2353/2024-24984(2) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-792/2020

город Ростов-на-Дону

23 марта 2024 года

15АП-13826/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.  

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2024 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Николаева Д.В., судей Гамова Д.С., Димитриева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:  

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности  от 22.02.2203,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2023 по  делу № А32-792/2020 о признании сделки должника недействительной по заявлению  финансового управляющего ФИО4 ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - должник) финансовый управляющий должника обратился в суд с  заявлением о признании сделок должника недействительными и применении последствий  недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2023 по делу   № А32-792/2020 суд признал соглашение об отступном от 17.11.2017 заключенные между  ФИО4 и ФИО2 (далее - ответчик) недействительной сделкой по  основаниям, установленным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Договор займа от  03.07.2017, заключенный между ФИО4 и ФИО2, признан мнимой  сделкой согласно п. 1 статьи 170 ГК РФ. Применены последствия недействительности  сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ФИО4 денежных  средств в размере 10 000 000 руб.  

ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в  порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять  новый.  

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2024 г.  удовлетворено ходатайство ФИО2 о назначении судебной  

оценочной экспертизы, назначена по делу № А32-792/2020 (15АП-13826/2023) судебная  оценочная экспертиза. Проведение экспертизы поручено эксперту индивидуальному  предпринимателю ФИО6.  

По итогам проведения судебной экспертизы в суд апелляционной инстанции  поступило заключение эксперта № 1-24-АС от 09.02.2024.  

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить заключение эксперта к  материалам дела  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал  доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и  месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав  представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о  том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению, а определение  Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2023 по делу № А32-792/2020 следует  изменить в части применения последствий недействительности сделки по следующим  основаниям.  

Как следует из материалов дела, ФИО7 обратился в  арбитражный суд с заявлением о признании ФИО4  несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.06.2020 заявление  принято судом к производству, назначена проверка обоснованности заявления по делу о  несостоятельности (банкротстве).  

Определением суда от 03.09.2021 в должника введена процедура, применяемая в  деле о банкротстве граждан, реструктуризация долгов гражданина, финансовым  управляющим утвержден ФИО5 член ассоциации  «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных  

управляющих». 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.07.2022 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации  имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация  профессиональных арбитражных управляющих».  

22 августа 2022 года финансовый управляющий должника ФИО5 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением, в котором  просил:  

- признать недействительным соглашения об отступном от 17 ноября 2017 года,  заключенного между ФИО4 и ФИО2, и применить последствий недействительности сделки;  

-признать недействительным договора займа от 03 июля 2017 года, заключенного  между ФИО4 и ФИО2, и  применить последствий недействительности сделки.  

В обосновании своих требований заявитель указывал следующие обстоятельства.  

В ходе анализа сделок должника финансовый управляющий установил, что  Должником 12.12.2017 г. (т.е. за 2 года 6 месяцев 17 дней до даты принятия заявления о  признании банкротом) было произведено отчуждение земельных участков для  сельскохозяйственного производства по адресу ориентира: Ярославская область, р-н.  

Некоузский, Шестихинский, кадастровый номер: 76:08:091001:127 и 76:08:091001:128  (далее-Участки), на основании соглашения об отступном от 17.11.2017года, заключенного  между ФИО4 и ФИО2  

В соответствии с Соглашением об отступном (далее - отступное) должник взамен  исполнения обязательств, вытекающих из Договора займа от 03 июля 2017 г., предоставил  ФИО2 в качестве отступного Участки. Договор займа от 03 июля 2017 г. был  заключен между ФИО2 и ФИО4 (Заемщик). Сумма займа, непогашенная по состоянию на 17.11.17г .,  составляла 2 500 000 (два миллиона пятьсот тысяч) рублей 00 копеек. Согласно договору  Займа за пользование Суммой займа проценты не начислялись.  

"18"декабря 2017 ФИО2 передал указанные участки: 

1) 3емельный участок, кадастровыйномер76:08:091001:127. Стоимость земельного  участка № 1 определена сторонами с учетом отчета об оценке рыночной стоимости и  составляет 4 300 000 руб.  

