ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-42906/2022

10 января 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     19 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 января 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.

 

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

 

при участии:  

от истца (заявителя): ФИО2 по доверенности от 04.03.2022 (онлайн)

от ответчика (должника): 1. ФИО3 по доверенности от 26.09.2022 (онлайн), 2. не явился, извещен

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-34309/2022)  индивидуального предпринимателя ФИО7 на решение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.09.2022 по делу № А56-42906/2022 (судья Жбанов В.Б.), принятое

по иску общества с ограниченной ответственностью «Виртуальные приборы» в лице представителя ФИО4

к  1) индивидуальному предпринимателю ФИО7; 2) обществу с ограниченной ответственностью «Автоматизация систем тестирования» 

о признании недействительными арбитражных соглашений,

установил:

ФИО4 в защиту интересов общества с ограниченной ответственностью «Виртуальные приборы» (далее – Общество) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО7 и обществу с ограниченной ответственностью «Автоматизация систем тестирования», в котором просит признать недействительным арбитражное соглашение от 24.11.2021, заключенное между ООО «Виртуальные приборы» ФИО5 и ООО «АСТ» в лице ФИО6, арбитражное соглашение от 24.11.2021, заключенное между ООО «Виртуальные приборы» в лице ИП ФИО7 и ООО «АСТ» в лице ФИО6, согласно которым все споры, разногласия и требования, которые возникли либо могут возникнуть между сторонами в связи с Договором возмездного оказания услуг № 07/19 на разработку программного обеспечения от 06 мая 2019 г. с предметом исполнения «- исполнитель обязуется провести отдельные составные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по теме «Разработка решения программно-аппаратной реализации объекта для комплексного стенда агрегатов САУ ПД-35», а Заказчик обязуется принять и оплатить работы в соответствии с условиями настоящего Договора» спор, по которому рассматривается в Арбитражном суде г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области дело № А56-112478/2020 (определением от 17.09.2021 передано по подсудности в арбитражный суд Пермского края), а также по делу А50- 31189/2020, рассматриваемому в Арбитражном суде Пермского края, подлежат рассмотрению третейским судом ad hoc ФИО8 (ИНН 

<

***>).

Решением суда от 07.09.2022 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ИП ФИО7 подал апелляционную жалобу, в которой он просит обжалуемое решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование доводов жалобы ее податель указывает, что выводы суда первой инстанции в части того, что арбитражное соглашение является сделкой, не соответствуют действующему правовому регулированию. Также полагает, что при заключении арбитражных соглашений отсутствуют заинтересованность и порок воли. Обращает внимание, что судом первой инстанции не дана оценка доводу подателя жалобы о том, что ИП ФИО7 не является надлежащим ответчиком.

Истцом представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он доводы жалобы оспаривает, просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал.

Представитель истца против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенным в отзыве.

ООО «АСТ», надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, представителя в заседание не направил, отзыв не представил, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)  в его отсутствие по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в ЕГРЮЛ 03.08.2018. 

Участниками Общества являются ФИО4 (доля в уставном капитале в размере 80%, дата регистрации 03.04.2018), ФИО7 (доля в уставном капитале в размере 20%, дата регистрации 26.07.2019). 

С августа 2020 года между участниками общества ФИО7 (доля в уставном капитале Общества 20 %) и ФИО4 (доля в уставном капитале общества - 80%) имеется корпоративный конфликт, что подтверждено судебными актами по делам № А50-30004/2021, А50-25822/2020, А56-85242/21, А56-82780/2021, А56-43139/2021, А76- 7844/2021, А56-90875/2020, А50-30095/2020, А50-31189/2020. 

24.09.2020 проведено внеочередное общее собрание участников Общества, на котором генеральным директором Общества избрана ФИО4 07.10.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о том, что генеральным директором Общества является ФИО4 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.08.2021 по делу № А56-90875/2020, вступившим в законную силу 24.11.2021, решение от 24.09.2020 признано недействительным ввиду нарушения порядка созыва общего собрания. 

