1031/2022-407481(3) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-12367/2020

15 сентября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1  Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2022 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 15 сентября 2022 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Бурденкова Д.В. судей Морозовой Н.А., Сотова И.В. при ведении протокола судебного заседания: ФИО1 при участии: от ООО ФИО2: ФИО3 (доверенность от 30.01.2022), от ООО 

«Огнеупорные решения»: ФИО4 (доверенность от 15.07.2021)  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  (регистрационный номер 13АП-22390/2022, 13АП-22388/2022, 13АП-22389/2022)  конкурсного управляющего ООО «Группа компаний «Измельчитель», ФИО5, ООО «Огнеупорные решения» на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  09.06.2022 по обособленному спору № А56-12367/2020/суб.1 (судья Пономарева  О.С.), принятое по заявлению исполняющего обязанности конкурсного  управляющего ООО «Группа компаний «Измельчитель» ФИО6 к ФИО5 и ФИО2 о привлечении к субсидиарной  ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Группа  компаний «Измельчитель»,  

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом  «Средневолжский» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной  ответственностью «Группа компаний «Измельчитель» (далее – должник, ООО «ГК  «Измельчитель») несостоятельным (банкротом).  

Определением от 28.02.2020 указанное заявление принято к производству. 

Определением арбитражного суда от 14.05.2020 в отношении ООО «ГК  «Измельчитель» введена процедура наблюдения, временным управляющим  утвержден ФИО6.  

Решением от 28.01.2021 в отношении ООО «ГК «Измельчитель» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное  производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на  ФИО6  

Конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с  заявлением о привлечении ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании 74 830 564 руб. 71 коп.  

Определением от 31.01.2022 арбитражный управляющий ФИО6  освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего по делу о  несостоятельности (банкротстве) ООО «ГК «Измельчитель»; конкурсным  управляющим в деле о банкротстве должника утверждена ФИО7.  

Конкурсный управляющий ФИО7 уточнила заявление, просила  привлечь ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника, приостановить рассмотрение заявления до окончания  расчетов с кредиторами.  

Определением от 09.06.2022 суд привлек к субсидиарной ответственности  ФИО5 по обязательствам должника. Приостановил производство по  заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до  окончания расчетов с кредиторами, в отношении ФИО2 отказал.  

В апелляционной жалобе ФИО5, считая определение в части  привлечения его к субсидиарной ответственности незаконным и необоснованным,  просит определение в обжалуемой части отменить, полагая, что оснований для  привлечения его к субсидиарной ответственности не имелось. Конкурсному  управляющему передана вся первичная документация должника, препятствия в  процедуре банкротства не имеется, о чем свидетельствует оспаривание конкурсным  управляющим сделок должника на общую сумму 100 000 000 руб., при наличии в  реестре двух кредиторов в третьей очереди с общей суммой требований  10 000 000 руб.  

По мнению подателя жалобы, вывод суда первой инстанции о том, что по  состоянию на 31.12.2016 деятельность ООО «ГК Измельчитель» осуществлялась с  убытком, имелись признаки неплатежеспособности является ошибочным, в спорный  период отсутствовали признаки объективного банкротства.  

В апелляционных жалобах конкурсный управляющий должником, ООО  «Огнеупорные решения», считая определение в части отказа в привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО2, незаконным и необоснованным,  вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при  несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, просит определение в  указанной части отменить, заявленные требования удовлетворить в полном  объеме.  

Податели жалобы указывают, что в период осуществления  профессиональной деятельности в качестве главного бухгалтера должника ФИО2 допустила намеренное искажение первичных бухгалтерских документов при их  составлении.  

В том числе бухгалтерской отчетности за 31.12.2016, 31.12.2017, 31.12.2018,  31.12.2019, документов налоговой отчетности, что установлено в рамках  рассмотрения обособленного спора № А56-12367/2020/тр.3.  

Указанные обстоятельства являются основанием для привлечения ее к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

ООО «Огнеупорные решения» также указало, что помимо обязанностей  главного бухгалтера должника ФИО2 в период с 2016 по 2019 год являлась  главным бухгалтером аффилированного с должником лица – АО «ГК Энергогаз».  

