СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-17871/2018(21)-АК

Дело №А60-46748/2018

10 августа 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 августа 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                                 И.П. Даниловой, Т.В. Макарова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

представитель уполномоченного органа УФНС России по Свердловской области ФИО2, чье ходатайство об участии в судебном заседании в режиме веб-конференции, к участию в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» не подключилась, технические неполадки у суда апелляционной инстанции не зафиксированы;

иные лица, участвующие в деле, в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу уполномоченного органа Управления Федеральной налоговой службы России по Свердловской области

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 29 апреля 2022 года

о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО3 в размере 9 662 595,70 рубля, 

вынесенное судьей А.В. Боровиком 

в рамках дела №А60-46748/2018  

о признании общества с ограниченной ответственностью «Новая Энергетика» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО3, ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, финансовый управляющий ФИО3 ФИО9, 

 

установил:

10.08.2018 Федеральная налоговая служба в лице Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы России №32 по Свердловской области (далее – уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Новая Энергетика» (далее – ООО «Новая Энергетика», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 17.08.2018 принято к производству суда, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2018 (резолютивная часть от 16.10.2018) требования уполномоченного органа признаны обоснованными, в отношении ООО «Новая энергетика» введена  процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждён ФИО10 (далее – ФИО10), член СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №198 от 27.10.2018. стр.98.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.05.2019 (резолютивная часть от 13.05.2019) ООО «Новая Энергетика» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10, член СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №89 от 25.05.2019, стр.86.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.07.2021 (резолютивная часть от 13.07.2021) ФИО10 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Новая Энергетика».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.08.2021 (резолютивная часть от 09.08.2021) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11 (далее – ФИО11), член союза арбитражных управляющих «Авангард».

17 сентября 2021 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО11 о взыскании убытков в конкурсную массу должника:

1. солидарно с ФИО12 и ФИО3 в размере 3 222 367,5 рубля;

2. солидарно с ФИО4 и ФИО3 – 3 218 957 рублей;

3. солидарно с ФИО5 и ФИО3 – 3 221 271,2 рубля;

4. с ФИО3 – 180 204 рублей (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением от 24.09.2021 принято к производству суда и назначено к рассмотрению. К участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц с правами ответчиков привлечены ФИО3, ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8. Также в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечен финансовый управляющий ФИО3 ФИО9.

Заинтересованными лицами с правами ответчиков ФИО6, ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО7 и ФИО8 представлены письменные возражения относительно заявленных требований.

 Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29 апреля 2022 год (резолютивная часть от 21.04.2022) заявление конкурсного управляющего ФИО11 удовлетворено частично. С ФИО3 в пользу ООО «Новая Энергетика» (ИНН 

<

***>) взыскано 9 662 595,70 рубля убытков. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО11 о взыскании убытков с ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 отказано. 

Не согласившись с судебным актом, уполномоченный орган УФНС России по Удмуртской Республике подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 29.04.022 отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Новая энергетика» ФИО11 отказать.

Заявитель жалобы указывает на то, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.08.2021 с арбитражного управляющего ФИО10 в конкурсную массу должника взысканы убытки в размере 14 941 019,43 рубля, причиненные ненадлежащим исполнением конкурсным управляющим обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, согласившись с заявленным размером окладов и компенсаций в полном объеме (16 930 597,9 рубля), выплате денежных средств в адрес ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 В результате чего из конкурсной массы было изъято 14 941 019,43 рубля. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 вышеуказанное определение было отменено, в удовлетворении заявления уполномоченному органу отказано. Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 13.05.2022 вышеуказанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Предъявление конкурсным управляющим ФИО11 требований о взыскании убытков с ФИО3, ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 произведено с единственной целью создания разночтения судебных актов, вынесенных по одному предмету в интересах не кредиторов должника, а арбитражного управляющего ФИО10 Полагает, что возможность взыскания убытков с КДЛ за совершение сделок (заключение договоров со всеми вышеперечисленными лицами) отсутствует в связи с пропуском срока исковой давности, о чем указано и постановлениях судов апелляционной и кассационной инстанций. Судом первой инстанции сделан неверный вывод о представлении Оховой, ФИО7 и ФИО8 доказательств реального осуществления ими трудовых обязанностей в обществе «Новая энергетика». При этом, судом не учтены доказательства, представленные в материалы дела и учтенные судом на стр.11-12 ФИО12, ФИО4 и ФИО5, о том, что фактически обязанности юриста и бухгалтера осуществляло общество ГК «Уралэнергомаш». Вывод суда об отсутствии завышения размеров оплаты труда работников Оховой, ФИО7 и ФИО8 также не правомерен. Заявленные размеры окладов вышеуказанных лиц не соответствуют среднему уровню заработной платы в указанной сфере занятости (теплоснабжении) и превышают ее в четыре раза. 

