АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 

http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № Ф09-3004/20  

Екатеринбург 03 октября 2022 г. Дело № А34-12193/2017 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2022 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 03 октября 2022 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе:  председательствующего Кудиновой Ю.В.,  

судей Павловой Е.А., Соловцова С.Н. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – ответчик, заявитель кассационной  жалобы) на определение Арбитражного суда Курганской области от  06.04.2022 по делу № А34-12193/2017 и постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 05.07.2022 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе  публично, путем размещения соответствующей информации на сайте  Арбитражного суда Уральского округа.  

От кредиторов должника – ФИО2, ФИО3, ФИО4,  ФИО5, ФИО6, ФИО7 поступило ходатайство о  рассмотрении кассационной жалобы в их отсутствие.  

Определением Арбитражного суда Курганской области от 18.09.2018 в  отношении ФИО8 (далее – должник, ФИО8) введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина,  финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО9.  

Финансовый управляющий 15.11.2018 обратился в Арбитражный суд  Курганской области с заявлением о признании недействительным договора  дарения от 31.12.2014, заключенного в отношении автомобиля LAND  ROVER RANGE ROVER, регистрационный номер 

<

***> VIN номер  

<

***>, цвет синий, год выпуска 2014, номер двигателя  0786692, заключенного между должником и ФИО1, просил  применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 передать в конкурсную массу должника указанный автомобиль.  

Решением Арбитражного суда Курганской области от 12.02.2019  ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него  введена процедура реализации имущества должника, финансовым  управляющим имуществом должника утвержден ФИО10.  

В ходе судебного разбирательства финансовый управляющий  ФИО10 уточнил требования в части применения  последствий признания сделки недействительной ввиду выбытия  транспортного средства из владения ответчика, просил применить  последствия в виде взыскания в конкурсную массу ФИО8 денежных  средств в сумме 3 900 000 руб., составляющих действительную стоимость  автомобиля, определенную на основании заключения судебной экспертизы.  

Определением Арбитражного суда Курганской области от 19.05.2021  ФИО10 по его заявлению освобожден от исполнения обязанностей  финансового управляющего имуществом ФИО8  

Определением Арбитражного суда Курганской области от 16.06.2021  финансовым управляющим имуществом ФИО8 утвержден  арбитражный управляющий ФИО11.  

Определением Арбитражного суда Курганской области от 06.04.2022,  оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 05.07.2022, заявление управляющего удовлетворено:  признан недействительным договор дарения автомобиля LAND ROVER  RANGE ROVER, VIN 

<

***>, 2014 года выпуска,  заключенный между ФИО8 и ФИО1 31.12.2014;  применены последствия недействительности сделки: с ФИО1 в  конкурсную массу ФИО8 взысканы денежные средства в сумме  3 900 000 руб.  

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1  обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в  которой просит, ссылаясь на неправильное применение судами норм права,  несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, определение суда  первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить  и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления  о признании недействительным договора дарения и применении последствий  недействительности сделки.  

Заявитель жалобы оспаривает вывод судов о том, что договор дарения  от 31.12.2014, гашение обязательств по кредитному договору от 04.04.2014   № 7582214/14-А и сделка по продаже автомашины в сентябре 2016 года  является единой сделкой, настаивая, что временной промежуток между  совершенными сделками составляет более года и восьми месяцев, что  свидетельствует об отсутствии единого умысла; кроме того, указывает, что  стоимость автомобиля с учетом обязательств по договору о залоге  транспортного средства составляет порядка 64 000 руб., что не может  нарушать права кредиторов ФИО8  

Кроме того, заявитель жалобы, не отрицая, что не смог представить  достаточных доказательств финансовой возможности погашения кредита в  полном объеме в августе 2016 года, отмечает, что в деле отсутствуют  доказательства, что денежные средства принадлежат должнику, поскольку  согласно установленному судом объему просроченной задолженности  ФИО8 в августе 2016 года не смог осуществить платеж в размере,  необходимом для погашения кредитных обязательств перед АКБ  «АбсолютБанк» (далее – Банк); при таких обстоятельствах отсутствие у  ФИО1 финансовой возможности погашения долга не имеет правового  значения, так как не может нарушить права кредиторов должника.  

