АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-655/22 

Екатеринбург

04 сентября 2023 г.

 

Дело № А76-26037/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Соловцова С.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1 рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Челябинской области кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 22.02.2023 по делу№ А76-26037/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации на сайте суда округа в сети Интернет. 

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 10.11.2021); в здании Арбитражного суда Челябинской области принял участие представитель конкурсного управляющего ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 24.04.2023).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.07.2020 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Уралсервис» (далее - общество «Уралсервис», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.10.2020 в отношении общества «Уралсервис» введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО4, сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсант» от 07.11.2020.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.02.2021 общество «Уралсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурным управляющим должником утвержден ФИО4

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 о признании недействительным трудового договора от 11.09.2017 и применении последствий его недействительности в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в сумме 5 510 000 руб. (с учетом уточнений в порядке 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.02.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023, заявление управляющего удовлетворено частично, пункт 6.1 трудового договора от 11.09.2017, заключенного обществом «Уралсервис» с ФИО2, признан недействительной сделкой, применены последствия его недействительности в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 4 677 244 руб. 80 коп.; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение от 22.02.2023 и постановление от 20.06.2023 отменить, направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, суды необоснованно признали недействительным по статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в части размера заработной платы, неправомерно отождествив выполнение функций по трудовому договору с услугами и признав работу, выполненную ФИО2, неравноценным встречным предоставлением, хотя это обстоятельство достаточно для оспаривания сделки по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а в данном случае трудовой договор с должником заключен за 2 года и 6 месяцев до возбуждения дела о банкротстве, и спорная заработная плата ФИО2 выплачена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но управляющего освободили от доказывания всех иных обстоятельств, указанных в этой норме, он не доказал неплатежеспособность (недостаточность имущества) должника. ФИО2 считает, что с сентября 2017 года по апрель 2019 года должник не отвечал признакам неплатежеспособности (недостаточности имущества), а шесть концессионных соглашений с Администрацией г. Еманжелинска расторгнуты решением суда от 01.08.2018 по делу № А76-26000/2017, вступившим в силу 12.03.2019, должник получал выручку только от исполнения концессионных соглашений, обеспечивая Еманжелинск тепловой энергией, оказывал эти услуги до конца отопительного сезона 2019 года, по данным системы «Контур.Фокус» выручка должника росла с 2017 по 2019 годы, в связи с чем и так как для деятельности теплоснабжающей организации характерно наличие дебиторских и кредиторских долгов, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов по балансу должника не говорит о невозможности должника исполнить обязательства, при том, что размер денежных обязательств должника не превышал стоимость его активов, и он уплачивал обязательные платежи, что подтверждается анализом финансового состояния должника за 2017 – 2019 годы и делом о банкротстве должника № А76-21098/2017, где должник рассчитался с кредиторами, по мнению заявителя, должник стал неплатежеспособным в мае 2019 года, после расторжения концессионных соглашений, передачи котельных 27.03.2019, и окончания отопительного сезона 06.05.2019, когда должник перестал быть теплоснабжающей организацией, лишился дохода и возможности гасить долги. Как указывает ФИО2, он работал у должника с сентября 2017 года по апрель 2019 года и добросовестно исполнял обязанности, что положительно влияло на должника, на исполнение концессионных соглашений, споры о их расторжении (№А76-26000/2017, А76-9861/2018) и на выручку должника, позволило сохранить рабочие места в период действия соглашений, а, кроме того, ФИО2 сопровождал иные судебные дела (№А76-3220/2018), готовил ответы на запросы Администрации, прокуратуры, контрагентов, запросы от лица должника, консультировал руководителей и сотрудников, а доказательства несоразмерности названных трудовых функций установленному ответчику заработку не представлены, и выводы судов о безосновательном перечислении ответчику заработной платы противоречат судебной практике, защищающей интересы работников и их право на достойное вознаграждение за квалифицированный труд. Заявитель поясняет, что ранее должник заключал договор юридических услуг с обществом с ограниченной ответственностью «Юрфирма Ветров и партнеры», но, так как привлечение такого специалиста, полностью вовлеченного в деятельность должника,  дорого для должника, то он предложил ФИО2 заключить трудовой договор, размер заработной платы по которому определен исходя из задач ФИО2, его компетенции, опыта, профессиональной подготовки, компетентности и профессионализма, а надлежащие доказательства того, что размер заработной платы ФИО2 завышен, отсутствуют, сведения о средней заработной плате юристов относятся к иной категории должностей, а информации по руководителям юридических отделов крупных ресурсоснабжающих организаций не имеется, поэтому суды пришли к неправомерному выводу о наличии оснований для признания пункта трудового договора с ФИО2 недействительным, основанному на сведениях Росстата по Челябинской области по должностям, не соответствующим по функционалу должности ФИО2, сведениях о доходах других сотрудников должника, независимо от их профессиональных навыков и компетентности, и на оценочном суждении о слишком высокой заработной плате ответчика. ФИО2 отмечает, что не входит в одну группу с должником, не является его аффилированным лицом, не вел финансовую, бухгалтерскую документацию должника и не имел доступ к ней, не знал и не мог знать о неплатежеспособности должника, а иное не доказано, стоимость переданного по сделке составляет менее 20% балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату, не доказаны иные предусмотренные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве обстоятельства, свидетельствующие о цели причинения вреда кредиторам, не доказан факт причинения вреда кредиторам, при том, что в спорный период должник, балансовая стоимость активов которого в период работы ФИО2 росла, осуществлял хозяйственную деятельность, исполнял концессионные соглашения и, имея долги, мог и планировал со временем погасить все долги, что в итоге произошло в деле о банкротстве № А76-21098/2017.