До начала судебного заседания поступили отзывы ответчиков ФИО7, ФИО8, ФИО6 и конкурсного управляющего ФИО11 

Ответчики ФИО7, ФИО8, ФИО6 просят оставить определение суда без изменения в части отказа в удовлетворении заявленных к ним требований. При этом, ФИО7 и ФИО8 в случае отмены определения просят принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков. 

Конкурсный управляющий ФИО11 просит отказать в удовлетворении апелляционной жалоб и оставить определение суда без изменения. 

Представитель уполномоченного органа УФНС России по Свердловской области ФИО2, заявив ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание) и, несмотря на предоставленную судом возможность участия в заседании в режиме онлайн, к веб-конференции не подключилась, технические неполадки у суда апелляционной инстанции не зафиксированы, в связи с чем судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие представителя уполномоченного органа.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в рамках настоящего дела конкурсным управляющим установлено, что в период с 01.05.2018 по 01.07.2019 в штате должника состояли работники, которым произведены следующие выплаты:

ФИО работника

должность

оклад в месяц, руб. (с учетом районного коэффициента)

всего получено за период трудоустройства, руб.

ФИО12

заместитель директора по общим вопросам

230 000

3 222 367,5

ФИО4

заместитель директора по сбыту

230 000

3 218 957

ФИО5

заместитель директора по снабжению

230 000

3 221 271,2

ФИО6

юрисконсульт

80 500

1 691 438,4

ФИО7

старший бухгалтер

86 250

1 701 443,2

ФИО8

главный инженер

115 000

1 885 542,1

ВСЕГО:

 

971 750

14 941 019,4

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2021 по делу №А60-46748/2018 признано незаконным бездействие конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новая Энергетика» ФИО10 в части непроведения анализа обоснованности сделок, связанных с установлением размеров окладов работников ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, и действия по неоспариванию указанных сделок.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в период с 01.05.2018 по 01.07.2019 в штате должника состояли ФИО12 (заместитель директора по общим вопросам), ФИО4 (заместитель директора по сбыту), ФИО5 (заместитель директора по снабжению), ФИО6 (юрисконсульт), ФИО7 (старший бухгалтер), ФИО8 (главный инженер). 

Суд апелляционной инстанции указал, что конкурсный управляющий, действуя добросовестно, разумно и профессионально (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), обязан был проанализировать обоснованность заключения трудовых договоров с оценкой рыночного размера заработной платы работникам при наличии очевидных признаков неплатежеспособности и в преддверии возбуждения дела о банкротстве ООО «Новая энергетика», а также осуществить необходимые действия, направленные на защиту имущественных прав кредиторов, в том числе проверить и проанализировать обоснованность заключения трудовых договоров и соглашений и размер предусмотренных ими окладов и компенсаций (п. 2 ст. 20.3 Закона о банкротстве); принять меры по уменьшению необоснованно завышенных зарплатных выплат (пункт 4 статьи 136 Закона о банкротстве) или оспорить заключенные трудовые договоры и соглашения по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (в частности статьи 61.2 Закона о банкротстве), использовать иные средства защиты имущественных прав кредиторов. 

Между тем ни одно из указанных действий конкурсным управляющим ФИО10 не произведено, необходимый анализ обоснованности сделок, связанных с установлением размеров окладов работников ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 не осуществлялся, и действия по оспариванию указанных сделок не предпринимались. 

