129/2023-23711(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: i № fo@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции 

Ф06-54129/2019

Дело № А72-19740/2018

г. Казань

30 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2023 года. 

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2023 года.  Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  

председательствующего судьи Моисеева В.А., судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи  Исмаиловой Г.Р.,  

при участии посредством веб-конференции представителя:  

Федеральной налоговой службы – ФИО1, доверенность  от 13.09.2022,  

при участии представителя в Арбитражном суде Поволжского округа:  

общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» –  ФИО2, доверенность от 02.02.2023,  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим  образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация»  

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 23.12.2022 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 02.03.2023  

по делу № А72-19740/2018 

по заявлениям конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «ГК» ФИО3 и Управления Федеральной  налоговой службы по Ульяновской области о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «ГК», ИНН 

<

***>,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.10.2020  (дата оглашения резолютивной части) общество с ограниченной  ответственностью «ГК» (далее – ООО «ГК», должник) признано  несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного  производства. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3, член Союза «СОАУ «Альянс».  

01.10.2021 конкурсный управляющий ООО «ГК» ФИО3  обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО4 за неисполнение  обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным  (банкротом) ООО «ГК» в размере 2 129 763,93 руб.  

Определением от 20.10.2021 заявление принято судом к  рассмотрению.  

08.12.2021 в Арбитражный суд Ульяновской области от Управления  Федеральной налоговой службы по Ульяновской области поступило заявление  о привлечении контролирующих должника лиц ФИО4,  выгодоприобретателя общества с ограниченной ответственностью «Грузовая  

Компания» (далее – ООО «Грузовая Компания») к субсидиарной  ответственности и взыскании солидарно с ФИО4, ООО «Грузовая  Компания» в конкурсную массу должника 12 899 497,78 руб.  

Определением от 08.12.2021 суд объединил заявления для  совместного рассмотрения с присвоением номера № А72-19740-15/2018.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области  от 23.12.2022 заявление конкурсного управляющего ООО «ГК»  ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующего должника лица: ФИО4 удовлетворено.  

Заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления  Федеральной налоговой службы по Ульяновской области о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц:  ФИО4 и ООО «Грузовая корпорация» удовлетворено.  

Суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для  привлечения ФИО4 и ООО «Грузовая корпорация» к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГК».  

Рассмотрение заявлений конкурсного управляющего ООО «ГК»  ФИО3 и Федеральной налоговой службы в лице Управления  Федеральной налоговой службы по Ульяновской области о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующего должника лиц -  ФИО4 и ООО «Грузовая корпорация» приостановлено до  окончания расчетов с кредиторами.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 02.03.2023 определение суда первой инстанции оставлено без  изменения.  

В кассационной жалобе ООО «Грузовая корпорация», ссылаясь на  неправильное применение судебными инстанциями норм права и  несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам  дела, просит отменить определение суда первой инстанции, постановление  

апелляционного суда, принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении заявленных требований.  

По мнению заявителя кассационной жалобы, налоговым органом  неверно определено итоговое сальдо по взаимоотношениям между  должником и ООО «Грузовая корпорация», в связи с чем судами сделан  ошибочный вывод о размере дебиторской задолженности последнего.  Заявитель также считает, что суды не приняли во внимание имеющиеся  доказательства, подтверждающие произведенные ООО «Грузовая  корпорация» платежи за должника.  

В отзыве на кассационную жалобу Федеральной налоговой службы  возражает против приведенных в ней доводов, просит оставить  обжалуемые судебные акты без изменения.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы в  пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), отзыва на нее, заслушав  в судебном заседании представителей Федеральной налоговой службы –  ФИО1, ООО «Грузовая корпорация» – ФИО2, судебная  коллегия приходит к следующему.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, конкурсный  управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО4 за неисполнение обязанности по подаче  заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в силу  статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

В своем заявлении конкурсный управляющий указывал, что  генеральный директор ООО «ГК» ФИО4 знал о наличии  признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.03.2018, однако с  заявлением должника в арбитражный суд не обратился.  

Разрешая спор в данной части, суд установил, что ООО «ГК»  зарегистрировано в качестве юридического лица 26.11.2015.  

Единственным учредителем общества, а также руководителем является  ФИО4  

Суд установил, что в нарушение требований предусмотренных  пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве ФИО4 не обратился в  суд с соответствующим заявлением, дело о банкротстве ООО «ГК»  возбуждено 20.12.2018 по заявлению кредитора ООО «Азиатско-Европейский Экспресс».  

