АРБИТРАЖНЫЙ СУД САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Коммунистический проспект, д. 28, г. Южно-Сахалинск, 693000

тел./факс 460-945, E-mail: info@sakhalin.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

дело № А59-5972/2019

г. Южно-Сахалинск

03 июня 2020 года.

Резолютивная часть решения объявлена 27 мая 2020 года. Полный текст решения изготовлен 03 июня 2020 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Аникиной Н.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сон И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Максимум» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 5 500 000 рублей неосновательного обогащения, 1 305 945 рублей 12 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов по оплате государственной пошлины,

по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Максимум» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 6 580 000 рублей неосновательного обогащения,

при участии:

от истца – не явился,

от ответчика – ФИО1 по доверенности от 21.09.2019,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Максимум» (далее – истец, ООО «Максимум») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» (далее – ответчик, ООО «Рыбновский лосось») о взыскании 5 500 000 рублей неосновательного обогащения.

В обоснование исковых требований указано, что ответчик является правопреемником ООО «Восток» в связи с реорганизацией в форме слияния.

Платежным поручением от 29.09.2016 № 66 истец перечислил ООО «Восток» денежные средства в размере 5 000 000 рублей с назначением платежа – «по договору купли-продажи от 27.09.2016 за нежилое здание».

Платежным поручением от 19.10.2016 № 69 истец перечислил ООО «Восток» денежные средства в размере 500 000 рублей с назначением платежа – «по договору купли-продажи от 27.09.2016 за нежилое здание».

Поскольку договоры купли-продажи между истцом и ООО «Восток» не заключались, истец направил ответчику претензию о возврате неосновательного обогащения, неудовлетворение которой послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Определением суда от 18.03.2020 дело № А59-158/2020 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Максимум» к обществу с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» о взыскании 1 305 945 рублей 12 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами объединено с настоящим делом, делу присвоен общий номер А59-5972/2019.

Ответчик в отзывах на исковое заявление указал, что 27.09.2016 между ООО «Восток» и ООО «Максимум» фактически была достигнута договоренность заключить договор купли-продажи нежилых зданий, расположенных в с. Москальво Охинского района.

В рамках принятых на себя обязательств продавец – ООО «Восток» изготовил договоры купли-продажи нежилых зданий, расположенных в с. Москальво Охинского района, акты приема-передачи недвижимого имущества, подписал их со своей стороны и передал покупателю для подписания и государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество; передал недвижимое имущество покупателю.

Покупатель – ООО «Максимум» платежным поручением № 66 от 29.09.2016 и платежным поручением № 69 от 19.10.2016 перевел на счет ООО «Восток» 5 500 000 рублей и фактически принял недвижимое имущество.

В связи с началом проведения процедуры смены собственника ООО «Восток» и невозвращением ООО «Максимум» экземпляров подписанных договоров купли-продажи, ООО «Восток» 23.11.2016 нотариально оформил доверенность на ФИО2, доверив ему право от имени продавца оформить сделки купли-продажи недвижимого имущества.

В ноябре 2016 года доверенное лицо продавца ФИО2 повторно изготовил 6 договоров купли-продажи 6 зданий, расположенных в с. Москальво Охинского района, 6 актов приема-передачи имущества, подписал указанные документы со своей стороны и передал покупателю для подписания и государственной регистрации права собственности.

В дальнейшем ФИО2 по просьбе руководителя ООО «Максимум» ФИО3 передал истцу оригиналы свидетельств о праве собственности на недвижимое имущество и нотариальные доверенности от продавца на право оформления договоров купли-продажи.

Получив вышеуказанные документы, ФИО3 перестал выходить на связь с ФИО2

В декабре 2016 года в ООО «Восток» произошла смена собственника предприятия и реорганизация ООО «Восток» путем слияния с другими юридическими лицами и образованием нового юридического лица – ООО «Рыбновский лосось».

С 27.09.2016 по настоящее время истец пользуется, владеет и распоряжается вышеуказанным недвижимым имуществом. В частности осуществляется охрана данного имущества, что подтверждается показаниями свидетелей событий – ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7

В апреле 2019 года истец обратился к ответчику с просьбой оказать помощь в государственной регистрации права собственности на приобретенное недвижимое имущество, сообщив, что все документы о праве собственности ООО «Восток» на нежилые здания, а также нотариальные доверенности ФИО2 находятся у него.