2) Земельный участок, кадастровый номер76:08:091001:128, Стоимость земельного  участка № 2 определена сторонами с учетом отчета об оценке рыночной стоимости и  составляет 5 700 000 (пять миллионов семьсот тысяч рублей). Общая стоимость  передаваемого Имущества составляет 10 000 000.  

Полагая, что указанные сделки, а именно: договор займа от 03.07.2017; соглашение  об отступном от 17.11.2017 совершены с целью причинения вреда кредиторам должника в  период его неплатежеспособности в пользу заинтересованного лица, финансовый  управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок  недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального  закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 10, 168, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц,  участвующих в деле, суд первой инстанции признавая указанные сделки  недействительными, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Положения пункта 2 статьи 61.2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"  предусматривают возможность признания недействительной сделки, совершенной  должником в течение трех лет до принятия заявления о признании его несостоятельным  (банкротом) в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка).  

В силу вышеуказанной нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу статьи 2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия: первое - на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  второе - имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5  п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Соответствующие разъяснения приведены в п. п. 5 - 7 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 ст. 2  Закона о банкротстве.  

В силу статьи 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26  октября 2002 г. N 127-ФЗ под недостаточностью имущества следует понимать  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под  неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

Согласно пункту 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 также предполагается, что другая сторона  сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве),  либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества  должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

Кроме того, в пункте 8 данного Постановления указывается на возможность  признания недействительной сделки, условия которой предусматривают равноценное  встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у  контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им  встречного исполнения.  

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с  применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"  разъясняется, что суд может квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации), речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы  дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением.  

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка  недействительна по основаниям, установленным настоящим кодексом, в силу признания  ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная  сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть  

предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении  последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым  заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной  инициативе.  

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать  соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля  обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение  соответствующих гражданских прав и обязанностей.  

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли  каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и,  совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее  исполнения.  

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при  рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является  установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять  соответствующую сделку.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает  с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например,  искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для  последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении  имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной.  

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25) разъяснено,  что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать  соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее  формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое  имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного  управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль  соответственно продавца или учредителя управления за ним.  

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор займа заключен сторонами  03.07.2017, а соглашение - 17.11.2017, то есть в течение трех лет до принятия судом  заявления о признании должника банкротом (29.06.2020), то есть в период  подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении  

интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых  предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых  вопросах, связанных с применением главы Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ  "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по  данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по названному основанию.  

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам  кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных  обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств.  

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на  которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3  указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на  основание своих требований и возражений.  

Как указывал финансовый управляющий в своем заявлении, что последовательные  действия по выдаче займа и передаче недвижимого имущества по соглашению об  отступном были произведены с целью сокрытия имущества должника.  

Как следует из материалов дела, на момент совершения должником ряда  последовательных сделок у него имелись неисполненные обязательства перед  следующими кредиторами: ПАО «Сбербанк России» в размере 3 600 000 руб. (кредитные  договора от 19.09.2016 и 12.10.2017); ФИО7 в размере 700 тыс. рублей (договор  займа от 12.09.2016).  

Соответственно, судом первой инстанции установлено, что по состоянию на дату  заключения займа и соглашения об отступном у должника имелись неисполненные  обязательства как перед ПАО «Сбербанк России», так и перед ФИО7, что  свидетельствует о неплатежеспособности ФИО4.  

Помимо этого, судебная коллегия принимает во внимание, что  квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда  имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об  указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения  сделки.  

Данная норма содержит указания на конкретные обстоятельства, при установлении  которых сделка должника может быть признана арбитражным судом недействительной  как подозрительная, что препятствует произвольному применению этих норм с целью  обеспечения баланса экономических интересов кредиторов должника и иных его  контрагентов, получивших исполнение.  

Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда  имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными.  Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а  осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания)  являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность  квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных  признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника,  осведомленность контрагента об этом факте и т.д.).  

Указанные выводы приведены в Определении Верховного Суда РФ № 310-ЭС22- 7258 от 01.09.2022 года.  

При этом как установлено судом и не оспаривается ФИО2, ответчик  является заинтересованным по отношению к должнику лицом.  

Таким образом, ФИО2 на момент совершения спорных сделок не мог не знать  о наличии у должника признаков неплатежеспособности и совершении сделок с целью  причинения вреда кредиторам должника.  

Как следует из материалов дела, 03 июля 2017 г. между ФИО2 и ФИО4 (Заемщик) заключен договор  займа. Сумма займа составляла 2 500 000 рублей. Согласно договору Займа за  пользование суммой займа проценты не начислялись.  

17 ноября 2017 года между ответчиком и должником заключается соглашение об  отступном, согласно которому должник переда ответчику в счет погашения долга передал  Ответчику спорные земельные участки.  

Применительно к настоящему обособленному спору, с учетом предмета и  основания заявленных требований, в частности на ФИО2 возложено бремя  доказывания наличия правоотношений, сложившихся между должником и ФИО8 по договору займа от 03 июля 2017 г., являвшихся основанием для получения  спорных денежных средств, то есть бремя доказывания предоставления должнику  заемных средств относится на ответчика.  

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне  (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик  обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное  количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа  считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка  заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной  денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Исходя из положений указанных норм права, передача заимодавцем заемщику  суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа,  являющегося реальным договором.  

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом  востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней  со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено  договором (статья 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что  деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены  в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункта 1 статьи 812 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Из приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой  и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

Таким образом, по данному делу юридически значимым и подлежащим  доказыванию обстоятельством является вопрос о получении должником денежных  средств со стороны ответчика в соответствии с условиями заключенного договора займа.  

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по  передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, разъяснены в пункте 26  постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от  22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве" (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 35), по смыслу которого суду  надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое  положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие  денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как  полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств  в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.  

Данный правовой подход применим при рассмотрении требований об оспаривании  подозрительных или совершенных со злоупотреблением права сделок.  

Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в  условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса.  Арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу  оспариваемой сделки хозяйственных отношений, проверять действительность и объем  совершенного по такой сделке экономического предоставления должнику, предлагая всем  заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые  доказательства.  

Из данных разъяснений следует, что через установление названных обстоятельств  достигается подтверждение факта реальной передачи наличных денежных средств,  обоснованной документами, оформление которых зависит только от сторон займа,  поэтому в рамках дела о банкротстве должника такие документы подлежат тщательной и  всесторонней проверке.  

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений ФИО2 обязан  подтвердить не только возможность предоставить денежные средства с учетом его  финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и  фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.  

Как правомерно установлено судом первой инстанции, что ответчик не представил  доказательства, подтверждающие факт предоставления ответчиком займа должнику,  наличие задолженности у должника перед ответчиком по договору, то есть не доказано,  что ответчик получил денежные средства от должника в качестве возврата займа.  

При наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат  доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными  средствами, в том числе об их расходовании.  

Применительно к рассматриваемому случаю ни должник, ни ответчик не  обосновали, с какой целью был предоставлен беспроцентный заем в значительном  размере для физического лица (2 500 000 руб.), без какого-либо обеспечения, не указали,  на какие нужды были фактически израсходованы заемные денежные средства.  

Более того как верно отметил суд первой инстанции, об отсутствии экономической  целесообразности в заключении беспроцентного договора займа от 03.07.2017  свидетельствует также и то обстоятельство, что ФИО2 имел неисполненные  обязательства на основании договора поручительства от 30 октября 2017г., заключенного  между ООО "ВолгаСервис" и ФИО2, что подтверждается выпиской из ЕГРН №  КУВИ-001/2022-18109776 от 09.02.2022.  

