﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4686/21 

Екатеринбург

20 июля 2021 г.

 

Дело № А47-1702/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 июля 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столярова А. А.,

судей Лазарева С. В., Полуяктова А. С.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром бурение» (далее – общество «Газпром бурение») на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 25.01.2021 по делу № А47-1702/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 по тому же делу. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества «Газпром бурение» – Степанов Д.М. (доверенность от 01.01.2020 № 314);

акционерного общества «Преображенскнефть» (далее – общество «Преображенскнефть»)  – Толстых В.В. (доверенность от 01.01.2021 № 4), Герасимов Д.П. (доверенность от 01.01.2021 № 7).

Общество «Газпром бурение» обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением к «Преображенскнефть» о взыскании                      денежных средств в размере 68 534 563 руб. 07 коп., составляющих убытки, причиненные в результате расторжения договора № 231ПРН/16-818-АУ/16 от 22.09.2016. 

Общество «Преображенскнефть» обратилось со встречным иском к обществу «Газпром бурение» о взыскании 7 493 397 руб. 32 коп., в том числе 3 093 397 руб. 32 коп. убытков в виде оплаты работ сервисным подрядчикам в результате ненадлежащего выполнения работ по договору № 231ПРН/16-818-АУ/16 от 22.09.2016 и 4 400 000 руб. неустойки за отставание от графика бурения по пункту 8.5 договора. 

Определением суда от 08.05.2018 принят встречный иск акционерного общества «Преображенскнефть» для совместного рассмотрения его с первоначальным иском.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью научно-производственная фирма «Нефтетехпроект», общество с ограниченной ответственностью научно-промышленная геофизическая компания «Росгео» (далее - общество НПГК «Росгео»), общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственный центр «Бурение».

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.01.2021 в удовлетворении первоначальных исковых требований обществу «Газпром бурение» отказано. Исковые требования общества «Преображенскнефть» удовлетворены частично. С общества «Газпром бурение» в пользу акционерного общества «Преображенскнефть» взысканы 5 293 397 руб. 32 коп., в том числе 3 093 397 руб. 32 коп. убытков, 2 200 000 руб. штрафа, а также 280 000 руб. возмещение расходов по экспертизе, 60 467 руб. возмещение расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении оставшейся части встречных исковых требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 решение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, общество «Газпром бурение» обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении его исковых требований. По мнению кассатора, суды необоснованно возложили всю ответственность на подготовку проектной документации на подрядчика. Указал, что у него не было правовых оснований отказаться от соблюдения представленной заказчиком технической документации и самовольно выполнять работы способами и методами на свое усмотрение, а также использовать материалы (в т.ч. раствор для бурения), не утвержденные заказчиком. Подрядчик неоднократно уведомлял заказчика о непригодности безглинистого хлоркалиевого полимерного раствора для проведения работ по реконструкции эксплуатационных скважины № 367 Колганского месторождения методом зарезки боковых стволов, о возникающих в связи с этим инцидентах, а также о необходимости изменения технического задания, однако, заказчик настоял на продолжении выполнения работ, в связи с чем подрядчик вынужден был продолжать работы, следуя указанием заказчика. Заявитель полагает, что при таких обстоятельствах действия заказчика по одностороннему расторжению договора и не оплате фактически выполненных работ подрядчику является незаконным. Со ссылкой на судебную экспертизу, проведенную по делу, указал, что выводы экспертов подтверждают вину ответчика в произошедших на объекте авариях. Между тем полагает, что ответы экспертов на поставленные вопросы противоречат друг другу. Заявитель отмечает, что предусмотренный Техническим заданием безглинистый хлоркалиевый буровой раствор для вскрытия продуктивных пластов по умолчанию подразумевал бурение всего интервала (от вырезанною окна до проектного забоя) данным типом бурового раствора, так как бурение одной секции (необсаженного интервала) с применением разных типов бурового раствора невозможно, поскольку в данном случае происходит полное замещение всего пробуренного интервала другим типом бурового раствора, которые необходимо отделять обсадными колонами, что ведет к изменению конструкции скважины, а, следовательно, не соответствует предмету договора. Однако судами не принято во внимание то, что обе судебные экспертизы подтверждают позицию общества «Газпром бурение» о том, что причинами возникновения инцидентов при бурении бокового ствола скважины № 367 Колганского месторождения являются неправильный (несоответствующий горно-геологическим условиям) тип бурового раствора, предусмотренный Техническим заданием; выбранная заказчиком конструкция скважины, не отвечающая требованиям геологических условий и требующая совершенствования. Поскольку подрядчик действовал в соответствии с представленными заказчиком исходными проектными данными (техническим заданием), постольку вина подрядчика в выборе типа бурового раствора несоответствующего фактическим горногеологическим условиям бурения бокового ствола отсутствует. Предоставление достоверных исходных данных является прямой обязанностью заказчика работ, на этапе формирования технической документации на строительство. В рассматриваемом случае заказчик не выполнил данную обязанность надлежащим образом, что в конечном итоге привело к принятию неверных технологических решений, а вследствие этого возникновению инцидентов и убытков у подрядчика. Причинами возникновения инцидентов является предоставление заказчиком подрядчику неверных проектных данных, содержащихся в Техническом задании, на основании которых была составлена последующая техническая документация. Как следствие, при строительстве скважины возникли осложнения и инциденты, работы, по ликвидации которых подрядчик был вынужден выполнять, затрачивая дополнительное время и ресурсы, которые заказчиком не оплачены. На основании изложенного, по мнению подателя, выводы судов об отсутствии вины заказчика в инцидентах на скважине и убытков подрядчика не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Кассатор считает неправильным вывод судов о том, что, поскольку работы выполнялись подрядчиком по собственной программе бурения, в связи с чем все последующие риски выполнения работ относятся на последнего. Считает указанный вывод противоречащим экспертному заключению, а также условиям заключенного ответчиком и обществом «ГТСК» договором, в соответствии с которым предусмотрен тип бурового раствора – малоглинистый хлоркалиевый полимерный. Таким образом, тип бурового раствора для реконструкции скважины № 367 изменен самим заказчиком, что свидетельствует об отсутствии вины подрядчика, который собирался выполнять работы по иной технологии. Указал, что все работы выполнялись по письменному согласованию с заказчиком. Полагает, что вследствие нарушения ответчиком обязательств, возникновения аварий при бурении скважины, расторжения договора истцом понесены убытки, включающие выплату зарплаты работникам, затраты на ГСМ, оплату услуг и работ субподрядчиков. По встречному иску отмечает, что при отсутствии вины подрядчика, затраты заказчика не могут быть возложены на подрядчика. Кроме того, не согласен с размером суммы оплаты работ сервисных подрядчиков взысканных судами. В материалах дела отсутствуют документы подтверждающие, что общество НПГК «Росгео» выполняло работы на скважине № 367 в спорный период, в актах выполненных работ периоды работ не указаны, сумма затрат в размере 1 353 000 взыскана необоснованно. В части оплаты работ обществу ПК «Паритет» необоснованно предъявляются затраты за период с 28.09.2016 по 30.09.2016 в сумме 299 329.67 руб., тогда как подрядчиком работы на скважине № 367 Колганского месторождения начаты 01.10.2016.   