Конкурсный управляющий ФИО11, ссылаясь на указанные выше обстоятельства, установленные судебным актом, вступившим в законную силу, обратился с заявлением о взыскании солидарно необоснованно выплаченных денежных средств исходя из того, что ФИО12, ФИО4 и ФИО5 реально никаких трудовых функций в ООО «Новая Энергетика» не выполняли, числились на предприятии формально, т.е. каждый из них получил денежные средства от должника в качестве заработной платы безосновательно, по мнимым сделкам. Заявитель считает, что данные лица должны нести ответственность за причиненные должнику убытков в размере того, что получил каждый из них, при этом ФИО3 должен отвечать с данными лицами солидарно, в размере общей суммы, выплаченной в их пользу.

Также конкурсный управляющий полагает, что ФИО6, ФИО7 и ФИО8 свои трудовые функции в действительности осуществляли. Однако со стороны ФИО7 и ФИО6 не представлено каких-либо сведений относительно увеличения их трудовых функций и (или) объема работ в обоснование причин повышения с 29.06.18 заработной платы на основании дополнительных соглашений к их трудовым договорам с должником (заработная плата ФИО7 увеличилась с 75 000 рублей до 90 000 рублей, а ФИО6 - с 70 000 рублей до 90 000 рублей).

Выплаченные ФИО7 и ФИО6 суммы заработной платы в увеличенном размере по дополнительным соглашениям к трудовым договорам от 29.06.2018 (в том числе в пользу ФИО6 после увеличения оклада за период выполнения трудовой функции с 01.07.2018 по 30.06.2019 в размере 120 120 рублей; в пользу ФИО7 за тот же период - в размере 60 084,00 рублей, по мнению конкурсного управляющего подлежат взысканию с бывшего директора ФИО3 в качестве убытков. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично и взыскивая с ФИО3 в конкурсную массу должника убытки в размере 9 662 585,70 рубля, исходил из того, что заключение трудовых договоров ФИО12, ФИО4 и ФИО5 и последующая выплата им заработной платы были произведены с целью вывода активов должника из хозяйственного оборота, в результате чего должник лишился имущества (денежных средств), за счет которого могли бы быть погашены денежные обязательства перед кредиторами, наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями и понесенными убытками.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании с ФИО3 убытков в размере выплаченной оплаты труда ФИО6 , ФИО7 и ФИО8, суд первой инстанции исходил из реальности осуществления указанными лицами трудовой деятельности в обществе и соответствия размера выплаченной заработной платы среднерыночному размеру оплаты труда в указанной отрасли. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований о взыскании убытков с ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь указанных лиц к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с них убытков, поскольку доказательств того, что указанные лица являются лицами, контролирующими деятельность должника, не представлено. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно положениям абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника. 

Федеральным законом от 29.07.2017 N266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 N266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие. 

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017. 

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 N137) означает следующее. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N12-П и от 15.02.2016 N3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм. 

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 N137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности. 

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

В рассматриваемом случае обстоятельства, с которыми связано обращение конкурсного управляющего должника в арбитражный суд с заявлением о привлечении ответчиков к ответственности в виде взыскания с них убытков, имели место в 2018-2019гг., т.е. после вступления в законную силу Закона N266-ФЗ. 

Следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени (в части применения норм материального права).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой. 

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве). 

 Таким образом, с требованием о взыскании корпоративных убытков вправе обращаться не только корпорация и ее участники, но и иные лица, в частности кредиторы по делу о банкротстве, а значит и конкурсный управляющий, который является еще и единоличным исполнительным органом должника.

Кроме того, поскольку конкурсный управляющий является единоличным исполнительным органом должника, он вправе требовать возмещения убытков от имени должника и должен действовать в интересах должника (его имущественной массы).

В силу пунктов 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника. 

В соответствии с пунктом 2 и подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника). 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве, арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами. 

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. 

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 N309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности. 

В постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 N39-П также указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований. 

В соответствии с частью 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.). 

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственностью «Новая энергетика» зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 09.02.2010 за ОГРН 

<

***>.

Юридический адрес общества: 

<

...>. 