Все указанные выше обстоятельства не позволили суду прийти к выводу о  реальности существования и исполнения сторонами договора займа.  

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции  пришел к правомерному выводу, что ответчик не представила достоверные и достаточные  доказательства, подтверждающие факт передачи должнику денежных средств по договору  займа от 03.07.2017. Разумная экономическая цель предоставления займа должнику  ответчиком не доказана.  

С учетом изложенного суд пришел к выводу о том, что договор займа является  безденежным, составлен сторонами лишь для вида, без намерения создать  соответствующие им правовые последствия, при злоупотреблении правом. В результате  заключения договора займа были созданы формальные основания для вывода денежных  средств с расчетного счета должника по не существующим обязательствам.  

В связи с этим договор займа от 03.07.2017 обоснованно признан ничтожным на  основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В обстоятельствах отчуждения участков по многократно заниженной цене  разумный и добросовестный покупатель не может быть освобождён от необходимости  

озаботиться и проверить финансовое положение продавца из доступных публичных  источников.  

Кроме того, из материалов дела, в частности, выписки из ЕГРН № КУВИ-001/2022- 18180782, усматривается, что участки отчуждены ответчиком другому лицу, во всяком  случае, не позднее декабря 2017 года, то есть в течение месяца после его приобретения у  должника.  

Данное поведение, очевидно, нельзя признать разумным, свойственным  добросовестному участнику гражданского оборота, приобретающему дорогостоящую  недвижимость у постороннего лица. Причинение вреда имущественным интересам  кредиторов возникло вследствие отчуждения должником дорогостоящего участка при  отсутствии со стороны ответчика равноценного встречного предоставления.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в  совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что  договор займа является мнимым и оформлен сторонами с целью придания видимости  законности вывода ликвидного имущества должника, что привело к утрате возможности  конкурсным кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  ФИО4 за счет его имущества.  

Реальность займа, полученного должником от ответчика, не доказана. Факт  передачи ФИО2 заемных денежных средств должнику не подтвержден  относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.  

В рассматриваемом случае, несмотря на оформление договора займа, создать  реальные правовые последствия стороны не стремились, анализ фактических  обстоятельств не подтверждает реальность намерений сторон.  

Договор займа является мнимой сделкой, то есть заключенным лишь для вида, без  намерения создать соответствующие правовые последствия, поскольку ответчик  фактически не передавал в адрес должника денежные средства по договору займа.  

Более того, фактически, сделки по заключению займа прикрывали собой  безвозмездный вывод земельных участков должника в пользу заинтересованого лица, в  связи с чем ответчик был осведомлен о причинении в результате совершения  оспариваемой сделки вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в  уменьшении размера имущества должника.  

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей  71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в  материалах дела доказательства, суд первой инстанции обосновано указал о доказанности  всей совокупности обстоятельств для признания оспариваемого договора займа от  03.07.2017 ничтожным на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации, а соглашения об отступном от 17.11.2017 г., недействительным по  пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Доводы ответчика о том, что подписи ФИО2 на соглашении об отступном от  17 ноября 2017 года и договорах, послуживших основанием для приобретения и  дальнейшего отчуждения земельного участка поддельные, подлежат отклонению,  поскольку указанные сделки зарегистрированы в государственных органах Росреестра,  для совершения действий по регистрации необходима воля заявителей выраженная либо  лично либо путем выдачи нотариальной доверенности.  

Таким образом, подавая заявление о регистрации либо выдавая доверенность  34АА2064233 - ФИО9 на подачу такого заявления ФИО2 выразил волю на  совершение юридически значимых действий.  

Данная позиции соответствует сложившейся судебной практике, так суды  неоднократно констатировали, что выдавая доверенность с правом распоряжения  имуществом, гражданин должен был осознавать, что указанное имущество может быть  продано или отчуждено иным образом с момента выдачи указанной доверенности и до  

истечения ее срока. (Определение Верховного Суда РФ от 23.06.2023 № 308-ЭС23-10189  по делу № А32-11229/2021).  