Конкурсный управляющий ФИО4 в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит в ее удовлетворении отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между должником (работодатель) и ФИО2 (работник) 11.09.2017 заключен трудовой договор, по условиям которого работодатель обязуется предоставить работнику работу по такому виду поручаемой работнику работы как юридическая защита прав и интересов работодателя и управление юридическими рисками

Работник, согласно пункту 3.2 данного договора, в рамках специальных обязанностей обязан выполнять: мониторинг гражданского законодательства, законодательства о концессионных соглашениях, о ГЧП и МЧП, в части установления тарифов и тарифного регулирования, судебной и арбитражной практики по спорам о применении концессионных соглашений, тарифного регулирования, энергоснабжения, любым иным вопросам, исходя из усмотрения работника по наиболее ключевым вопросам деятельности; разработку правовой концепции, стратегии и отдельных тактических действий в деятельности должника в ключевых сферах деятельности по концессионному соглашению, договорам энергоснабжения, тарифного регулирования, возмещения убытков/вреда, взыскания неосновательного обогащения, оспаривания незаконных действий органов власти; анализ юридических рисков должника по наиболее важным или заметным проблемам, способным оказать влияние на непрерывность деятельности компании в сфере концессионных соглашений, договоров энергоснабжения, тарифного регулирования, возмещения убытков/вреда, взыскания неосновательного обогащения, оспаривания незаконных действий органов власти; участие в управлении юридическими рисками, сопровождение выполнения отдельных мероприятий по минимизации юридических рисков; консультационно-информационное сопровождение деятельности отдельных сотрудников должника при любых формах взаимодействия с администрацией города, района, контрагентами по наиболее важным гражданско-правовым договорам, представителями органов власти; консультационно-информационную поддержку деятельности отдельных сотрудников должника по участию в различных переговорах, судебных или иных заседаниях, в том числе по большинству арбитражных дел в суде первой, второй или третьей инстанции, а также судах общей юрисдикции; по наиболее важным делам и по дополнительному согласованию с руководством - непосредственное участие в судебных заседаниях и/или непосредственная подготовка соответствующих сотрудников, иных представителей для участия в таких судебных заседаниях; подготовку различных процессуальных документов; разработку и сопровождение мер по обеспечению защиты прав и интересов должника в отдельных судебных, арбитражных, административных делах; оценку шансов, перспектив оспаривания тех или иных действий, актов коммерческих организаций, органов власти; составление иных документов, заключений; формирование профессионального суждения по отдельным вопросам.

Согласно разделу 6 названного договора, работнику устанавливается заработная плата в размере 344 826 руб., включающая: 275 861 руб./месяц - оклад и 68965 руб./месяц – районный коэффициент к заработной плате за работу в местностях с особыми климатическими условиями (Новосибирская область) в размере 1,25 к окладу (пункты 6.1.1. и 6.1.2 трудового договора).

Из пункта 6.2 трудового договора следует, что заработная плата выплачивается работнику не реже чем каждые полмесяца. Заработная плата выдается через кассу или перечисляется на банковскую карту, по заявлению сотрудника. Аванс, в счет заработной платы за первую половину месяца выплачивается 5-15 числа текущего месяца. Окончательный расчет по заработной плате производится 25-30 числа текущего месяца. При совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится накануне этого дня.

Датой начала трудового договора считается 11.09.2017 (п. 13.1 договора).