В подтверждение покупки недвижимого имущества истцом со своего электронного адреса – 11.04.2019 и 15.04.2019 в адрес ответчика были направлены сканы свидетельств о праве собственности ООО «Восток» и сканы нотариальных доверенностей ФИО2 и сканы платежных поручений № 66 и 69.

Ответчик в свою очередь предложил истцу представить имеющиеся документы на земельные участки, на которых расположены нежилые здания.

В июле 2019 года ФИО3 вновь обратился к истцу с просьбой оказать помощь в государственной регистрации права собственности.

При решении вопроса о государственной регистрации права собственности ООО «Максимум» на недвижимое имущество ответчиком было установлено, что право собственности ООО «Восток» на земельные участки не оформляло.

В целях снижения материальных затрат ответчик ожидал от истца поступления межевого дела на земельные участки.

28.08.2019 от истца в адрес ответчика поступил почтовый конверт с документами, не относящимися к настоящему спору, которые были утилизированы ответчиком как ошибочные.

Впоследствии истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Со ссылкой на пункт 4 статьи 1109 ГК РФ ответчик также указал на то, что истцу было известно об отсутствии обязательства перед ответчиком.

Кроме того, по мнению ответчика, истцом не соблюден претензионный порядок урегулирования спора.

В ходе судебного разбирательства от ответчика поступило встречное исковое заявление о взыскании с ООО «Максимум» 6 580 000 рублей неосновательного обогащения, которое принято к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

В обоснование встречных исковых требований указано, что в апреле 2019 года истцу по встречному иску стало известно о наличии собственности ООО «Восток» в с. Москальво, а также было установлено, что оригиналы всех правоустанавливающих документов находятся у истца.

В октябре 2019 года обществу с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» стало известно, что все спорные объекты эксплуатировались обществом с ограниченной ответственностью «Максимум» на протяжении более трех лет, то есть арендовались без договорных и законных оснований, в связи с чем, по мнению ООО «Рыбновский лосось», на стороне ответчика по встречному иску возникло неосновательное обогащение в виде стоимости арендной платы за нежилые помещения, расположенные в с. Москальво.

Также во встречном иске указано, что примерно 28 – 29 августа 2018 года руководителем ООО «Максимум» был организован вывоз металлолома с территории, где расположены спорные объекты.

Вместе с тем, для ООО «Рыбновский лосось» данное имущество представляло собой технологическое оборудование, которое ООО «Восток» ранее использовало как аммиачный холодильник.

В связи с чем, по мнению ООО «Рыбновский лосось», истцу по встречному иску данными действиями ООО «Максимум» причинены убытки, которые, как полагает истец по встречному иску, составляют 100 000 рублей.

ООО «Максимум» со встречными исковыми требованиями не согласилось по основаниям, изложенным в отзывах на встречный иск, в которых указано, что истцом по встречному иску в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств в обоснование доводов, изложенных во встречном исковом заявлении.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзывах и пояснениях; встречные исковые требования поддержал.

Истец в судебное заседание своего представителя не направил, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежаще в порядке статей 121, 123 АПК РФ. К судебному заседанию от истца в суд поступили пояснения с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие, в связи с чем суд на основании статьи 156 АПК РФ рассмотрел дело в отсутствие представителя истца.

Заслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Исходя из смысла указанной нормы права, при рассмотрении требования о взыскании неосновательного обогащения доказыванию подлежит факт неосновательного обогащения, то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом или сделкой оснований; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица (потерпевшего) тем лицом, к которому предъявлен иск.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 29.01.2013 №11524/12, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования.

Пунктом 4 статьи 1109 ГК РФ предусмотрено, что денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения.

Правила главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", в силу которых положения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть применены лишь в тех случаях, когда лицо действовало с намерением одарить другую сторону и с осознанием отсутствия обязательства перед последней.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.10.2011 № 6568/11 по делу № А41-19597/10.

Бремя доказывания наличия указанных в пункте 4 статьи 1109 ГК РФ обстоятельств лежит на приобретателе денежных средств, в данном случае - ответчике (статья 65 АПК РФ).

Судом из материалов дела установлено и не оспаривается ответчиком, что 29.09.2016 платежным поручением № 66 истец перечислил обществу с ограниченной ответственностью «Восток» 5 000 000 рублей. В назначении платежа указано – перечисляется по договору купли-продажи № 10/09 от 27.09.2016 за нежилое здание в с. Москальво, кадастровый номер 65-65-06/002/2009-540.

