее.  

Как следует из материалов дела, определением от 23.07.2012 принято заявление  ООО «Строительные машины» о признании должника несостоятельным (банкротом),  возбуждено производство по делу о банкротстве. Решением от 12.04.2013  (резолютивная часть от 11.04.2013) должник признан несостоятельным (банкротом), в  отношении него открыто конкурсное производство.  

Полагая, что банкротство должника вызвано действиями контролирующих  должника лиц, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении  их к субсидиарной ответственности.  

В обоснование заявления управляющий указал на то, что Фишером И.В.,  являвшимся руководителем должника на дату открытия конкурсного производства  (11.04.2013), не исполнено решение суда о передаче управляющему документов и  имущества должника. Непередача документации не позволила полноценно провести  работу по формированию конкурсной массы, в результате чего не были погашены  требования на сумму 58 402 717,28 руб.  

Также управляющий указал на совершение должником в преддверии  банкротства сделки по отчуждению основного ликвидного актива должника – квартир  в г. Красногорск Московской области в пользу ООО «О.П.Т», решение о совершении  которой было принято участником должника ФИО6  

Кроме того, управляющий сослался на неисполнение контролирующими  должника лицами обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве.  

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО7 указывала на то, что она не имела отношения к деятельности должника, никакие  документы от имени должника не подписывала, решение об отчуждении квартир не  принимала, о том, что она числится участником должника узнала в результате  ознакомления с материалами настоящего дела в октябре 2022 г.  

Согласно доводам Соколовского С.О. он также не имел отношения к  управлению должником, поскольку на тот момент времени (2011-2012 гг.) проживал в  г. Чита Забайкальского края, обязанность по передаче документов должника является  для него неисполнимой, поскольку соответствующие документы у него отсутствуют;  совершение в период, когда он числился руководителем должника сделок по продаже  квартир не может свидетельствовать о недобросовестности и неразумности его  действий, поскольку согласно пункту 4 договоров купли-продажи стоимость квартир  была оплачена покупателем в полном объеме; соответствующие сделки от имени  должника подписаны Репиной; поскольку его полномочия были прекращены вскоре  после заключения сделок он не имел каких-либо механизмов для осуществления  контроля за зачислением и расходованием полученных денежных средств.  

В свою очередь ФИО8 еще при рассмотрении дела в суде первой  инстанции представил отзыв на заявление, в котором указал, что стал руководителем  должника незадолго до возбуждения дела о банкротстве; возглавить общество ему  предложила ФИО6; вместе с тем дела от предыдущего руководителя Фишеру не  передавались, документы должника он не принимал, поскольку бывший руководитель  ФИО4 и учредитель ФИО6 после внесения изменений в ЕГРЮЛ не  выходили на связь.  

Апелляционный суд, рассмотрев настоящее дело по правилам суда первой  инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно абзацу 34 статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве) (здесь и далее – в редакции Федерального закона от  28.04.2009 № 73-ФЗ, применимой к спорным отношениям) контролирующее должника  лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом  определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или  членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на  руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности,  контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной  комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности,  нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от  имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более  процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной  долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной)  ответственностью).  

Как установлено судом, ФИО7 являлась руководителем  должника с 08.06.2011 по 09.10.2011, а также является единственным участником  должника с 27.04.2011 по настоящее время.  

ФИО4 являлся руководителем должника с 10.10.2011 по 17.06.2012. 

ФИО8 являлся руководителем должника с 18.06.2012 по 11.04.2023 (дата  открытия конкурсного производства).  

Таким образом, указанные лица по смыслу абзаца 34 статьи 2 Закона о  банкротстве подлежат признанию контролирующими должника лицами.  

Относительно доводов управляющего о неисполнении контролирующими  должника лицами обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника суд  отмечает следующее.  

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по  подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые  установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена  обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и  подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения  срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к  ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит  установление следующих обстоятельств:  

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;  - момент возникновения данного условия;  

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в  течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;  

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Управляющий в заявлении указал, что признаки неплатежеспособности  возникли у должника не позднее 31.12.2011, однако ни действующим на тот момент  руководителем должника Соколовским, ни последующим руководителем Фишером в  нарушение требований пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве не была исполнена  обязанность по подаче в суд заявления должника о банкротстве; единственный  участник должника ФИО6, зная о неудовлетворительном финансовом состоянии  общества, должна была принять решение о подаче заявления в арбитражный суд о  признании должника банкротом, однако такого решения ей принято также не было.  Указанное бездействие контролирующих лиц привело к тому, что общество приняло на  себя дополнительные долговые обязательства, которые им не были исполнены, в  настоящее время соответствующие требования включены в реестр.  

