ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-49687/2017

19 сентября 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 сентября 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вороной Б.И.,   

 

при участии:

ФИО1 (паспорт), 

от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 14.07.2023), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.05.2024 по делу №А56-49687/2017 (судья Новоселова В.Л.) о завершении процедуры реализации имущества, принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего ФИО4 по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

установил:

ФИО1 (далее – должник) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). 

Решением арбитражного суда от 02.11.2017 (резолютивная часть объявлена 01.11.2017) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО5. 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.11.2017.

Определением арбитражного суда от 25.05.2022 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего должника в связи с его дисквалификацией сроком шесть месяцев. 

Определением арбитражного суда от 30.06.2022 финансовым управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации ВАУ «Достояние». 

В связи с окончанием мероприятий по формированию и распределению конкурсной массы финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождении ФИО1 от исполнения обязательств, представил отчет о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества должника.

Определением от 15.05.2024 процедура реализации имущества гражданина завершена, суд указал на применение в отношении должника правила об освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств.

В апелляционной жалобе ФИО2 (далее – кредитор), ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции от 15.05.2024 в части освобождения должника от исполнения обязательств.

Податель жалобы настаивает на том, что должник вел себя недобросовестно – не сообщал суду и финансовому управляющему о совершенных сделках 30.05.2016 по отчуждению грузового седельного тягача СКАНИЯ R124LA 2000 года и прицепа-самосвала ТОНАР 9523 2007 года выпуска. Оба транспортных средства были проданы 30.05.2016 по заниженной стоимости заинтересованному по отношению к должнику лицу - ФИО6, с которой с 02.12.2016 он находился в зарегистрированном браке. Сделки оспорены, но существенных поступлений в конкурсную массу в результате не состоялось. При этом в распоряжении должника находились транспортные средства, стоимость которых позволяла ему выполнить принятую на себя обязанность по погашению задолженности перед кредиторами. Совершая сделки по отчуждению транспортных средств, должник действовал недобросовестно и злостно уклонялся от принятых на себя обязанность по погашению задолженности. Судом не дана оценка отсутствию трудоустройства должника в течение всей процедуры банкротства. Процедура банкротства начата 11.07.2017, окончена 15.05.2024, то есть длилась почти 7 лет. Судом установлено, что должник с 11.07.2017 не осуществляет официальную трудовую деятельность. При наличии неисполненных финансовых обязательств, находясь в трудоспособном возрасте (на момент начала процедуры банкротства 35 лет, на момент окончания 42 года), имея на иждивении несовершеннолетнего ребенка, в отсутствие объективных препятствий (ограничений) к трудоустройству в течение длительного периода он не принимал мер по официальному трудоустройству, доказательств невозможности трудоустройства в материалы дела не представлено. Оснований считать, что на настоящий момент у должника отсутствуют неофициальные источники доходов не имеется, учитывая факт несения затрат на настоящую процедуру банкротства и отсутствие сведений, за счет каких средств должник осуществляет бытовые расходы продолжительное время в отсутствие официальных источников доходов. Следовательно, должник скрывает от кредиторов и суда реальные источники дохода, чем препятствует оценке судом реального финансового положения должника

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не направлен.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал ее доводы. 

Должник против отмены судебного акта возражал, пояснил, что у него имеется хроническое заболевание, из-за которого последний вынужден систематически проходить стационарное лечение. С данным диагнозом работодатель отказывается принимать должника на работу. Относительно нераскрытия суду фактов совершения сделок ФИО1 пояснений не дал, настаивал на том, что финансовому управляющему было о них известно.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в отсутствие представителей.

Законность и обоснованность определения в обжалуемой части проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, выслушав возражения должника совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта.

Из представленных финансовым управляющим суду документов следует, что задолженность перед кредиторами первой и второй очередей у ФИО1 отсутствует. В третью очередь реестра включены требования трех конкурсных кредиторов (ПАО «Сбербанк России», АО Банк «Советский», ФИО2) в общем размере 1 776 230,93 рублей.

Из отчета следует, что восстановить платежеспособность не представляется возможным.

Финансовым управляющим предприняты меры по розыску имущества должника путем направления запросов в соответствующие регистрирующие органы, в результате было выявлено и включено в конкурсную массу следующее имущество:

- транспортное средство марки Carnehl, 2005 г.в., VIN 

<

***>, г.р.з. ВВ607678; 

- транспортное средство марки Форд, 2005 г.в., VIN 

<

***>.

Согласно сведениям, полученным финансовым управляющим, с 02.12.2016 по настоящее время ФИО1 состоит в браке со ФИО7 (до заключения брака – ФИО6) А.А. Кроме того, на иждивении у ФИО1 находится несовершеннолетний ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Управляющим была проведена проверка имущественного положения супруга должника, по итогам которой было выявлено и включено следующее имущество, зарегистрированное за ФИО8:

 - прицеп-самосвал ТОНАР 9523 2007 года выпуска, VIN 

<

***>, цвет синий, ГРЗ ВА004778. (определением арбитражного суда от 30.01.2019 по спору №А56-49687/2017/сд.1 признана недействительной сделка по реализации данного прицепа должником в пользу ФИО8); 

- взыскание с ФИО6 в конкурсную массу ФИО1 стоимость транспортного средства в размере 974 000 рублей (определение арбитражного суда от 20.03.2019 по спору №А56-49687/2017/сд.2). 

Иного имущества, принадлежащего на праве общей совместной собственности с должником, не выявлено. 

По итогу проведения мероприятий по реализации имущества, составляющего конкурсную массу гражданина-банкрота ФИО1, поступили денежные средства в совокупном размере 205 665,67 рублей.