Судом установлено, что за период с 2016 г. (первая отчетность с  момента создания ООО «ГК» по 2019 г., начиная с 2017 г. размер  кредиторской задолженности и краткосрочных обязательств должника  постоянно увеличивался.  

Так, в 2016 г. размер кредиторской задолженности составил  22 088 000 руб., в 2017 г. - 34 322 000 руб., в 2018 г. - 58 255 000 руб.;  размер краткосрочных обязательств составил: в 2016 г. - 22 088 000 руб., в  2017 г. - 34 322 000 руб., в 2018 г. - 59 391 000 руб.  

Таким образом, как установил суд, ФИО4 обязан был подать  заявление о признании ООО «ГК» несостоятельным (банкротом) не  позднее 01.05.2018, однако в нарушение статьи 9 Закона о банкротстве  этого не сделал.  

В своем заявлении уполномоченный орган сослался на выявленные  им в ходе выездной налоговой проверки сделки, совершенные между  ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация», причинившие ущерб должнику  и кредиторам в виде излишне выплаченных и не поступивших денежных  средств в размере 12 709 177 руб. 20 коп. В результате данных сделок, как  считает уполномоченный орган, ООО «Грузовая корпорация»  безвозмездно получило в пользование активы должника, следовательно,  извлекло выгоду из недобросовестных действий ФИО4,  являвшего руководителем и фактическим владельцем обеих организаций.  Таким образом, ООО «Грузовая корпорация» является контролирующим  должника лицом на основании презумпции, установленных подпунктом 3  

пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.  

По мнению уполномоченного органа, банкротство ООО «ГК»  вызвано действиями ФИО4 и ООО «Грузовая корпорация» как  контролирующих должника лиц и конечных выгодоприобретателей,  поскольку именно ФИО4 в силу участия в уставном капитале  ООО «ГК» определял действия этого общества и который использовал в  качестве прикрытия для безосновательного выведения активов должника с  использованием общества «Грузовая корпорация».  

Разрешая спор в данной части, суд исходил из следующего. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой  инстанции, инспекцией Федеральной налоговой службы по Засвияжскому  району г. Ульяновска проведена выездная налоговая проверка по вопросам  правильности исчисления и своевременности уплаты налогов ООО «ГК»  за период с 26.11.2015 по 31.12.2017. По результатам составлен акт  выездной налоговой проверки от 27.07.2018 № 13-12/30 и принято решение  от 28.09.2018 № 13-12/35 о привлечении ООО «ГК» к ответственности за  совершение налогового правонарушения.  

Решением о привлечении к ответственности за совершение налогового  правонарушения от 28.09.2018 № 13-12/35 ООО «ГК» доначислены: налог на  прибыль зачисляемый в федеральный бюджет за 6, 9, 12 мес. 2016 года, за  несвоевременное перечисление авансовых платежей начислен штраф в  размере 31 280 руб., недоимка в размере 312 799 руб., пени в размере 68 543.75  руб., налог на прибыль организаций зачисляемый в бюджет субъекта РФ, за  несвоевременное перечисление авансовых платежей за 6, 9, 12 мес. 2016 года,  начислен штраф в размере 281 519 руб., недоимка в размере 2 815 184 руб.,  пени в размере 620 699,97 руб., за непредставление документов начислен  штраф в размере 1300 руб., за несвоевременное перечисление НДФЛ за 2016 г.  начислен штраф в размере 832 руб.  

Всего сумма доначислений составила 4 132 157.72 руб., из которых  3 127 983. руб. - основной долг, 689 243.72 руб. - пени, 314 931 руб. - штрафы  

(задолженность включена в реестр требований кредиторов ООО «ГК»).  

Решение о привлечении к ответственности за совершение налогового  правонарушения вступило в законную силу 06.11.2018, в апелляционном  порядке не обжаловалось.  

Определениями Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2020,  от 02.02.2021 Федеральной налоговой службы включено в реестр требований  кредиторов ООО «ГК» с суммой 4 668 006,46 руб., в том числе в третью  очередь - 4 668 006,46 руб., из которых 3 120 861,94 руб. - основной долг, 1  232 213,52 руб. - пени, 314 931 руб. - штраф, (периоды задолженности: 2016 г.,  3 кв. 2018 г.).  

Из упомянутого решения налогового органа следует, что  контролирующим должника лицом в 2016 г. создана схема хозяйственных  отношений с использованием ООО «ТД Трансснабстрой»,  ООО «Торгпоставка», ООО «Транспортал» в виде организации  искусственного документооборота по оказанию транспортных услуг при  отсутствии реальных финансово-хозяйственных взаимоотношений. Целью  сделок являлось необоснованное получение налоговой выгоды,  выразившейся в завышении сумм налоговых вычетов по НДС и расходов,  учитываемых при исчислении налога на прибыль.  