В отзыве на кассационную жалобу общество «Преображенскнефть» просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между обществом «Газпром бурение» (подрядчик) и обществом «Преображенскнефть» (заказчик) заключен договор № 231ПРН/16-818-АУ/16 от 22.09.2016, согласно которого подрядчик обязуется в сроки определенные графиком на реконструкцию эксплуатационных скважин методом зарезки боковых стволов (приложение № 2 к настоящему, договору) по техническому заданию заказчика (приложение № 1 к настоящему договору) выполнить комплекс работ в один этап в который входит: а) мобилизация БУ, бурового оборудования и бригадного хозяйства, б) вышкомонтажные работы (далее BMP), пусконаладочные работы; в) бурение бокового ствола и крепление; г) демонтаж и демобилизация БУ, бурового оборудования и бригадного хозяйства. Заказчик обязуется принять работы, выполненные на необходимом качественном уровне и оплатить их согласно условиям настоящего договора.

В соответствии с пунктом 1.2 договора подрядчик обязуется обеспечить бесперебойную работу буровой установки, которая должна обслуживаться квалифицированной бригадой и быть укомплектована оборудованием согласно комплектации завода изготовителя. Работы выполняются в соответствии с утвержденным заказчиком графиком па реконструкцию эксплуатационных скважин методом зарезки боковых стволов (приложение № 2 к настоящему договору). Все работы по реконструкции объекта выполняются иждивением подрядчика, из его материалов, его силами и средствами, в соответствии с условиями настоящего договора, проектной документацией, включая согласованные с заказчиком работы, не упомянутые в настоящем договоре, но необходимые для полного сооружения объекта и нормальной его эксплуатации. Заказчик обеспечивает реконструкцию скважины следующим оборудованием:  фонтанной арматурой; колонной головкой (обвязкой колонной); - обсадными колоннами и ПХГМЦ; насосно-компрессорными трубами (фондовые). Работы по реконструкции объекта могут выполняться из материалов заказчика, не перечисленных в настоящем пункте и предоставляемых подрядчику на условиях отдельного договора купли-продажи.

В силу пункта 3.2 договора стороны договорились, что координатором работ подрядчика в процессе реконструкции скважин является представитель заказчика в лице супервайзера. Все распоряжения супервайзера, относящиеся к циклу реконструкции скважин, являются обязательными для подрядчика.

Пунктом 4.1 договора определена ориентировочная сумма договора на дату заключения составляет 38 020 447 руб. НДС-18% в сумме 6 843 680 руб. 46 коп., ориентировочная сумма договора с НДС 44 864 127 руб. 46 коп. 

В пункте 4.2 договора установлено, что ориентировочная стоимость работ по договору определяется исходя из всех платежей, причитающихся подрядчику по договору, а так же иных платежей, подлежащих оплате подрядчику по настоящему договору. Стоимость работ составлена с учетом возможной глубины по скважине 500 м., стоимость меняется только в случае изменения проходки в сторону увеличения свыше 550 м. или в сторону уменьшения менее 450м. В случае, если фактическая стоимость работ превысит ориентировочную стоимость работ, то стороны обязаны подписать дополнительное соглашение об увеличении ориентировочной стоимости работ, при этом такое превышение не должно являться основанием для отказа, задержки оплаты выполненных подрядчиком работ.

В силу пункта 4.4 договора сдача, приемка и оплата качественно выполненных работ при реконструкции скважины производится в целом по одному этапу, в соответствии с пунктом 1.1 настоящего договора, согласно стоимости этапа реконструкций скважин (приложения № 3). 

Акты выполненных работ предоставляются подрядчиком заказчику после выполнения этапа работ не позднее последнего рабочего дня отчетного периода. Заказчик, рассматривает акты выполненных всех работ, подписывает их или дает мотивированный отказ. В случае несогласия подрядчика с отказом корректировка объема выполненных работ производятся па основании протокола заседания ПДК в период, следующий за отчетным. 

Согласно пункту 4.5 договора оплата выполненных работ (оказанных услуг) осуществляется заказчиком не ранее 180 и не позднее 190 календарных дней с момента подписания сторонами актов выполненных работ (оказанных услуг) (ф. КС-2 и ф. КС-3) по этапу работ, согласно пункту 1.1 настоящего договора, на основании оригиналов счетов-фактур, выставляемых подрядчиком, путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика, либо иным, не запрещенным законом способом.

В силу пункта 4.7 договора заказчик вправе применить «Шкалу оценки качества работ подрядчика» (приложение № 4 к настоящему договору) при подписании выполненного объема работ, если в процессе реконструкции скважины подрядчик допускал нарушения или отклонения от установленных технологических регламентов или индивидуальной программы на бурение бокового ствола скважины, а также за допущенное загрязнение окружающей среды, или нарушения правил охраны труда и промышленной безопасности.

При этом представитель заказчика должен письменно изложить основание применения «Шкалы оценки качества работ Подрядчика» с указанием нарушенного раздела договора (приложения) или пункта НТД.

Пунктом 4.8 договоры стороны регламентировали, что неуспешные операции, а также работы, связанные с ликвидацией брака, осложнений, аварий, инцидентов, допущенные по вине подрядчика или привлеченных подрядчиком субподрядных организаций, имеющих отдельные договоры с подрядчиком, возмещению не подлежат. Заказчик не оплатит подрядчику непроизводительное время, допущенное подрядчиком при выполнении настоящего договора. 

В пункте 4.9 договора стороны предусмотрели, что работы, связанные с ликвидацией брака, осложнений, аварий, инцидентов, допущенных по вине субподрядных организаций, имеющих отдельные договоры с подрядчиком, не подлежал возмещению заказчиком. Превышение подрядчиком проектных объемов и стоимости работ, не согласованное с заказчиком, осуществляются подрядчиком за свой счет (пункт 4.11 договора). 