19.10.2016 платежным поручением № 69 истец перечислил обществу с ограниченной ответственностью «Восток» 500 000 рублей. В назначении платежа указано – перечисляется по договору купли-продажи № 11/09-2016 за нежилое здание в с. Москальво, кадастровый номер 65-65-06/002/2009-481.

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц общество с ограниченной ответственностью «Восток» зарегистрировано в качестве юридического лица Администрацией г. Охи и района Сахалинской области 17.04.2002.

01.11.2017 общество с ограниченной ответственностью «Восток» прекратило деятельность в качестве юридического лица путем реорганизации в форме слияния.

Правопреемником общества с ограниченной ответственностью «Восток» является общество с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось».

В силу пункта 1 статьи 58 ГК РФ при слиянии юридических лиц права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему юридическому лицу.

На основании данной статьи права и обязанности ООО «Восток» перешли к ООО «Рыбновский лосось» в силу закона.

Как указано истцом, договоры купли-продажи между истцом и ООО «Восток» не заключались, то есть денежные средства перечислены в отсутствие договорных отношений между истцом и ООО «Восток».

Данные обстоятельства ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ не опровергнуты; подписанные договоры купли-продажи, указанные в назначении платежа в платежных поручениях от 29.09.2016 № 66 и от 19.10.2016 № 69; а также доказательства перехода права собственности на нежилые здания, в материалы дела не представлены.

Изучив материалы дела, суд не находит правовых оснований для применения положений пункта 4 статьи 1109 ГК РФ, поскольку ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств того, что истец имел намерения передать спорные денежные средства в дар или предоставить их приобретателю (ответчику) с целью благотворительности.

Ссылка ответчика на то обстоятельство, что истцу было известно, что денежные средства были им перечислены в отсутствие заключенных договоров купли-продажи, судом отклоняется, поскольку указание в платежных поручениях в качестве назначения платежа на договоры купли-продажи, не подтверждает тот факт, что истец имел намерение передать спорные денежные средства в дар или в целях благотворительности.

Кроме того, данный довод опровергается пояснениями самого ответчика в отзыве на исковое заявление, в котором указано, что между ООО «Восток» и ООО «Максимум» была достигнута договоренность заключить договор купли-продажи нежилых зданий, расположенных в .с Москальво Охинского райна, что свидетельствует об отсутствии намерений истца передать перечисленные денежные средства в дар или с целью благотворительности.

Доводы ответчика, изложенные в отзывах на исковое заявление, не опровергают факт перечисления денежных средств платежными поручениями от 29.09.2016 № 66 и от 19.10.2016 № 69 в отсутствие договорных отношений между ООО «Максимум» и ООО «Восток» и возникновение на стороне ответчика, как правопреемника ООО «Восток», неосновательного обогащения в размере суммы перечисленных данными платежными поручениями денежных средств.

Доказательств обратного ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Довод ответчика о несоблюдении истцом претензионного порядка урегулирования спора судом отклоняется, поскольку в материалы дела представлена претензия и почтовая квитанция о направлении претензии в адрес ответчика, а также уведомление о вручении.

Вводя в действие норму Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о претензионном порядке урегулирования спора, законодатель преследовал цель, направленную на побуждение сторон спорного правоотношения до возбуждения соответствующего судебного производства предпринимать действия, направленные на урегулирование сложившейся конфликтной ситуации.

Данная цель достигается заявлением истцом к ответчику претензии, которая должна содержать указание на существо спорного правоотношения (конкретного юридического факта, из которого возник спор), а также указание на существо требований заявителя претензии (требование об уплаты долга, штрафных санкций, возврата имущества и т.д.).

Как указано в пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015, по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Законом не установлены конкретные требования к содержанию претензии, однако исходя из целей института досудебного урегулирования спора, претензия должна предоставлять возможность ответчику добровольно исполнить конкретное требование истца, являющееся предметом судебной защиты.

Предоставлением такой претензии и отсутствием ответной реакции ответчика истец доказывает суду невозможность разрешения возникшего спора во внесудебном порядке.

Иное толкование выше приведенной нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации будет приводить к излишней формализованности арбитражного процесса, способствовать недобросовестной стороне к дальнейшему неисполнению своих обязательств, порождать дополнительное количество судебных споров, что не отвечает требованиям эффективности арбитражного судопроизводства.

Ссылка ответчика на его позицию в части оказания истцу помощи в регистрации собственности на фактически приобретенное истцом имущество судом отклоняется, поскольку в материалы дела не представлено доказательств фактической передачи нежилых зданий истцу.