По мнению заявителя жалобы, судом неправильно произведена  квалификация оспариваемой сделки как недействительной на основании  статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а неправильная  квалификация сделки привела к неправильному применению положений о  реституции; исходя из заявленных фактических обстоятельств, договор  дарения от 26.12.2014 необходимо квалифицировать как мнимую сделку,  соответственно, последующая реализация транспортного средства и гашение  кредитных обязательств, обеспеченных залогом автомобиля, за счет средств  от его продажи произведена должником ФИО8  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в  порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между  должником и Банком был заключен кредитный договор от 04.04.2014 №  7582214/14-А, по условиям которого Банк предоставляет заемщику кредит в  сумме 4 000 000 руб. под 14,5% для приобретения транспортного средства  марки LAND ROVER RANGE ROVER у продавца закрытого акционерного  общества «Автобиография Пулково», на срок до 04.04.2019.  

В пункте 3 приложения № 2 к кредитному договору указана полная  стоимость кредита – 6 623 901 руб.  

В обеспечение исполнения кредитного договора между должником и  Банком заключен договор залога транспортного средства от 04.04.2014   № 7582214/14-А.  

В дальнейшем должник подарил спорный автомобиль своему сыну –  ФИО1 по договору дарения от 31.12.2014.  

Полагая, что сделка дарения является недействительной как  совершенная со злоупотреблением правом и в целях причинения вреда  кредиторам, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с  заявлением об оспаривании сделки и применении последствий ее  недействительности в виде взыскания в конкурсную массу должника  денежных средств, составляющих стоимость данного транспортного  средства.  

Удовлетворяя требования финансового управляющего, суды исходили  из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  

о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет  должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с  Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по  основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.  

В силу пункта 13 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об  урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на  территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя  и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации», абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32  Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам  граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки  указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред  кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи  10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного  кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами  с 3 по 5 статьи 213.32 Закона банкротстве.  

Исследовав обстоятельства дела, проанализировав предмет  оспариваемой сделки, учитывая ее оформление договором от 31.12.2014, то  есть до 01.10.2015, суды признали, что она может быть признана  недействительной по общим основаниям статьи 10 ГК РФ.  

Если совершение сделки нарушает закрепленное в пункте 1 статьи 10  ГК РФ предписание о запрете осуществления гражданских прав  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, совершения  действий в обход закона с противоправной целью, иного заведомо  недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление  правом), и при этом посягает на публичные интересы либо права и  охраняемые законом интересы третьих лиц, такая сделка может быть  признана недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 2  статьи 168 названного Кодекса (пункты 6, 7 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении  судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации»).  

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной,  совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо  установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии  факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в  заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127  «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации»).  

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении  от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, в условиях банкротства должника, а значит  очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного  имущества для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при  которой происходит столкновение материальных интересов его кредиторов,  

конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого  должника на сохранение принадлежащего ему имущества за собой (через  родственные связи, если должник – физическое лицо).  

При представлении доказательств аффилированности должника с  участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании  сделки недействительной) судом на такое лицо может быть возложена  обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017   № 306-ЭС16-20056(6)).  

В данном случае, изучив обстоятельства дела, приведенные сторонами  спора доводы и возражения, суды установили, что с октября 2014 года  ФИО8 допущены просрочки по кредитным обязательствам перед  публичным акционерным обществом «Сбербанк России» по кредитному  договору от 29.05.2008 № 2008/08/01179, в связи с чем последним  предъявлен в Колпинский районный суд г. Санкт-Петербурга иск о  взыскании с должника соответствующей задолженности за период с  15.10.2014 по 17.11.2016; указанное решение впоследствии послужило  основанием для обращения Сбербанка с заявлением о признании должника  банкротом.  