В силу пункта 4.18 договора следует, что настоящий договор считается расторгнутым в соответствии со статьей 451 ГК РФ в случае не получения заказчиком акцепта подрядчика по истечении 10-ти календарных дней со дня направления заказчиком оферты (предложения заключить дополнительное соглашение об уменьшении стоимости работ и/или изменения иных условий) подрядчику. 

Убытки, подлежащие возмещению подрядчику в связи с расторжением настоящего договора, возмещаются заказчиком только после их документального подтверждения подрядчиком. Сумма такого возмещения в любом случае не будет превышать 5 % от разницы между стоимостью, определенной за все работы по договору и стоимости, выплаченной, а также подлежащей выплате за выполненные работы согласно акту приемки выполненных работ подписанного заказчиком. 

Разделом 5 договора регламентированы права и обязанности сторон. Так пунктом 5.1.7 договора установлено, что заказчик вправе осуществлять контроль и надзор за ходом и качеством выполняемых работ, соблюдением сроков их выполнения и других обязательств подрядчика и его субподрядчиков по настоящему договору. 

В пункте 5.1.8 договора указано, что заказчик может периодически, через своего полномочного представителя (супервайзера) отдавать письменные указания подрядчику в отношении проведения работ в соответствии с настоящим договором. 

Пункт 5.1.9 договора указывает на то, что распоряжения заказчика могут носить общий характер или могут касаться конкретных вопросов, относящихся к работам, выполняемым в соответствии с настоящим договором, включая, без ограничения, указания о приостановке работ. При обнаружении отступлений от условий договора, регламентирующих документов заказчика или программы реконструкции скважины, которые могут привести к ухудшению качества работ или увеличению сроков реконструкции, допущенных по вине подрядчика, заказчик вправе приостановить выполняемые подрядчиком работы до устранения обнаруженных недостатков. Время на устранение обнаруженных недостатков расценивается как простой по вине подрядчика. Кроме того, подрядчик компенсирует затраты, понесенные заказчиком и привлекаемыми им подрядчиками во время вышеуказанного простоя. Факт простоя устанавливается актом, подписанным сторонами, с указанием времени начала и окончания простоя (пункт 5.1.10 договора).

Согласно пункту 5.2.2 договора подрядчик обязан обеспечить качественное и своевременное выполнение работ в соответствии с настоящим договором и приложениями к нему, утвержденными ГТН и программой работ. 

В пункте 5.2.6 договора при обнаруженных в ходе работ отклонениях, не предусмотренных программой работ, подрядчик обязан приостановить работы и в течение одного часа уведомить заказчика об обнаруженных недостатках. При обнаружении отклонений в ходе работ сторонами составляется двусторонний акт. 

Согласно пункту 5.2.18 договора подрядчик обязан выполнять все указания заказчика по проведению буровых работ, отданных супервайзером или иным уполномоченным представителем. В то же время, заказчик не должен отдавать никаких указаний, которые противоречили бы инструкциям, методам или регламентам деятельности подрядчика, касающихся безопасности его персонала, оборудования или буровой установки. 

В пункте 5.2.19 договора стороны определили, что в случае возникновения каких-либо осложнений, препятствующих продолжению работ, запланированных на скважине, подрядчик обязан приостановить выполняющиеся работы и незамедлительно уведомить об этом представителя заказчика, одновременно предпринимая необходимые меры по устранению возникших осложнений. 

В силу пункта 5.2.20 договора подрядчик не имеет права без согласования с заказчиком останавливать работы в процессе бурения скважины, за исключением случаев возникновения ситуаций, угрожающих безопасности его персонала, оборудования или буровой установки. 

Пунктом 5.2.22 договора установлено, что подрядчик обязан осуществлять подключение и подачу электроэнергии для жилых и производственных помещений привлекаемых сервисных подрядных организаций, участвующих в реконструкции скважины. Подрядчик производит подключение после проверки выполнения сторонним подрядчиком требований «Межотраслевых правил по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок» (ПОТ РМ-016-2001, утверждены Постановлением Минтруда и социального развития РФ от 05.01.2001 № 3 и приказом Минэнерго РФ от 27.12.2000 №163), «Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей» (утверждены Приказом Минэнерго РФ от 13.01.2003 № 6). Затраты подрядчика, связанные с подачей электроэнергии привлекаемыми им субподрядным организациями учтены при формировании стоимости работ по настоящему договору.

В силу пункта 5.2.23 договора подрядчик обязан своими силами осуществлять перемещение, погрузку/разгрузку своего оборудования и материалов на буровой площадке, а также товарно-материальных ресурсов, оборудования и техники заказчика и других привлеченных подрядных организаций, необходимых для бурения текущей скважины, в том числе при переезде на следующую буровую площадку для бурения следующей скважины. Затраты подрядчика па перемещение, погрузку/разгрузку указанного оборудования и материалов на буровой площадке, учтены в стоимости работ подрядчика по настоящему договору. В процессе бурения скважины подрядчик обязан выполнять геологическое сопровождение (пункт 5.2.26 договора). 

Согласно пункту 5.2.32 договора подрядчик обязан привлекать субподрядные организации на выполнение работ по настоящему договору только с письменного согласия заказчика. При этом ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств субподрядной организацией по настоящему договору возлагается на подрядчика, включая оплату штрафных санкций, предусмотренных настоящим договором. 

В соответствии с пунктом 5.3 договора стороны договорились, что определение виновной стороны в произошедшем инциденте или осложнении расследуется комиссией с участием представителей заинтересованных сторон. Акт расследования инцидента должен быть оформлен в течение 5 дней с момента ликвидации инцидента, осложнения или принятия решения о прекращении аварийных работ с указанием виновной стороны (сторон).

Скважина считается оконченной бурением после спуска и цементирования колонны «хвостовика», установления соответствия искусственного забоя проектному, подтверждения герметичности колонны «хвостовика» после опрессовки на проектное давление (пункт 6.1 договора). 

В пункте 7.9.1 договора стороны согласовали, что подрядчик вправе привлекать для выполнения договорных объемов работ (на выполнение специальных работ) другую (субподрядную) организацию, предварительно согласовав с заказчиком в письменном виде и подписанным уполномоченным лицом данную кандидатуру субподрядчика. 