Кроме того, целью обращения в суд с настоящим иском является взыскание неосновательного обогащения, а не требования о регистрации договоров купли-продажи нежилых зданий.

Вместе с тем, исходя из позиции ответчика в ходе судебного разбирательства, не следует намерения в досудебном порядке возвратить истцу денежные средства, перечисленные платежными поручениями от 29.09.2016 № 66 и от 19.10.2016 № 69.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что истцом соблюден претензионный порядок урегулирования спора.

Таким образом, исковые требования о взыскании 5 500 000 рублей неосновательного обогащения являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Помимо требования о взыскании неосновательного обогащения, истцом заявлено о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 305 945 рублей 12 копеек за период с 16.01.2017 по 16.01.2020.

Согласно статье 395 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 08.03.2015 N 42-ФЗ, действующей с 01.06.2015) за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 03.07.2016 N 315-ФЗ, действующей с 01.08.2016) в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Поскольку исковые требования о взыскании неосновательного обогащения удовлетворены, требования в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму неосновательного обогащения, являются обоснованными.

Проверив расчет процентов за пользование чужими денежными средствами, суд находит его обоснованным и арифметически верным. Ответчиком арифметический расчет процентов не оспорен.

Довод ответчика о том, что после реорганизации ООО «Восток» и образования нового юридического лица ООО «Рыбновский лосось» у ответчика отсутствовала информация об объектах недвижимости, расположенных в с. Москальво Охинского района и принадлежащих ООО «Восток», о чем ему стало известно в апреле 2019 года, судом отклоняется по следующим основаниям.

Как указано выше, платежными поручениями от 29.09.2016 № 66 и от 19.10.2016 № 69 истец перечислил ООО «Восток» денежные средства в размере 5 500 000 рублей с указанием в назначении платежа – по договору купли-продажи от 27.09.2016 за нежилое здание.

Поскольку договоры купли-продажи, указанные в назначении платежа, между истцом и ООО «Восток» не заключались, у ООО «Восток» отсутствовали правовые основания для удержания перечисленных истцом денежных средств по указанным платежным поручениям с момента их перечисления.

01.11.2017 общество с ограниченной ответственностью «Восток» прекратило деятельность в качестве юридического лица путем реорганизации в форме слияния.

Правопреемником общества с ограниченной ответственностью «Восток» является общество с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось».

Согласно передаточному акту о правопреемстве активов и пассивов, прав и обязательств ООО «Рыбновский лосось», от 30.06.2017 ООО «Рыбновский лосось» является полным правопреемником в отношении всех активов и пассивов, прав и обязательств по договорам, как поименованным в тексте настоящего передаточного акта, так и не поименованным, включая обязательства, оспариваемые сторонами. ООО «Рыбновский лосось» является полным правопреемником в отношении активов и пассивов, прав и обязанностей реорганизуемых юридических лиц, которые произойдут в связи с изменением вида, состава, стоимости имущества, возникновением, изменением, прекращением прав и обязанностей реорганизуемых юридических лиц, после даты, на которую составлен передаточный акт.

В силу пункта 1 статьи 58 ГК РФ при слиянии юридических лиц права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему юридическому лицу.

Таким образом, при реорганизации ООО «Восток» в форме слияния ООО «Рыбновский лосось» принял на себя все обязательства своего правопредшественника.

Кроме того, согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра недвижимости, 12 декабря 2017 года за ООО «Рыбновский лосось» был зарегистрирован объект недвижимости ранее принадлежавший ООО «Восток».

На основании вышеизложенного, судом отклоняется довод ответчика о том, что ему стало известно о наличии права собственности на нежилые здания в с. Москальво Охинского района в апреле 2019 года.

Таким образом, требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

На основании вышеизложенного, исковые требования о взыскании неосновательного обогащения в размере 5 500 000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 305 945 рублей 12 копеек подлежат удовлетворению в полном объеме.

В части встречных исковых требований о взыскании 6 580 000 рублей неосновательного обогащения суд приходит к следующему.

В обоснование встречных исковых требований указано, что после реорганизации ООО «Восток» и образования нового юридического лица – ООО «Рыбновский лосось» у истца по встречному иску отсутствовала информация об объектах недвижимости, принадлежащих ООО «Восток».

В апреле 2019 года истцу по встречному иску стало известно о наличии собственности ООО «Восток» в с. Москальво, а также было установлено, что оригиналы всех правоустанавливающих документов находятся в распоряжении ответчика по встречному иску до настоящего времени, отсканированные копии которых директор ООО «Максимум» ФИО3 по электронной почте выслал в адрес ответчика также в апреле 2019 года.