Финансовым управляющим произведено пропорциональное удовлетворение требований кредиторов третьей очереди (на 10,87% от общего размера реестра), а также погашение текущих расходов финансовых управляющих. 

Из отчета следует, что восстановить платежеспособность невозможно ввиду отсутствия у должника имущества. Признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено.

Предусмотренные законодательством о банкротстве мероприятия выполнены полностью. Принятых судом к производству и не рассмотренных на дату судебного заседания требований кредиторов не имеется.

В ходатайстве о завершении процедуры банкротства финансовый управляющий просил освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции признаков недобросовестности в поведении до банкротства не установил и счел возможным процедуру реализации завершить, применить в отношении ФИО1 правило об освобождении от исполнения обязательств. 

Апелляционный суд не может в полной мере согласиться с выводами суда в обжалуемой части.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае:

- если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1360-О).

В пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 постановления Пленума № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений в их совокупности и взаимосвязи следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Поскольку целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 №310-ЭС17-14013).

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

К числу таких признаков абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит непредставление гражданином необходимых сведений финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве.

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

При обращении в суд с заявлением о собственном банкротстве ФИО1 сообщил, что за последние три года не совершал сделок с имуществом на сумму, свыше 300 000 рублей.

Вместе с тем, данное обстоятельство не соответствует действительности.

Из материалов спора №А56-49687/2017/сд1 следует, что с 02.07.2014 в собственности должника находилось имущество - транспортное средство прицеп-самосвал ТОНАР 9523 2007 года выпуска, VIN 

<

***>, приобретенный им у ФИО2 по договору купли-продажи транспортного средства от 02.07.2014.

Из материалов другого спора- №А56-49687/2017/сд2 следует, что с 02.07.2014 в собственности должника находилось имущество - транспортное средство седельного тягача СКАНИЯ R124LA 2000 года выпуска, VIN 

<

***>, приобретенный им у ФИО2 по договору купли-продажи транспортного средства от 02.07.2014.

Оба транспортных средства проданы 30.05.2016 по заниженной стоимости заинтересованному по отношению к должнику лицу ФИО6, с которой с 02.12.2016 должник находился в зарегистрированном браке.

При этом на момент совершения спорных сделок должник обладал признаками недостаточности имущества и неплатежеспособности, так как должником длительное время к тому моменту не исполнялись обязательства перед ФИО2 по договору займа от 13.09.2013, что установлено вступившим в законную силу решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 02.06.2016 по делу №2-7376/2016, а также перед ПАО «Сбербанк России» по договору от 21.07.2015, АО Банк «Советский» по договору от 03.12.2014, УФНС России по Санкт-Петербургу, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника определениями арбитражного суда от 03.04.2018 по спору №А56-49687/2017/тр1, от 19.03.2018 по спору №А56-49687/2017/тр2, от 28.05.2018 по спору №А56-49687/2017/тр3.

В определении арбитражного суда от 04.04.2019, принятом по заявлению финансового управляющего к ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности (грузовой седельный тягач СКАНИЯ R124LA 2000 года выпуска), установлено, что цена аналогичных транспортных средств составляет 1 300 000 рублей. Доказательств, свидетельствующих об обратном, ответчиком не представлено, равно как и доказательств его плохого технического состояния, в связи с чем цена имущества была значительно снижена.

В определении арбитражного суда от 04.02.2019, принятом по заявлению финансового управляющего к ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности (прицеп-самосвал ТОНАР 9523 2007 года выпуска) установлено, что цена аналогичных транспортных средств составляет 650 000 рублей. Доказательств, свидетельствующих об обратном, ответчиком не представлено, равно как и доказательств его плохого технического состояния, в связи с чем цена имущества была значительно снижена.

Таким образом, в распоряжении должника находились транспортные средства, стоимость которых позволяла ему выполнить принятую на себя обязанность по погашению задолженности. Совершая сделки по отчуждению транспортных средств, должник действовал недобросовестно и умышленно уклонялся от принятых на себя обязанность по погашению задолженности.

Каких-либо пояснений о том, на что были израсходованы денежные средства, вырученные от продажи имущества (если вообще передача денежных средств состоялась), а равно о причинах занижения стоимости, должник не представил. 

Совершение сделки по равноценной стоимости и направление денежных средств на удовлетворение требований кредиторов в большей степени отвечало добросовестному поведению. Стоимость имущества была сопоставима с объемом задолженности. ФИО1 не только продал имущество по заниженной цене, но и не сообщил о сделках в своем заявлении. Результат оспаривания сделок спустя несколько лет после из заключения привел к невозможности получения реального взыскания (имущество угнано, ФИО8  дебиторскую задолженность в полном объеме так и не погасила, право требования к ней реализовано на торгах за минимальную стоимость).

Податель жалобы настаивает на том, что изложенные факты необоснованно отклонены судом первой инстанции, тогда как имеют непосредственное значение для решения вопроса о добросовестности ФИО1 как до процедуры банкротства, так и после возбуждения дела.

Апелляционный суд соглашается с доводами апеллянта.

Что касается длительного нетрудоустройства, то с учетом заболевания должника, апелляционный суд находит его пояснения приемлемыми.

Установив обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестном поведении должника, который уклонялся от погашения задолженности, скрывал совершение сделок, не погасил обязательства за счет средств, вырученных от реализации имущества еще до возбуждения дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, при которых должник не подлежит освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Учитывая изложенное, имеются основания для отмены обжалуемого определения в части освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.05.2024 по делу №А56-49687/2017 отменить в обжалуемой части.

Не применять в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

 С.М. Кротов