ООО «ТД Трансснабстрой», ООО «Торгпоставка»,  ООО «Транспортал» созданы без цели осуществления  предпринимательской деятельности, в отсутствие финансовых, трудовых и  материальных ресурсов, офисных, торговых, складских и иных  помещений, иных ресурсов, необходимых для ведения  предпринимательской деятельности.  

Через расчетные счета указанных лиц денежные средства должника  перечислялись в адрес контрагентов не имеющих активов для ведения  хозяйственной деятельности, производилась оплата по корпоративной  карте на цели, не связанные с предпринимательской деятельностью,  производилось обналичивание денежных средств.  

В 2016 г. ООО «ГК» всего перечислено денежных средств в размере  7 605 100 руб., что составляет 31% от активов должника за 2016 г. и  является крупной сделкой.  

В решении налогового органа содержится вывод о том, что  перечисление денежных средств в адрес юридических лиц, не  осуществляющих хозяйственную деятельность и неуплата налога в  бюджет ухудшило финансовое состояние ООО «ГК» и привело к ситуации,  при которой активов организации не достаточно для погашения  требований кредиторов.  

Суд первой инстанции признал доказанным совершение  ФИО4 действий, причинивших существенный вред  имущественным правам кредиторов, повлекшими невозможность полного  погашения требований кредиторов, которые выразились в выведении  активов должника путем организации искусственного документооборота при  отсутствии реальных финансового-хозяйственных взаимоотношений.  Указанное обстоятельство установлено решением выездной налоговой  проверки от 28.09.2018, которое не обжаловалось налогоплательщиком.  Действия ФИО4, как единоличного исполнительного органа и  одновременно владельца организации, самостоятельно принимающего  решения относительно заключения сделок, заполнения и представления  бухгалтерской и налоговой отчетности и распоряжения денежными  средствами юридического лица привели к доначислению значительной суммы  налоговой задолженности, и, фактически. к банкротству организации.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о  наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной  ответственности в силу статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность  полного погашения требований кредиторов.  

Относительно доводов уполномоченного органа о наличии оснований  для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Грузовая  корпорация», как выгодоприобретателя, судом установлено, что за 2016 г. и  

2017 г. у ООО «Грузовая корпорация» образовалась дебиторская  задолженность перед ООО «ГК» в размере 9 309 297,20 руб.  

Непогашенная дебиторская задолженность должником не взыскивалась.  

С учетом данного обстоятельства, а также признаков аффилированности  между ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация» и фактической их  подконтрольности ФИО4, суд пришел к выводу о получении  ООО «Грузовая корпорация» выгоды в форме безвозмездного использования  имуществом должника и излишне полученных денежных средств, на общую  сумму 9 309 297 руб. 20 коп.  

Судом при этом также принято во внимание, что ФИО4 перевел  деятельность должника (с переводом активов, сотрудников - бывшие  сотрудники ООО «ГК» - ФИО5, ФИО6, ФИО7,  ФИО4, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10 с 2017-2021 получали доход у ООО «Грузовая корпорация») на  взаимосвязанное юридическое лицо – ООО «Грузовая корпорация».  

Судом установлено, что руководителем ООО «ГК» -  ФИО4 совершались сделки, посредством которых происходило  увеличение дебиторской задолженности, что идет вразрез с интересами  общества и его кредиторов.  

При этом должник не получал равноценного встречного исполнения,  что указывало на нерыночный характер правоотношений и намерение  нанести вред интересам кредиторов, которые оказались лишены  возможности получить возмещение своих потерь полностью либо в части.  Таким образом, совершение руководителем должника ФИО4  как контролирующим должника лицом сделок, привели к безвозмездному  выбытию имущества.  

Следовательно, как установил суд, совершенными сделками,  должнику и его кредиторам был причинен имущественный вред в размере  не менее 9 309 297 руб. 20 коп.  

Суд согласился с представленным уполномоченным органом  

расчетом, в соответствии с которым балансовая стоимость активов  ООО «ГК» на 31.12.2017 составляла 40 186 000 руб., что в соотношении с  совокупным размером причиненными сделками убытка (9 309 297 руб. 20  коп. (непогашенная дебиторская задолженность ООО Грузовая корпорация  перед ООО «ГК») + 9 194 915 руб. (стоимость транспортных услуг  оказанных ООО «ТД Трансснабстрой» должником) + 2 800 212 руб.  (стоимость транспортных услуг оказанных ООО «Торгпоставка»  должником) +3 644 788 руб. (стоимость транспортных услуг оказанных  ООО «Транспортал» должником), совершенных под руководством  ФИО4 был причинен имущественный вред кредиторам в 62- процентном отношении от суммы активов.  