Помимо этого, судами было выявлено, что вступившим в законную  силу решением Тверского районного суда города Москвы от 10.05.2016 по  делу № 2-6/2016 солидарно с ФИО8, обществ с ограниченной  ответственностью «Байконур Клуб», «УК «Эн Эф Технологии», «Страйк  Клуб», «Бест Клуб», «Упаковочная компания», «Индор», «Сфера» в пользу  коммерческого банка «ЮНИАСТРУМ БАНК» взыскана задолженность по  кредитному договору от 23.12.2011 № 1111/018/КР/Корп в сумме 17 234 391  руб. 40 коп.; задолженность по кредитному договору от 23.12.2011 №  1211/018/КР-ФЛ/Корп в сумме 12 056 719 руб. 23 коп.; задолженность по  кредитному договору от 23.12.2011 № 13-11/018/КР-ФЛ/Корп в сумме  14 572 270 руб. 20 коп.; задолженность по кредитному договору от 23.12.2011   № 14-11/018/КР/Корп в сумме 28 461 117 руб. 22 коп.; задолженность по  кредитному договору от 23.12.2011 № 15-11/018/КР/Корп в сумме 32 697 691  руб. 09 коп.; задолженность по кредитному договору от 23.12.2011 №  1611/018/КР/Корп в сумме 31 012 343 руб. 87 коп.; задолженность по  кредитному договору от 23.12.2011 № 17-11/018/КР/Корп в сумме 36 824 981  руб. 45 коп.; задолженность по кредитному договору от 19.03.2012 № 1812/018/КР/Корп в сумме 38 211 090 руб. 40 коп.  

Судами установлено, что в отношении заемщиков обществ с  ограниченной ответственностью «Первая упаковочная фабрика,  «Автокомплект», «СУ 25 СПб» в 2015 году были инициированы процедуры  банкротства, конкурсное производство было завершено; поручители  общества «Байконур Клуб», «УК «Эн Эф Технологии», «Страйк Клуб», «Бест  Клуб» прекратили деятельность в качестве юридических лиц;  исполнительные производства в отношении обществ «Индор», «Сфера» были  

окончены судебным приставом-исполнителем в связи с отсутствием  имущества, на которое может быть обращено взыскание.  

В реестр требований кредиторов должника ФИО8 по состоянию  на 25.01.2019 (на дату введения в отношении должника процедуры  реализации имущества) включены требования трех кредиторов на общую  сумму порядка 141,5 млн. руб.  

При этом автомобиль LAND ROVER RANGE ROVER отчужден  должником безвозмездно в пользу близкого родственника (сына),  предполагающегося осведомленным обо всех существенных фактах  финансово-экономической сферы жизни должника, в том числе о  возникновении просрочек в исполнении обязательств перед кредиторами.  

Исследовав возражения ответчика об отсутствии вреда  имущественным правам кредиторов в связи с тем, что одновременно с  принятием в дар автомашины ответчик принял на себя обязательства по  исполнению перед Банком кредитных обязательств, суды признали  заявленные доводы ФИО1 несостоятельными, при этом исходили из  следующего.  

Спорный автомобиль был приобретен ФИО8 за счет  кредитных средств, предоставленных Банком на основании кредитно  договора от 04.04.2014 № 7582214/14-А.  

12.01.2015 между Банком, должником и ФИО1 было  заключено дополнительное соглашение № 1 к кредитному договору от  04.04.2014 № 7582214/14-А, по условиям которого под термином заемщик  стороны договорились понимать ФИО8 и ФИО1; все права и  обязанности по кредитному договору принимают на себя ФИО8 и  ФИО1; в связи с заключением договора дарения от 26.12.2014 стороны  согласовали, что залогодателем выступает ФИО1  

Согласно ответу Банка кредитные обязательства по кредитному  договору от 04.04.2014 № 7582214/14-А были погашены досрочно за период  с 29.04.2014 по 26.08.2016.  

Судами установлено, что в соответствии с выпиской по счету,  открытому на имя ФИО8 по кредитному договору от 04.04.2014 №  7582214/14-А, платежи вносились ФИО8 вплоть до полного  погашения кредита; при этом согласно представленным в дело приходным  кассовым ордерам денежные средства поступали на счет, открытый на имя  ФИО8, на созаемщика ФИО1 расчетный счет для  осуществления платежей по кредитному договору от 04.04.2014 №  7582214/14А – открыт не был.  