При этом подрядчик предоставляет заказчику анкету субподрядчика, учредительные документы субподрядчика, копию договора, сертификат на соответствие требованиям промышленной безопасности, протоколы аттестации инженерно-технических работников и рабочего персонала в объеме, необходимом для выполнения данного вида работ, согласно действующим нормативным и законодательным актам Российской Федерации в области ОТ, ПБ и ООС, справку от органов Рострудинспекции о количестве пострадавших от несчастных случаев на производстве (легкие, тяжелые и смертельные случаи), копию инструкции по выявлению работников в состоянии опьянения, справку о наличии штатных работников по ОТ и ПБ, гарантийное письмо руководителя о согласии на соблюдение требований заказчика в области ОТ, ПБ и ООС, справку о количестве зарегистрированных фактов употребления на производстве (проноса/провоза) веществ, вызывающих алкогольное, наркотическое или токсическое опьянение, список всех ИТР с ФИО и указанием должности, с указанием тех, кто будет руководить работами по договору.

В силу пункта 7.9.2 договора ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств субподрядными организациями, привлеченными по настоящему договору, возлагается на подрядчика, включая оплату штрафных санкций. Подрядчик песет полную ответственность за неисполнение и ненадлежащее исполнение обязательств субподрядчиком, привлеченным подрядчиком, как за свои собственные действия. Данная обязанность и ответственность распространяется при заключении подрядчиком договоров аренды транспортных средств (спецтехники и оборудования) как с экипажем, так и без экипажа. 

Согласно пункту 8.1 договора за неисполнение или ненадлежащее исполнение взятых на себя обязательств. Стороны несут ответственность в порядке, определенном действующим законодательством РФ, настоящим договором и приложениями к нему. 

Пунктом 8.5 договора стороны определили, что за отставание от времени бурения скважины по вине подрядчика (или привлеченных им субподрядчиков), заказчик вправе взыскать с подрядчика штраф в размере 50 000 рублей за каждые сутки отставания. 

В соответствии с пунктом 8.37 договора любые требования заинтересованной стороны о возмещении ущерба, убытков, взысканий, неустойки, штрафов исполняются на основании письменного требования данной стороны в порядке, предусмотренном разделом 12 настоящего договора. Факт ненадлежащего исполнения (неисполнения) договора может устанавливаться, в частности, первичными актами о нарушениях. Актами расследований комиссии, совместными протоколами сторон, содержащими сведения о фактических обстоятельствах и выявленных причинах произошедшего. Участие уполномоченных представителей обеих сторон при составлении таких документов является обязательным. 

В силу положений пункта 11.3 договора настоящий договор может быть расторгнут: б) при отказе заказчика от исполнения договора в одностороннем внесудебном порядке, направив письменное уведомление подрядчику. Договор прекращает свое действие с даты, указанной в уведомлении, но не ранее чем через 30 (тридцать) рабочих дней после получения уведомления подрядчиком. При этом заказчик обязан уплатить подрядчику только стоимость фактически выполненных и документально подтвержденных работ на момент расторжения. В случае расторжения договора в результате нарушения подрядчиком его условий, заказчик оплачивает подрядчику стоимость фактически выполненных и принятые работы без возмещения затрат по демобилизации и каких-либо иных убытков, а также вправе потребовать от подрядчика полного возмещения своего ущерба (пункт 11.5 договора). 

Стороны будут стремиться решить все спорные вопросы путем переговоров. Сторона, имеющая претензию к другой стороне, связанную с неисполнением или ненадлежащим исполнением другой стороной своих обязанностей, предусмотренных договором, до обращения в арбитражный суд должна направить другой стороне письменное требование (претензию) об устранении выявленных нарушений (пункт 12.1 договора). 

Согласно пункту 12.3 договора в случае полного или частичного отказа в удовлетворении претензии, фактического неудовлетворения претензии или неполучения в срок ответа на претензию споры подлежат рассмотрению в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации в Арбитражном суде по месту нахождения Заказчика. 

Из материалов дела следует и судами установлено, что истец по первоначальному иску в октябре 2016 года приступил к работам по демонтажу ФА и последующему монтажу ПВО на скважине № 367 Колганского месторождения, о чем составлен акт от 21.10.2016. 

Бурение первого ствола скважины № 367 обществом «Газпром бурение» начато 06.11.2016, о чем составлен акт от 06.11.2016, при начале бурения определены фактическое направление окна по азимуту, определены и исправлены параметры кривизны бокового ствола. 

При бурении забоя скважины на глубине 3 441 м. наблюдались затяжки посадки, выход обвального шлама в виде агреллита, установлена нестабильность ствола скважины и неспособность бурового раствора обеспечить стабильность ствола скважины, о чем составлен акт от 21.11.2016. 

При забое скважины глубине 3 667 м. произошла первая авария, связанная с потерей давления от рабочего, при которой произведен подъем инструмента с осмотром резьбовых соединений до 3 504 м. После осмотра инструмента спустили его до глубины 3 625 м., получили посадку до 10 т., взяли ВБТ для проработки и промывки, циркуляцию вызвать не удалось, инструмент потерял подвижность. В результате аварии в скважине оставлена компановка. При обнаружении аварии составлен акт от 26.11.2016. 

По результатам аварии составлен акт расследования инцидента от 26.11.2016, которым установлено что произошла заклинка бурильной компановки обвальной породой. Виновниками аварии признаны инженер проекта, мастер буровой, инженер по бурению, бурильщик, поскольку нарушено временное руководство по предупреждению и способам ликвидации аварий. 

После произошедшей аварии проведены работы по подготовки скважины к ГИС, произведены геофизические исследования скважины № 367, а также мероприятия по устранению аварии и попытки извлечь оборудование из скважины.  

После невозможности ликвидировать произошедшую аварию и невозможности продолжить бурение первого бокового ствола, произведено бурение второго бокового ствола на глубине 3 360 м. 

В ходе ликвидации аварии и бурения второго бокового ствола зафиксированы геологические осложнения, не запланированные программой бурения и ГТН, что оформлено актами от 27.12.2016, 28.12.2016. Кроме того, установлена невозможность бурового раствора обеспечить стабильное состояние скважины. 

Актом от 30.12.2016 сторонами согласовано повышение плотности бурового раствора. Невозможность удержание стабильного состояния скважины бурильным раствором также установлено актами от 12.01.2017, 13.01.2017, 14.01.2017, 15.01.2017, 16.01.2017, 17.01.2017, 18.01.2017. 