При введении бухгалтерских документов данных общество ФИО2 в  отчетности должника не отражала информации о начисленных процентах по  займам, предоставленным должнику АО «ГК Энергогаз» в период с 2016 по 2018  год.  

При этом, в бухгалтерской документации АО «ГК Энергогаз» отражала 

начисленные проценты по займам, предоставленным должнику, как прибыль от  данных операций. Данные обстоятельства исключают случайность  соответствующих искажений.  

По мнению подателей жалоб, систематический характер действий ФИО2  указывает на то, что она совместно с бывшим руководителем должника  ФИО5 совершила действия, приведшие к умышленному искажению  

содержащихся сведений в бухгалтерской отчетности должника, повлекшие при  неплатежеспособности должника причинение ущерба его кредиторам.  

ФИО2 возразила против удовлетворения апелляционных жалоб  конкурсного управляющего и ООО «Огнеупорные решения», просила определение  оставить без изменения, указывая, что на дату возбуждения дела о банкротстве не  являлась главным бухгалтером должника, обязанность по передаче документации  ООО «ГК «Измельчитель» конкурному управляющему у нее отсутствовала.  

По мнению ФИО2, управляющий не доказал причинно-следственную  связь между искажением бухгалтерской отчетности и существенным затруднением  проведения процедур в деле о банкротстве.  

ООО «Огнеупорные решения» возразило против удовлетворения ФИО5 по основаниям, изложенным в отзыве на жалобу, указывая, что допущенные в  период с 2016 по 2018 год искажения бухгалтерского учета, связанные с неучетом в  составе расходов должника процентов за пользование займами, сокрытие в  отчетности убытков подтверждает факт того, что деятельность должника за  31.12.2016 была заведомо убыточной, а сам должник находился в состоянии  имущественного кризиса, о чем ФИО5 и ФИО2 не могли не знать.  

Согласно заключению о наличии признаков преднамеренного и фиктивного  банкротства ООО «ГК Измельчитель» конкурсным управляющим установлены  признаки преднамеренного банкротства должника, деятельность должника велась  со значительным убытком, должником произведено отчуждение имущества и  денежных средств в пользу аффилированных лиц.  

ООО «Огнеупорные решения» также указывает, что конкурсному  управляющему не переданы документы первичного бухгалтерского учета и  документы о принадлежности должнику внеоборотных активов в виде доходных  вложений в материальные ценности, оборотных активов в виде финансовых  вложений, прочих оборотных активов, отраженных бухгалтерской отчетности на  31.12.2018, а также на 31.12.2019, бухгалтерская программа должника 1С.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного  заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ) с  учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона  

от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный  кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ апелляционный суд считает  возможным рассмотреть дело в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в  апелляционном порядке.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, с  29.02.2016 ФИО5 является участником должника с долей в уставном  капитале в размере 100% и генеральным директором должника.  

ФИО2 являлась главным бухгалтером должника с 01.08.2016 по  30.10.2019.  

Как указывает конкурсный управляющий, генеральным директором  ФИО5 и главным бухгалтером ФИО2 допущены искажения  бухгалтерского учета и отчетности должника, не осуществлена передача части  документов бухгалтерского учета и отчетности, в частности бухгалтерской  программы 1С бухгалтерии, а также первичных документов, подтверждающих право  должника на имущество, входящее в состав оборотных активов должника в 2017,  2018, 2019 году.  

При этом, в рамках обособленного спора № А56-12367/2020/тр.3  рассматривалось заявление ООО "ГК Энергогаз" о включении в реестр требований  кредиторов должника 52 763 254 руб. основного долга по договорам займа и 8 159  168 руб. 91 коп. процентов, по результатам рассмотрения которого судом  установлено, что ООО "ГК Энергогаз" и должник являются заинтересованными  лицами имеющих одного руководителя - ФИО5  

Судом также было установлено, что должником в 2016 - 2018 годах  искажались сведения бухгалтерского учета, связанные с неучетом в составе  расходов процентов за пользование займами. Осуществлялось сокрытие в  отчетности убытков, что подтверждает факт того, что деятельность должника в  момент предоставления займов, которые заявлены кредитором для включения в  реестр, была заведомо убыточной, а сам должник находился в состоянии  имущественного кризиса.  