Основным видом деятельности общества является производство, передача и распределение пара и горячей воды, кондиционирование воздуха. 

Уставной капитал общества составляет 121 145 000 рублей. 

Учредителями (участниками) общества являются ФИО3 с 10.12.2015 с долей участия в уставном капитале 8,5% номинальной стоимостью 10 297 500 рублей (с долей участия в уставном капитале 50% до 10.11.2015), ФИО13 с долей участия в уставном капитале 8,5% номинальной стоимостью 10 297 500 рублей, ООО Сетевая компания «Новая энергетика» с долей участия в уставном капитале 83% номинальной стоимостью 100 550 000 рублей. 

Единоличным исполнительным органом общества является ФИО3 с 09.02.2010.

Оценивая указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции правомерно сделал вывод о том, что ФИО3, будучи участником должника, а также его руководителем (исполнительным органом) в силу прямого указания в законе, является лицом, контролирующим действительность должника.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено и судом не установлено.  

Обращаясь в суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя и лиц, в чью пользу были выплачены денежные средства, убытков конкурсный управляющий указал на их безосновательное перечисление и причинение тем самым вреда имущественным правам должника. 

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ). Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовали недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об ООО единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N62).

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения. 

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. 

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Как следует из материалов дела ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 указаны в качестве работников должника. 

Вместе с тем доказательств того, что указанные лица имели полномочия или фактическую возможность давать обязательные для должника указания, не представлено. 

Отсутствие у физических лиц признаков контролирующих органов управления должника и возможности определять его деятельность, исключает возложение на них ответственности за убытки, причиненные в результате осуществления должником текущей деятельности, так как в данном случае не может быть установлено наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) таких физических лиц и причинением ущерба.

В основе любой формы ответственности должно лежать противоправное поведение, в свою очередь законное поведение не может нести для лиц негативные последствия.

Возложение на работников, не обладающих возможностью определять действия должника, ответственности за заключение ими трудовых договоров, суд полагает необоснованным. Механизмом защиты интересов кредиторов в данном случае являлось бы оспаривание заключения соответствующих трудовых договоров.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2021 по делу №А60-46748/2018  установлены обстоятельства незаконного бездействия конкурсного управляющего должника, выразившиеся в отсутствии должной проверки обоснованности заключения действующих трудовых договоров с работниками должника, оценки рыночного размера заработной платы работникам должника, с которыми были заключены трудовые договоры, обращения с заявлением в порядке пункта 4 статьи 136 Закона о банкротстве для установления справедливого и обоснованного размера заработной платы принятых сотрудников.

В постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2022 по делу №А60-46748/2018 указано, что сам факт убытков и их размер, о которых заявляет уполномоченный орган носят предположительный характер, поскольку, как правильно указывает арбитражный управляющий, если управляющий обратился бы с заявлениями об оспаривании указанных сделок в суд, то, во-первых, нет обоснованных гарантий, что такие сделки бы были признаны судом недействительными, во-вторых, неизвестно в какой части были бы признаны сделки с бывшими работниками недействительными и какие последствия недействительности были бы применены. В любом случае, работники были приняты на работу в ООО «Новая Энергетика», осуществляли свои трудовые функции и, следовательно, имели право на выплату им вознаграждения за выполненную работу.

Суд первой инстанции исходил из того, что указанные выше ответчики (работники должника) не обладают признаками, предъявляемым к лицам, контролирующим деятельность должника. Прямых доказательств, свидетельствующих о том, что ответчики являются выгодоприобретателями, не представлено. С учетом изложенного, суд пришел к правильному выводу о том, что лишь в случае оспаривания данных сделок, могли быть установлены противоправные действия ответчиков, однако, сделки оспорены не были, в связи с чем, судом не установлены основания для взыскания убытков с работников должника  ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6 , ФИО7, ФИО8 за заключение ими трудовых договоров.

Проанализировав представленные доказательства в их совокупности, арбитражный суд обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО11 о солидарном взыскании с ФИО12, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 убытков в заявленном размере.

Доводы уполномоченного органа не содержат аргументов, опровергающих правильность выводов суда первой инстанции в указанной части.