Как указано обществом с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» в отзыве на первоначальный иск, 27.09.2016 между ООО «Восток» и ООО «Максимум» фактически была достигнута договоренность заключить договор купли-продажи нежилых зданий, расположенных в с. Москальво Охинского района.

В рамках исполнения принятых на себя обязательств продавец – ООО «Восток» 27.09.2016 изготовил договоры купли-продажи нежилых зданий, расположенных в с. Москальво Охинского района, акты приема-передачи недвижимого имущества, подписал их со своей стороны и передал покупателю для подписания и государственной регистрации собственности на недвижимое имущество.

Покупатель – ООО «Максимум» платежными поручениями от 29.09.2016 № 66 и от 19.10.2016 № 69 перевело на счет ООО «Восток» 5 500 000 рублей и фактически принял недвижимое имущество.

В связи с началом проведения процедуры смены собственника ООО «Восток» и невозвращением ООО «Максимум» экземпляров подписанных договоров купли-продажи вышеуказанного недвижимого имущества, продавец 23.11.2016 нотариально оформил доверенности на ФИО2, доверив ему право от имени продавца оформить сделки купли-продажи недвижимого имущества.

В ноябре 2016 года доверенное лицо ООО «Восток» - ФИО2 повторно изготовил 6 договоров купли-продажи шести зданий, расположенных в с. Москальво Охинского района, 6 актов приема-передачи имущества, подписал данные документы со своей стороны и передал покупателю для подписания и государственной регистрации права собственности.

Впоследствии ФИО2 по просьбе руководителя ООО «Максимум» - ФИО3 передал ответчику по встречному иску оригиналы свидетельств о праве собственности на недвижимое имущество и нотариальные доверенности от продавца на право оформления договоров купли-продажи.

Получив данные документы, ответчик перестал взаимодействовать с ООО «Восток».

В декабре 2016 года в ООО «Восток» произошла смена собственника предприятия и реорганизация ООО «Восток» путем слияния с другим юридическим лицом и образованием нового юридического лица – ООО «Рыбновский лосось».

В апреле 2019 года генеральный директор ООО «Максимум» ФИО3 обратился в ООО «Рыбновский лосось» с просьбой оказать ему помощь в государственной регистрации права собственности на приобретенное недвижимое имущество, сообщив, что все документы о праве собственности ООО «Восток» на данные здания, а также нотариальные доверенности ФИО2 находятся у него.

В подтверждение факта покупки недвижимого имущества покупателем со своего электронного адреса 11.04.2019 и 15.04.2019 в адрес ООО «Рыбновский лосось» были высланы сканы свидетельств о праве собственности ООО «Восток», сканы нотариальных доверенностей ФИО2 и сканы платежных поручений.

В октябре 2019 года обществу с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» стало известно, что все спорные объекты эксплуатировались обществом с ограниченной ответственностью «Максимум» на протяжении более трех лет, то есть арендовались без договорных и законных оснований, в связи с чем, по мнению ООО «Рыбновский лосось», на стороне ответчика по встречному иску возникло неосновательное обогащение в виде стоимости арендной платы за нежилые помещения, расположенные в с. Москальво в размере 6 480 000 рублей.

По мнению истца по встречному иску, данные обстоятельства подтверждаются показаниями ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7, согласно объяснениям которых с 27.09.2016 и по настоящее время ответчик по встречному иску пользуется, владеет и распоряжается спорным недвижимым имуществом. В частности, осуществляется охрана данного имущества.

Также во встречном иске указано, что примерно 28 – 29 августа 2018 года руководителем ООО «Максимум» был организован вывоз металлолома с территории, где расположены спорные объекты.

Вместе с тем, для ООО «Рыбновский лосось» данное имущество представляло собой технологическое оборудование, которое ООО «Восток» ранее использовало как аммиачный холодильник.

В связи с чем, по мнению ООО «Рыбновский лосось», истцу по встречному иску данными действиями ООО «Максимум» причинены убытки, которые, как полагает истец по встречному иску, составляют 100 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Вместе с тем, истец по встречному иску в порядке статьи 65 АПК РФ не представил доказательств того, что ответчику по встречному иску обществом с ограниченной ответственностью «Восток» фактически были переданы спорные нежилые здания и что в период с 27.09.2016 по настоящее время ООО «Максимум» владеет, пользуется и распоряжается спорным имуществом.