На основании приказа от 11.09.2017 ФИО2 принят на работу в общество «Уралсервис» для юридической защиты прав и интересов должника и управления правовыми рисками с окладом 275 861 руб.

Должник в пользу ФИО2 перечислил: в октябре 2017 года - 470 000 руб.; в ноябре 2017 года - 360 000 руб.; в декабре 2017 года - 360 000 руб.; в январе 2018 года – 210 000 руб.; в феврале 2018 года – 300 000 руб.; в декабре 2019 года (20.12.2019) - 150 000 руб.

Полагая, что перечисления денежных средств в пользу ФИО2 произведены необоснованно, что причинило ущерб имущественным правам кредиторов должника, управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. 

Удовлетворяя требования, суды исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам сделка, может быть признана судом недействительной, если она совершена в течение 3 лет до принятия заявления о банкротстве должника (после его принятия) и в результате ее совершения причинен такой вред, а другая сторона сделки знала о данной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом или если знала (должна была знать) об ущемлении интересов кредиторов должника или о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Пунктом 5 постановления Пленума № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред такой вред; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе, если после сделки по передаче имущества должник продолжал пользоваться и (или) владеть данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы этого имущества.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу абзаца пятого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

По смыслу указанных выше норм, вступление в трудовые правоотношения должно предусматривать получение предприятием положительного эффекта для его деятельности в виде результата работы и оплату труда работника соразмерную выполненной им работе; заработная плата, выплата премий является встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей.

Как установлено судами и следует из материалов дела, оспариваемый управляющим трудовой договор с ФИО2 от 11.09.2017 заключен в течение трех лет до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (определение суда от 17.07.2020), в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и, как следует из материалов дела, на момент заключения данного трудового договора и, соответственно, осуществления в период с 24.10.2017 по 11.04.2019 в пользу ответчика выплат заработной платы в общей сумме 5 510 000 руб. общество «Уралсервис» уже отвечало признакам неплатежеспособности, поскольку, в частности, долг должника по договору от 01.08.2012 № 3-04-26-8976 в существенном размере 148 645 146 руб. 47 коп. перед обществом с ограниченной ответственностью «Новатэк-Челябинск» (далее – общество «Новатэк-Челябинск»), наличие которой послужило основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве, образовался за период с марта 2017 года по ноябрь 2019 года, при этом вступившим в законную силу решением суда от 01.08.2018 по делу № А76-26000/2017 расторгнуты заключенные между Администрацией Еманжелинского городского поселения и обществом «Уралсервис» концессионные соглашения от 11.09.2015 № 1, от 11.09.2015 № 2, от 11.09.2015 № 3, от 11.09.2015 № 4, от 11.09.2015 № 5 и от 11.09.2015 № 6, и установлено неоднократное введение обществом «Новатэк-Челябинск» как гарантирующим поставщиком на протяжении 2017-2018 годов режима полного либо частичного ограничения подачи газа в связи с наличием значительной непогашенной задолженности перед данной ресурсоснабжающей организацией, о чем ФИО2, который, в том числе, консультировал должника по вопросам, касающимся указанных концессионных соглашений, не мог не знать.

Как следует из материалов дела и установлено судами, управляющий, заявляя требования о признании недействительным трудового договора, ссылается на то, что должник с 2017 года основным видом деятельности не занимался, в штатном расписании общества «Уралсервис» должность, которую ФИО2 занимал с окладом, установленным условиями трудового договора от 11.09.2017, отсутствует, а из обвинительного заключения по уголовному делу № 11901750017000080 по обвинению бывшего директора ФИО6 и ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, следует, что данные лица совершили хищение чужого имущества - переводы денежных средств, собранных от потребителей услуг теплоснабжения и горячего водоснабжения, подлежащие перечислению поставщику энергоресурса и газораспределительной организации по договору на поставку и транспортировку газа от 01.10.2012 № 3-04-26-8976 и принадлежащих обществу «Новатэк-Челябинск» и акционерному обществу «Газпром газораспределение Челябинск», с расчетного счета должника под видом заработной платы, ряду лиц, включая ФИО2

Судами установлено, что согласно вышеуказанному обвинительному заключению, незаконность получения денежных средств ФИО8 доказывается органами следствия следующими материалами уголовного дела: реестром сверки с должником за период с 22.05.2018 по 12.09.2019, в котором отражены суммы зачислений заработной платы, в том числе, за период с 22.05.2018 по 30.04.2019, в частности, работнику общества «Уралсервис»: ФИО2 в сумме 2 955 000 руб.; справкой о доходе работников общества «Уралсервис» за 2018 год, предоставленной с ответом МИФНС России № 10 по Челябинской области от 03.02.2020 исх. № 02-1-24, которая содержит перечень работников, доход которых, получаемый в обществе «Уралсервис», облагается налогом, и в которой имеются сведения об общей сумме дохода за 2018 год 206 работников общества «Уралсервис», в то время как сведений о ФИО9, ФИО8, ФИО10 и ФИО11 в справке о доходе работников общества «Уралсервис» за 2018 год не имеется, и при этом, как пояснили лица, участвующие в настоящем деле, по вышепоименованному уголовному делу вынесен соответствующий обвинительный приговор.