Из представленных в материалы дела документов следует, что после  наступления согласованного в договорах срока возврата займа меры к его  истребованию не предпринимались, дополнительными соглашениями сроки  

возврата займов и уплаты процентов по ним неоднократно продлевались. Новые  займы предоставлялись должнику при наличии задолженности по погашению ранее  предоставленных займов, что не соответствует цели и правовой природе заемных  отношений.  

Невостребование в разумный срок займов также является формой  финансирования должника, изъятие которого повлекло бы возникновение  имущественного кризиса на стороне должника.  

Доказательства того, что внутреннее финансирование с использованием  конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на  уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не  нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника,  также не представлено.  

Кроме того, ФИО5, заключались убыточные для должника сделки,  направленные на вывод его активов, и несвоевременно исполнена обязанность по  обращений в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ГК «Измельчитель»  банкротом.  

Ссылаясь на то, что данные нарушения влекут возникновение субсидиарной  ответственности на основании статьей 61.11, 61.12 Федерального закона от  26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о  банкротстве), поскольку в результате таких действий существенно затруднено  проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, конкурсный  управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Суд первой инстанции, сделав вывод об обоснованности требований  конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности только  ФИО5, привлек данное лицо к субсидиарной ответственности, в  удовлетворении требований к ФИО2 отказал.  

 Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции  иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по  обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке  арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о  банкротстве, апелляционный суд пришел к выводу, что обжалуемое определение  подлежит отмене в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО2  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего  Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается  физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три  года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их  возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника  банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или  возможность иным образом определять действия должника, в том числе по  совершению сделок и определению их условий.  

В соответствии с подпунктам 1, 2 пункта 4 указанной статьи пока не доказано  иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если  это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника,  членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с  заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами  голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей  уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью,  или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица  либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.  

В частности, в соответствии с положениями статьи 44 Федерального закона от  08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее -  Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества,  единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального  исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими  прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества  добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом  за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если  иные основания и размер ответственности не установлены федеральными  законами. При определении оснований и размера ответственности названных лиц  

должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные  обстоятельства, имеющие значение для дела.  

Из указанного следует, что в соответствии с названными положениями Закона  о банкротстве и Закона об ООО к субсидиарной ответственности может быть  привлечен как единоличный исполнительный орган, так и учредители (участники)  должника, а также иные лица, которые имеют право давать обязательные для  должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия.  

По вменяемым конкурсным управляющим нарушениям оба ответчика  являются субъектами субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  поскольку их правовой статус соответствует диспозиции пунктов 1 и 4 статьи 61.10  Закона о банкротстве  

Привлекая к ответственности соответствующих лиц суд должен установить  фактические обстоятельства, которые позволили бы прийти к выводу о наличии у у  ответчиков статуса контролирующего должника лица и конкретные действия,  которые могли бы послужить основанием для применения к ним ответственности  при отсутствии такого статуса, применительно к разъяснениям пункта 24  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N  53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель  должника, а также временный управляющий, административный управляющий,  внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного  управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации  должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному  управляющему.  

При этом, данная обязанность признается выполненной надлежащим  образом при условии передачи документации соответствующей действующему  законодательству и не имеющих искажений.  

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при  

наличии хотя бы одного из указанных в диспозиции данной нормы обстоятельств, в  том числе:  

- в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о  введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации  финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации,  

- либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе  формирование и реализация конкурсной массы.  

Таким образом, в состав дефиниции, предусмотренной указанной нормой,  также включена ответственность руководителя за искажение документов  бухгалтерского учета и (или) отчетности.  