В ЕГРЮЛ в качестве представителей Общества, действующих от его имени без доверенности, значились и ФИО4 (на основании решения участников Общества от 24.09.2020), и ИП ФИО7 

24.11.2021 между ООО «Виртуальные приборы» в лице представителя ФИО5 по доверенности, выданной ФИО7 и ООО «АСТ» заключены арбитражные соглашения. 

Конституционное право на судебную защиту может быть ограничено субъектами права путем добровольного заключения соглашения о передаче рассмотрения спора в третейский суд. 

Подавая исковое заявление, истец указал на наличие порока воли Общества при заключении арбитражных соглашений. Несовпадение воли и волеизъявления выразилось в том, что арбитражные соглашения подписаны от имени Общества в отсутствие необходимого одобрения всех его участников. Это обстоятельство может свидетельствовать о недобровольном заключении оспариваемых соглашений, а значит о неправомерном ограничении конституционного права Общества на судебную защиту. 

Истец ссылается на то, что арбитражные соглашения не одобрены в установленном законом порядке, как это предусмотрено для сделок с заинтересованностью; кроме того, у ФИО7 отсутствовали полномочия на представление интересов Общества. 

05.03.2019 Общество в лице ФИО4 заключило договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа Общества управляющему ИП ФИО7 (далее - Договор)

Согласно п. 6.2 Договора данный договор заключен на срок до 31.12.2020 и может быть расторгнут в любое время по соглашению сторон или по требованию одной из сторон в порядке, установленном настоящим договором. 

Договор пролонгируется на тот же срок в случае, если ни одна из сторон не заявит об отказе от его пролонгации не позднее чем за 2 месяца до его окончания. 

В силу п. 6.4 Договора Общество вправе в любое время в одностороннем порядке отказаться от исполнения настоящего договора, письменно предупредив управляющего за 1 месяц до его расторжения путем направления соответствующего решения Единственного участника Общества. 

В подтверждение довода о том, что договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа ООО «Виртуальные приборы» управляющему от 05.03.2019 на дату заключения оспариваемых Арбитражных соглашений (24.11.2022) прекратил свое действие, а ФИО7 не имел полномочий на заключение оспариваемых арбитражных соглашений, истец представил определение Арбитражного суда Пермского края об отмене решения третейского суда по делу № А50-6277/2022 от 01.07.2022, а также решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.07.2022 по делу № А56-46951/2022, в котором были признаны недействительными арбитражные соглашения, заключенные между ООО «Виртуальные приборы» по воле ФИО7 и его родным братом ФИО7 на основании п. 1 ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» как сделки с заинтересованностью без предварительного уведомления второго участника ООО «Виртуальные приборы». 

Считая, что арбитражные соглашения нарушают законные интересы Общества, а также заключены с нарушением положений действующего законодательства, ФИО4 обратилась в защиту интересов Общества в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования обоснованными, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

В силу п. 1 ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания. Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации) являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке. 

На дату заключения арбитражных соглашений 24.11.2021 ИП ФИО7 являлся одновременно управляющим ООО «Виртуальные приборы» с полномочиями единоличного исполнительного органа и управляющим ООО «АСТ». 

То есть, ФИО7, будучи участником ООО «Виртуальные приборы», заключил от имени последнего соглашения с подконтрольной ему организацией. 

Лица, указанные в абзаце первом п. 1 ст. 45 Закона об ООО, должны доводить до сведения общего собрания участников общества, в том числе информацию об известных им совершаемых или предполагаемых сделках, в совершении которых они могут быть признаны заинтересованными (п.2 ст. 45 Закона об ООО). 

На сделку, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть до ее совершения получено согласие общего собрания участников общества по требованию участников (участника), доли которых в совокупности составляют не менее чем один процент уставного капитала общества (абз. 2 п.4 ст. 45 Закона об ООО). 

