ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-136420/2018

10 октября 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     03 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 октября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н. Барминой,

судей Д.В. Бурденкова, И.В. Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

от ИП Мариной А.Г.:  представитель ФИО2 по доверенности от 20.04.2022, посредством системы «Он-лайн заседание»,

арбитражного управляющего ФИО3, лично, 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-22968/2023) ИП ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.06.2023 по делу № А56-136420/2018 (судья Шведов А.А.), принятое 

по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5, 

 

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ФИО5 (далее – должник) о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда  от 21.01.2019 заявление принято; возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением арбитражного суда  от 15.03.2019, резолютивная часть которого объявлена 11.03.2019, должник признан несостоятельным (банкротом); в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО3.

До начала судебного заседания от финансового управляющего в материалы дела поступили отчет финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения реализации имущества гражданина, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, содержащее в себе заявление о перечислении с депозитного счета суда денежных средств в размере 25 000 руб. в качестве вознаграждения финансовому управляющему, с приложением обосновывающих ходатайство документов.

Определением от 07.06.2023 арбитражный суд завершил процедуру реализации имущества ФИО5, прекратил полномочия финансового управляющего имуществом должника, освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина. 

Кредитор ИП ФИО6, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 07.06.2023 отменить в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, принять по делу новый судебный акт, которым не применять к ФИО5 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на злоупотребление со стороны должника доверием кредиторов и правом на получение кредита – предоставление недостоверной информации о доходах, фальсификации документов; отсутствие намерения урегулировать задолженность перед кредиторами при наличии реальной возможности (пассивное поведение); злостное уклонение от исполнения обязательств по договорам; намерение освободиться от исполнения обязательств вместо добросовестного поведения (уход от ответственности).  Также податель апелляционной жалобы отмечает, что финансовым управляющим не реализовывалось предоставленное ему право на получение информации в отношении как непосредственно имущества должника, так и совместно нажитого имущества должника и его супруги. 

До судебного заседания от ФИО5 поступило письменное ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в свое отсутствие. 

Согласно отзыву арбитражный управляющий ФИО3  против удовлетворения жалобы возражает, считает обжалуемое определение суда законным и обоснованным.

В судебном заседании представитель ИП Мариной А.Г. доводы   апелляционной   жалобы   поддержал.

Присутствовавший   в судебном   заседании   арбитражный управляющий ФИО3 возражал против   доводов   апелляционной   жалобы.

Как разъяснено в абзаце 6 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», следует также учитывать, что согласно части 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции.

Доводы  о неприменении к ФИО5 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором ИП Мариной А.Г.  в связи с фальсификацией документов  и неполучением финансовым управляющим информации в отношении как непосредственно имущества должника, так и совместно нажитого имущества должника и его супруги,  в ходатайстве о неприменении правил об освобождении должника от исполнения обязательств, направленном в суд первой инстанции, не заявлялись и, соответственно, не рассматривались.

Законность и обоснованность обжалуемого определения, в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ, проверена апелляционным судом в пределах доводов жалобы - в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами. При этом, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены или изменения.

Как следует из материалов дела, по  итогам анализа финансового состояния должника финансовым управляющим сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности должника, признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не установлено, сделок, не соответствующих законодательству Российской Федерации, а также сделок, заключенных или исполненных на условиях, не соответствующих рыночным условиям, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинило ущерб кредиторам, не выявлено.

Судом установлено, что финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов должника, в третью очередь реестра включены требования конкурсных кредиторов в общем размере 5 607 412,60 руб., из них погашено в сумме 2 121 754,94 руб. по 3 очереди удовлетворения.

В ходе процедуры банкротства финансовым управляющим подано заявление о признании недействительным договора индивидуального доверительного управления капиталом.

Определением арбитражного суда  от 14.11.2021  по делу № А56-136420/2018/сд.1 договор доверительного управления капиталом от 12.01.2018 №134 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу ФИО5 денежных средств в сумме 3 500 000 руб. и судебных расходов  по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления в размере 6 000 руб.

Финансовым управляющим подано ходатайство об утверждении положения о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника - права требования к ФИО7 в размере 3 506 000 руб.

Торги в рамках утвержденного положения определением арбитражного суда от  23.06.2022 признаны не состоявшимися в связи с недостаточным количеством участников.

Финансовым управляющим инициировано собрание кредиторов на 12.04.2023 со следующей повесткой дня:

Отчет финансового управляющего.

Завершение процедуры реализации имущества.

Принять нереализованное право требование к физическому лицу ФИО7 в размере 3 506 000 руб., в счет частичного погашения требований.

Собрание кредиторов признано несостоявшимся из-за отсутствия кворума.

Имущество, составляющее конкурсную массу и не реализованное финансовым управляющим в ходе процедуры банкротства, передано ФИО5 по акту приема-передачи №1 от 13.04.2023.

Ввиду отсутствия у должника ликвидного имущества конкурсная масса не сформирована и требования кредиторов в полном объеме не удовлетворены.

С учетом выполнения всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствия возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

Выводы суда первой инстанции в данной части ИП Мариной  А.Г.  не обжалованы, в связи с чем апелляционный суд, руководствуясь частью 5 статьи 268  АПК РФ, не проверяет законность и обоснованность судебного акта в данной части.