При этом, арбитражный суд нашел основания для частичного удовлетворения заявленных требований о взыскании убытков с бывшего руководителя должника ФИО3 в силу следующих обстоятельств. 

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обращено внимание на сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ).

Признак имущественной обособленности заключается в том, что имущество юридического лица не может считаться принадлежащим его участникам и они, по общему правилу, не вправе распоряжаться им в своих интересах, не совпадающих с имущественными интересами самого юридического, то есть умаляя имущественную массу юридического лица, вопреки цели извлечения прибыли.

Конкурсный управляющий полагает, что действия директора ФИО3 по заключению и подписанию с работниками трудовых договоров повлекли убытки для должника в размере произведенных выплат (в силу возникновения соответствующих обязательств перед работниками).

В обоснование своих доводов конкурсный управляющий указал на то, что ФИО6, ФИО7 и ФИО8 свои трудовые функции в действительности осуществляли. Однако со стороны ФИО7 и ФИО6 не представлено каких-либо сведений относительно увеличения их трудовых функций и (или) объема работ в обоснование причин повышения с 29.06.2018 заработной платы на основании дополнительных соглашений к их трудовым договорам с должником (заработная плата ФИО7 увеличилась с 75 000 рублей до 90 000 рублей, а ФИО6 - с 70 000 рублей до 90 000 рублей).

Также конкурсный управляющий указывал на то, что экономически необоснованное управленческое решение директора должника об увеличении заработной платы некоторым работникам не является достаточным основанием для взыскания с таких работников соответствующих сумм, в условиях отсутствия доказательств наличия у работников умысла причинить имущественный вред должнику, поскольку в этом случае отсутствует один из элементов, необходимых для возникновения деликтной ответственности - совершение заведомо противоправных действий. 

Выплаченные ФИО7 и ФИО6 суммы заработной платы в увеличенном размере по дополнительным соглашениям к трудовым договорам от 29.06.2018 (в том числе в пользу ФИО6 после увеличения оклада за период выполнения трудовой функции с 01.07.18 по 30.06.19 в размере 120 120 рублей, расчет: 10 010 х 12 = 120 120 рублей; в пользу ФИО7 за тот же период - в размере 60 084 рублей, расчет: 5 007 х 12 = 60 084 рублей; а всего - 180204 рублей) по мнению конкурсного управляющего подлежат взысканию с бывшего директора ФИО3

ФИО6, ФИО7 и ФИО8, возражая против заявленных требований, в материалы настоящего дела представили доказательства реального осуществления ими трудовых обязанностей в ООО «Новая Энергетика».

Из отзыва ФИО7 следует, что она занимала должность старшего бухгалтера с мая 2018г. по июль 2019г. в ООО «Новая Энергетика», в ее обязанности входило: формирование учетной политики предприятия для Региональной энергетической комиссии на 2018, 2019гг.; составление управленческой отчетности для руководителя организации; постановка тех. заданий для автоматизации учетного процесса в программе 1С; расчет заработной платы, начисление налогов от ФОТ; формирование налоговых регистров по НДС и налогу на прибыль; сдача бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2018, 2019гг.; составление, формирование и сдача статистической по форме №22-ЖКХ (сводная) за 1 кв. 2018г., полугодие 2018г., 9 мес. 2018г., за 2018; бухгалтерская (финансовая отчетность) за 2018, 2019гг.; форма №П-5 (м) ежеквартально; форма №П-6 ежеквартально; форма №П-4 за 2018г. за 2 кв.2019г.; налоговой отчетности по РСВ за период с 1 кв. 2018г. (сдан 03.05.2018г.), 2 кв. 2018г., 3 кв. 2018г., 4кв 2018г., НДС 1 кв. 2018г. (корректирующий сдан 25.07.2018), НДС 2 кв. 2018г., 3 кв. 2018г., 4кв 2018г.; налог на прибыль за полугодие 2018г., 9 мес. 2018г., год 2018г. по обособленным подразделениям в г. Екатеринбурге, г. Полевском, г. Верхней Туре; 6-НДФЛ за 1 кв. 2018г. (срок сдачи 04.05.2018); за 2 кв. 2018г., за 9 мес. 2018г., 2018г.; по обособленным подразделениям в г. Екатеринбурге, г. Полевском, г. Верхней Туре; 2-НДФЛ по обособленным подразделениям в г. Екатеринбурге, г. Полевском, г. Верхней Туре; ответы на требования налоговых органов; контроль дебиторской кредиторской задолженности; ежеквартальная сверка и подписание актов сверок с организациями в том числе ОАО «Энергосбыт плюс» , ОАО «Уралсевергаз», «Газэкс»; подготовка бухгалтерской отчетности и ее расшифровка для Сбербанка в рамках мировых соглашений для реструктуризации задолженности по кредитным обязательствам; работа с ОАО РЦ «Урала»; организация электронного документооборота с РЦ (реализация, ПДС, расчеты с кредиторами) и ежемесячный обмен файловыми данными по операциям в рамках агентского договора с РЦ «Урала»; проверка актов сверок расчетов с потребителями.