Учитывая изложенное, по результатам исследования и оценки всех материалов дела и всех доказательств, установив, что тот факт, что ФИО2, фактически находившийся в соответствующий период не по месту нахождения должника в г. Еменжелинске Челябинской области, а в другом регионе – в  г. Новосибирске, с сентября 2017 года по апрель 2019 года действительно оказывал должнику определенные юридические услуги, подтвержден в своей совокупности письменными объяснениями бывшего директора должника ФИО12, согласно которым ФИО2 получал от руководителя задания по электронной почте, телефону или через мессенджер; представленными ответчиком процессуальными документами по делам № А76-26000/2017, № А76-8912/2018, А7636452/2017, № 2-1062/2018, А7637736/2017, № А76-8912/2018, А76-16766/2018, А7628715/2017, № А76-39188/2018 и т.д., подготовленными на имя директора общества «Уралсервис» ФИО6; приказами от 04.03.2019, от 13.03.2019, обеспечившими личное участие ФИО2 12.03.2019 и 19.03.2019 в деле № А76-26000/2017 в суде апелляционной инстанции; справкой о доходах от 15.04.2018, выданной ФИО2 для получения кредита, рекомендательными письмами, а также, приняв во внимание, что на основании приказа от 13.04.2018 в связи с получением от ФАС России извещения от 11.04.2018 о рассмотрении заявления общества «Уралсервис» о разногласиях в области государственного регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения с Министерством тарифного регулирования и энергетики Челябинской области (рег. 15714/18 от 01.02.2018) сформирована рабочая группа для участия в заседании в г. Москве с поручением сотруднику ФИО2 обеспечить устное выступление в рамках заседания с изложением позиции, подготовить ответы на возможные вопросы, суды признали доказанным материалами дела факт оказания ФИО2 должнику вышеназванных юридических услуг во исполнение трудового договора от 11.09.2017.

В части изложенных выше выводов судебные акты лицами, участвующими в деле, не обжалуются, судом округа не пересматриваются.

Между тем, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, проанализировав условия спорного трудового договора в совокупности с иными материалами дела, и, установив, что размер заработной платы ФИО2 не соответствовал размеру заработной платы, обычно устанавливаемому для аналогичных должностей при выполнении аналогичных обязанностей как в самом обществе «Уралсервис», где коллеги ФИО2 по юридической работе: ФИО13, ФИО14, ФИО9, ФИО15, выполняющие соответствующую юридическую работу, имели заработную плату в размере 42240 руб. 80 коп., тогда как у ФИО2 заработная плата составляла 344 826 руб., и иное не доказано, так и в иных организациях, где, согласно ответу Росстата, средняя начисленная заработная плата работников организаций по профессиональным группам составила для юристов за 2017 год – 32963 руб., за октябрь 2019 года – 39742 руб., среднемесячная номинальная начисленная заработная плата за 2017 год в Еманжелинском муниципальном районе – 26839 руб. 80 коп., в г. Челябинске – 38228 руб. 10 коп., за 2018 год – 27173 руб. 50 коп. (41528 руб. 60 коп.), за 2019 год – 29552 руб. 30 коп. (43 671 руб. 30 коп.), за 2020 год - 31591 руб. 30 коп. (45956 руб. 70 коп.), суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме, что заработная плата ФИО2 по оспариваемому трудовому договору значительно образом превышает размер заработной платы лиц, выполняющих соответствующую юридическую работу, и размер заработной платы сотрудников должника соответствующей квалификации и с соответствующими обязанностями, в то время как ФИО2, на котором лежало бремя опровержения доводов управляющего о несоответствии размера оплаты его труда размерам оплаты аналогичных трудовых функций, полагая некорректным сравнение его заработной платы с доходами юристов, соответствующее документальное опровержение, какой-либо расчет с приложением подтверждающих его доказательств, не представил, каких-либо ходатайств по данному поводу не заявил.