В ходе выполнения работ 24.01.2017 произошла авария, после разбуривания цементного моста при достижении глубины 3 489 м. при промывке с движением вниз КНБК без вращения получили рост давления и как следствие потеря циркуляции, а также потеря подвижности инструмента (акт от 24.01.2017). 

В ходе неудачных попыток произвести бурение скважины 13.01.2017 письмом № ЭП-12/113 общество «Газпром бурение» направлено письмо об изменении типа бурового раствора с безглинистого хлоркалиевого на малоглинистый хлоркалиевый. 

Письмом от 19.01.2017 № 152/04-2 сторонами договора согласовано применение малоглинистого хлоркалиевого бурового раствора при бурении скважины № 367. Однако после применения более плотного бурового раствора обвалообразования и осложнения ствола скважины не прекратились, о чем свидетельствуют акты НВП, бурение скважины № 367 не завершено. 

При бурении второго бокового ствола на скважине № 367 произошло обвалообразование, в результате чего дальнейшее бурение данного ствола стало невозможным, что следует из протокола производственного технического совещания от 08.02.2017. 

В результате окончания срока выполнения подрядных работ скважины общество «Преображенскнефть» направило уведомление от 22.02.2017 о расторжении договора подряда на реконструкцию эксплуатационных скважин методом зарезки боковых стволов в одностороннем порядке. 

Судами установлено, что ответчик по первоначальному иску воспользовался правом, предоставленным действующим законодательством и договором № 231ПРН/16-818-АУ/16 на одностороннее расторжение договора, направил уведомление об одностороннем расторжении от 22.02.2017, в связи с чем указанный договор признан судами расторгнутым в одностороннем порядке, что сторонами не оспаривается.

В связи с прекращением обязательств по договору № 231ПРН/16-818- АУ/16 истцом по первоначальному иску понесены расходы, которые, по его мнению, подлежат возмещению со стороны ответчика по первоначальному иску, в связи с чем в его адрес направлена претензия от 21.12.2017, оставленная без удовлетворения. 

Как указывал истец по первоначальному иску, всего при выполнении работ по реконструкции эксплуатационной скважины им понесены затраты в сумме 68 534 563 руб. 07 коп., состоящие из затрат на оплату труда и страховые взносы, затраты на ГСМ, затраты на сторонних организаций обеспечивающих выполнения истцом подрядных работ: по содержанию котельной, аренда бурового комплекса, обслуживание и ремонт буровых установок, обслуживание скважин, обслуживание питанием, складирование, размещение и вывоз на утилизацию отходов бурения, геофизические и прострелочно - взрывные работы, оказание услуг по установке окна, технологическое сопровождение при бурении, установка цементных мостов, инженерно - технологическое сопровождение буровых растворов, затраты на транспорт и спецтехнику, износ используемого оборудования, возмещение утраченного имущества, оплата штрафов, претензий, стоимость оставленного на скважине оборудования, затраты на сублизинг БУ, расходы на топливо котельных, промыслово - геофизические работы, затраты на цементирование скважины. 

В свою очередь, ввиду не достижения результатов выполнения работ указанного договора подряда и несения в связи с неисполнением договора убытков, ответчиком по первоначальному иску направлены встречные претензии о возмещении убытков и оплате штрафных санкций, которые оставлены без удовлетворения. 

Отказывая в удовлетворении первоначального иска и удовлетворяя встречные исковые требования, суды исходили из недоказанности истцом как подрядчиком причинно-следственной связи между действиями ответчика как заказчика и возникшими у истца убытками. Напротив, требования истца по встречному иску признаны судами обоснованными, поскольку факт несения истцом расходов, связанных с ненадлежащим выполнением работ ответчиком подтвержден материалами дела. В части взыскания неустойки суды пришли к выводу о том, что размер неустойки является чрезмерно высоким, в связи с чем снизили её размер в два раза.   

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков. 

В рассматриваемом деле, как установлено судами, возникновение убытков истец по первоначальному иску связывает с расторжением договора подряда от 22.09.2016. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Согласно пункту 2 названной статьи убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ). 

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). 

Гражданское законодательство предусматривает возможность для лица, которому причинен вред расторжением договора, обратиться за взысканием убытков, возникших в результате такого прекращения. 

Судами установлено, что между истцом и ответчиком заключен договор от 22.09.2016 на реконструкцию эксплуатационных скважин методом зарезки боковых стволов по техническому заданию заказчика.

Договор подряда был прекращен по инициативе заказчика в одностороннем порядке в связи с тем, что получение результата работ стало невозможным, поскольку после аварии дальнейшее бурение данного ствола стало невозможным. 

Из материалов дела видно и судами установлено, что в соответствии с условиями договора истец по первоначальному иску в октябре 2016 года приступил к работам по демонтажу ФА и последующему монтажу ПВО на скважине № 367 Колганского месторождения, о чем составлен акт от 21.10.2016. При забое скважины глубине 3 667 м. произошла первая авария (акт от 26.11.2016). После невозможности ликвидировать произошедшую аварию и невозможности продолжить бурение первого бокового ствола, произведено бурение второго бокового ствола на глубине 3 360 м. В ходе выполнения работ 24.01.2017 произошла вторая авария (акт от 24.01.2017). Письмом от 19.01.2017 № 152/04-2 сторонами договора согласовано применение малоглинистого хлоркалиевого бурового раствора при бурении скважины № 367. Однако после применения более плотного бурового раствора обвалообразования и осложнения ствола скважины не прекратились, о чем свидетельствуют акты НВП, бурение скважины № 367 не завершено. При бурении второго бокового ствола на скважине № 367 произошло обвалообразование, в результате чего дальнейшее бурение данного ствола стало невозможным, что следует из протокола производственного технического совещания от 08.02.2017.

В целях проверки достаточности и наличие недостатков в проектных документах, на основании которых были разработаны рабочая документация, судом первой инстанции на основании статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначена по делу повторная судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам открытого акционерного общества «Всероссийский научно-исследовательский институт организации, управления и экономики нефтегазовой промышленности» Оганову С.А., Анастасьеву М.Н., Блинкову В.А.