ФИО6 также представила отзыв, из которого следует, что в ООО «Новая Энергетика» занимала должность юрисконсульта, предоставлен отчет о выполнении трудовых функций с приложением перечня подтверждающих документов. Ответчик пояснила, что уровень получаемой заработной платы соответствовал среднерыночным. В июне 2021 ФИО6 была соискателем вакансии, размещенной на сайте HH.RU ПАО «Т Плюс». Данная организация входит в одну группу лиц с кредитором АО «Энергосбыт плюс» (Т плюс групп). При этом, размер заработной платы, предлагаемый работодателем составлял от 100 тыс. рублей. Также, если обратить внимание на вакансии юристов, размещенных на сайте поиска работы, средняя заработная плата юрисконсультов составляет от 70 тыс. рублей. Размер заработной платы, указываемый кредиторами в сумме около 40 тысяч рублей, не соответствует уровню квалификации и опыта ответчика. 

Проверяя доводы уполномоченного органа, приведенные в таблице с размерами зарплат персонала теплоснабжающих организаций, суд первой инстанции обоснованно не принял их во внимание, поскольку в ней указаны заниженные зарплаты только в отношении МУП и ГУП. В то же время, согласно справке Свердловскстата №88/ОГ, средняя зарплата руководителя юридического отдела составляет 68 699 рублей, согласно справке 2-НДФЛ средняя зарплата ФИО6 – 91 655 рублей, согласно справке Свердловскстата №92/ОГ средняя зарплата главного инженера составляет 81 073 рублей. 

Довод конкурсного управляющего о необоснованном увеличении размера заработной платы ФИО7 и ФИО6 арбитражным судом правомерно отклонен, поскольку заявителем документально не обосновано, что трудовые функции, осуществляемые ответчиками, а также их квалификация и опыт не соответствуют среднерыночному размеру заработной платы.

С учетом изложенного, а также того, что конкурсным управляющим не оспаривается факт реального выполнения трудовых функций со стороны ФИО6, ФИО7 и ФИО8, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части взыскания с ФИО3 180 204 рублей в конкурсную массу должника в качестве убытков, правомерно отказано. 

В части необоснованного заключения трудовых договоров с ФИО12, ФИО4 и ФИО5 доводы конкурсного управляющего приняты судом обоснованно.

Из пояснений уполномоченного органа следует, что  при сопоставлении реестров IP-адресов ООО «Новая энергетика» (ИНН 

<

***>), ООО «Теплоэнергокомплекс» (ИНН 

<

***>), представленных спецоператором по телекоммуникационным каналам связи АО «ПФ «СКВ Контур» и ПАО Сбербанк России обнаружено совпадение IP-адресов 31.173.108.102 и 85.12.218.236, что свидетельствует о том, что управление расчетными счетами организаций и направление бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «Новая энергетика», ООО ГК «Уралэнергомаш» и ООО «Теплоэнергокомплекс» происходило с одного рабочего места (компьютера).

Специализированным оператором связи ЗАО «ПФ СКБ-контур» предоставлены следующие сведения. Владельцем сертификата IP-адресов 31.173.108.102 и 85.12.218.236 является ФИО5 - учредитель и директор ООО «ТЭК».