В заявлении управляющий сослался на обязательства перед следующими  кредиторами, требования которых включены в реестр: ООО «Строительные машины»  (требования включены в реестр определением от 15.10.2012); ООО «Орис Пром»  (требования включены в реестр определением от 23.01.2013); ИП ФИО9  (требования включены в реестр определениями от 18.02.2013, 16.08.2013), ООО «НКО  «Паритет» (требования включены в реестр 16.08.2013), ООО «СанТрест» (требования  включены в реестр определением от 16.08.2013), ФИО10 (требования включены в  реестр определением от 16.08.2013), ООО «Эксперт Групп» (требования включены в  реестр определением от 18.09.2013), ФНС России (требования включены в реестр  определением от 12.12.2013), ФИО11 (требования включены в реестр  определением от 18.02.2014).  

Вместе с тем, апелляционный суд проанализировав указанные судебные акты на  предмет момента возникновения задолженности перед кредиторами установил, что  обязательства должника перед ним возникли до даты, когда по мнению управляющего,  контролирующими лицами должна была быть инициирована процедура банкротства.  

Так поскольку признаки неплатежеспособности, согласно доводу управляющего,  возникли у должника не позднее 31.12.2011, обязанность подать заявление о  банкротстве должна была быть исполнена руководителем не позднее 31.01.2012.  Вместе с тем обязательства должника, перед указанными выше кредиторами как  следует из соответствующих судебных актов возникли до 2012 года. Так, например,  требование ООО «Строительные машины», как следует из решения по делу № А4111683/12, основано на договоре аренды, заключенном 12.01.2011. Общество приняло на  себя соответствующие обязательства в момент заключения договора, то есть в 2011 г.  Факт взыскания задолженности решением от 07.06.2012 не означает, что  задолженность возникла в 2012 г. Требование кредитора ООО «Орис Пром», как  следует из решения о делу № А40-78430/11, основано на актах об оказании услуг по  вывозу мусора, составленных в 2010-2011 гг. Обязательства должника перед  кредитором по оплате услуг возникли в момент подписания соответствующих актов, а  не в момент взыскания долга. Требование кредитора ИП ФИО9, как следует из  определений суда от 18.02.2013 и от 16.08.2013 по настоящему делу, основано на  договоре аренды башенного крана, заключенного 01.07.2009, а также простых векселях  составленных 14.03.2011. Таким образом, обязательства должника перед кредитором  возникли в 2009-2011 гг. Требование ООО «НКО «Паритет», как следует из решения по  делу № А40-36662/12, основано на векселе, составленном 24.09.2009. Таким образом,  

долг перед кредитором возник в 2009 г. Требования кредитора ООО «СанТрест»  возникли из договоров аренды, заключенных в 2009-2010 гг. Требования остальных  кредиторов, поименованных в заявлении управляющего, также возникли ранее 2012  года. В это время на стороне руководителя еще не возникла обязанность по обращению  в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества, а значит, не имел место  обмена кредиторов.  

В этой связи контролирующие должника лица не могут быть привлечены к  субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве по обязательствам  указанных кредиторов. С учетом изложенного заявление управляющего в данной части,  исходя из сформулированных им самим оснований и предмета требований, не  подлежит удовлетворению.  

В отношении ФИО6 апелляционный суд дополнительно отмечает, что в  установленный период неплатежеспособности (не позднее 31.12.2011) Закон о  банкротстве не предусматривал ни права, ни обязанности органа управления, к  компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника,  обращаться в суд с заявлением о банкротстве должника (соответствующая норма  вступила в силу 30.07.2017). В этой связи ссылка управляющего в заявлении на то, что  ФИО6 как единственным участником не было принято решение о необходимости  обращения в суд с заявлением о банкротстве должника является неправомерной.  

В отношении доводов о непередаче управляющему документов должника суд  отмечает следующее.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия  арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии  конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных  органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного  предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника,  собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об  условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для  исполнения обязательств должника). Руководитель должника в течение трех дней с  даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу  бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и  иных ценностей конкурсному управляющему.  

Пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель  должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору,  составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или  принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат  информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор,  регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с  законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.  

В постановлении Президиума ВАС РФ от 06.11.2012 № 9127/12 изложена  правовая позиция о том, что ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10  Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за  организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при  выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов,  регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью  руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному  управляющему бухгалтерскую документацию. Данная ответственность направлена на  обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных  обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о  банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу  должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга,  

исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного  владения и оспаривания сделок должника.  

Ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве,  является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие  положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения  обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не  противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной  стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения  обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей  информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того,  приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и  передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от  него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401  Кодекса).  