Исходя из данного соотношения размера активов должника и  размера имущественного вреда, суд пришел к выводу о том, что  совершенные сделки являлись значимыми. В результате совершения  сделок под влиянием контролирующего должника лица был причинен  существенный вред имущественным правам кредиторов ООО «ГК». Таким  образом, судом установлено, что в результате совершения  ФИО4 сделок, безвозмездно выбывало имущество должника.  Последующее непринятие мер ФИО4 по взысканию  образовавшейся у ООО «ГК» дебиторской задолженности, привело к тому,  что общество утратило возможность отвечать по своим обязательствам  перед кредиторами, в том числе перед бюджетом.  

При этом судом был отклонен, как не соответствующий  установленным обстоятельствам обособленного спора, довод ответчика о  том, что ООО «Грузовая корпорация» в периоды с 2017 г. по 2019 г.  производило оплату кредиторской задолженности ООО «ГК», в связи с  чем размер имущественного вреда, причиненного должнику, кредиторам и  уполномоченному органу составляет 884 883,75 руб.  

Суд установил, что ООО «ГК» (должник) и ООО «Грузовая  корпорация» являются организациями с идентичными сокращенными  

наименованиями - ООО «ГК» (согласно выписок из ЕГРЮЛ),  возглавляемыми одним и тем же директором - ФИО4,  расположенными в одном городе (г. Ульяновск) и имеющими идентичный  основной вид деятельности, связанный с перевозками, с совместно  организованным бухгалтерским учетом и оформлением документации.  

Представленные ООО «Грузовая корпорация» платежные поручения  за 2017-2019 г., отражающие перечисления денежных средств в адрес  третьих лиц за должника, суд не принял в качестве доказательства как  наличия самой задолженности должника перед кредиторами, так и  необходимости ее оплаты третьим лицом.  

Суд пришел к выводу о том, что платежи ООО «Грузовая  корпорация» в адрес ООО «Трубная грузовая компания», ОАО «РЖД»,  Филиал ФГП ВО ЖДТ России На куйбышевской ЖД, ИП ФИО11,  ООО «Гофротара», ООО «Велес», ИП ФИО12, ООО «Валента  плюс», ООО «ВЭЙ-Групп.РФ», ООО «Рейлшип Сервис», ООО «Пасифик  лоджистик», ООО «ЭфЭмДжи Владивосток», ООО «Транзит») не  уменьшали дебиторскую задолженность, поскольку, хотя формально и  выполнялись за должника (указание на соответствующее назначение  платежа в платежных поручениях), однако фактически представляли собой  самостоятельные платежи ООО «Грузовая корпорация» в рамках его  собственных обязательств, поскольку у должника не имелось  задолженности перед данными лицами в оплаченном ООО «Грузовая  корпорация» размере.  

Судом установлено, что ООО «Грузовая корпорация» в результате  действий (бездействия) ФИО4 получило необоснованную  существенную выгоду в виде активов и безвозмездного использования  имущества в общем размере 12 709 177,20 руб.  

Кроме того, судом принято во внимание, что конкурсным  управляющим должником в ходе процедуры банкротства выявлены  признаки преднамеренного банкротства (заключение от 25.09.2020 за  

период с 31.12.2016 по 01.09.2020), о чем письмом от 07.10.2020   № 18-23/15241 им были проинформированы правоохранительные органы,  а также факт возбуждения уголовного дела по признакам преступления,  предусмотренного частью 1 статьи 187 Уголовного кодекса Российской  Федерации (изготовление в целях использования фиктивных платежных  поручений).  

Установив данные обстоятельства, суд пришел к выводу о  доказанности оснований для привлечения ФИО4 и  ООО «Грузовая корпорация» к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника и необходимости приостановления дальнейшего  рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами.  

Руководствуясь положениями статей 9, 10, пунктами 1, 4  статьи 61.10, пунктами 2, 3, 5 статьи 61.11, пунктом 1 статьи 61.12 Закона  о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53),  суд удовлетворил заявление в указанной части.  

Апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор по  правилам главы 34 АПК РФ согласился с выводами суда первой инстанции  о том, что банкротство ООО «ГК» вызвано действиями ФИО4 и  ООО «Грузовая корпорация» и наступило в результате безосновательного  выведения активов должника.  