ООО «Новая энергетика» направляло налоговую отчетность не самостоятельно, а посредством ООО ГК «Уралэнергомаш». Спецоператором по телекоммуникационным каналам связи предоставлен код абонента ООО «Новая энергетика» 1ВМ-1ВМ-

<

***>-665801001. Данный ИНН 

<

***> принадлежит ООО ГК «Уралэнергомаш». ООО «Теплоэнергокомплекс» является управляющей компанией ООО ГК «Уралэнергомаш» (ИНН 

<

***>).

IP-адреса выхода в Интернет для управления системой удаленного доступа по расчетным счетам ООО «Новая энергетика» и ООО «Теплоэнергокомплекс» идентичны.

Арбитражный суд правильно исходил из того, что вышеперечисленные факты свидетельствует о том, что организации ООО «Новая энергетика», ООО ГК «Уралэнергомаш» и ООО «Теплоэнергокомплекс» являются подконтрольными одним лицам организациями.

В период 2018-2019гг. бывшим руководителем ФИО3 выданы доверенности от 11.01.2018 №6, от 15.01.2018 №1 на представление интересов ООО «Новая Энергетика» в отношениях с государственными органами с правом подписания бухгалтерских и финансовых документов, бухгалтерской, статистической, налоговой отчетности и иных документов, связанных с финансово-хозяйственной деятельностью ООО «Новая Энергетики» ООО ГК «Уралэнергомаш», руководителем которой является ФИО5, он же учредитель и руководитель ООО «Теплоэнергокомплекс».

В период 2020-2021гг. конкурсным управляющим ООО «Новая Энергетика» ФИО10 выдана доверенность от 15.01.2020 №1 со сроком до 15.01.2023 на представление интересов ООО «Новая Энергетика» в отношениях с государственными органами с правом подписания бухгалтерских и финансовых документов, бухгалтерской, статистической, налоговой отчетности и иных документов, связанных с финансово-хозяйственной деятельностью ООО «Новая Энергетики», с правом получения и представления документов, иными правами, предусмотренными действующим законодательством, ООО ГК «Уралэнергомаш», руководителем которой является ФИО5, он же учредитель и руководитель ООО «Теплоэнергокомплекс».

Также в материалах дела содержится выписка из управления ЗАГС Свердловской области, согласно которой содержится запись о том, что бывший руководитель должника ФИО3 и ФИО12 имеют общего ребенка.

Кроме того, согласно представленным уполномоченным органом сведениям ФИО4, ФИО5 и ФИО14 (сын ФИО3) проживают по одному адресу: 

<

...>.

Указанные обстоятельства обоснованно расценены арбитражным судом в качестве доказательства о фактической заинтересованности между бывшим руководителем должника и ФИО12, ФИО4 и ФИО5

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2021 по делу №А60-46748/2018 установлено, что начиная с 2014 года в отношении ООО «Новая Энергетика» межрайонным отделом по исполнению особых исполнительных производств были возбуждены исполнительные производства, впоследствии производства были объединены в сводное на общую сумму, превышающую 800 млн. рублей.

Заработная плата работникам ООО «Новая Энергетика» в предусмотренные законом сроки не выплачивалась, на банковские счета был наложен арест, в связи с этим, начиная с 2018 года, задолженность по заработной плате выплачивалась в рамках возбужденных по заявлениям работников исполнительных производств.

Таким образом, при наличии очевидных признаков неплатежеспособности и в преддверии возбуждения дела о банкротстве ООО «Новая энергетика», руководителем должника были заключены трудовые договоры с заинтересованными по отношению к нему лицами (с ФИО12 – 30.04.2018, с ФИО4 – 01.05.2018, с ФИО5 – 01.05.2018).

Ответчиками в материалы дела представлены отзывы с пояснениями относительно выполняемых ими обязанностей, вместе с тем, документов, подтверждающих реальное осуществление трудовых функций в ООО «Новая Энергетика» ФИО12, ФИО4 и ФИО5 не представлено. Как не представлено и пояснений со стороны бывшего руководителя должника относительно необходимости и целесообразности для текущей деятельности должника заключения  именно в мае 2018 года трудовых договоров с ФИО12 (заместитель директора по общим вопросам), ФИО4 (заместитель директора по сбыту), ФИО5 (заместитель директора по снабжению),

Исходя из специфики дел о банкротстве, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым, в связи с чем, сложившейся судебной практикой в делах о несостоятельности (банкротстве) сформирован подход, согласно которому, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (абзац 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N62).