При этом платежи по кредитному договору от 04.04.2014 №  7582214/14-А осуществлялись третьими лицами – ФИО12,  ФИО13, ФИО14, а доводы ответчика о том, что данные лица  являлись работниками общества с ограниченной ответственностью  «Аврора», где учредителем являлся ФИО1, и осуществляли платежи по  поручению ФИО1, судами были отклонены как противоречащие  представленным в материалы дела доказательствам.  

Судами также была исследована и финансовая возможность ответчика  осуществлять исполнение по кредитному договору, проанализированы  представленные им справки о доходах 2-НДФЛ, за 2016 год, платежные  поручения от 09.06.2016 № 274 и от 11.07.2016 № 346 о предоставлении  обществом с ограниченной ответственностью «УСК» ФИО1  предоставлены в заем денежные средства в сумме 350 000 руб. и 150 000 руб.  и был сделан вывод, что с учетом того, что доход за 2016 год согласно  справкам 2-НДФЛ составил 629 290 руб. 59 коп., заемные средства составили  500 000 руб., сведения о доходах за предшествующий период (2014 – 2015  г.г.) отсутствуют, а размер платежей в пользу Банка за период после  совершения сделки составил 4 385 616 руб. 97 коп., за 2016 год произведены  платежи в сумме 2 722 116 руб. 97 коп. – финансовая возможность у ФИО1 производить погашение кредита от 04.04.2014 № 7582214/14А  отсутствовала, а иных источников доходов, достаточных для погашения  кредита за счет ответчика последним доказано не было.  

Судами также было принято во внимание, что согласно  представленным копиям страховых полисов обязательного страхования  гражданской ответственности владельцев транспортных средств,  действовавшим в период с 04.04.2014 по 23.01.2017, застрахованными  лицами являлись должник ФИО8, ФИО12,  ФИО15 и ФИО1  

Установив указанные выше обстоятельства, суды первой и  апелляционной инстанции признали, что в действиях должника и ФИО16 имеются признаки злоупотребления правом, поскольку в результате  совершения сделки дарения автомобиля должник не получил какого-либо  встречного предоставлении, после заключения оспариваемого договора  стоимость и размер имущества, на которое кредиторы должника могли бы  обратить взыскание, уменьшилась; сделка совершена между  заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве (отец  и сын); дарение имущества было направлено на недопущение обращения  кредиторами взыскания на данное имущество посредством формальной  смены собственника недвижимого имущества, при том, что должник  сохранил контроль над ним, продолжая владеть и пользоваться отчужденным  имуществом; мотивы совершения сделки, обусловленные изменением  жизненных обстоятельств, внутрисемейной ситуации, возникновением иных  предпосылок передачи титула владения имуществом члену семьи  должником, перед судами не раскрыты; заключение договора дарения также  не имело для должника и экономической выгоды, а напротив, повлекло  выбытие имущества, подлежащего включению в конкурсную массу для  целей удовлетворения требований кредиторов.  

Указанные обстоятельства правомерно были расценены судами как  злоупотребление должником и ответчиком своими правами, направленное на  причинение вреда кредиторам, добросовестно рассчитывавшим на  исполнение должником взятых на себя обязательств.  

Таким образом, принимая во внимание изложенное, учитывая  установленные судом обстоятельства (безвозмездность сделки, направленной  на вывод имущества из конкурсной массы, осведомленность ответчика о  таком характере сделки, равно как и осведомленность должника о наличии  неисполненных обязательств), суды первой и апелляционной инстанций  правомерно квалифицировали договор дарения от 31.12.2014 как  совершенный при злоупотреблении правом, в связи с чем обоснованно  признали спорную сделку недействительной по основаниям,  предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.  

С учетом изложенного выше довод кассационной жалобы о нарушении  судами норм права при квалификации сделки судом округа отвергается как  необоснованный и не соответствующий содержанию обжалуемых актов, а  именно изложенным выше мотивам судов в пользу того, что данная  конкретная сделка совершена при очевидном злоупотреблении сторонами  своими правами.  

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки  каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в  случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда,  когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах -  если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены  законом.  

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было  передано должником или иным лицом за счет должника или в счет  исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по  сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о  банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае  невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре  приобретатель должен возместить действительную стоимость этого  имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные  последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с  положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об  обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует  цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое  существовало до ее совершения.  