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы,  содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим  обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной  инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без  нарушения либо неправильного применения норм материального права и  норм процессуального права.  

Руководствуясь положениями пункта 3 статьи 4 Федерального  

закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный  закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях«, пункта 1 статьи 4 ГК  РФ, исходя из периода времени, в который были совершены вменяемые в  вину ответчикам действия (бездействие), суд пришел к выводу о  необходимости применения к спорным правоотношениям положений  статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  28.06.2013 № 134-ФЗ, применив при этом предусмотренные Законом о  банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о  порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности, подлежащие применению независимо от периода, в  который, имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено  производство по делу о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве  руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в  арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований  одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности  исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по  уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме  перед другими кредиторами; должник отвечает признакам  неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.  

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление  должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок,  но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих  обстоятельств.  

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в  арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении  в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения)  в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего  Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц,  

на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по  созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче  данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о  банкротстве).  

Как разъяснено в пунктах 9, 12 постановления Пленума № 53  обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель,  находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника,  должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника,  ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью  удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми  возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве,  презюмируется.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в  редакции Федерального закона № 134-ФЗ) если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих  обстоятельств:  

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим  лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные  

в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме  задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение  которого вступило в силу решение о привлечении должника или его  должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными  исполнительными органами, к уголовной, административной  ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том  числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате  производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату  закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего  размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме  задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.  

Согласно пункту 16 постановления Пленума № 53, под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве)  следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим  объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно  убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  

возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы  управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение  выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Согласно подпункту 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве  пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось  контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из  незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1  статьи 53.1 ГК РФ (лица, уполномоченные выступать от имени  юридического лица в силу закона, иного правового акта или  учредительного документа).  

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума № 53  предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том  числе недобросовестного, поведения руководителя должника является  контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о  банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может  быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов  деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов,  которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя  должника соответствовали закону, в том числе принципу  добросовестности.  

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника  является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в  том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения  последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб  интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на  заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным  исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с  использованием документооборота, не отражающего реальные  хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию,  привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою  

добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение  актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах  обычно совершаются аналогичные сделки.  

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в  материалах дела доказательства в их совокупности, установив  обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО4 не исполнил  предусмотренную статьей 9 Закона о банкротстве обязанность обратиться  в суд с заявлением о признании должника банкротом при наличии к тому  оснований, совершил сделки, повлекшие выбытие активов должника и  совершение которых привело к невозможности вследствие недостатка  конкурсной массы уплатить налоги и рассчитаться с кредиторами, ставшие  в итоге причиной объективного банкротства ООО «ГК», в то время как  выгодоприобретателем по данным сделкам стало подконтрольное ему же  ООО «Грузовая корпорация», суды пришли к правомерному выводу о  наличии оснований для привлечения бывшего руководителя должника и  ООО «Грузовая корпорация», как выгодоприобретателя, к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Суд кассационной инстанции считает, что, разрешая спор, суды  первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали  представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему  убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установили  все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные  выводы по существу требований, а также не допустили неправильного  применения норм материального и процессуального права.  

Доводы, приведенные ООО «Грузовая корпорация» в его  кассационной жалобе, в том числе, о неверном значении дебиторской  задолженности, подлежат отклонению, так как касаются вопроса  установления фактических обстоятельств обособленного спора, что  является компетенцией судов первой и апелляционной инстанций.  

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная  

инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые  обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства,  которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной  инстанций.  

Иных доводов, опровергающих установленные судом обстоятельства  и сделанные выводы, в кассационной жалобе не приведено.  

При таких обстоятельствах у суда округа отсутствуют правовые  основания для отмены обжалуемых судебных актов.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 23.12.2022  и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 02.03.2023 по делу № А72-19740/2018 оставить без изменения,  кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской  Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в  порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий судья В.А. Моисеев   Электронная подпись действительна. 

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 30.11.2022 8:44:00

Судьи А.Г. Иванова  

Кому выдана Третьяков Николай Анатольевич

Электронная подпись действительна. 

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

 Да та 28.03.20 22 5:16:00 Н.А. Третьяков 

Кому выдана Моисеев Владимир АлександровичЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 28.03.2022 4:42:00

Кому выдана Иванова Альфия Гаязовна