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В рамках настоящего дела конкурсный управляющий, указывая на недобросовестность действий директора, указал на необоснованное заключение им трудовых договоров в преддверии банкротства должника, в свою очередь на руководителя переходит бремя доказывания того, что заключение данных договоров было необходимо в интересах должника, работники выполняли конкретные трудовые обязанности, вместе с тем, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ доводы конкурсного управляющего ФИО3 не опровергнуты.

Правильно распределив бремя доказывания, с учетом существующих презумпций и бремени доказывания, в отсутствие доказательств того, что заключение трудовых договоров и последующая выплата по ним заработной платы были произведены в интересах должника, принимая во внимание, что на момент заключения договоров должник обладал признаками неплатежеспособности, свидетельствует о выводе активов должника из хозяйственного оборота, в результате чего должник лишился имущества (денежных средств), за счет которого могли бы быть погашены денежные обязательства перед кредиторами, арбитражный суд пришел к обоснованному выводу о доказанности неправомерности действий ФИО3, повлекших причинение вреда кредиторам должника в размере 9 662 595,70 рубля (суммы, выплаченный в качестве заработной платы и иных выплат в пользу ФИО12, ФИО4 и ФИО5) и о наличии причинно-следственной связи между неправомерными действиями и понесенными убытками, отказав при этом в солидарном взыскании данных убытков с ФИО12, ФИО4 и ФИО5

Доводов, опровергающих правильность выводов суда первой инстанции, налоговым органом не приведено, доказательств не представлено.

Доводы уполномоченного органа о том, что указанные действия конкурсного управляющего направлены на недопущение взыскания убытков с предыдущего конкурсного управляющего ФИО10 (в связи с несовершением действий по оспариванию сделок должника с вышеуказанными  работниками), подлежат отклонению, поскольку в данном случае судом первой инстанции были оценены действия бывшего руководителя и сделан вывод о том, что именно действия руководителя должника повлекли уменьшение конкурсной массы на сумму  выплаченной ФИО12, ФИО4 и ФИО5 оплаты труда, при отсутствии к тому правовых оснований, в размере 9 662 595,70 рубля. 

По смыслу пункта 8 постановления N62 наличие у заинтересованного лица иных способов защиты своих прав (в частности, посредством предъявления требования о взыскании убытков с конкурсного управляющего, не совершившего действия по оспариванию сделок с указанными выше лицами) само по себе не препятствует предъявлению требования о взыскании с причинителя вреда убытков. В данном случае причинителем такого вреда является бывший руководитель должника ФИО3 

В связи с чем, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении в части заявленных конкурсным управляющим требований о взыскании убытков с бывшего руководителя должника, который принял недобросовестные управленческие решения, повлекшие уменьшение активов общества, чем причинил ему ущерб. Указанные действия соответствуют требованиям закона о банкротстве и направлены на пополнение конкурсной массы.

Ссылка уполномоченного органа в апелляционной жалобе на пропуск срока исковой давности для взыскания убытков с контролирующих должника лиц, подлежит отклонению в силу следующих обстоятельств.

Согласно положениям статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности (пункт 1).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2).

Вместе с тем заявление о применении срока исковой давности к заявленным требованиям в суде первой инстанции ответчиком ФИО3 предъявлено не было.

В связи с чем, у суда первой инстанции отсутствовали основания для применения срока исковой давности к заявленным требованиям.

Позиция уполномоченного органа в указанной части противоречат нормам материального права и фактическим обстоятельствам, установленным судом. 

Выводы суда основаны на правильном понимании и толковании норм материального и процессуального права о распределении бремени доказывания. 

Все доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену либо изменение обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении жалобы надлежит отказать.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 29 апреля 2022 года по делу №А60-46748/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.В. Макаров