Решение о согласии на совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества) от общего числа голосов участников общества, не являющихся заинтересованными в совершении такой сделки или подконтрольными лицам, заинтересованным в ее совершении (абз. 3 п. 4 ст. 45 Закона об ООО). 

Уставом общества может быть установлен отличный от установленного настоящей статьей порядок одобрения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, либо установлено, что положения настоящей статьи не применяются к этому обществу. 

Такие положения могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении или внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно. Исключение из устава общества указанных положений осуществляется по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно (п.9 ст. 45 Закона об ООО). 

Доказательств направления ФИО7 в адрес второго участника Общества информации о заключении соглашений, а также последующего одобрения сделок в материалы дела не представлено, поэтому суд первой инстанции пришел к верному выводу относительного того обстоятельства, что, в нарушение ст. 45 Закона об ООО, информация о заключении спорных соглашений до ФИО4 доведена не была. 

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной по иску его участника, обладающего не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. 

Заключая спорные арбитражные соглашения в условиях открытого корпоративного конфликта в Обществе, ФИО7 не мог не знать, что соглашения совершаются против воли второго участника ФИО4 и интересам Общества.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, из материалов дела очевидно следует наличие порока воли при заключении арбитражных соглашений. Доказательств обратного, также как и доказательств соблюдения процедуры  уведомления о наличии у ФИО7 заинтересованности в заключении сделок и согласия второго участника на заключение указанных сделок, ответчиком, вопреки требованиям ст.65 АПК РФ, не представлено.

При этом апелляционный суд усматривает ошибочность в позиции подателя жалобы относительно отсутствия у арбитражного соглашения признаков сделки и отсутствия оснований для применения к нему положений о сделках с заинтересованностью. 

По смыслу п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут возникать из оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом, из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

Согласно пп.1 п.1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему 

Так, согласно п. 5 ст. 434.1 ГК РФ, стороны могут заключить соглашение о порядке ведения переговоров. Такое соглашение может конкретизировать требования к добросовестному ведению переговоров, устанавливать порядок распределения расходов на ведение переговоров и иные подобные права и обязанности. Соглашение о порядке ведения переговоров может устанавливать неустойку за нарушение предусмотренных в нем положений. 

Совокупное толкование указанных выше норм, позволяет заключить, что под гражданскими правами и обязанностями законодатель понимает как материальные, так и процессуальные права, в том числе право на согласование способов, форм и процедуры разрешения споров. 

Согласно п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража» под недействительным арбитражным соглашением понимается соглашение, заключенное при наличии порока воли (обман, угроза, насилие), с несоблюдением формы или противоречащее иным императивным требованиям применимого права. 

На основании п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража» арбитражные соглашения могут признаваться недействительными по основаниям, аналогичным тем, которые устанавливаются для признания сделок недействительными.

При указанных обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о необоснованности довода апелляционной жалобы об отсутствии у арбитражных соглашений признаков сделки.

Отклоняется апелляционным судом и довод жалобы о том, что ФИО7 не является надлежащим ответчиком по спору.

Как было указано ранее, в соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут возникать из оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом, из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Оспариваемые арбитражные соглашения заключались от имени ООО «Виртуальные приборы» по воле ФИО7 

Несмотря на то, что ФИО7 не является стороной сделки, в результате именно его действий от имени ООО «Виртуальные приборы» были заключены оспоренные арбитражные соглашения, то есть действия ФИО7 явились единственной и достаточной причиной возникновения настоящего корпоративного спора. 

Как следует из ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания сделки недействительной. 

Учитывая особенности фактических обстоятельств по настоящему делу и корпоративный характер возникшего спора, наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ФИО7 и предметом спора - оспариванием действительности арбитражных соглашений, заключение которых явилось прямым следствием действий, совершенных непосредственно ФИО7, ФИО7 правомерно признан судом первой инстанции надлежащим ответчиком по настоящему делу.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении иска и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 07.09.2022 по делу №  А56-42906/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Масенкова

Судьи

 

В.А. Семиглазов

 В.Б. Слобожанина