Как установлено судами, автомобиль LAND ROVER RANGE ROVER  был продан ФИО1 ФИО17 по договору купли-продажи  от 20.09.2016 по цене 250 000 руб.; впоследствии, 01.10.2018 ФИО17  продал данное транспортное средство по договору купли-продажи ФИО18 Оглы также по цене 250 000 руб., а в карточке учета транспортного  средства сделана отметка о вывозе транспортного средства за пределы  Российской Федерации.  

Принимая во внимание выбытие спорного имущества в пользу третьего  лица по договору купли-продажи от 20.09.2016; исходя из того, что цена,  

указанная в договоре между ФИО1 и ФИО17 (250 000 руб.)  очевидно не является разумной, а потому достоверной, в том числе с учетом  того обстоятельства, что последний платеж по кредиту от 26.08.2016  составил 1 300 000 руб., а продажа по цене якобы 250 000 руб. состоялась  уже 20.09.2016; ориентируясь в связи с этим на результаты судебной  экспертизы, согласно которой стоимость спорного транспортного средства  составила 3 900 000 руб.; учитывая отсутствие возможности возврата  спорного имущества в конкурсную массу должника в натуре, а также  отсутствие достоверных сведений о том, что денежные средства при  отчуждении имущества были получены не стороной сделки (ФИО16),  а должником, в порядке применения последствий недействительности суды  взыскали с ответчика ФИО16 в конкурсную массу должника денежные  средства в сумме 3 900 000 руб.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения  материалов дела суд округа считает, что суды нижестоящих инстанций, в  полном объеме исследовав и оценив все приведенные сторонами спора  доводы и возражения и представленные ими доказательства, верно и в  полной мере установили имеющие существенное значение для правильного  разрешения настоящего спора фактические обстоятельства, дали им  надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании которой  пришли к верным, соответствующим установленным ими фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанным на  верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения,  выводам о наличии правовых и фактических оснований для удовлетворения  заявленных требований.  

Вопреки доводам кассационной жалобы об отсутствии вреда  вследствие совершения оспариваемой сделки, суды обоснованно исходили из  того, что совершение действий по безвозмездному отчуждению автомобиля,  при обстоятельствах недоказанности выплаты кредита за счет средств  ответчика ФИО1 и, как следствие, в условиях обременения  имущественной массы должника платежами по кредитному договору с  одновременным изъятием из состава активов спорного транспортного  средства, в счет оплаты которого должником и производили платежи в  пользу Банка, с достаточной степенью достоверности и обоснованности  свидетельствовало о причинении вреда имущественным правам кредиторов  вследствие такой сделки, при этом добросовестных мотивов безвозмездного  отчуждения дорогостоящего автомобиля при наличии просрочек в  исполнении кредитных обязательств, судами установлено не было и  ответчиком либо должником – не обосновано.  

Довод кассационной жалобы о необходимости квалификации сделки в  качестве мнимой и ошибочности применения к мнимой сделке последствий в  виде реституции отклоняется судом округа, поскольку в рассматриваемом  случае суды исходили из доказанности в достаточной мере наличия у  оспариваемой сделки признаков совершения ее со злоупотреблением правом  и, не установив оснований для вывода о том, что фактическим получателем  

средств от реализации транспортного средства является должник, учитывая,  что М-ны не раскрывали перед судами действительные договоренности  по обстоятельствам использования и отчуждения автомашины, с учетом  положений пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, а также пункта 2  статьи 167 ГК РФ взыскали с ответчика стоимость выбывшего транспортного  средства.  

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом  округа также отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении  судами норм права, являлись предметом оценки судов нижестоящих  инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу  обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства  исследованы и оценены по правилам статьи 71 АПК РФ. Оснований для  переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда  округа не имеется (статья 286 АПК РФ).  

Нарушений норм материального или процессуального права,  являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ),  судом округа не установлено.  

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты отмене не  подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Курганской области  от 06.04.2022 по делу № А34-12193/2017 и постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 05.07.2022 по тому же делу оставить  без изменения, кассационную жалобу ФИО1 –  без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Ю.В. Кудинова  

Судьи Е.А. Павлова 

 С.Н. Соловцов