Предметом апелляционного обжалования являются примененные судом первой инстанции к ФИО5  правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии в действиях (бездействии) должника признаков злоупотребления правом и о применении в связи с этим в отношении должника правила об освобождении от долгов.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае:

- если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 N 1360-О).

В пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума N 45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 Постановления Пленума N 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений в их совокупности и взаимосвязи следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Довод подателя апелляционной жалобы о том, что финансовым управляющим не проанализированы действия ФИО5  при получении кредитов: отсутствуют ли признаки по наращиванию задолженности, мог ли должник на момент взятия кредитов погашать принятые на себя обязательства, осуществлялось ли погашение кредиторской задолженности, куда были направлены полученные по кредитным договорам денежные средства и предпринимались ли меры должником меры по улучшению своего финансового положения, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 по делу N 304-ЭС17-76, недобросовестное поведение должника должно быть подтверждено достаточными доказательствами.

В рассматриваемом случае подобных доказательств в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций не представлено.

Должник в процедуре банкротства вел себя добросовестно, необходимую финансовому управляющему информацию не скрывал, все необходимые документы, информацию о составе своего имущества и месте его нахождения, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве сведения предоставлял. В ходе процедуры банкротства ФИО5 к уголовной и административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве не привлекался, признаки преднамеренного и(или) фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлены.

При этом само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере, в том числе превышающем стоимость его имущества, не исключает применение к гражданину такого последствия признания его несостоятельным, как освобождение от долгов. Принятие на себя обязательств не может быть расценено как действия, направленные на освобождение от долгов, так как такие действия влекут противоположные последствия.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе препятствием для освобождения от долгов не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 N 305-ЭС18-26429).

Из специального нормативно-правового регулирования и экономической сущности отношений в сфере потребительского кредитования следует, что при решении вопроса о предоставлении конкретному физическому лицу денежных средств, кредитная организация оценивает его личные характеристики, в том числе кредитоспособность, финансовое положение, возможность предоставления обеспечения по кредиту, наличие или отсутствие ранее предоставленных кредитов, степень их погашения и т.д.

При этом кредитная организация использует не только нормы федерального законодательства, нормативные акты ЦБ РФ, но и внутрибанковские правила кредитной политики и оценки потенциальных заемщиков, информацию, полученную из кредитной истории.

Таким образом, кредитная организация, оценивая свои риски, вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику. Проводимая банками комплексная проверка заемщика должна быть всесторонней, чтобы минимизировать риски выдачи кредитных средств. При оформлении кредитного договора банк должен учитывать и такой немаловажный фактор, как необходимость в ряде случаев одобрения сделки иными лицами (органы управления компании, супруг гражданина и др.).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений, отказ в освобождении должника от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами. К таковым относятся действия заемщика по предоставлению банку заведомо ложных сведений и (или) недостоверных сведений с целью получения денежных средств соответствующим лицом при заведомом отсутствии возможности, а также намерения заемщика возвратить их в соответствии с условиями заключенного договора.

Доводы апеллянта о том, что при оформлении кредитного договора от 22.12.2017 ФИО5 указал сведения о ежемесячном доходе в размере 45 000 руб., представив справку по форме 2-НДФЛ за 2017 год от 15.12.2017 № 41, выданную ООО «Гарантспецсервис», в то время как к заявлению о признании его несостоятельным (банкротом) ФИО5 приложил иную справку по форме 2-НДФЛ за 2017 год № 217 от 29.06.2018, выданную ПАО «РИМР» с указанием ежемесячного дохода около 25 000 руб., отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как пояснил в отзыве на апелляционную жалобу арбитражный управляющий ФИО3, должник в ООО «ГарантСпецСервис» осуществлял трудовую деятельность в должности – инженер-техник, на 0,5% ставки с установленным должностным окладом в размере 45 000 руб. в период с 16.01.2017 по 09.03.2018, что подтверждается приказом о приеме на работу, трудовым договором, штатным расписанием, приказом об увольнении по собственному желанию, справкой от бывшего работодателя.

Ни действовавшим, ни действующим законодательством не предусмотрено обязанности работника по проверке работодателя на предмет отчислений налогов, взносов и иных обязательных отчислений. Более того, доход ФИО5 на момент получения заемных средств в совокупности составлял: ООО «ГарантСпецСервис» - 45 000 руб., ПАО «РИМП» - в среднем 48 341 руб. 30 коп., страховая пенсия по старости – 26 000 руб. 

Таким образом, доводы ИП Мариной А.Г.  о недобросовестном поведении ФИО5 при заключении кредитных договоров, материалами дела не подтверждаются, как такового злонамеренного сокрытия доходов со стороны должника не установлено, тогда как кредитные организации при подписании соответствующих кредитных договоров сознавали и понимали уровень платежеспособности ФИО5

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для неосвобождения ФИО5 от дальнейшего исполнения финансовых обязательств перед кредиторами, в том числе по требованиям, не заявленных при введении  реализации имущества должника. 

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268 ч. 5, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 07.06.2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

Д.В. Бурденков

 

 И.В. Юрков