Кроме того ФИО2 не раскрыл содержание правоотношений с должником, а  также не представил объяснения по вопросу выдачи доверенностей для совершения  регистрационных действий.  

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за  исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с  момента ее совершения.  

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при  недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное  по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда,  когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или  предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия  недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было  передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения  обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной  недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу. В  случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель  должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его  приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости  имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации  об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Ответчик не представил доказательства того, что денежные средства от должника  получены им на законных основаниях.  

Учитывая, что ФИО2 указанные участки были отчуждены по соглашению  об отступном и согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ, а так же учитывая, факт того что участки  были оценены "18" декабря 2017 в 10 000 000 руб. суд первой инстанции применил  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную  массу 10 000 000 руб.  

Между тем, в суде апелляционной инстанции удовлетворено ходатайство  ФИО2 о проведении по обособленному спору судебной экспертизы  по определению рыночной стоимости земельных участков.  

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2024 г.  удовлетворено ходатайство ФИО2 о назначении судебной  оценочной экспертизы, назначена по делу № А32-792/2020 (15АП-13826/2023) судебная  оценочная экспертиза. Проведение экспертизы поручено эксперту индивидуальному  предпринимателю ФИО6.  

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: 

- какова рыночная стоимость земельного участка, категория земель: земли  сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для  сельскохозяйственного производства общей площадью 105590 кв. м., расположенного по  адресу: Ярославская область, р-н Некоузский, Шестихинский, кадастровый номер:  76:08:091001:127 по состоянию на 17 ноября 2017 г.?;  

- какова рыночная стоимость земельного участка, категория земель: земли  сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для  сельскохозяйственного производства общей площадью 139692 кв. м., расположенного по  адресу: Ярославская область, р-н Некоузский, Шестихинский, кадастровый  номер:76:08:091001:128 по состоянию на 17 ноября 2017 г.?  

По итогам проведения судебной экспертизы в суд апелляционной инстанции  поступило заключение эксперта № 1-24-АС от 09.02.2024, согласно которому рыночная  стоимость объектов исследования по состоянию на 17 ноября 2017 г. составляет:  

- земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения,  разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства, общей площадью  105590 кв.м., расположенного по адресу: Ярославская область, р-н Некоузский,  Шестихинский, кадастровый номер: 76:08:091001:127 - 846 000,00 рублей;  

- земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения,  разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства, общей площадью  139692 кв.м., расположенного по адресу: Ярославская область, р-н Некоузский,  Шестихинский, кадастровый номер: 76:08:091001:128 - 1 013 000,00 рублей.  

Результаты судебной экспертизы сторонами не оспорены, о проведении повторной  судебной экспертизы сторонами не заявлялось, в связи с чем выводы эксперта приняты  судом апелляционной инстанции.  

Учитывая факт отчуждения земельных участков и установленную экспертом  рыночную стоимость земельных участков, судебная коллегия приходит к выводу о том,  что в части применения последствий определение Арбитражного суда Краснодарского  края от 25.07.2023 по делу № А32-792/2020 подлежит изменению, с ФИО4 в конкурсную массу ФИО4 следует взыскать  денежные средства в общей сумме 1 859 000 руб. (846 000,00 руб. + 1 013 000,00 руб.).  

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы в полном объеме у суда  апелляционной инстанции не имеется, поскольку суд первой инстанции правильно  применил нормы материального права и пришел к выводам, соответствующим  фактическим обстоятельствам дела.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2023  по делу № А32-792/2020 изменить в части применения последствий недействительности  сделки.  

Изложить абзац 5 резолютивной части определения в следующей редакции: 

«Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ФИО4 денежных  средств в сумме 1 859 000 руб.».  

В остальной части определение суда оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление  арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его  принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном  статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Д.В. Николаев 

Судьи Д.С. Гамов 

 М.А. Димитриев