Из проступившего в суд экспертного заключения следует, что представленного обществом «Преображенскнефть» группового проекта на строительство скважин Колганского месторождения (групповой рабочий проект 221) и «Технологического регламента на капитальный ремонт скважин Колганского месторождения методом бурения боковых стволов» достаточно для разработки рабочей документации на проведение работ по капитальному ремонту скважины № 367 Колганского месторождения (программы бурения, программы промывки скважины, программы на проводку скважины, ГТН и т. д.). Однако экспертиза отметила, что в проекте 221 отсутствуют отдельные положения, предусмотренные требованиями «Макета рабочего проекта на строительство скважин на нефть и газ» РД 39-0148052-537-87 - обоснование выбора параметров конструкции скважины; график совмещенных давлений порового и гидроразрыва пласта; сведения об опыте производства буровых работ на скважинах данной и близлежащих площадей. Но при этом подчеркивает, что в геологической части проекта 221 в Технологическом регламенте, в представленной экспертизе документации в объеме 14 томов (1853 страницы текста) достаточно информации для разработки программ по отдельным процессам строительства (видам буровых работ).

В ответ на второй вопрос эксперты пояснили, что разработанная обществом «Газпром бурение» рабочая документация (программа бурения, программа промывки скважины, программа на проводку скважины, ГТН) соответствует «Технологическому регламенту на капитальный ремонт скважин Колганского месторождения методом бурения боковых стволов».

Вопреки доводам истца по первоначальному иску о причинах инцидентов, согласно выводам экспертов, установлено, что разработанные технический регламент и групповой проект со стороны ответчика по первоначальному иску, явились достаточными документами, для разработки программ для определения вопросов бурения. При таких обстоятельствах доводы ответчика по первоначальному иску в отношении несоответствия разработанной истцом по первоначальному иску рабочей документации технологическому регламенту, правомерно признаны судами обоснованными.

В ответе на третий вопрос экспертиза сообщила, что при проведении работ в скважине № 367 со стороны общества «Газпром бурение» допускались следующие отклонения от рабочей документации: 

- в части режима бурения - осевая нагрузка на долото по проекту равна 2-нб тс, фактически - 4ч-8 тс; число оборотов вращения долота - 140/ВЗД (30 об/мин - ротор), фактически -140/ВЗД (25 об/мин - ротор); 

-по профилю скважины (траектория ствола): максимальная величина зенитного угла по проекту - 69,9°; азимут - 74,143°; фактически зенитный угол - 72,2°; азимут - 69°; - по параметрам бурового раствора ответ представлен в таблице 1. 

По четвертому вопросу дан ответ о том, что причинами инцидентов, происшедших в скважине № 367 несколько. Среди которых наиболее значимым является сложные горно-геологические условия бурения скважины малого диаметра в Кыновском и Пашийском горизонтах Девонских отложений, склонных к интенсивному обвалообразованию. Среди других причин экспертиза отмечает неправильно выбранные технико-технологические и организационные методы, решения, примененные исполнителями буровых работ в приведенных выше сложных геологических условиях бурения скважины. 

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. 

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Проанализировав экспертное заключение, суды установили, что оно оформлено в соответствии с предъявляемыми к таким документам требованиям, в нем отражены все сведения, предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Заключение экспертов содержит ответы на поставленные перед ними вопросы, является мотивированным, обоснованным, достаточно ясным и полным, в нем содержатся однозначные выводы по поставленным вопросам. Вопреки доводам истца, ответы экспертов понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными.

Доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суды приняли экспертное заключение открытого акционерного общества «Всероссийский научно-исследовательский институт организации, управления и экономики нефтегазовой промышленности» в качестве относимого, допустимого и надлежащего доказательства по делу.

Экспертизой установлено, что среди причин наличия инцидентов, повлекших, в том числе аварии, наиболее значимой является сложные горногеологические условия бурения скважины малого диаметра, вместе с тем, эксперты в ряди причин повлекших наступление инцидентов отмечают неправильно выбранные технико-технологические и организационные методы, решения, примененные исполнителями буровых работ в приведенных выше сложных геологических условиях бурения скважины. Как указывают эксперты «в условиях аварий, представители подрядчика и заказчика (супервайзер) не принимают меры предотвращения аварии». Кроме того, «в отмеченных условиях состояния скважины следовало применить только один способ бурения, а именно с ВЗД без отклонителя, исключив вращение инструмента - роторный способ бурения. Следовало также упростить состав КНБК, исключив телесистему, переводники, УБТ и т. д».

Судебная экспертиза указала, что причинами не достижения результата реконструкции скважины явились, кроме сложных горногеологические условий, также и неправильные технологические действия подрядчика, тем самым указав, что виновной стороной в невыполнении работ явился именно истец по первоначальному иску.

Кроме того, судами принято во внимание, что во время проведения обществом «Преображенскнефть» тендера на производстве работ по реконструкции скважины № 367 Колганского месторождения общество «Газпром бурение» письмом от 15.08.2016 № МШ-17/2602 для подготовки коммерческого предложения запросило у ответчика проект договора и проектную документацию.

Общество «Преображенскнефть», в свою очередь, предоставило с сопроводительным письмом от 16.08.2016 № 2394/04-2 все запрашиваемые обществом «Газпром бурение» документы, включая проектную документации по строительству основного ствола скважины № 367 Колганского месторождения (групповой рабочий проект 221), имеющую положительное заключение ФГУ «Гдавгосэкспертизы России» № 0235-11/СГЭ-2133/02 от 2011 года, в которой указана вся необходимая литографическая информация о типах горных пород и интервалах их залегания, в том числе и о возможных осложнениях, возникающих в процессе бурения и «Технологический регламент на капитальный ремонт скважин Колганского месторождения методом бурения боковых стволов».

При этом согласно пункту 982 Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности, утвержденных Приказом Ростехнадзора от 12.03.2013 № 101 (далее - ПБНГП) работы по капитальному ремонту скважин проводятся по планам, утвержденным техническим руководителем организации и согласованным с заказчиком в соответствии с документацией на капитальный ремонт фонда скважин месторождения, площади, куста.

Таким образом, как установлено судами, организация, проводящая данные работы обязана разработать и утвердить план выполнения работ, чем в рассматриваемом деле является программа бурения, разработанная обществом «Газпром бурение».

Как указывал ответчик, он не имеет обширного опыта осуществления собственными силами капитального ремонта скважин, в связи с чем, общество «Преображенскнефть» предоставило возможность истцу как специализированной компании, профессионально осуществляющей работы по бурению и капитальному ремонту скважин, а также как компании, обладающей многолетним опытом и проводящей работы по бурению «под ключ», в данном вопросе самой определить необходимые мероприятия, в том числе и выбор системы бурового раствора необходимые для реализации проекта.