Из обстоятельств дела усматривается, что руководителем должника на дату  открытия конкурсного производства являлся ФИО8 Как указал управляющий в  заявлении, последним в нарушение пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве не была  исполнена предусмотренная законом обязанность по передаче конкурсному  управляющему документов и материальных ценностей должника. Неисполнение  руководителем указанной обязанности не позволило полноценно провести работу по  формированию конкурсной массы должника. При этом управляющий указал, что  согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 28.03.2013 у должника  имелись активы на сумму 211 554 000 руб., включая финансовые вложения на сумму 98  755 000 руб., запасы на сумму 13 854 000 руб., дебиторская задолженность на сумму 97  137 000 руб. Вследствие непередачи документов управляющему не удалось  идентифицировать данные активы, в том числе установить дебиторов должника,  основания возникновения задолженности, провести работу по ее взысканию.  

Между тем, апелляционный суд принимает во внимание, что сведения о Фишере  как генеральном директоре были внесены в ЕГРЮЛ 18.06.2012. Заявление кредитора о  признании должника банкротом поступило в суд 17.07.2012, т.е. менее чем через месяц  после внесения сведений о Фишере в ЕГРЮЛ.  

Как указал Фишер в отзыве на заявление, фактически в должность руководителя  он не вступил, дела общества прежним руководителем ему не передавались, трудовой  договор с ним не заключался. После внесения сведений о нем в ЕГРЮЛ он  неоднократно обращался к ФИО6 с просьбой о передаче документов общества,  однако та под всяческими предлогами уклонялась от встречи с ним; на момент  назначения Фишера какая-либо деятельность обществом уже не велась.  

Апелляционный суд, оценив данные пояснения в совокупности с иными  обстоятельствами, приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований для  привлечения Фишера к ответственности за непередачу управляющему документов и  материальных ценностей общества, поскольку материалы дела не содержат  доказательств передачи ему дел общества предыдущим руководителем Соколовским.  

Последний в ходе судебного разбирательства в принципе отрицал свою  причастность к руководству деятельностью общества, в том числе ссылаясь на  недостоверность внесенных в ЕГРЮЛ сведений о нем как о руководителе должника.  

Апелляционным судом в целях проверки указанных доводов в налоговой  инспекции были истребованы материалы регистрационного дела должника. Из  указанных материалов установлено, что запись о Соколовском как руководителе  должника внесена на основании поданного им заявления, подпись на котором  удостоверена нотариусом.  

Согласно части 5 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, подтвержденные  нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если  подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке,  установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был  

отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством  для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в  их совершении.  

При таких обстоятельствах указанные доводы ФИО4 о недостоверности  сведений о нем как руководителе подлежат отклонению, поскольку они опровергаются  имеющимися в деле доказательствами.  

Судом также установлено, что Соколовским от имени должника было подписано  дополнительное соглашение № 1 от 10.05.2012 к договору поставки от 01.07.2011 №  07-01/01, заключенному между должником и ООО «О.П.Т», что опровергает его  доводы о несовершении им каких-либо сделок от имени организации.  

Апелляционный суд критически оценивает довод ФИО4 о неподписании  им указанного дополнительного соглашения, а также представленное им в  подтверждение указанного довода заключение специалиста.  

При этом суд отмечает, что указанное заключение лишь содержит вывод о  невозможности по копии документа определить кем выполнена подпись от имени  ФИО4 в указанном соглашении. Таким образом, само по себе данное  заключение не подтверждает, что содержащаяся в соглашении подпись от имени  ФИО4 ему не принадлежат.  

Помимо факта подписания указанного соглашения судом установлено, что  Соколовским была выдана нотариальная доверенность на ФИО6 (единственный  участник должника) от 20.03.2012 с широким кругом полномочий, включая  полномочия на совершение сделок с недвижимым имуществом.  

Приведенные факты подтверждают вовлеченность ФИО4 в процесс  управления должником (заключение сделок, выдача доверенностей и т.д.).  

На основании этого апелляционный суд приходит к выводу о том, что к  ответственности за непередачу документации должника подлежит привлечению  Соколовский, поскольку весь объем указанной документации должен был быть передан  им последующему руководителю, чего, как было указано выше, им сделано не было.  Доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

В отношении доводов управляющего о совершении контролирующими лицами  сделок, повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов, суд  отмечает следующее.  

Согласно части 4 статьи 10 контролирующие должника лица солидарно несут  субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или)  обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с  кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным  правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц,  или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества,  составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер  ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер  вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего  должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих  удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный  имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и  разумно в интересах должника.  

Из материалов дела следует, что основным ликвидным активом должника  являлись квартиры, расположенные по адресу: 

<

...>.  