Как разъяснено в пункте 24 Постановление N 53 лицо, обратившееся в суд с  требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить  суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней  полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло  на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к  ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что  недостатки представленной управляющему документации не привели к  существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав  отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности,  подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей  по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и  осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  

невозможность определения основных активов должника и их  идентификации;  

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и  их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть  вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

невозможность установления содержания принятых органами должника  решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения  ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания  убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Субъектами такой ответственности наряду с контролирующими лицами могут  являться иные лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению  соответствующей документации (например, главный бухгалтер), если действия,  приведшие к причинению предприятию-банкроту убытков, были совершенным ими  совместно, на принципах соучастия. Указанное следует из абзацев 13, 14 пункта 24  Постановления N 53.  

Согласно пунктам 1, 3 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ  "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов  бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.  Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского  учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо  заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное  не предусмотрено настоящей статьей.  

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что обязанность по ведению  бухгалтерского учета, составлению соответствующей первичной документации  должника, была возложена и исполнялась ФИО2 под контролем бывшего  руководителя должника ФИО5  

Тем самым, действия ФИО2 и ФИО5 по составлению  первичной бухгалтерской документации и отчетности носили совместный,  скоординированный характер. Обратного участвующими в деле лицами не  доказано.  

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что ФИО2 не является субъектом субсидиарной ответственности по данному основанию  является ошибочным.  

В настоящем случае, в рамках рассмотрения заявления ООО  "Огнеупорные решения" о признании недействительной сделкой по перечислению  ООО "Группа компаний "Измельчитель" в пользу АО "ГК Энергогаз" (в настоящее  

время преобразовано в общество с ограниченной ответственностью "ГК  Энергогаз",) денежных средств в размере 79 048 381 руб. 68 коп. в счет возврата по  договорам займа и применении последствий недействительности сделки в виде  взыскания с ООО "ГК Энергогаз" в конкурсную массу должника денежных средств в  размере 79 048 381 руб. 68 коп. судом установлено, что должником в 20162018 годах искажались сведения бухгалтерского учета, связанные с неучетом в  составе расходов процентов за пользование займами, осуществлялось сокрытие в  отчетности убытков, что подтверждает факт того, что деятельность должника была  заведомо убыточной, а сам должник находился в состоянии имущественного  кризиса.  

Из бухгалтерских балансов и отчетов о прибылях и убытках должника за 20162019 годы следует, что должник не включал в 2016, 2017, 2019, 2019 годах  начисленные проценты по всем договорам займа в состав расходов, что  свидетельствует о систематичности таких искажений, носящих намеренный  характер по введению в заблуждение кредиторов относительно активов должника.  

Кроме того, как указано конкурсным кредитором ООО «Огнеупорные  решения», что помимо обязанностей главного бухгалтера должника ФИО2 в  период с 2016 по 2019 годы являлась также главным бухгалтером  аффилированного с должником лица – АО «ГК Энергогаз», при ведении  бухгалтерских документов которых отражала противоречивую информацию,  направленную на сокрытие убыточности деятельности должника.  

Ответчиками не опровергнуты факты совершения умышленных действий по  ненадлежащему ведению бухгалтерского учета должника.  

При искажении бухгалтерской отчетности вина контролирующего лица в  банкротстве должника презюмируется, поэтому на ответчиках лежит бремя  опровержения невозможности формирования конкурсной массы для расчетов с  кредиторами в ходе конкурсного производства в связи с искажением бухгалтерской  отчетности.  

Данные обстоятельства ФИО2 и ФИО5 не опровергнуты. 

Ответчики не представили пояснения по поводу систематического отражения  в бухгалтерском учете должника недостоверной информации об осуществлении  хозяйственной деятельности и активах должника.  

Напротив, согласно заключению о наличии признаков преднамеренного и  фиктивного банкротства ООО «ГК Измельчитель» конкурсным управляющим  

установлены признаки преднамеренного банкротства должника. Деятельность  должника велась со значительным убытком, должником произведено отчуждение  имущества и денежных средств в пользу аффилированных лиц.  

В соответствии с бухгалтерским балансом должника на 31.12.2018 в состав  имущества должника входят внеоборотные активы в виде доходных вложений и  материальных ценностей в сумме 26 983 000 руб. (стр. 1160), оборотные активы в  виде финансовых вложений в сумме 56 194 000 руб. (стр. 1240), прочие оборотные  активы в сумме 32 725 000 руб. (стр. 1260).  