Общество «Газпром бурение» 21.10.2016 утвердило «Программу бурения бокового наклонно-направленного ствола при капитальном ремонте скважины № 367 Колганского месторождения» и Геолого-технический наряд, где определил способ выполнение работ и тип бурового раствора (безглинистый хлоркалиевый полимерный) по всей длине ствола и притупило к работам на скважине, что подтверждается актом о начале работ. Помимо этого, обществом «Газпром бурение» совместно с компанией ООО «Ойл Дрил Сервис» была утверждена программа промывки скважины, где истец самостоятельно выбрал хлоркалиевый полимерный буровой раствор для проходки всего бокового ствола.

Согласно геолого-техническому наряду (ГТН), разработанного истцом, продуктивный пласт находится на глубине в интервале 3 606,7м - 3 653,5м., тогда как обвалообразование, согласно пояснениям самого истца, началось при бурении на глубине 3 370м. В данном интервале тип бурового раствора был выбран именно истцом.

Также судами учтено, что при бурении первого бокового ствола истцом был достигнута глубина 3 667м. без каких-либо серьезных осложнений, но при достижении данной глубины подрядчиком была допущена первая авария, в результате которой в скважине была оставлена компоновка. Виновной стороной в данной аварии признано общество «Газпром бурение», что подтверждается актом расследования инцидента/брака от 26.11.2016.

Причины возникновения указанной аварии согласно акту расследования инцидента/брака от 26.11.2016 являются технологическими, а именно «спуск компановки с посадками без проработки ствола» и «заклинка бурильной компановки обвальной породой» (пункт 17 акта). Работниками буровой бригады нарушено «Временное руководство по предупреждению и способам ликвидации аварий, инцидентов и брака при строительстве скважин», а именно «если при спуске получена посадка до 5т., то необходимо спуск прекратить, приподнять бурильную колонну на 10-15 метров выше места посадки и убедившись, что колонна ходит свободно восстановить циркуляцию и приступить к проработке» (пункт 19 акта).

После неудачных попыток ликвидировать произошедшую аварию, ввиду невозможности дальнейшего бурения первого бокового ствола, 21.12.2016 истец приступил к бурению второго бокового ствола с глубины 3 360 м.

При этом письмо № АК-06/4606 с предложением увеличить плотность бурового раствора, датировано 28.12.2016, в тот момент, когда подрядчик уже пробурил второй боковой ствол до глубины 3 501м. В данном письме истец сообщает, что на указанной глубине отмечаются осыпи и обвалы, в связи с чем просит увеличить плотность бурового раствора. Какие-либо предупреждения и требования истца о необходимости изменения типа бурового раствора по тексту данного письма отсутствуют.

Лишь 13.01.2017, при бурении на глубине 3 557 м., истец направил в адрес ответчика письмо № ЭП-12/113, по тексту которого просил изменить тип бурового раствора. Общество «Преображенскнефть», получив указанное письмо, согласовало изменение типа бурового раствора, что подтверждается письмом № 152/04-02.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 115 ПБНГП, при возникновении в процессе производства буровых работ осложнений (газонефтепроявления, поглощения, обвалы и другие) оперативные решения по отклонению от параметров, предусмотренных в рабочем проекте (программе), принимаются буровым подрядчиком с последующим уведомлением заказчика.

Таким образом, судами установлено, что именно истец, являвшийся подрядчиком при производстве буровых работ, при возникновении осложнений в виде осыпей и обвалов, на основании пункта 115 ПБНГП должен был инициировать процедуру изменения технологических решений.

Однако даже после получения согласования изменения типа бурового раствора истец продолжил попытки бурения на прежнем буровом растворе вплоть до 05.02.2017, что подтверждается Геологическим журналом и Отчетом супервайзера.

Таким образом, как верно установлено судами, неприменение бурового раствора большей плотности является одним из неверных технологических решений истца по первоначальному иску при бурении скважины № 367, о чем говорится в выводах судебной экспертизы.

Эксперты пришли к выводу о том, что при бурении 1-ого бокового ответвления, а тем более 2-ого ствола скважины следовало использовать буровой раствор с плотностью (удельный вес) в пределах 1,30-1,35 г/см3, что обеспечило бы длительную устойчивость стенок скважины - выполнить цель и назначение строительства скважины № 367.

Таким образом, суды пришли к верному выводу о том, что истец по первоначальному иску не доказал, что именно действиями ответчика, ввиду неполного предоставления и несоответствия представленной им проектной документации истцом не получен конечный результата, и как следствие понесены расходы, при выполнении работ, которые подлежат возмещению истцу по первоначальному иску. Напротив, материалами дела установлена вина истца по первоначальному иску, выразившаяся в непринятии мер предотвращения аварий, а также принятии неверных решений при производстве работ на скважине № 367.

Более того, условиями пункта 11.5 договора стороны согласовали, что в случае расторжения договора в результате нарушения подрядчиком его условий, заказчик оплачивает подрядчику стоимость фактически выполненных и принятых работ, без возмещения затрат по демобилизации и каких-либо иных убытков.

При таких обстоятельствах, суды пришли к обоснованному выводу о том, что требования истца по первоначальному иску являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

По встречному иску обществом «Преображенскнефть» заявлено требование о взыскании 3 093 397 руб. 32 коп. убытков, понесенных заказчиком в ходе исполнения договора № 231ПРН/16 при недостижении подрядчиком результата работ, 4 400 000 руб. штрафа, начисленного по пункту 8.5 договора за нарушение срока выполнения работ.

Как указывалось, судами установлено, что результат работ со стороны истца по первоначальному иску не достигнут, сроки на выполнения спорных работ истекли. Ответчик не пользуется результатом работ, и наличие дополнительных работ для достижения конечного результата в скважине № 367 невозможно, результат выполненных истцом по первоначальному иску работ не был достигнут.

Судами установлено, что ответчик по первоначальному иску воспользовался правом, предоставленным действующим законодательством и договором № 231ПРН/16-818-АУ/16 на одностороннее расторжение договора, направил уведомление об одностороннем расторжении от 22.02.2017, в связи с чем указанный договор признан судами расторгнутым в одностороннем порядке, сторонами указанный факт не оспаривается.

В силу пункта 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Согласно пункту 1 статьи 754 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик несет ответственность перед заказчиком за допущенные отступления от требований, предусмотренных в технической документации и в обязательных для сторон строительных нормах и правилах, а также за недостижение указанных в технической документации показателей объекта строительства, в том числе таких, как производственная мощность предприятия.