Учитывая изложенное, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, приняв во внимание, что ФИО2 не привел убедительных доводов о том, что фактический объем его трудовых обязанностей соответствовал полученным суммам заработной платы, и не представил в дело объективные доказательства осуществления им трудовой функции, стоимость которой действительно могла определяться в установленном спорным трудовым договором размере, тогда как представленная ФИО2 в материалы дела переписка с электронной почты сама по себе не подтверждает действительный объем совершенных им действий в период существования трудовых правоотношений и то, что выполнение поименованных в переписке обязанностей должно оцениваться в столь значительном размере, оспариваемом конкурсным управляющим, исходя из отсутствия при таких обстоятельствах какого-либо экономического обоснования вышеуказанной кратной разнице размера заработной платы ФИО2 по трудовому договору, при том, что в судебном заседании суда округа представитель ФИО2 также не смог пояснить, как заключение трудового договора с ФИО2 со столь высоким размером заработной платы было выгоднее для должника, чем привлечение такого специалиста по договору оказания юридических услуг с обществом с ограниченной ответственностью «Юрфирма Ветров и партнеры», при том, что в деле вовсе отсутствует обоснование привлечения для выполнения соответствующих услуг юриста не из г. Челябинской области, а из другого отдаленного региона – из г. Новосибирска, суды пришли к выводу, что, при всех вышеизложенных обстоятельствах, в отсутствие доказательств иного, опровергающих изложенные выводы, установление должностного оклада ФИО2 в размере 275 861 руб. в период наличия у должника значительных финансово-экономических трудностей и неисполненных обязательств перед кредиторами является действием, не отвечающим интересам должника, направленным на нарушение прав его кредиторов, и повлекло в результате произведенных в пользу ответчика на основании соответствующего условия договора безосновательных перечислений денежных средств вывод активов должника, о чем не мог не знать сопровождавший судебные дела должника юрист ФИО2, а иное не доказано.

При этом, по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив также, что выплата заработной платы ФИО2 производилась не в соответствии с условиями трудового договора от 11.07.2017 о сроках и суммах выплаты причитающегося вознаграждения, суды, с учетом всех изложенных выше установленных судами обстоятельств в совокупности с содержанием штатного расписания должника пришли к выводу, что установление существенно завышенного размера оплаты труда имело место именно с противоправной целью обеспечения возможности производить на его основании необоснованный вывод денежных средств должника, которые могли и должны были быть направлены на расчеты с кредиторами по реальным обязательствам.

При таких обстоятельствах, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, суды признали доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания пункта 6.1 трудового договора от 11.09.2017 недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части превышения размера заработной платы, равного 42240 руб. 80 коп., исходя из того, что размер вознаграждения работников общества «Уралсервис» по должностям одного уровня за исполнение ими соответствующих трудовых обязанностей должен быть сопоставим, с учетом чего суды применили последствия недействительности названного условия сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника необоснованно полученных им денежных средств в сумме 4 677 244 руб. 80 коп.  (из расчета по 42240 руб. 80 коп. в месяц и количества отработанных дней за период с 11.09.2017 по апрель 2019 года).

Таким образом, частично удовлетворяя требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных обстоятельств, являющихся основанием для признания пункта 6.1 трудового договора от 11.09.2017 недействительным по заявленному основанию, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы ФИО2 о неверном распределении судами бремени доказывания и освобождении управляющего от доказывания каких-либо обстоятельств подлежат отклонению как не соответствующие обстоятельствам и материалам дела, так как управляющий в данном случае в обоснование неравноценности установленного ФИО2 размера заработной платы ссылался на обстоятельства и представил доказательства несоответствия и существенного (кратного) превышения размера такой зарплаты относительно размера заработной платы обычно устанавливаемой лицам, выполняющим соответствующие обязанности по оказанию юридических услуг, по региону и размера заработной платы сотрудников самого должника, выполняющих аналогичную юридическую работу, в связи с чем на ФИО2 перешло бремя опровержения названных обстоятельств, доказывания обратного и обоснования установления ему в условиях кризиса зарплаты в столь высоком размере, тогда как последним такие доказательства, пояснения и обоснования не представлены, соответствующие ходатайства не заявлены.

Все доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 24.07.2023 приостановлено исполнение обжалуемых судебных актов до окончания производства в арбитражном суде кассационной инстанции. Поскольку производство по настоящей кассационной жалобе завершено, суд на основании статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отменяет принятое приостановление исполнения судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 22.02.2023по делу № А76-26037/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Приостановление исполнения определения Арбитражного суда Челябинской области от 22.02.2023 по делу № А76-26037/2020и постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 20.06.2023 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 24.07.2023, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                                  С.Н. Соловцов