Довод ООО «Рыбновский лосось» о том, что подлинники свидетельств о государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество и нотариально удостоверенные доверенности от ООО «Восток» на ФИО2 находятся у ООО «Максимум», документально не подтвержден.

Кроме того, данные документы, на которые ссылается истец по встречному иску, принадлежали ООО «Восток» - правопредшественнику ООО «Рыбновский лосось».

Доказательств того, что подлинники свидетельств о праве собственности и нотариальных доверенностей передавались обществом с ограниченной ответственностью «Восток» обществу с ограниченной ответственностью «Максимум», в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

Представленные в материалы дела скриншоты страниц электронной почты от 11.04.2019 и 15.04.2019 о направлении ФИО3 сканированных копий доверенностей, свидетельств о праве собственности не подтверждают доводы ООО «Рыбновский лосось» о наличии у ООО «Максимум» подлинников данных документов, а также не подтверждают фактической передачи нежилых зданий, расположенных в с. Москальво ответчику по встречному иску и довод ООО «Рыбновский лосось» о том, что ответчик владеет, пользуется и распоряжается спорным имуществом.

Довод истца о том, что факт нахождения спорных нежилых зданий во владении и пользовании у ООО «Максимум» со ссылкой на протоколы опроса ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, судом отклоняется, поскольку данные протоколы опроса не имеют отношения к предмету настоящего спора.

Также документально не подтвержден расчет встречных исковых требований, поскольку представленный истцом по встречному иску расчет является примерным, предположительным и документально не подтвержденным.

В части встречных исковых требований о взыскании с ООО «Максимум» 100 000 рублей неосновательного обогащения, выразившегося в вывозе металлолома с территории, на которой расположены спорные объекты, суд приходит к следующему.

Во встречном исковом заявлении в данной части истцом по встречному иску указано, что данная сумма неосновательного обогащения является убытками, выразившимися в распоряжении имуществом истца по встречному иску, вывезенным как металлолом.

Суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. 

Таким образом, суду следует самостоятельно дать юридическую квалификацию заявленным исковым требованиям.

С учетом доводов встречного иска и изложенных истцом по встречному иску обстоятельств в данной части требований, суд квалифицирует заявленные встречные исковые требования как требования о взыскании убытков.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о возмещении убытков входят установление факта нарушения обязательства, наличие и размер убытков, а также причинная связь между нарушением обязательства и возникшими убытками. Отсутствие одной из перечисленных составляющих влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании убытков.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума N 25), разъяснено, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума N 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В обоснование доводов встречного иска в данной части ООО «Рыбновский лосось» ссылается на протокол опроса ФИО4

Вместе с тем, как указано выше, данный протокол не относится к предмету настоящего спора.

В нарушение статьи 65 АПК РФ истцом по встречному иску не представлено доказательств причинения ему ущерба действиями ООО «Максимум».

Доводы о вывозе металлолома с территории спорных нежилых зданий, принадлежащих истцу, документально не подтверждены.

Кроме того, из протокола опроса невозможно достоверно определить конкретный вид имущества, которое вывез ответчик по встречному иску, а также его стоимость.

Размер исковых требований в данной части не подтвержден соответствующими доказательствами.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом в порядке статьи 65 АПК РФ не доказан факт причинения ему ущерба действиями ответчика по встречному иску, а также размер данного ущерба, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении встречных исковых требований в данной части.

На основании вышеизложенного, встречные исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме.

При разрешении вопроса о распределении судебных расходов по настоящему делу, суд приходит к следующему.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 57 030 рублей на основании статьи 110 АПК РФ подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Государственная пошлина в размере 19 535 рублей, излишне уплаченная истцом платежным поручением № 4 от 15.01.2020, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Поскольку в удовлетворении встречных исковых требований отказано, судебные расходы по встречному иску на основании статьи 110 АПК РФ относится на ООО «Рыбновский лосось».

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Максимум» 5 500 000 рублей неосновательного обогащения, 1 305 945 рублей 12 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, 57 030 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины, а всего – 6 862 975 рублей 12 копеек.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Максимум» из федерального бюджета 19 535 рублей государственной пошлины, уплаченной платежным поручением № 4 от 15.01.2020. Выдать справку на возврат госпошлины.

В удовлетворении встречных исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Рыбновский лосось» отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его изготовления в полном объеме, через Арбитражный суд Сахалинской области.

Судья       Н.А.Аникина