В случае, когда на результат работы не установлен гарантийный срок, требования, связанные с недостатками результата работы, могут быть предъявлены заказчиком при условии, что они были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи результата работы, если иные сроки не установлены законом, договором или обычаями делового оборота (пункт 2 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами. Одностороннее изменение условий обязательства, связанного с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, или односторонний отказ от исполнения этого обязательства допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 3 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что результат работ со стороны ответчика по встречному иску не достигнут по вине ответчика по встречному иску, истец по встречному иску не пользуется результатом работ, и наличие дополнительных работ для достижения конечного результата в скважине № 367 невозможно.

В обоснование встречных исковых требований истец по встречному иску ссылается на то, что в результате ненадлежащего выполнения работ со стороны истца по первоначальному иску, им понесены убытки в виде оплаты работ сервисным подрядчикам, которые осуществляли сопровождение работ по бурению скважины № 367 Колганского месторождения в размере 3 093 397 руб. 32 коп. без НДС.

Судами установлено, что размер заявленных убытков истцом по встречному иску доказан, в материалы дела представлены документы, свидетельствующие о несении истцом расходов, связанных с привлечением иных организаций к выполнению работ по капитальному ремонту скважины № 367.

При таких обстоятельствах суды обоснованно исходили из доказанности факта причинения ущерба истцу некачественным выполнением ответчиком работ по договору и наличия оснований для взыскания убытков в заявленной сумме, в связи с чем правомерно признали исковые требования подлежащими удовлетворению.

Кроме того, истец по встречному иску полагает, что с ответчика по встречному иску подлежит взысканию неустойка за отставание от графика бурения скважины № 367 Колганского месторождения, согласно которому датой окончания работ является 26.11.2016.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (пункт 2 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 8.5 договора стороны определили, что за отставание от времени бурения скважины по вине подрядчика (или привлеченных им субподрядчиков), заказчик вправе взыскать с подрядчика штраф в размере 50 000 рублей за каждые сутки отставания.

Поскольку договор подряда является заключенным, а условие о неустойке указано в тексте договора, судами установлено, что требование о письменной форме соглашения о неустойке сторонами выполнено.

Учитывая, что отставание ответчиком по встречному иску от графика бурения на 22.02.2017 (момент расторжения договора подряда) составляет 88 дней, сумма подлежащей с него взысканию неустойки, рассчитанной по пункту 8.5 договора, составляет 4 400 000 руб. (50 000 руб. * 88 дней). Расчет истца судами проверен и признан верным. Расчет неустойки признан судами соответствующим положениям договора (статьи 9, 41, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая встречные исковые требования, суды обоснованно указали, что, поскольку срок выполнения предусмотренных договором работ истек, и подрядчик свои обязательства в установленный договором срок не исполнил, у заказчика имеется право требования о взыскании неустойки.

Как усматривается из материалов дела, ответчиком по встречному иску заявлено об уменьшении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с ее явной несоразмерностью последствиям нарушения обязательства.

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Из разъяснений, изложенных в пунктах 70, 71 Постановления № 7, следует, что по смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом; если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления от 24.03.2016 № 7).

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункт 77 постановления от 24.03.2016 № 7).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ) (пункт 75 Постановления № 7).

Пунктом 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 81)  предусмотрено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства, и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России (абзац 2 пункта 2 постановления Пленума № 81).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2000 года № 263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Из указанного следует, что признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Рассмотрев ходатайство ответчика об уменьшении размера неустойки, суды, учитывая компенсационный характер неустойки, принимая во внимание существенное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, в целях сохранения баланса интересов, пришли к выводу о несоразмерности начисленной неустойки последствиям нарушенного обязательства.

При указанных обстоятельствах размер заявленной суммы неустойки снижен судами до 2 200 000 руб.

Довод заявителя кассационной жалобы о необходимости дальнейшего снижения неустойки судом кассационной инстанции отклоняется, поскольку оснований для переоценки данного вывода у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

В соответствии с абзацем 3 пункта 72 постановления № 7 основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований п. 6 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 2 ч. 1 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Таких обстоятельств судом кассационной инстанции не установлено и не содержится в доводах заявителя кассационной жалобы.

Ссылка заявителя о том, что, несмотря на неоднократные уведомления заказчика о непригодности безглинистого хлоркалиевого полимерного раствора для проведения работ по реконструкции эксплуатационных скважины № 367 Колганского месторождения методом зарезки боковых стволов, о возникающих в связи с этим инцидентах, а также о необходимости изменения технического задания, однако, заказчик настоял на продолжении выполнения работ, в связи с чем подрядчик вынужден был продолжать работы, следуя указанием заказчика, не основана на материалах дела, из которых следует, что подрядчик направил в адрес заказчика письмо с просьбой об изменении типа бурового раствора 13.01.2017. Письмом от 19.01.2017 № 152/04-2 сторонами договора согласовано применение малоглинистого хлоркалиевого бурового раствора при бурении скважины № 367. Между тем подрядчик продолжил попытки бурения на прежнем растворе вплоть до 05.02.2017, при этом раствор применялся низкого качества.

Утверждение подателя о том, что причинами возникновения инцидентов является предоставление заказчиком подрядчику неверных проектных данных, содержащихся в Техническом задании, на основании которых была составлена последующая техническая документация, признано судом округа необоснованным. Как установлено судами и видно из материалов дела, подрядчик, приступив к работам по зарезке бокового ствола по собственной утвержденной программе, приняв решение о необходимости использования бурового раствора, не предусмотренного проектной документацией, приняв на себя ответственность за результат работ.

Ссылка о том, что заказчик, несмотря на предупреждение подрядчика о резком росте давления и выходе обвального шлама, все же согласовал порядок дальнейшего проведения работ, в связи с чем вина подрядчика отсутствует, судом кассационной инстанции отклоняется, поскольку судами установлено, что подрядчик является профессиональным участком в области строительства, принявшим на себя обязанности, как по выполнению работ, так и по определению необходимых мероприятий, в том числе и выбору системы бурового раствора, необходимые для реализации проекта, в силу чего доводы подрядчика являются необоснованными и противоречащими обстоятельствам дела и условиям договора. Кроме того, в нарушение пункта 1 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик не воспользовался своим правом на приостановление выполнения работ, тем самым приняв на себя возможные неблагоприятные последствия выполнения работ.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку указанные доводы являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка. Доводы заявителя направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 25.01.2021 по делу                   № А47-1702/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром бурение» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             А.А. Столяров 

 

Судьи                                                                          С.В. Лазарев 

 

                                                                                      А.С. Полуяктов