Согласно бухгалтерского баланса должника на 31.12.2019 в состав имущества  должника входят внеоборотные активы в виде доходных вложений в материальные  ценности в сумме 15 331 000 руб. (стр. 1160), оборотные активы в виде финансовых  вложений в сумме 90 000 руб. (стр. 1240), прочие оборотные активы в сумме 45 117  000 руб. (стр. 1260).  

Однако документы первичного бухгалтерского учета и документы о  принадлежности должнику внеоборотных активов в виде доходных вложений в  материальные ценности, оборотных активов в виде финансовых вложений, прочих  оборотных активов, бухгалтерская программа должника 1С бухгалтерия конкурсному  управляющему не переданы.  

В соответствии с отчетом конкурсного управляющего от 26.07.2021 каких-либо активов и имущества, принадлежащего должнику, не обнаружено.  

Таким образом, изложенные ответчиками в бухгалтерской отчетности  должника на 31.12.2018 года, а также на 31.12.2019 года сведения о наличии у  должника внеоборотных активов в виде доходных вложений в материальные  ценности, а также оборотных активов не подтверждены документами бухгалтерского  учета и документами о принадлежности активов должнику.  

Довод ФИО5 о том, что им были переданы конкурсному  управляющему документы бухгалтерского учета должника и бухгалтерская  программа 1С подлежит отклонению апелляционным судом как необоснованный,  неподтвержденный надлежащими доказательствами  

Актов приема-передачи документов бухгалтерского учета ФИО5  конкурсному управляющему ФИО6, или иных документов, содержащих  сведения о передаче документов, запрошенных конкурсным управляющим  ФИО7, и бухгалтерской программы 1С в материалы дела ответчиком не  представлено.  

Таким образом, искажение бухгалтерской документации должника, не  передача бухгалтерской программы 1С бухгалтерия, первичных документов  бухгалтерского, учета, документов о принадлежности активов, лишила конкурсного  управляющего возможности установить перечень, состав и размер вышеуказанных  внеоборотных и оборотных активов должника, провести полный анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, установить факты возможного незаконного  выбытия имущества из распоряжения должника и осуществить пополнение  конкурсной массы.  

Ссылка ответчиков на то, что конкурсным управляющим оспариваются сделки  на общую сумму превышающих реестр требований кредиторов подлежит  отклонению апелляционным судом как необоснованная, поскольку не освобождает  ответчиков от субсидиарной ответственности, а наоборот, при наличии оснований  для признания сделок недействительными свидетельствует о ненадлежащем  исполнении контролирующими должника лицами своих обязанностей.  

При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции имелись основания для  привлечения к субсидиарной ответственности обоих ответчиков на основании  статьи 61.11 Закона о банкротстве по вышеуказанным обстоятельствам.  

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер  субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному  размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а  также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований  кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине  недостаточности имущества должника.  

В силу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент  рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по  основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Федерального закона,  невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд  после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной  ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части  выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения  этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания  рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с  кредиторами.  

Обжалуемое определение в части отказа в удовлетворении заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 подлежит отмене, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «Группа компаний «Измельчитель». Производство по заявлению в части  определения размера субсидиарной ответственности следует приостановить до  окончания расчетов с кредиторами ООО «Группа компаний «Измельчитель».  

В остальной части определение от 09.06.2022 оставить без изменения,  апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.  

Выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности ФИО5 являются правильными,  соответствующими материалам дела.  

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 09.06.2022 по делу № А56-12367/2020 в части отказа в удовлетворении  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2  отменить.  

В указанной части принять новый судебный акт. 

Привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по  обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний  «Измельчитель».  

Приостановить производство по заявлению в части определения размера  субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами общества с  ограниченной ответственностью «Группа компаний «Измельчитель».  

В остальной части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга  и Ленинградской области от 09.06.2022 по делу № А56-12367/2020 оставить без  изменения, апелляционную жалобу ФИО5 – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий Д.В. Бурденков  

Судьи Н.А. Морозова  

 И.В. Сотов