Из имеющихся в деле документов, в том числе поступивших по запросу суда из  регистрирующего органа, следует, что ФИО6 как единственным участником  должника 10.05.2012 было принято решение об одобрении сделки по продаже  указанных квартир в пользу ООО «О.П.Т.».  

В этот же день оформлены 11 договоров купли-продажи квартир. Указанные  договоры подписаны от имени должника Репиной А.Е. по доверенности, выданной  Соколовским. Заявления на регистрацию перехода права представлены также Репиной.  

В соответствии с условиями договоров общая стоимость квартир определена  сторонами в размере 59 748 750 руб. Согласно пункту 4 договоров стоимость квартир  оплачена покупателем в полном объеме до подписания договоров.  

Вместе с тем судом установлено, что фактически денежные средства за  квартиры покупателем должнику не передавались.  

10.05.2012 между должником и ООО «О.П.Т.» было заключено вышеупомянутое  дополнительное соглашение к договору поставки от 01.07.2011, в соответствии с  пунктом 1.2 которого поставщик обязался принять принадлежащие должнику квартиры  в счет частичного погашения задолженности последнего по договору поставки,  подтвержденной решением суда по делу № А41-38982/11.  

Таким образом, в результате заключения указанных сделок имущество было  передано ООО «О.П.Т.» в качестве отступного в счет погашения задолженности по  договору поставки.  

Указанные сделки (дополнительное соглашение к договору поставки, договоры  купли-продажи квартир), оформляющие, по сути, сделку по предоставлению  отступного, совершены Соколовским и ФИО6 10.05.2012, то есть менее чем за три  месяца до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.  

На момент совершения сделок у должника имелись неисполненные  обязательства перед другими кредиторами, что подтверждается вышеуказанными  судебными актами.  

Следовательно указанные сделки имели признаки сделок, влекущих оказание  предпочтения одному кредитору перед другими кредиторами (статья 61.3 Закона о  банкротстве).  

Судом установлено, что указанные сделки были оспорены управляющим в  рамках иного обособленного спора, в том числе по основаниям предусмотренным  абзацем пятым пункта 1, пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, однако в  удовлетворении соответствующего заявления было отказано в связи с недоказанностью  осведомленности ООО «О.П.Т.» о наличии у должника признаков  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества на момент совершения  данных сделок (определение от 12.02.2016 по настоящему делу).  

Вместе с тем данное обстоятельство не исключает возможность привлечения к  ответственности контролирующих должника лиц, поскольку в результате их действий  по отчуждению всего ликвидного имущества должника в пользу одного кредитора в  преддверии банкротства должника была утрачена возможность удовлетворения  требований остальных кредиторов.  

С учетом изложенного, апелляционный суд пришел к выводу о том, что  ФИО12 (ФИО6) и Соколовский солидарно подлежат привлечению к субсидиарной  ответственности в связи с совершением ими сделок, повлекших невозможность  удовлетворения требований кредиторов.  

В материалы дела представлены достаточные доказательства, подтверждающие  вину ответчиков.  

Апелляционным судом критически оценены доводы ФИО6 о том, что ей не  подписывались договоры купли-продажи квартир, в связи с чем отклонено заявленное  её представителем в судебном заседании ходатайство об истребовании оригиналов  указанных договоров и назначении судебной почерковедческой экспертизы.  

При этом суд исходил из того, что заявления на регистрацию перехода права на  квартиры были представлены в регистрирующей орган самой ФИО6, что  подтверждается материалами регистрационных дел. Крайне маловероятной  представляется ситуация, что ей были представлены в регистрирующий орган  документы, которые она не подписывала. Приведенные доводы о неподписании ей  договоров суд расценивает как направленные на введение суда в заблуждение, а также  

намеренное затягивание судебного процесса. В данном случае судом были приняты  достаточные меры для соблюдения процессуальных прав ответчика, в том числе права  на судебную защиту.  

Согласно представленному конкурсным управляющим расчету размер  требований кредиторов, включенных в реестр должника, оставшихся непогашенными в  результате действий ответчиков составляет 58 402 717,28 руб.  

Указанная сумма подлежит взысканию солидарно с ФИО6 и ФИО4 на  основании пунктов 4,5 статьи 10 Закона о банкротстве.  

В удовлетворении требований к Фишеру суд отказывает по основаниям,  указанным выше.  

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 17.08.2020 по делу № А4097741/12 отменить.  

Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Капитал-Строй Проект» ФИО6, ФИО4.  

Взыскать солидарно с ФИО6, ФИО4 в пользу ООО «Капитал-Строй Проект» денежные средства в размере  58.402.717 руб. 28 коп.  

Отказать конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Капитал-Строй  Проект» ФИО8  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: С.Л. Захаров  Судьи:  В.В. Лапшина   О.И. Шведко